hatred or attraction?

Мы вылезли из палатки в уже полностью проснувшийся лагерь. Воздух был свежим и колким, солнце только начинало припекать. Все ученики, бледные и невыспавшиеся, уже толпились вокруг Билла Зорки. Учитель-волк, несмотря на вчерашний «инцидент» со снотворным, выглядел бодрым и сердитым, как всегда. Я чувствовал, как Джефри идет за мной по пятам, его присутствие было словно горячая точка между моих лопаток. Мы встали с краю, стараясь не смотреть друг на друга. Я видел, как Лу бросила на меня робкий взгляд и тут же отвела глаза, почувствовав на себе тяжелый, испепеляющий взгляд Джефри. Зорки, наконец, прекратил бубнить что-то водителю-барсуку и обернулся к нам. Его желтые глаза медленно обвели наш строй, выискивая слабину. «Ну что, красавицы и красавчики, выспались?» — его хриплый голос прозвучал насмешливо. — «Пора и честь знать. Задача на сегодня — углубиться в лес. Каждой паре — свой маршрут». Он достал из кармана смятый листок и начал зачитывать координаты. Когда очередь дошла до нас, его взгляд остановился на мне и Джефри. В его глазах мелькнуло что-то похожее на понимание. Он знал о нашем конфликте. И, похоже, это его забавляло. «Волк с Пумой, — произнес он, и в его голосе слышался отголосок рычания. — Ваш маршрут — на северо-восток. Дойдете до Скалы Двух Вершин, сделаете отметку в дорожной книжке и вернетесь. Не подведите». Он бросил на нас тяжелый взгляд. «И постарайтесь не перегрызть друг другу глотки по дороге. Мне потом отчеты писать лень». Несколько человек сдержанно хихикнули. Джефри стоял, напрягшись, как струна, его кулаки были сжаты. Он смотрел куда-то в сторону деревьев, но я чувствовал, что вся его ярость направлена на меня. Зорки закончил инструктаж и рявкнул: «Пары, по местам! На старт! Выдвигаться!» Лагерь взорвался суетой. Холли что-то кричала Тикаани, Брэндон уже закидывал свой гигантский рюкзак, а Дориан с кошачьей ленцой потягивался, глядя на суетящегося Нимбла. Я повернулся к Джефри. Он наконец посмотрел на меня. В его глазах не осталось и следа от утренней уязвимости. Там снова бушевала знакомая буря — ненависть, обида и, возможно, капля паники от того, что нам предстояло провести весь день наедине. «Ну что, — сказал я, подбирая свой рюкзак. — Пора». Он лишь резко кивнул, повернулся и, не оглядываясь, пошел в указанном направлении, оставив меня догонять его. Наша вынужденная прогулка началась. И я чувствовал, что этот поход будет куда сложнее простого перехода по лесу. *** Первые полчаса они шли в абсолютном молчании. Джефри шел впереди, его спина была прямая и неприступная, каждый шаг отчеканивал злость и нежелание быть здесь. Он проклинал все на свете: Зорки, лес, эту дурацкую скалу, но больше всего — себя и того, кто шел в двух шагах позади. Караг не пытался его догнать или заговорить. Он просто шел, его шаги были бесшумными, как и подобает пуме. Он наблюдал. Наблюдал за тем, как напряжены плечи Джефри, как он с силой отшвыривает ветки с тропы, как его шея краснеет от сдерживаемых эмоций. Этот гнев был почти осязаем, он витал в воздухе, смешиваясь с запахом хвои и влажной земли. Лес понемногу смыкался вокруг них, становясь все гуще и темнее. Солнечные лучи с трудом пробивались сквозь плотный полог, создавая на земле причудливые узоры. Пение птиц казалось неестественно громким в этой давящей тишине. Именно Джефри, вопреки своему желанию, нарушил молчание первым. Резко остановившись, он провел рукой по лицу. —Черт, — выдохнул он, глядя на развилку, которой не было на его карте. — Где мы, черт возьми? Караг подошел, остановившись на почтительном расстоянии. Он не стал заглядывать ему через плечо, просто спокойно окинул взглядом местность. —Мы не сбились. Тропа уходит вправо, за эти заросли. Видишь, сломанная ветка на ольхе? Кто-то прошел здесь до нас. Джефри скептически хмыкнул, но, присмотревшись, действительно увидел след. Его это не обрадовало, а скорее разозлило еще сильнее. Он ненавидел, когда Караг оказывался прав. —Ладно, — буркнул он. — Веду я. Он снова зашагал, но теперь его шаг был не таким яростным. Некоторое время они шли, лишь изредка обмениваясь короткими, необходимыми фразами. «Осторожно, корни» или «Ручей впереди, можно перейти по камням». Это было не общение, а скорее координация действий. Но даже в этом был какой-то странный, вынужденный ритм. В какой-то момент тропа вывела их на солнечную поляну, усыпанную полевыми цветами. После полумрака леса свет бил в глаза. Джефри невольно замедлил шаг. И тут он увидел их. Семью оленей — самку и двух оленят, которые паслись на другом конце поляны. Они еще не почуяли их. Он замер, и гнев на секунду отступил, уступив место чему-то древнему и первозданному. Он смотрел, завороженный этой картиной. И тут он почувствовал, как Караг останавливается рядом с ним. Не позади, а именно рядом. Олени, наконец, учуяли их и грациозными прыжками умчались в чащу. Поляна снова опустела. Джефри резко отряхнулся, словно стряхивая с себя это мгновение единства, и снова нахмурился. —Пошли, — бросил он через плечо, уже направляясь к лесу. Но что-то изменилось. Напряжение никуда не делось, но к нему добавилась новая, неловкая нота. Нота того невысказанного мгновения, когда они стояли плечом к плечу, забыв о своей вражде, и были просто двумя хищниками в лесу, застывшими перед лицом простой, дикой красоты. И теперь им обоим предстояло нести это знание до Скалы Двух Вершин и обратно.