Твоё мгновение

Тэхён полусидел на кровати в небольшой студии, освещаемой лишь тусклым теплым светом маленького ночника на прикроватной тумбе. Ёнтан тихо посапывал, лежа у него на коленях, пока Ким легкими касаниями пальцев поглаживал его мягкую шерсть. За окном медленно сыпали крупные снежные хлопья, заполняя собой практически все пространство того куска неба, которое Тэхён видел со своего места. Уютно, тихо, спокойно. С того вечера, как он покинул их с Богомом квартиру с чемоданом на перевес и Ёнтаном под мышкой, прошло чуть больше трех недель. После увольнения он отработал всего неделю, ибо передача дел, которых ты в принципе никогда не вел, дело, мягко говоря, бесполезное. Да и Богом после очередной невнятной попытки разговора между ними просто сдался и буквально вытолкал его из своего офиса. Всю эту неделю он пытался выяснить у него, кем был тот самый мужчина, к которому Тэхён уходил от него, и Ким уже сто раз успел пожалеть, что озвучил именно такую причину их разрыва. Пака просто переклинило на его таинственном любовнике. И как он мог объяснить Богому, что этот самый любовник и любовником то никогда не был, да и дело это было по факту десять лет назад? В общем, ситуация была абсурдная, как и все последующие выяснения их с Богомом отношений. Но в итоге Пак отпустил его. Не мог не отпустить, потому что так было правильно. А спустя еще неделю до Тэхёна дошли слухи, что Богома видели после работы на свидании с каким-то молодым парнишкой в модном клубе недалеко от их офиса. Тогда то совесть Кима и успокоилась. Выходит, и в этой вселенной Богом за Тэхёна не сильно держался. Оставшись наедине с собой, без работы в маленькой съемной студии, Тэхён всерьез задумался о том, что ему нужно было делать дальше. Накопленных сбережений должно было хватить на несколько месяцев безработной жизни в столице, но что потом? Работа фотографом за копейки? Учитывая его отсутствие опыта в коммерческой фотосъемке и покрытое паутиной портфолио, последний раз работы в которое он вкладывал, судя по всему, как раз на третьем курсе… Было страшно и непонятно, но ничего другого он не умел. Да и к фотографии душа лежала. Он загорелся ею заново еще тогда, стоя на спортивной площадке университета и фотографируя сосредоточенное лицо бегущего парня с черными глазами. И этот вновь вспыхнувший огонёк страсти больше не хотел затухать. Чонгук… Он думал об этом ребенке с сияющей улыбкой каждый день после их последней встречи. Каким он был сейчас? Ему должно было быть уже двадцать восемь лет, вряд ли его можно было называть ребенком. Первым делом Тэхён принялся пробивать соцсети парня, в надежде увидеть хотя бы на фотографиях эти притягательные, так сильно полюбившиеся ему черные глаза. Однако странички Чона в инстаграме, твиттере и на фейсбуке перестали быть активны, как только тот окончил университет. Но даже этих старых фотографий парня Тэхёну хватило, чтобы от досады закусить губу и почувствовать неконтролируемое напряжение в штанах. К четвертому курсу Чон немного возмужал — пухлые детские щечки стали меньше, плечи же наоборот стали шире, да и в целом и без того подтянутая спортивная фигура парня окрепла. Как бы он хотел быть рядом с ним в то время. Разговаривать, улыбаться, касаться… Тэхён тихо вздохнул, в сотый раз за последние дни разглядывая фотографию Чонгука, которую тот выложил незадолго до своего выпускного. На фото парень широко улыбался, глядя куда-то в сторону и держа в руке папку с бумагами. Черные волосы были небрежно уложены на прямой пробор, и, кажется, сквозь челку был едва заметен серебристый пирсинг в брови. Привычные Тэхёну широко распахнутые глаза на фото смотрели с легким прищуром, и Ким подумал, что в принципе редко видел младшего с таким выражением лица. Тот всегда смотрел на него с каким-то детским восторгом и легким удивлением, будто Тэхён был его любимым айдолом, не меньше. Они только начали сближаться, Чонгук только перестал так сильно нервничать перед ним, и что в итоге? Ким снова вздохнул и отбросил телефон в сторону. Тот упал ему куда-то в ноги, от чего Ёнтан подорвался с его колен и полусонным испуганным взглядом уставился в сторону внезапно прилетевшего гаджета. — Тише, Тан, все нормально. Это твой глупый хозяин снова психует от своей глупости, — хмыкнул Ким себе под нос, подтягивая шпица к своей груди и успокаивающе поглаживая его мягкую тушку. Они посидели так в обнимку какое-то время, освещаемые тусклым светом ночника. Тэхён залип на падающие за окном снежинки, думая о своем, а Ёнтан, пригретый теплом любящего хозяина, снова задремал, когда тишину студии нарушила трель телефонного звонка. — Алло? — Тэ, пляши! — подозрительно задорный голос друга послышался из динамика. — Чего? — фыркнул Ким с легким смешком. — Ты щас капец как меня возлюбишь, сладкий мой! — Чим, кхм, ты меня пугаешь. Я понимаю, что я сейчас свободен, но на тебя я все равно западать не собираюсь… — Ой, да завались и слушай внимательно, — хохотнул друг в трубку, — Ты портфолио свое обновил? — Да, всех знакомых уже отфоткал, кто согласился, да и по городу прошелся за пейзажами, архитектурой, уличными фотографиями, — Тэхён деловито покивал, словно Пак мог его видеть в этот момент. — Отлично. Я тебе сейчас скину контакты. Высылай по ним свое резюме, портфолио и охренеть какое душещипательное сопроводительное письмо. Опиши в нем вот эту вот всю твою любовь к искусству, как ты свернул с истинного пути, кризис тридцати лет, что еще там… — Погоди, Чим, — перебил друга Ким, не до конца понимая его торопливую тираду, — что за вакансия то? И почему я тебя возлюбить должен, я не понял? — Вакансия младшего фотографа в архитектурное бюро. Стажировка, удачное прохождение которой, гарантирует постоянное место в штате. Платят копейки, но у тебя деньжат хватит перетерпеть три месяца. Это того стоит, поверь мне. — Звучит неплохо… — Ага, — довольно хмыкнул Чимин, — это я еще главного не сказал. Если тебе уже «неплохо», то сейчас ты точно запляшешь. Пак залился залпом смеха, и Тэхён напряженно нахмурился. — Да что такое-то, Чим? Ну, не тяни! — Небольшое архитектурное бюро. Постройки в основном жилые и дорогостоящие. Заказов не так много, но клиенты — избалованные денежные мешки, поэтому проекты интересные. И! Ты не поверишь кто у них ведущий архитектор, — Тэхён, даже не видя друга, сейчас буквально чувствовал его широченную улыбку на все лицо, из-за которой глаза Пака наверняка уже превратились в узкие еле различимые щелочки. — Кто? — тихо спросил он, затаив дыхание. — Ну? Правда не догадаешься? — Да Чим-а! Кто архитектор? — раздраженно воскликнул Ким, от чего Ёнтан, все это время лежащий у него на животе, подскочил на ноги и, недовольно фыркая, поспешил ретироваться с кровати. — Чон Чонгук! — Чон Чон… — Тэхён на автомате повторил за Чимином услышанное, а затем замер на полуслове, переваривая полученную информацию. Спустя несколько мгновений, резко сев в кровати, он сжал телефон в руке еще крепче и нервно сглотнул, — Чонгук?! Я буду работать с Чонгуком? Я увижу его? Хриплый голос Кима надломился от волнения, и Пак расхохотался ему в ответ в трубку. — Ты уже танцуешь, так ведь? — заливисто хихикнув, спросил он. — Чим, как ты… Где ты… Как ты отрыл вообще это золото? — все еще не до конца веря в услышанное, Тэхён нервно провел ладонью по своим волосам. Работа фотографом с интересными проектами, да еще и с Чонгуком в одном коллективе — это реально настоящее золото для него. — Коллега рассказывала как они с мужем заказали в этом бюро охренеть какой дорогой проект перепланировки их загородного дома где-то под Сеулом. Ну, слово за слово… Она расхваливала их сервис и прелестнейшего молодого архитектора, который вел их заказ. А я, знаешь ли, за свою жизнь ни одного Чон Чонгука кроме твоей студенческой пассии не встречал. В общем у нее оказалось их совместное фото со сдачи дома, и не узнать его я никак не мог. Все те же кроличьи зубки, да смеющиеся глаза. — Я честно в шоке, Чим. — пролепетал Тэхён, вскакивая на ноги и начиная спешно расхаживать из стороны в сторону по узкой комнате, — И ведь с фотографией как совпало. — Твоя судьба, Тэ. Дождалась тебя спустя десять лет, — теплую улыбку Пака было слышно даже в одном только голосе. — Десять лет… — Тэхён замер посреди комнаты и уставился на свое озадаченное лицо, расплывчато отражающееся в темном окне, — Чим, для него же десять лет прошло! Это я целовал его буквально несколько недель назад… А вдруг он забыл меня? Или возненавидел? Или ему уже давно плевать, и он вообще в отношениях? — Этого, Тэхён-и, мы знать никак не можем. Но обязательно узнаем, если ты получишь эту стажировку. Так что уж постарайся, пожалуйста! Я и так достал тебе контакты не просто их рекрутера, а непосредственно главу отдела дизайна, который будет принимать решение о твоем трудоустройстве. Так что серьезно, напиши такое сопроводительное письмо, чтобы у него не осталось сомнений при выборе сотрудника, — строго произнес Пак по ту сторону трубки, и Тэхён снова закивал ему в ответ, все еще глядя на собственное отражение в окне. Однако сейчас растерянность с его лица уже ушла, и ее место заняла решимость. Он получит эту стажировку, чего бы ему это не стоило.

***

— Господин Ким, скажу честно, ваша кандидатура вызывает у меня большие сомнения. Недавно покинувший пост коммерческий директор компании, занимающейся продажей электронных приборов, внезапно в свои тридцать лет подает заявку на стажировку младшим фотографом с минимальной зарплатой. Не поймите меня неправильно, я верю во вторые шансы и радикальную смену деятельности, но не произойдет ли такого, что я приму вас на работу, мы обучим вас всему необходимому и вы покинете нас? Наш штатный фотограф уходит в декрет через четыре месяца, и права на ошибку при найме стажёра у нас нет, — молодой мужчина, на вид чуть старше самого Тэхёна, сидел напротив Кима в небольшой светлой переговорной и взирал на него пытливым взглядом. Попасть на это собеседование оказалось не так то просто, но у Тэхёна была огромная мотивация, размером не уступающая Lotte Tower, а потому он буквально задолбал руководителя отдела дизайна, чей телефон дал ему Чимин, пока мужчина все же не пригласил его на встречу. И вот наконец спустя две недели Тэхён сидел в этом самом архитектурном бюро, куда он так отчаянно стремился попасть. Права на ошибку у него не было. Он должен был убедить сидящего напротив него мужчину отдать ему эту должность. — Господин Чан, я прекрасно понимаю ваши переживания. Собрать слаженную эффективную команду — очень важно для бизнеса, и текучку кадров в своем подразделении не хочет ни один руководитель. Я сам был на вашем месте, подбирал сотрудников и иногда ошибался, поэтому я понимаю ваши опасения, как никто другой. Но позвольте заверить вас, мой выбор работы в данный момент абсолютно осознанный, и я понимаю все нюансы, с которыми мне придется столкнуться при такой кардинальной смене деятельности. Как вы правильно подметили, мне уже тридцать лет, и я умею брать ответственность за свои поступки. Переход с руководящей должности на позицию младшего стажера — результат моего не совсем правильного выбора профессии в далеком прошлом. Однако те навыки, которые я приобрел будучи менеджером продаж, сейчас могут мне пригодиться и в этой работе. Поэтому не могу сказать, что последние восемь лет моей карьеры прошли зря. Чан Юджин продолжал смотреть на Тэхёна внимательным взглядом, слегка наморщив брови. Поджав губы, он неспешно опустил глаза в лежащее перед ним на столе портфолио Кима и все так же молча пролистал несколько страниц. Тэхён терпеливо ждал, не проронив ни слова. Собственная речь, произнесенная минуту назад, ему более чем понравилась, и, судя по выражению лица Чана, впечатлила она и его. Мужчина остановил свой взгляд на одной из работ Кима и развернул папку с фотографиями к нему. Его палец указал на фото, и он поднял взгляд на Тэхёна: — Господин Ким, когда вы сделали эту фотографию? Тэхён опустил глаза в папку и невольно улыбнулся уголком рта. — Около девяти лет назад, хотя кажется, будто всего пара месяцев прошла с тех пор. Фотография перед ним была той самой, сделанной для выставки Чонгука. Бетонные стены на заднем фоне, солнечные лучи, создающие четкий треугольник тени в углу кадра, и фигура парня в черном пальто. — Что ж, — Чан Юджин вздохнул, вновь притягивая папку к себе ближе и опуская в нее взгляд, — ваши работы действительно очень хороши, хотя по некоторым из них видно, что теорию вы никогда не изучали. Возможно от этого они и выглядят так свежо, — Тэхён тихо выдохнул, чувствуя еле ощутимую дрожь в руках — нервы начинали сдавать, — Мне нравятся ваши фотографии и то, как вы горите страстью к искусству. Осознанной страстью, к которой вы пришли со временем. — Спасибо, господин Чан. Мне приятно слышать такую оценку от такого опытного человека, как вы. — Но, — не обратив внимание на слова Тэхёна, мужчина продолжил, — я не уверен, что наше агентство в текущих условиях готово пойти на такой риск и принять вас на эту должность. — Господин Чан… — начал было он, но Чан Юджин поднял указательный палец вверх, немым жестом останавливая Кима. — Я не говорю вам “нет”, но и “да” тоже не говорю. Оставьте нам свое портфолио, я покажу его коллегами, и мы вместе примем решение. Тэхён замер, переваривая услышанное, а затем невольно улыбнулся. Шанс был. Большой такой, сияющий на горизонте. — Конечно, господин Чан. Спасибо вам! Изучайте портфолио столько времени, сколько потребуется. И я очень буду ждать обратную связь! Ким раскланялся и покинул агентство, к собственному сожалению, даже мельком не увидев нигде Чонгука. Опыт подсказывал ему, что у него были все шансы получить эту должность, однако желание работать в этом агентстве рядом с Чоном было настолько сильным, что тревога начала одолевать его тем же вечером. Что если его не примут? Что делать тогда? Где искать связи с этим парнем? Не караулить же его под дверьми их офиса после работы… Но все тревоги покинули его, когда спустя четыре безумно долгих дня, экран его смартфона озарился сообщением от Чан Юждина. от кого: Чан Юджин Здравствуйте, господин Ким. Ждем вас завтра к 8:00 со всеми документами. Если еще не передумали. О нет. Он не передумал.

***

Ровно в 07:59 следующего дня Тэхён вошел в двери архитектурного бюро МодульАрт. На входе за стойкой ресепшена, как и в первый его визит, его встретила секретарь компании — девушка на вид примерно возраста Кима. — Господин Ким, вы пришли! — в голосе Соль Хесон Тэхён услышал нотки удивления и, скрыв усмешку от ее интонации за приветливой улыбкой, склонился в приветственном поклоне. — Госпожа Соль, а как же? Я не мог иначе. Соль Хесон вежливо отзеркалила его улыбку и спешно забегала глазами по своему столу. Ким подошел к стойке ресепшена как раз в тот момент, когда девушка наконец нашла то, что искала, и теперь протягивала Тэхёну какую-то стопку бумаг. — Господина Чана не будет до обеда. Он просил передать вам эти документы. Заполните их и отнесите нашему HR-менеджеру в течение дня, а сейчас… — Хесон подняла взгляд на висящие позади Тэхёна настенные часы и не сдержала смешка, от чего Ким непонимающе обернулся через плечо, но не увидев ровным счетом ничего интересного, вернул свой взгляд на секретаря, — Ёнхи должна была встретить вас и ввести в курс дела, но, судя по всему, она снова опаздывает, — девушка пожала плечами, словно извиняясь за некую Ёнхи, — Давайте пока её нет я проведу вам небольшую экскурсию. — А Ёнхи это…? — А! Ю Ёнхи — ваш наставник и наш главный и единственный штатный фотограф. Возможно, господин Чан вам уже говорил, Ёнхи беременна и скоро уходит в декрет, поэтому иногда позволяет себе такие маленькие фривольности, как опоздания на полдня или внеплановые выходные. Вы вот знаете как, оказывается, часто беременные женщины обязаны посещать врачей? — Хесон с удивлением, граничащим с возмущением, обернулась на Тэхёна, явно ожидая ответа на свой вопрос, поэтому Ким заторможено помахал головой из стороны в сторону, — Вот и я не знала! Пока Ёнхи не забеременела. Очень часто, господин Ким, очень! Девушка беспрерывно щебетала, вываливая на Тэхёна все подробности личной — беременной — жизни своей коллеги и подруги (как выяснилось), а затем и остальных работников бюро, параллельно водя его по офису, показывая где что находится и знакомя с встречающимися им на пути коллегами. Тэхён слушал ее вполуха, уверенный, что история о том, как кошка некого бухгалтера О на прошлой неделе была срочно отправлена тем самым бухгалтером О на лечение внезапного несварения, ему вряд ли пригодится для работы здесь. Но когда Соль назвала имя Чонгука, Тэхён тут же все свое внимание направил на ее щебетания. — …Чонгук прекрасный архитектор! Наш директор на общих собраниях не раз говорил, что очень рад, что ему удалось заполучить такой ценный кадр в наш коллектив. А какой он красавчик, господин Ким! — чуть понижая голос, произнесла Хесон, заговорщически подмигивая Тэхёну, от чего тот немного напрягся. Эта Соль Хесон что ли виды имеет на его Чонгука? Почему она буквально первому встречному рассказывает о красоте Чона? Про других своих коллег таких комментариев она не оставляла, — Но он младше меня на два года, а я, знаете ли, господин Ким, предпочитаю мужчин чуть старше себя. Впрочем как и Чонгук. Тэхён замер посреди коридора, переваривая услышанное, и Хесон успела сделать несколько шагов вперед по инерции, прежде чем заметила, что ее собеседник — скорее слушатель — отстал позади. Когда Соль обернулась и наткнулась на слегка недоумевающий взгляда Кима, глаза ее испуганно расширились, и она прикрыла свой рот ладошкой, наконец-то соображая, какую именно информацию она вывалила на своего новоиспеченного коллегу. — Господин Ким, вы же не… Ой! Вы же не гомофоб? Ориентация Чонгука не для кого не секрет в компании, но все же напоказ перед незнакомыми людьми он ее не выпячивает… Божечки, язык мой — враг мой! Девушка торопливо защебетала что-то себе под нос, тревожно закусывая губу, и Тэхён запоздало отмер от нахлынувшего его ступора. — Нет, госпожа Соль, я не гомофоб, вовсе нет, — он отрицательно махнул головой, мягко улыбаясь девушке в попытке успокоить ее, — Просто немного удивился такой информации на первой экскурсии по офису. Значит архитектор Чон гей, который любит мужчин чуть постарше? — Тэхён беззлобно усмехнулся, стараясь перевести разговор в шутку, а также ненавязчиво узнать еще что-то о Чонгуке через эту ходячую сплетню-болтушку. И послал же бог такой ценный кадр Тэхёну прямо с порога. — О, как камень с души! Хорошо, что вы не гомофоб, а то мало ли как это повлияло бы на вашу работу с Чонгуком… — девушка облегченно выдохнула, сразу же расслабляясь, а затем склонилась к Тэхёну ближе и с хитрым блеском в глазах продолжила: — А по поводу предпочтений Чонгука… Когда он устроился к нам, я почти сразу же крайне ненавязчиво выведала у него о его личной жизни. В конце концов, такой красавчик, да еще и с чувством юмора, и архитектор перспективный — бог с ними, с этими пару годами разницы в возрасте, — девушка хихикнула, а Тэхён весь напрягся, словно предчувствуя что-то неладное в этих интонациях, — Так вот тогда то я и узнала, что мужчина Чонгука старше его на два года, и… Все произошло так быстро. Взъерошенная запыхавшаяся девушка в слегка помятой толстовке и широких джинсах влетела в них, выскочив из-за закрытой двери напротив. Хесон резко замолчала, испуганно вытаращившись на пытающуюся отдышаться незнакомку, так и не закончив свой рассказ. А Тэхён… Он почувствовал, как внутри него что-то оборвалось от слов Соль. Мужчина Чонгука старшего его на два года… Мужчина Чонгука… Его Чонгук-и не свободен? И получается, что не его он вовсе… — Ёнхи! Боже, ты меня напугала, — воскликнула секретарь Соль спустя секундную заминку. — И тебе привет, Хесон-а. Уже все тайны нашего коллектива вывалила на новенького? — растрепанная незнакомка усмехнулась, упирая ладони себе в поясницу и отклоняясь чуть назад, из-за чего даже под ее свободной толстовкой Тэхён смог разглядеть очертания выпирающего живота. — Вовсе нет! — возмутилась Соль в ответ, — Ты прервала меня. — Вот и отлично. Нечего мне стажеров пугать. Дай мне обучить человека и свалить наконец в долгожданный декрет, — девушка хохотнула и перевела свой взгляд на стоящего рядом Тэхёна, — Ким Тэхён, я так понимаю? Тэхён, мыслями все еще убивающийся по занятому каким-то старым мужиком сердцу Чонгука (и плевать, что он сам старше Чона на пару лет), заторможено кивнул в ответ, через силу натягивая на свое лицо вежливую улыбку. Хотя улыбаться сейчас ему не хотелось совершенно. — Да. А вы…? — Ю Ёнхи, пока что еще штатный фотограф нашего бюро. Тэхён, если вы не против, так как технически я — ваш руководитель, при этом вы старше меня, предлагаю перейти на “ты”. — Хорошо, я не против. — Отличненько, — девушка хлопнула в ладоши, довольно улыбаясь, — Теперь, когда Хесон провела тебе экскурсию не только по нашему уютному офису, но и по личным жизням работающих тут сотрудников, я предлагаю наконец-то приступить к делу и взяться за камеры! Тэхён был только за. Хватит с него глупых секретарских сплетен, наслушался. Притом наслушался так, что настроение полетело к чертям. Уверенность в том, что он сможет вернуть на себя былые пылкие взгляды черных глаз, пошатнулась после того, как он узнал, что Чонгук состоял в отношениях. Притом, настолько серьезных, что об этом знали даже в его офисе. Конечно, Тэхён мог бы сказать, что за любовь нужно бороться, и он Чонгука так просто не отпустит… Но правда была в том, что отпустит. Вот так просто отпустит, если тот был счастлив без него с каким-то там левым мужиком. Его не было в жизни Чона почти десять лет. Глупо было надеяться, что тот, получив пару страстных поцелуев от него на первом курсе, за которыми последовал наглый игнор, если верить словам Чимина, все эти годы ждал бы Тэхёна с распростертыми объятиями и ходил в монахах. Глупо. Но он надеялся. Надеялся, потому что для него прошло всего ничего, для него не было этих десяти лет. Он ласкал эти губы совсем недавно, ощущал горячее дыхание на собственной шее, переплетал их пальцы… Он только понял, осознал, принял свои чувства к этому парню, чтобы чертова неизведанная магия выдернула его из того момента и закинула на десять лет вперед. За что ему все это? Чем он заслужил? Тэхён тряхнул головой, прогоняя бесполезные страдальческие мысли. Сейчас не время. Поплачет он дома в мягкую шерстку Ёнтана, а пока нужно было внимательно слушать что ему говорила Ёнхи. В конце концов, он в это бюро устроился не только из-за Чонгука, но и ради своей новой карьеры. — Работа фотографа в МодульАрте состоит в основном из двух крупных блоков: стильные, вполне себе творческие фотографии готовых объектов для рекламы и сайта и фотоотчеты сырых проектов “в работе”, которые потом используют в отчетах руководству и заказчикам. Соответственно, мы ведем полный цикл от подготовки к фотосессии до ретуши готовых работ. Тэхён старался внимательно слушать Ю, но мысли все норовили убежать не в то русло. Сможет ли он работать с Чоном в одной компании, если они не могут быть вместе? Сможет ли подавить в себе безответные чувства к занятому парню и сосредоточиться полностью на работе рядом с ним? Как много он вообще будет взаимодействовать с Чонгуком в рамках работы? — Ёнхи, кхм, — Тэхён неловко откашлялся, прежде чем продолжить. Девушки в этой компании были такие болтливые, что сам Ким молчал почти все утро, лишь терзая себя громкими мыслями, — с кем непосредственно во время работы я буду взаимодействовать? Как проходят выезды на объекты — ты ездишь одна или с кем-то из сотрудников? — Отличный вопрос, Тэхён, — усмехнулась девушка, отрывая свой взгляд от ноутбука, минуту назад на экран которого она вывела домашнюю страницу сайта их бюро, — Честно сказать, задачи нам ставят все, кому не лень. Чан Юджин — по части красивых фоточек готовых проектов, архитекторы тоже частенько берут в оборот для своих промежуточных отчетов. Каждый этап работы нужно запечатлеть на фото, поэтому на объекты я езжу часто. Но, как видишь, — она махнула руками в сторону своего живота, усмехаясь, — в скором времени я не смогу так скакать по стройками, как делала это раньше. Этим ты и будешь заниматься, а я буду сидеть на фотообработке до декрета. Но не переживай, ездить будешь не один. Почти всегда с фотографом выезжает либо дизайнер, либо архитектор, в зависимости от того, на каком этапе проект. Что ж. Судя по всему, взаимодействовать с Чонгуком он будет регулярно… В его интересах взять себя в руки и не распускать нюни при парне. Не дать раскрыть себя или свои чувства. В конце концов, возможно они смогут стать друзьями во второй раз? Внезапный стук в дверь заставил Тэхёна с Ёнхи синхронно обратить свой взор в сторону входа в кабинет. Когда нарушитель их уединения переступил порог и приветливо улыбнулся девушке, Тэхён почувствовал, как его сердце пропускает удар. Потому что перед ним предстал тот самый обладатель черных сияющих глаз и светлой широкой улыбки. Чон Чонгук, повзрослевший, возмужавший, похорошевший, сейчас выглядел как чертова модель Calvin Klein, не иначе. Облаченный в прямые брюки, подчеркивающие его явно сильные накаченные бедра, в футболку, обтягивающую подтянутый плоский живот, и кожаную куртку с меховым воротником, он показался Киму чертовым демоном, гипнотизирующим его одним своим видом. Весь в черном, от классических лакированных туфель на ногах до темной макушки с уложенными на косой пробор волосами. Бесчисленные проколы в ушах поблескивали аккуратными серебристыми кольцами разных размеров. Кольцо также блестело в губе, а на одной брови действительно сияла маленькая штанга пирсинга. И рука… От пальцев правой руки вверх шли разноцветные витиеватые татуировки, обрывающиеся там, где начинался рукав его кожаной куртки. Этот молодой мужчина, стоящий перед Тэхёном, больше не был девятнадцатилетним мальчиком, запинающимся от волнения при встрече с ним. Он был горяч, как ад, притягивая взор Кима и заставляя его дыхание застревать где-то в верхней части груди. Тэхён ни за что не сможет быть с ним просто друзьями. — Ёнхи, привет! Я на объект к озеру Квангё, и ты мне нужна. Выезжаем через час, идет? — Чонгук прошел внутрь кабинета, тут же впериваясь взглядом в девушку и не уделяя особого внимания сидящему к нему полубоком Тэхёну. — О, Чонгук-а, ты не представляешь как я рада, что ты позвал меня именно сегодня! Не вчера и, не дай бог, на выходных, а именно сегодня, — Ю ехидно оскалилась, еле сдерживая рвущийся из нее наружу ехидный смех. Беременные женщины все такие пугающие или только конкретна эта? — Чем же вызвана твоя радость? — хмыкнул Чон, а Тэхён невольно поплыл. Потому что голос парня был в точности таким же, как и в его девятнадцать лет. Но сейчас интонации его были такие уверенные, игривые, каких Ким в свой адрес от парня практически не слышал за все время в их прошлом. И это заставляло его колени слегка дрожать. — А тем, что наконец-таки беременная женщина в лице меня может не шататься по вонючим стройкам, заставляя несчастного ребенка в своем животе дышать строительной пылью. Теперь для этого есть специальный человек. Знакомься, Чонгук-а, это Ким Тэхён. Наш новый стажёр-фотограф, и сегодня на объект с тобой поедет он. Услышав имя Тэхёна, Чонгук на секунду замер, и Киму даже показалось, что он увидел в этих черных глазах что-то вроде испуга. Но спустя мгновение не до конца понятное выражение лица Чона сменилось на дежурную расслабленную улыбку, которой он еще совсем недавно одаривал Ёнхи, и он взглянул наконец на парня перед собой внимательным взглядом. Тэхён, встретившись глазами с Чонгуком, подозрительно резко подскочил со своего места, отчего стул под ним отлетел назад, издавая противный скрежет, и протянул раскрытую ладонь навстречу парню. — Здравствуйте… Чонгук-щи. Чонгук смотрел на него какое-то время нечитаемым взглядом, а затем пожал протянутую ему руку. Ладонь парня была сухой и теплой, и, когда Тэхён почувствовал ничем не прикрытую кожу Чонгука на своей коже, его руку словно опалило жаром. Как же долго он этого ждал… — Здравствуйте, Тэхён-щи.