Твоё мгновение

—... поэтому Юнги теперь запрещает мне собирать мебель в доме! — Я не запрещаю собирать тебе мебель. Я просил тебя больше никогда не садиться с размаху на табуреты, предварительно не проверив их на устойчивость. У тебя и так всю жизнь какие-то контры со стульями были, а после последнего инцидента… — Ой да брось, любовь моя! Просто признай уже, что эти ладони не созданы для сборки мебели. — Чимин буквально ткнул своими маленькими ладошками в лицо своему мужу. Когда тот недовольно фыркнул, Пак схватил его за щеки и сжал их, заставляя губы Мина сложиться в трубочку. — Ефли тепе так уготно, люпофь мая. — С усилием ответил ему парень, терпеливо выдерживая манипуляции маленьких, но сильных пальцев на своем лице. — Фу, вы слишком сладкие. Меня сейчас стошнит, — хохотнул Тэхён, показательно строя гримасу отвращения. Чимин испепеляюще зыркнул на него, затем перевел взгляд на Чонгука, явно намереваясь что-то сказать в ответ на высказывание Кима, но все же благоразумно промолчал. Тэхён вообще в этот вечер благодарил всех богов за то, что его друг вел себя прилично и не ляпнул чего лишнего при и без того немного зажатом Чонгуке. Это были их первые посиделки вчетвером, и вся эта встреча до жути напомнила двойное свидание, с той лишь разницей, что двое человек из компании состояли в официальных отношениях (брак — куда уж официальнее?), а двое были друг другу… очевидно никем. И как назло это происходило после их с Чоном ссоры на тему отношений. — Что ж, рискну предположить, что эти ладони также не созданы для ношения тяжелых грязных тарелок на кухню? — Усмехнулся Юнги, выпутываясь из рук мужа и поднимаясь со своего места. — Так что, пожалуй, этим займусь я. — Ты знаешь, что ты просто золотце? — Хитро улыбаясь, протянул Чимин, ангельски хлопая своими ресницами. — Пару раз доводилось слышать. Мин принялся собирать грязную посуду со стола, за которым сидела их четверка. И пока Чимин слегла поплывшим от вина и своей любви к мужу взглядом таращился на этого самого мужа, а Чонгук нервно покусывал свой пирсинг в губе, глядя куда-то скорее внутрь себя, Тэхён подорвался с места и принялся помогать старшему. Уже через минуту они с Юнги вошли на небольшую кухню квартиры Мин-Паков, неся в руках перепачканные столовые приборы. Ким принялся ополаскивать тарелки, чтобы затем передать их в руки Мина, который укладывал посуду ровными штабелями в посудомоечную машину. Так они провозились в тишине какое-то время, пока голос старшего не нарушил идиллию: — Все в порядке? Ты весь вечер какой-то дерганный. Или мне только показалось? Тэхён скосил напряженный взгляд на парня, но, увидев, что тот все так же был сосредоточен на уборке и даже не смотрел в его сторону, слегка расслабился. С Мином они были не очень близки. По крайней мере не в той жизни, которую прожил Тэхён. Юнги всегда был славным парнем, умным и проницательным. Конфликтов между ними не возникало — ревность к другу/парню или что там еще бывает у людей в похожих ситуациях — это было не про них. Но и только вдвоем без Чимина они никогда особенно не общались. Тем более по душам. Однако… Может с чего-то все же стоит начинать? — М-м… Да, ты прав, — задумчиво закусив губу, кивнул Ким, не отрывая взгляда от раковины. Без зрительного контакта было проще откровенничать. — Мы вчера с Чонгуком типа… М-м… Поссорились? — Поссорились? — Да, думаю, это можно назвать ссорой. Грязные тарелки подошли к концу, и Тэхён замялся на секунду, не зная куда себя деть, а затем принялся намывать и без того чистую раковину. — Расскажешь что случилось? Если хочешь, конечно. Юнги продолжал шуршать какими-то пакетами за спиной Кима, и тот, поддавшись доверительной ауре Мина (а может его безукоризненной репутации лучшего мужа по версии Пак Чимина), решил немного побыть честным. — Чонгук не хочет официальных отношений со мной, — обреченно выдохнул он, откладывая губку в сторону и выключая воду в кране. Наконец развернувшись к хозяину дома лицом и оперевшись бедром о столешницу, Тэхён поднял глаза на старшего, который в этот момент непринужденно складывал остатки кимчи в контейнер для еды. — Официальных? Ты его замуж позвал? — Слегка удивленно протянул Мин, встречаясь с ним взглядом. — Что? Не-ет! — Тэхён хохотнул, нервно проведя влажной ладонью по лицу. Жениться им явно было рановато. Тут хотя бы войти в доверие… — Официальных — в смысле встречаться со мной. Быть парой. — М-м… Я думал, вы и есть пара. — Не ты один так думаешь, но… Но Чонгук думает иначе. — Ким задумчивым взглядом следил за размеренными движениями парня, прикидывая как именно он смог бы объяснить всю ситуацию Мину, не упоминая историю с перемещением во времени. — Он на самом деле не доверяет мне после того, как я бросил его в университете и ничего толком не объяснил. — Но ведь ты не бросал его. — Да, но в его то глазах я… Погоди. А что именно из нашей истории ты знаешь? Тэхён нахмурился, слегка теряясь. На самом деле он был абсолютно не в курсе как много знал Юнги об их с Чоном отношениях. Очевидно, что Чимин рассказывал что-то из его жизни своему парню, а затем мужу, но что именно тот упоминал — Киму было невдомек. — Я знаю, что стоило вам только начать встречаться, как тебя откинуло назад в будущее примерно в м-м… Прошлый декабрь, если я не ошибаюсь? Тэхён ошарашенно вытаращился на Юнги, который абсолютно спокойно продолжал заниматься уборкой. Парень с непроницаемым выражением лица говорил о перемещениях во времени, попутно сортируя мусор. Будто в озвученном им не было ничего необычного и сверхъестественного. — Ты знаешь про перемещения во времени? — Голос Тэхёна дал петуха, и он испуганно покосился на дверь, ведущую в коридор, боясь, что Чонгук мог услышать. Юнги оторвался от своего занятия и наконец в упор посмотрел на Тэхёна. Слегка прищурившись, он спросил: — Зная болтливость Пак Чимина, неужели ты думал, что я не в курсе буквально всего, что происходит в жизни его лучшего друга? — Н-но… Как же… И… Как долго ты знаешь? — Наконец смог сформулировать Ким, понижая голос до громкого шепота. — Примерно лет десять. — Десять лет?! — Снова громче, чем требовалось, ошарашенно пискнул Тэхён. — То есть ты знал с самого начала? — Юнги кивнул ему, оставаясь при этом абсолютно спокойным. — И ты веришь мне? — Тэхён-а, я верю Чимину. А Чимин верит тебе. Мне этого достаточно, — усмехнулся парень, дернув уголком губ. — Но в целом я никогда не исключал, что перемещения во времени возможны. Правда, не совсем ясно в твоей истории что именно стало триггером и почему тебя потом вернуло в видоизмененное будущее. — Черт, это действительно приятно — спокойно вести об этом разговор с кем-то помимо Чимы. Я боялся, что ты покрутишь у виска, если я заикнусь про путешествия во времени, — облегченно выдохнул Тэхён, усаживаясь на стоящий возле кухонного стола табурет. — И ты прям сразу поверил Чимину? Десять лет назад вы же только познакомились! Меня всегда поражало твое какое-то… мудрое что ли? отношение к нему. Но чтобы вот так вот малознакомому парню поверить, когда он несет про какую-то чуть ли ни магию… — Ну, сначала я даже не понял его. В первый раз он заикнулся об этом после нашего с ним первого поцелуя. Точнее… — Мин усмехнулся, поднимая взгляд в потолок и погружаясь в собственные воспоминания. — Он тогда сам накинулся на меня, потом сам резко оборвал поцелуй и начал бормотать что-то про “Тэхёна из будущего, который сказал, что это все правильно”. — Юнги хрипло рассмеялся и перевел взгляд на удивленно таращегося на него Кима. — Представь мою реакцию, когда я узнаю, что единственной причиной, по которой Чимин согласился со мной встречаться, было то, что его друг из будущего сказал ему, что он станет геем. — Звучит… Ужасно, — просипел Тэхён ошарашенно. Стоило ему оставить малолетнего Пака одного, как тот принялся творить отборную дичь, не иначе. — Вот да. Я тогда тоже так подумал. Но со временем все встало на свои места. — Парень пожал плечами, улыбаясь немного ностальгически. — Так что, думаю, ты можешь рассказать всю правду Чонгуку, и ваша история тоже в итоге нормализуется. — Что? Не-ет! Это ты всегда был слишком мудрым и… Эм… Эмоционально стабильным? Но вот так всем и каждому вещать о перемещении во времени. Меня же в дурку упекут! Юнги хохотнул, явно забавляясь от их диалога. Не так часто Тэхён видел этого парня настолько откровенно смеющимся. — А Чонгук значит не мудрый и не эмоционально стабильный? — Не в этом дело, просто… Да с чего ему верить в этот бред? Это же какая-то магия, объяснить которую я себе не могу, не то что кому-то другому. — С того, Тэхён-а, что утаивать правду в отношениях всегда чревато проблемами. Даже если эта правда звучит бредово, человек, который тебя любит, поверит тебе. А у Чонгука такой взгляд, когда он на тебя смотрит, что мне и диплом психолога не нужен, чтобы понять его отношение к тебе. — Ты правда так думаешь? — он надеждой взглянул на старшего. Как же хотелось поверить Мину. Рядом с Чонгуком Тэхён чувствовал себя так уязвимо и неуверенно. Точно студент непутевый. И каждый раз получая отказ, сталкиваясь с колкими комментариями Чона, Ким изо всех сил старался стоять на своем, продолжать добиваться. Бороться за свою любовь. Но с каждым холодным словом Чонгука уверенность в собственной правоте постепенно уменьшалась. И услышать мнение со стороны, получить поддержку от чертовски опытного в вопросе отношений Мин Юнги было действительно важно для него. — Конечно. Иначе зачем мне тебе это говорить? — Но все же, я не уверен, что это хорошая идея — говорить Чонгуку о… Тэхён не успел договорить, услышав за спиной звук открывающейся двери, а затем и звонкий голос: — Говорить мне о чем? Встретившись глазами со стоящим в дверном проеме Чонгуком, Ким замер, судорожно придумывая как выпутаться из возникшей ситуации, не подрывая и без того шаткое доверие младшего к себе. За спиной Чона маячила светлая макушка взволнованного Чимина, и Тэхён паническим взглядом уставился на друга в надежде, что тот сможет вырулить ситуацию. Однако помощь пришла откуда не ждали, и неожиданно тишину, возникшую на кухне, нарушил голос Юнги: — Тэхён почему-то не в какую не хочет говорить тебе про поездку в Ильсан. Выдумал какой-то сюрприз, а я считаю, что о такой вылазке нужно предупреждать заранее, чтобы человек мог взять с собой все нужное для отдыха за городом, да еще и рядом с морем. Тэхён обернулся на Мина, удивленно расширив глаза и абсолютно не понимая о чем вел речь старший. Кажется, его попытка помочь закапывала Кима еще глубже. — Ильсан? — переспросил Чонгук, вопросительно взглянув на Тэхёна. — Э-э… Да, Ильсан… Как Юнги и сказал… Кхм… — Юнги-я, ну вот и чего ты весь сюрприз парням испортил! Если ты такой рациональный и пытаешься все контролировать во всех поездках, это еще не значит, что все такие! — Вмешался Чимин, протискиваясь между дверным косяком и Чонгуком, чтобы уже спустя секунду оплести руками шею Мина, утянув того в крепкие объятия. Игриво щелкнув мужа по носу, на что тот лишь сдавленно фыркнул, Пак обернулся на все еще слегка сконфуженного Тэхёна и ничего не понимающего Чона. — Родители Юнги уезжают на Чеджу на следующей неделе, поэтому присматривать за их домом в Ильсане будет он и его брат по очереди. Но… — Чимин на долю секунды взглянул на парня в своих объятиях, который ответил ему одним единственным, незаметным для остальных присутствующих в комнате морганием, а уже в следующее мгновение Пак уверенно продолжил: — на следующих выходных мы заняты, поэтому попросили Тэхёна съездить туда вместо нас. И, конечно же, он хочет взять тебя с собой. Хорошо, конечно, парни придумали, но вот согласится ли Чонгук ехать с ним вдвоем на все выходные аж в Ильсан — Тэхён в действительности сомневался. В свете последних событий он удивился даже тому, что младший вообще присутствовал сегодня в квартире Мин-Паков. — О-о… — протянул Чон, задумчиво покусывая колечко пирсинга на губе. А Тэхён весь напрягся, готовясь к ожидаемому отказу. — Выходные в Ильсане — звучит здорово. — Лицо его озарила улыбка, а Ким неловко поперхнулся воздухом. — А ты, хён, не ругай Юнги. Я и правда не очень люблю сюрпризы, тут мы с ним похожи. Чонгук продолжил улыбаться, переведя искрящийся теплый взгляд на Тэхёна, а тот просто не смог сдержать упавшую у него челюсть. Хён? Чонгук называет Чимина хёном? Улыбается тут ему и буквально светится, тогда как весь день корчил кислую мину и едва разговаривал с ним. Он оставил Чона наедине с Паком на десять минут, и вот какие метаморфозы произошли с младшим в его отсутствие. Может Чимин и есть тот самый тайный маг, который мотал его по временным веткам как ему вздумается? Иначе Тэхён не мог объяснить себе такие резкие перемены в Чонгуке за столько короткий срок. — З-значит никаких сюрпризов для тебя. Я понял, — все еще слегка ошарашено кивнул Ким в ответ, неуверенно отвечая на улыбку брюнета. Что ж, похоже, в следующие выходные они едут в Ильсан.

***

Влажная челка налипала на лоб, капли пота стекали по его шее, еле ощутимо щекоча разгоряченную кожу. Тэхён хмурил брови, до ярких следов неосознанно закусывая нижнюю губу. Мышцы местами начинало сводить от нагрузки, а ягодицы просто натурально горели. Кажется, ему стоило возобновить свои походы в зал, заброшенные за последний месяц. И сделать это как можно скорее. — Быстрее, Тэхён! — Мгм… — Ну, давай же! М-м, Тэхён! — Чонгук-и, прости, я не могу больше… — отчаянно запыхавшись, просипел Ким. — Чего? Соберись, Ким! Я почти дошел до финиша. — На грани истерики простонал Чонгук, небрежно смахивая собственную такую же влажную челку. — Без… меня… — выдохнул Тэхён, наконец останавливаясь. Тяжело дыша, он согнулся пополам, упираясь ладонями в колени и отчаянно пытаясь снизить уровень пульса. Чонгук недовольно зыркнул на него и принялся бегать вокруг, явно не собираясь останавливаться. Щеки его разрумянились и покрылись блестящей испариной, однако он все еще выглядел так, будто готов был пробежать марафон. — Тэ, ты же обещал со мной на все пробежки ходить! А теперь бросаешь в километре от финиша? — Недовольно дуя губы, проворчал младший. — Я не знал, что ты пробегаешь по пятнадцать километров за раз! Когда вообще ты успевал бегать весь предыдущий месяц? Мы после работы почти каждый вечер с тобой проводили. — Я бегал с утра. Тэхён окинул младшего многозначительным взглядом и тяжело вздохнул. Чонгук, не останавливаясь ни на секунду, продолжал кружить вокруг него легкой трусцой, казалось, не испытывая никакого дискомфорта. — Ну же, Тэхён, осталось всего чуть-чуть! — Гук-и, если я пробегу еще хотя бы пять метров, то сегодня вечером вместо нормального секса тебя будет ждать тантрическая практика обнимашек в постели. Чонгук разразился звонким смехом, широко улыбнувшись. — Пф-ф, будто я против! Накормлю тебя кимчи покымбапом, а затем немного поработаю ртом, чтобы добрать белки самому. — Господи, ты… ты… — тут уже и сам Тэхён не сдержал смеха, в легком шоке качая головой. — Я бы сказал что ты отвратителен, но это будет неправда. Ты шикарен. — Шикарный и весь твой… буду, если ты добежишь до финиша! Догоняй! — Младший сорвался с места, гаденько хихикнув. Тэхён устало вздохнул, но улыбаться не прекратил. И уже спустя мгновение послушно трусил вслед за Чоном к финишу. Всю неделю Чонгук вел себя так, будто его подменили. Сияющий, вечно улыбающийся и глупо хихикающий. На работе из его кабинета вновь лилась тихая забытая музыка, сопровождаемая звуками слишком идеального для простого архитектора голоса, а ночами тот же голос заполнял студию Тэхёна сладкими стонами и томными вздохами. Тэхён наслаждался каждой секундой, проведенной вместе с Чоном в эти дни, стараясь лишний раз не искать причины столь резкой перемены в поведении младшего. Тот словно сбросил какой-то до жути тяжелый неведомый Киму груз со своих крепких плеч, и это определенно вдохнуло жизни в них обоих. Вечером после изнурительной пробежки, откормленный кимчи покамбапом, как и обещалось, Тэхён лежал в собственной кровати в объятиях Чона. Где-то в их ногах мирно посапывал Ёнтан, а сами они лениво целовались, периодически возвращая свое внимание к фильму, мелькающему на экране телевизора. — Во сколько завтра выезжаем? — тихо спросил Чонгук, оставляя легкий поцелуй под мочкой уха Тэхёна, отчего тот снова покрылся мурашками. — Не знаю… Как проснемся, так и поедем, — заторможенно ответил Ким, невольно начиная заводиться от прикосновений. Сейчас, когда он был свежий после душа, сытый и уже отдохнувший от бега, собственная угроза об отсутствии вечернего секса казалась ему абсурдной. — М-м… А вещи ты собрал? — не отставал с вопросами младший. — Завтра соберу. Я быстро собираюсь, — отмахнулся Тэхён. Не дожидаясь очередного вопроса Чона, он одним резким движением перевернулся и навис над парнем, обездвиживая его. Шквал поцелуев обрушился на лицо, шею, ключицы младшего, и лишь спустя какое-то время Тэхён почувствовал что-то неладное. Он замер, вглядываясь в лицо лежащего под ним парня. А Чонгук тем временем пялил на него каким-то напряженным и слегка виноватым взглядом. — Что-то не так? — выдохнул Ким, бегая глазами по лицу брюнета. Чонгук молчал, продолжая внимательно взирать на него широко распахнутыми совершенно черными в полумраке глазами. Закусив губу, он выглядел так, будто до жути хотел сказать что-то важное, но не решался. — Чонгу-ук, не молчи. — Нет, все в порядке, — выдохнул Чон, пряча глаза куда-то вбок. А затем совсем уж неубедительно добавил: — Ничего важного, продолжай. Тэхён, совершенно сбитый с толку, наконец отстранился от Чонгука и сел себе на пятки. Он исследовал лицо напротив секунд десять и, наконец придя к выводу, что видит в нем больше задумчивость и потерянность, нежели желание действительно продолжать то, чем они занимались, произнес более требовательно: — Говори, Гук-и. Пока ты не скажешь в чем дело, я не отстану. Чонгук вздохнул и приподнялся на локтях. Цокнув языком, он закатил глаза и нехотя ответил: — Да это правда ничего важного. Мои заморочки… — Твои заморочки, окей, отлично, — серьезно кивнул старший. — Очень хочу узнать всё про твои заморочки. Продолжай. Ким сосредоточенно смотрел на него, ясно давая понять, что просто так теперь младшему было не отделаться. Чонгук потупил взгляд еще какое-то время, а затем все же тихо произнес: — Мы можем… Кхм… решить во сколько завтра выезжаем? — Чего? — сипло переспросил Ким, окончательно перестав улавливать нить разговора. — И ты можешь, пожалуйста, собрать вещи сегодня? Для поездки. Тишина повисла в студии, нарушаемая лишь тихим бормотанием телевизора и редкими похрюкиваниями все еще спящего рядом Ёнтана. Тэхён, держа в голове слова младшего о его “заморочках”, молчал, судорожно пытаясь сообразить как реагировать на озвученные Чоном просьбы, чтобы вдруг не ляпнуть чего лишнего. Наконец, окончательно прогрузив в голове полученную информацию, он деланно спокойно ответил: — Хорошо, я соберу вещи сегодня. А выезжать будем в десять утра, идёт? Чонгук сдержанно кивнул в ответ, все так же выглядя немного напряженным. Неловко приподнявшись на руках, он выскользнул из под Кима и сел напротив него, подобрав колени к груди и обняв их руками. — Прости, просто… Мне некомфортно, когда у меня нет четкого плана действий, понимаешь? Когда я не могу контролировать ситуацию. — О… — удивленно выдохнул Тэхён. В голове дикой каруселью закрутились воспоминания о всем их совместном времяпрепровождении. И если хорошенько подумать, то обычно младший действительно организовывал все сам. Кроме тех редких случаев, когда Тэхён заморачивался и продумывал их свидания до мелочей. На фоне этого их спонтанная поездка в Ильсан действительно выглядела немного стихийной. — Я не знал. — Прости… — За что ты извиняешься, Чонгук-и? Все в порядке, я просто приму это к сведению и отныне буду стараться делать все, чтобы ты не чувствовал себя дискомфортно. Так что молодец, что сказал. — Я знаю, что это немного странно, и кому-то может показаться глупым, — тихо продолжил парень, нервно теребя край своих домашних шорт, однако Ким не дал ему закончить, перебив. — Мне так не кажется. Я понимаю тебя. У меня такого нет, но я тебя понимаю и принимаю это в тебе. — Я просто решил, что должен это сказать тебе прежде, чем… В смысле… Вдруг ты передумаешь из-за этого… Ну… — Чонгук нервно и несвязно бормотал себе под нос. Тэхён, сам перепуганный от такого напряженного состояния младшего, протянул свои ладони и перехватил ими запястья Чона. Чонгук замолчал, когда их пальцы переплелись, а затем поднял решительный взгляд на Кима и вдруг спросил: — Ты все еще хочешь встречаться со мной? Подвисший от обилия внезапных выпадов со стороны младшего Тэхён удивленно таращился в черные широко распахнутые глаза напротив. Сглотнув вязкий ком в горле, он, словно сбрасывая с себя оцепенение, часто закивал. — Конечно. Конечно, хочу, Гук-и. — Ну, тогда… Будем вместе? — Скромно улыбнувшись уголками губ, с явной надеждой спросил Чонгук. А Тэхён… Столько вопросов кружилось у него в голове в этот момент. Столько эмоций в одно мгновение захлестнули его, словно штормовая волна цунами. Но все это перекрывало дикое желание утянуть в поцелуй сидящего напротив парня. Его парня. — Будем… — еле слышно выдохнул Ким, не в силах больше держать себя в руках. Все вопросы — потом. У них еще будет время. А пока его сердце бешено билось в груди, а мозг с долей сомнения воспринимал происходящее, невольно опасаясь, что все это было только сном, Тэхёну было нужно почувствовать реальность. Его ладони легли на талию и щеку младшего, притягивая его к себе для страстного, сбивчевого поцелуя, заставляющего их обоих жадно хватать воздух в те доли секунды, когда их губы отрывались друг от друга. Чонгук вцепился в его спину, сминая в пальцах футболку, заставляя тонкую ткань на его теле натягиваться до треска. Пространство вокруг них в считанные секунды заполнилось густым горячим воздухом желания, и где-то на краю сознания Тэхён уловил звук цоканья маленьких когтистых лап Ёнтана по полу — шпиц, словно понимая, к чему все шло, поспешил оставить их наедине. Ким навалился на младшего всего телом, прижимая к кровати. Перехватив руки Чонгука, он завел их тому за голову и прижал его запястья к поверхности покрывала. Парень хрипло выдохнул ему в губы, вскидывая лицо к потолку, жадно хватая воздух. Бедра Чонгука неконтролируемо подлетели вверх, слегка приподнимая Тэхёна на нем, и тихий низкий стон разлился по студии, когда их возбуждения соприкоснулись. — Тэх-хён… Тэхёна уже слегка потряхивало от возбуждения. Пока Чонгук продолжал извиваться под ним, периодически сбивчиво, на грани стона выдыхая его имя, он принялся исследовать каждый уголок открытой кожи младшего своими губами. Футболка Чона почти сразу же полетела куда-то на пол рядом с кроватью, а вслед за ней улетели и его штаны вместе с боксерами. Руки Чонгука вплелись в волосы Тэхёна, его пальцы мягко оттягивали пряди, причиняя легкую, еле ощутимую боль. Ким плавно спускался ниже, оставляя на подтяном рельефном теле под собой влажные следы от поцелуев. Когда его лицо зависло над твердым, налитым кровью членом с блестящей капелькой смазки на головке, он замер, опаляя ее горячим дыханием. Чонгук, явно не отдавая себе отчета в собственных действиях, толкнулся бедрами вверх, проезжаясь влажной головкой по губам старшего, тем самым вызывая у того внезапный смешок. — Терпение, Гук-и, — усмехнулся Тэхён, невольно облизываясь, языком собирая солоноватую влагу, оставленную Чоном на его губах. Чонгук, глядя на эту картину затуманенным взглядом, простонал еще громче, безвольно откидывая голову на подушку и прикрывая глаза. — Будь хорошим мальчиком, идёт? — М-м… Тэхён, сам находясь на грани понимания происходящего, склонился к паху Чона, все так же старательно избегая его слегка подрагивающего от возбуждения члена. Его губы жадно расцеловывали тазобедренные косточки, коротко стриженный лобок, сгибы бедер, нагло игнорируя налитый стояк парня. Стоны Чонгука плавно превращались в тихие хныканья, однако он действительно старательно сдерживался, вцепившись пальцами в покрывало по обе стороны от себя и закусив губу. Тэхён опустился еще ниже, укладываясь на живот между разведенных ног Чона, а затем закинул его бедра себе на плечи. Младший в нетерпении поерзал, опуская взгляд вниз и сталкиваясь там с темными от возбуждения глазами Кима. — Пожалуйста, Тэ… — буквально по губам прочитал Тэхён на устах Чонгука. Дрожащий от возбуждения и молящий Чонгук — такому он был не в силах противостоять. Горячо опалив дыханием возбуждение парня, он все же сомкнул свои влажные от слюны губы вокруг твердой блестящей головки. Тут же студию наполнил громкий утробный, почти рычащий стон удовольствия, и Чонгук дерганно толкнулся бедрами вверх. Его член проскользнул глубже в рот Тэхёна, и тому пришлось с усилием надавить ему на бока, чтобы взять ситуацию снова в свои руки. — Я же сказал, будь терпеливым, — выпустив член изо рта, строго произнес старший. — Д-да… Прости… — сбивчиво ответил Чонгук, закидывая руки за голову и с силой вцепляясь в подушку под собой. Тэхён вновь склонился к члену парня и на этот раз решил обойтись без долгих поддразниваний. Его губы плотно сомкнулись на твердом стволе. Он старательно втянул щеки, усиливая давление и принялся быстро насаживаться ртом на стояк. Тяжелые прерывистые вздохи, влажные хлюпающие звуки и тихие редкие стоны заполнили тишину квартиры. Рука Кима привычным движением начала прокладывать свой маршрут к сжатому колечку мышц между ягодиц Чонгука, когда его голову вдруг пробила внезапная мысль. Внезапное желание… Не пытаясь анализировать его или же обдумать рационально, Тэхён просто решил идти на поводу у своих инстинктов. Со звонким влажным звуком выпустив член изо рта, вызывая тем самым тихий разочарованный вздох у младшего, он сполз чуть ниже по кровати, а бедра Чонгука приподнял наоборот чуть выше. Взгляд его наткнулся на все еще сжатое, слегка подрагивающее колечко мышц, и он невольно облизнулся. — Что ты… Тэхён не дал Чонгуку договорить. Обхватив одной ладонью влажный от его собственной слюны член парня, он опустил свое лицо к его ягодицам и вжал свой горячий язык между них. Откуда-то сверху раздался громкий, на этот раз непривычно высокий стон. Чонгук дернулся в его руках и замер на мгновение, но постепенно, с каждым новым толчком языка Тэхёна расслаблялся. — Т-тэхён, зачем ты… М-м… Ловкие пальцы снова сжали волосы Кима, буквально вжимая его лицо в ягодицы. Несмотря на раздающиеся сверху невнятные бормотания, с каждым движением его языка парень под ним стонал все громче и отчаяннее. Член Тэхёна до боли пульсировал, зажатый между его телом и кроватью, и он, не отдавая себе отчета, потирался им о матрас в поисках такого нужного давления. Колечко мышц под его губами постепенно расслаблялось, и уже через несколько минут его язык проник внутрь Чонгука, вызывая тем самым тихие всхлипы из его уст. — Блять, Тэ, почему это так… Ах! — Чон сорвался на громкий стон, отчаянно толкаясь бедрами то вверх, навстречу руке Кима, обхватывающей его истекающей вязкой смазкой член, то вниз — вжимаясь ягодицами в губы под собой. — Почему это так охуенно? Тэхён застонал, слегка подрагивая от услышанного. В постеле Чонгук всегда был достаточно громкий и отзывчивый, но то, как он реагировал на эти новые, такие необычные для них двоих ласки, заставляло Кима всерьез беспокоиться о том, что он кончит, как только коснется себя. Пульсация в его члене усиливалась, и Тэхён сконцентрировал все свое внимание на стонущем парне под собой, стараясь охладить собственный пыл. Его рука продолжала старательно ласкать твердый ствол Чона, размазывая свеже выделевшуюся смазку по упругой головке, пока сильный язык вовсю исследовал парня изнутри. — Тэх-хён, остановись! — сбивчиво прохныкал Чонгук сверху, но Тэхён и не думал останавливаться. — Т-тэ, я же… А-ах, с-стой… Чонгука затрясло в его руках, и Тэхён почувствовал, как сильные мышцы буквально сжались вокруг его языка, невольно выталкивая его наружу. Член в его ладони завибрировал от накатывающей волны оргазма, а уже в следующее мгновение Чон вскрикнул и задрожал под ним, заливая собственный живот густой белесой жидкостью. Абсолютно опьяненный возбуждением, но до жути довольный своей выходкой, Ким поднялся на локтях, отпуская ноги парня и укладываясь рядом с ним. Раскрасневшийся, влажный от пота Чонгук тяжело дышал, пытаясь успокоить свое сбившееся дыхание. Его веки были плотно закрыты, а его ладонь легла на лоб, чуть прикрывая глаза. Тэхён склонился к нему и оставил нежный поцелуй в уголок губ. — Все хорошо? — пережав основание собственного члена, чтобы сбить градус возбуждения, тихо спросил Тэхён. — Более чем, — сдавленно ответил ему младший, не открывая глаз. Тэхён довольно улыбнулся и, напрочь игнорируя свое неутихающее возбуждение, лег рядом, обвивая младшего руками. — Значит, чтобы испытать такое, нужно было начать с тобой встречаться? Ким подавился смешком, хоть его сердце и замерло на мгновение от слов младшего. За всей этой страстью и возбуждением он почти забыл, с чего все началось. Чонгук обернулся к нему и, видимо, наконец, начав приходить в себя, накрыл его губы в нежном поцелуе. — Я не знал, что смогу так быстро кончить, прости, Тэ. Дай мне буквально пару минут, и мы продолжим, — развернувшись в его объятиях, тихо пробормотал Чонгук куда-то ему в шею, отчаянно пряча глаза. — Расслабься, Гук-и. Отдыхай сколько тебе нужно. Такая твоя реакция — лучший комплимент для меня, — не прекращая довольно улыбаться, ответил ему Тэхён, гладя парня по волосам и позволяя тому окончательно размякнуть в своих объятиях. Спустя еще пару часов тихих поцелуев, громких стонов, звонких шлепков и единящих объятий они совсем без сил лежали в постели на свеже поменяных простынях после освежающего душа. На улице давно опустилась ночь, и маленькую студию Тэхёна освещал лишь тусклый теплый свет настольной лампы. Он уютно устроился на груди у Чонгука, пальцем вырисовывая только ему известные невидимые узоры на обнаженном торсе парня. Сознание оставалось сонным и все еще слегка опьяненным прошедшей сквозь него страстью, однако один вопрос все еще не давал Киму спокойно провалиться в сон. — Гук-и, ты спишь? — хриплым шепотом спросил Тэхён. — Пока нет. — М-м. На пару минут в комнате вновь повисла тишина. Наконец, Ким собрался с мыслями и духом, и спросил: — Чонгук-и, почему ты передумал? Чонгук, явно не уловивший хода мысли старшего, скосил удивленный взгляд на него. — М-м? — Почему ты захотел быть со мной? — Тэ, я всегда хотел быть с тобой, если ты еще не понял, — пожал плечами младший, расслабленно улыбнувшись и вновь прикрывая глаза. — Да, но из-за чего вдруг так резко решился? Тэхён привстал на локтях и требовательно заглянул младшему в глаза. Чонгук открыл один глаз и с хитрой улыбкой взглянул им на нависшего над ним Кима. — Один мудрый хён поделился со мной своими мудрыми мыслями. Тэхён нахмурился, задумавшись, а затем высказал свою догадку: — Чимин? — Угу, — лениво зевнув, кивнул ему Чонгук, вновь прикрывая глаза. Ким, чувствуя как интерес побеждает над сонливостью, приподнялся еще выше, пытливо уставившись на Чонгука. Как Чимин это сделал? Что такого он сказал Чонгуку, чего не смог сказать сам Тэхён? — И что тебе сказал этот сумасшедший хён? — А это, — сонно пробормотал Чонгук, старательно борящийся с накатывающей на него зевотой, — наша с ним маленькая тайна. Лицо Чонгука приобрело беззаботное выражение, веки начали расслабляться, и Тэхён понял, что младший провалился в сон. Фыркнув себе под нос, он оставил мягкий поцелуй на его щеке, и смиренно улегся рядом. Уже засыпая, Тэхён внезапно вспомнил слова, которые сказал ему его мудрый хён. Утаивать правду в отношениях — всегда чревато проблемами. Что ж. Судя по всему, благодаря неожиданной помощи Чимина, теперь он состоял в настоящих отношениях с человеком, которого по-настоящему любил. И судя по всему, теперь он действительно утаивал правду в этих самых отношениях.