Мечта из картонного значка

Машина уверенно мчалась по оживлённой улице, ловко огибая редкие заторы — к счастью, пробок сегодня не было, хотя они и так задержались из-за поисков подходящей одежды для Чонгука. На работу нужно было спешить, чтобы совсем не опоздать, но оба в салоне понимали: выговор им никто не выпишет, особенно с учётом их… особого статуса. Чонгук вздохнул, уставившись в окно, где мелькали знакомые здания города. — Надеюсь, хотя бы сегодня появятся новости о Шрамыче, — пробормотал он грустно, откидываясь на сиденье. Тэхён, до этого спокойно ведущий машину, бросил на него быстрый взгляд и усмехнулся уголком рта: — Эта крыса затаилась в какой-то норе. Тут два варианта: либо ждёт подходящего момента, либо что-то замышляет. — Ты прав. — В любом случае, будь осторожен, один никуда не суйся, особенно когда меня нет в участке. — Смеёшься? Это моя работа, Тэ. Конечно, я буду в этом копаться — я же полицейский, а не зритель. Альфа покачал головой, не отрывая глаз от дороги, но тон его стал серьёзнее, с той хрипотцой, что всегда заставляла Чонгука насторожиться. — Знаю, что это твоя работа, зайка. Но ты ещё новичок, не беги впереди паровоза. Я видел, как ты работаешь — молодец, правда, но всегда лезешь один, хотя вокруг целая команда. Чонгук надул губы, скрестив руки на груди, но в глазах мелькнул тёплый блеск — он знал, что за этой заботой скрывается любовь. — Ладно, буду осторожен. Но и ты не командуй мной на работе, окей? Мы команда, помнишь? Тэхён усмехнулся, но в его голосе скользнула сталь — альфа-инстинкт не позволял просто так отступить, особенно когда речь шла о безопасности Чонгука. — Команда, да? Тогда слушай капитана, — отрезал он, на миг отрывая взгляд от дороги, чтобы поймать глаза омеги. — Я не командую, я защищаю. Ты думаешь, я не знаю, каково это — лезть в пекло одному? В детдоме научился выживать, но потерял кучу друзей по глупости. Не повторяй моих ошибок, Гуки. Если Шрамыч вылезет, зови подмогу — и меня, если нужно. Чонгук фыркнул, разворачиваясь в кресле, его щёки слегка порозовели от раздражения: — Ой, да ладно, Тэ! Ты меня за ребёнка держишь? Я не в детдоме, я в полиции, с напарниками и протоколами — со мной ничего не может случиться! — Никто не может гарантировать 100% твою безопасность, Чонгук, — уже раздражаясь, продолжил Тэхён, крепче сжимая руль. — Ты думаешь, протоколы спасут от пули в спину? Я видел такое, и не раз. Обещай, что не полезешь один, или я сам тебя с работы не выпущу. Чонгук скрестил руки на груди и нахмурился, не желая сразу соглашаться с условиями Тэхёна. — Ты думаешь, я слепой? Я знаю, что опасно лезть одному, но иногда иначе нельзя. Если сидеть и ждать подмогу, все может закончиться плохо, а я не для этого здесь. Нужно действовать, а не куковать на месте. Ты говоришь, что я новичок, но я не чужак в этом деле и не собираюсь прятаться за твоей спиной. Тэхён резко нажал на тормоз на перекрёстке, и машина замерла, пока светофор переключался. Его глаза сузились, феромоны альфы стали ещё интенсивнее, наполняя салон напряжением, которое Чонгук чувствовал кожей. — Действовать? — переспросил он, голос низкий и твёрдый, как удар. — Ты упрямый идиот, Гуки. Я не говорю прятаться, я говорю — думать головой. Твоя команда не зря существует, и я… я не переживу, если с тобой что-то случится из-за этой "действенности". Обещай мне. Не слова, а на деле. Чонгук отвернулся к окну, чувствуя, как щёки горят от смеси гнева и вины. Он ненавидел, когда Тэхён так смотрел — с этой смесью страха и любви, которая пробивала любую броню. Но сдаваться полностью не входило в его планы; омега в нём рвался доказать, что он не слабак. — Хорошо, — буркнул он наконец, но с вызовом в голосе. — Обещаю не лезть в одиночку, если ситуация не критическая. Но если Шрамыч покажется, и секунда решит всё — я не буду ждать, пока ты или напарники подоспеете. И ты тоже обещай не рисковать зря, Тэ. Мы в одной лодке. Тэхён кивнул, хотя напряжение не ушло полностью, и машина снова тронулась. Участок уже виднелся впереди, и спор, как всегда, оставил горькое послевкусие. Машина остановилась, и Чонгук первым вышел из неё. Тэхён быстро выключил двигатель, аккуратно закрыл машину на ключ и последовал за ним. Их шаги спокойно звучали по асфальту, когда они направлялись к входу в участок, который на удивление сегодня не гудел шумом и недовольными криками, — всё было даже слишком тихо. Чонгук, которого ещё не отпустил спор в машине, направился прямиком в столовую, чтобы взять себе что-то перекусить: иначе работать с таким настроением у него вряд ли получится, а вот сладкая булочка с чаем очень даже подняли бы его настрой. И неважно, что человек, который в последнее время стал ловко управлять его настроением, сейчас шёл позади. Тэхён, конечно, заметив настроение омеги, сначала хотел пойти за ним, чтобы не оставлять всё невыясненным и спокойно поговорить. Но, взвесив всё, решил не тревожить Чонгука сейчас — пусть перекусит и разберётся с мыслями. Он знал, что к омеге ещё не раз зайдёт за день. Вместо этого Тэхён направился в кабинет Намджуна, в коридоре приветствуя знакомых: кому-то кивнул, кого-то приобнял — в этом отделении его уже хорошо знали, но заинтересованные взгляды он всё же заметил. Тэхён постучал в дверь кабинета Намджуна и вошёл без лишних церемоний — их дружба позволяла такие вольности. Капитан поднял взгляд от бумаг, его лицо осветилось лёгкой улыбкой, но глаза сразу уловили напряжение альфы. — Утро, Тэ. Садись, — сказал Намджун, отодвигая стопку отчётов. — Ты выглядишь… взвинченным. Что, опять с Чонгуком поссорились? Расскажи, как там у вас. Я слышал, вы теперь официально вместе — поздравляю, кстати. Это же не просто напарники? Тэхён замер на полпути к стулу, его брови взлетели вверх в искреннем удивлении, а потом нахмурились. Он опустился на стул, но теперь с ноткой раздражения в голосе, потирая виски. — Погоди, Джун, откуда ты это знаешь? — возмутился он, голос слегка повысился. — Мы с Чонгуком только вчера вечером подтвердили это друг другу, и никому ни слова не сказали! Какого чёрта весь участок уже в курсе? Это же не сплетни по офису — это наше личное! Кто проболтался? Или вы все теперь экстрасенсы? Намджун поднял руки в примирительном жесте, усмехаясь уголком рта, но без насмешки — он знал, как альфа ревнует к их приватности. — Успокойся, Тэ, никто не подслушивал. Феромоны — они как неоновые вывески. Твои и его… они изменились, смешались по-новому. Вчера на брифинге все заметили, а я… ну, я капитан, мне положено разбираться в таких нюансах. Плюс, вы с ним сияете, как будто выиграли в лотерею. Не злись, это хорошо — значит, вы на правильном пути. Но давай по делу: расскажи, что там у вас с утра пораньше стряслось? Тэхён фыркнул, всё ещё хмурясь, но раздражение постепенно утихало — он понимал, что в их мире секреты не держатся долго, особенно когда эмоции на поверхности. — Ладно, чёрт с ним, — проворчал он, голос чуть хриплый. — Да, вместе, официально. Но сегодня утром… в машине разгорелось. Я втолковываю ему, чтоб не лез в одиночку к Шрамычу, а он упрямится — мол, работа есть работа, и он не новичок. Он аж искрится от раздражения. Боюсь, это из-за меня он так рискует, хочет доказать, что не нуждается в "защите альфы". Но я… не могу потерять его, Джун. Намджун кивнул понимающе, постукивая ручкой по столу. — Понимаю. Омеги такие — гордые, независимые. Но ты прав, что давишь: Шрамыч не шутка. Кстати, об этом… Есть новости. Не лучшие. Вчера вечером его засекли в южном районе — размытый силуэт на камерах, следы от машины. Он чует, что мы близко, и может ударить внезапно. Твой Гуки в зоне риска, особенно если полезет один. Держи его при себе, объясни ещё раз — теперь вы команда не только на работе. Тэхён кивнул, принимая все советы Намджуна и решив, что с Чонгуком он обязательно поговорит ещё раз. Намджун откинулся в кресле, переплетая пальцы, и его взгляд стал задумчивым — таким, каким он бывал, когда разговор уходил в личное. — Знаешь, Тэ, я рад за вас, — сказал он тихо. — Ты давно не был таким… живым. Помнишь, как ты пришёл в участок пару лет назад? Хмурый, как туча. Я думал, альфа в тебе сломается — потерял друзей, доверие к миру, а теперь? С Чонгуком ты расцвёл. Это редкость — найти того, кто вытащит из тени. Тэхён усмехнулся, но в глазах мелькнула тень воспоминаний. Он кивнул, глядя в пол. — Да, Джун. Тогда было адом — сирота, один против системы, потерял всех, кого звал семьёй. Думал, полиция даст цель, но внутри пустота. А Гуки… он как свет. Вытащил меня, не зная. Но я боюсь — мир жестокий, не хочу, чтоб он сломал нас. Поэтому и давлю на него с этой осторожностью. Намджун наклонился к нему ближе и хлопнул его по плечу, улыбаясь. — Ты изменился к лучшему. Держи это — жизнь не всегда про шрамы. Тэхён хотел добавить что-то в ответ, когда в дверь кабинета постучали. Намджун поднял глаза и сказал: — Войдите. Дверь открылась, и внутрь вошёл Чонгук уже в форме, с видом, говорящим о готовности к работе, но в глазах таилась лёгкая усталость и грусть при виде Тэхёна. Чонгук шагнул внутрь, плотно затворив дверь, и на секунду замер, вдыхая тяжёлый воздух кабинета. Его глаза встретились со взглядом альфы, и в них промелькнула тень утренней размолвки: усталость от спора, желание примирения, но и упрямая искра независимости. — Утро, капитан, — произнёс он ровным тоном, кивая Намджуну, и скользнул взглядом по Тэхёну. — Поймал слухи о новостях. Не стал ждать вызова. Шрамыч? Намджун хмыкнул одобрительно, махнув рукой на пустой стул. — В самый раз, садись. Мы как раз об этом. Тэ, изложи суть. И помягче — вы теперь не просто коллеги. Тэхён приподнял бровь, но его выражение смягчилось, когда он пододвинул стул поближе к омеге, не в силах удержаться от инстинкта быть рядом. — Вчера вечером, южный район: камеры поймали тень — его силуэт, размытый, плюс следы шин. Не чётко, но это он, Гуки. Почуял хвост, может сорваться. Не геройствуй в одиночку, ладно? Чонгук сел, выпрямив спину, но после этих слов его глаза вспыхнули раздражением, феромоны омеги резко усилились, наполнив комнату острым ароматом. Он скрестил руки плотнее, голос сорвался на повышенный тон: — Ты, блять, снова начинаешь? Сколько можно, Тэ? Я не идиот, чтобы лезть на рожок зря. — Не повышай на меня голос, Чонгук! Намджун кашлянул, вмешиваясь, чтобы разрядить обстановку, и поднял руку. — Эй, парни, давайте без этого. Чонгук, он прав — со Шрамом шутки плохи. Слушай детали, и решим вместе. Чонгук выдохнул, заставляя себя успокоиться, и кивнул, хотя взгляд на Тэхёна всё ещё искрился вызовом. Чонгук глубоко вздохнул, позволяя себе на мгновение отпустить гнев, и наконец сел поудобнее, перестав скрещивать руки. — Ладно, — сказал он более ровным тоном, — я слушаю. Только без лишних предупреждений. Мы оба знаем, что отвязываться от команды — значит идти на риск. Просто не люблю, когда меня пытаются держать за ребёнка. Тэхён кивнул, понимая эту гордость, и мягче продолжил: — Я не пытаюсь тебя контролировать, Гуки. Просто хочу, чтобы ты был жив. Мы команда, и только так сможем выйти из всего этого целыми. Я всегда рядом, даже если не всегда говорю это вслух. Намджун улыбнулся, глядя на них двоих, чувствуя перемену в атмосфере. — Вот так. Именно это и важно. Теперь давайте работать вместе и не давать Шраму шанса. В кабинете быстро разгорелось бурное обсуждение: все делились идеями о том, как лучше организовать слежку, распределить патрули и перекрыть возможные пути отхода для Шрама. Чонгук предлагал более агрессивный подход с использованием дронов, Тэхён настаивал на осторожности с резервными группами, а Намджун балансировал между ними, фиксируя ключевые моменты на блокноте. Вскоре к разговору присоединились Юнги и Хосок, принеся свежие отчёты с ночной смены, а за ними подтянулись и остальные коллеги — кабинет наполнился гулом голосов, каждый выдвигал свои условия и корректировки, стараясь учесть все риски. В разгар этого хаоса, когда все одновременно спорили о распределении ролей, дверь кабинета распахнулась с грохотом, и в проём влетел один из младших полицейских, запыхавшийся и взволнованный. Его внезапный вход заставил всех мгновенно замолчать — разговор оборвался, как по команде, и все головы повернулись к нему. Молодой офицер, пытаясь отдышаться, начал торопливо тараторить, слова сливались в неразборчивый поток: — Капитан… там… срочно… Намджун поднял руку, останавливая его, и спокойно сказал: — Переведи дух, парень. Выдохни и расскажи по порядку, что стряслось. Полицейский сделал пару глубоких вдохов, наконец-то успокоившись, и выпалил: — Капитан, патрульный звонил в панике: во дворе у соседской девушки нашли собаку. Собака не её, как выяснили — она просто гулял во дворе и увидела. Собаку нашли повешенной на верёвке к дереву, как будто кто-то специально… В кабинете повисла тяжёлая пауза; все переглянулись, понимая, что новая ситуация требует немедленных действий. Тэхён сжал кулак, а Чонгук, забыв о споре, уже был на ногах, готовый к выезду. Намджун кивнул, беря рацию: — Формируем группу. Юнги, Хосок — с нами, игнорировать нельзя. Выдвигаемся!