Беззвучное эхо

      Близнецы росли не по дням, а по часам, словно желая возвыситься и увидеть звёзды, которых в войде не было. Им всего четыре года, а они уже умеют разговаривать и бегать вокруг мамы, которая всё делала для их благополучия. — Мама, смотри, что это? — спросила Тайрин, указывая на непонятные цветы, парящие над головой.        Таких на планете полно, Леда так и не знала, как они называются, ни в одном учебнике или книге про эридианцев не было упоминания про эти растения, которые зависли в воздухе. — Это такой цветок, — ответила Леда. — А можно на него взглянуть? — Прости, дорогая, но боюсь, он опасный, — ответила женщина. — Такой же опасный, как и эти светящиеся? — спросил Трой. — Да, — кивнула женщина.        Трой всё понимал, порой казалось, он чувствовал эту планету и всё, что тут происходило, бывало, он смотрел в одну точку, как будто бы там был другой человек, а порой говорил о своих страхах и сомнениях. Леда как могла поддерживала своих детей в безопасном познании. Сын, в отличие от своей сестры, рос тихим и послушным, Тайрин — неугомонная, она капризничала, порой не хотела делиться со своим братом своей жизненной силой, но Леда говорила, что если она хочет, чтобы брат был жив, то ему надо давать свои силы. — Да, мам, — понимающе кивала девочка.       Леда разрешала близнецам гулять не только рядом с домом, но и на пустой земле, где она выкосила весь дурман и худо-бедно облагородила территорию для жизни на ней людей. — Кто-то идёт, — шепнул Трой сестре, когда они играли на площадке.       Девочка подняла глаза и посмотрела вдаль. Глаза уже научились видеть темноту, и она легко распознавала образы. Образ человека — напоминал образ жука, это был Тифон. Но дети так отвыкли от него, что забыли и закричали. На крик прибежала их мать — Леда. — Что, что случилось? — спросила она. — Там кто-то идёт, — ответили хором близнецы.       Она посмотрела вдаль и увидела Тифона. Нахмурилась, но всё же улыбнулась, увидев своего гражданского мужа. Тифон был всё тот же, вот только за полгода жизни вдали он слегка был потрёпанным, как и его костюм, а очки лопнули. — Я пришёл извиниться, — улыбнулся он. — Точно? Если обманешь, навсегда переедешь на другой конец, — спросила Леда. — Да, милая, — виновато ответил он. — О, как же выросли наши дети.        Он с улыбкой глянул на детей. Близнецам хоть и было по четыре года, но вон как они вымахали. Прочитав на лице отца счастье и просьбу о прощении, дети тут же бросились к нему обниматься, Тифон рад был видеть детей. Изгнание помогло ему понять, что нет ничего лучше семьи, и возможно, он сам виноват в том, что дети стали сиренами, а ещё и телепатами, и все свои гнусные мысли надо от них скрывать. — И всё же у нас замечательная семья, — улыбнулся Тифон.

***

      Увы, семейная идиллия продлилась недолго, и тогда Тифон, когда рассказывал свою историю новым Искателям хранилища, не соврал. Трою и Тайрин исполнилось пять лет, родители, не имея никаких возможностей дать детям нормальные подарки, дарили свои поделки, сделанные из старых труб и обломков кораблей. К этому времени Трой и Тайрин уже были ростом с отца, хоть и немного выше. Но то ли эта планета так влияет на девочку, то ли древнее проклятие, её сила возросла, и девочке требовалось подкрепиться не только обычной едой, но и кое-чем ещё, а ещё начал проскакивать её характер. Она то и дело пыталась навредить своему слабому брату, не обращая внимания на наказы родителей. Даже специальные перчатки снимала. Как-то раз они играли в догонялки на площадке перед домом, и когда Трой остановился посмотреть на свои татуировки сирены, которые светились в темноте, Тайрин, сняв свою рукавицу, нагнала его и пыталась забрать его силы, хотя ей они в качестве жизни не требовались. — Тайрин, нет! — выкрикнула Леда и тут же встала между детьми.       Один миг, и женщина превратилась в иссушенную мумию, а Трой и Тайрин так и остались стоять возле мумии матери, не произнося ни звука. Только потом они оба зарыдали и привлекли этим отца. — Что произошло? Где мама, почему вы плачете? — спросил Тифон. — Мама, мама, она… — дети отошли от мумии, покрытой эридиевыми кристаллами, продолжая реветь и прижавшись друг к другу. — Леда! Что? Кто это сделал? — задался вопросом Тифон. — Я… я нечаянно, — ревя всхлипнула Тайрин. Тифон только глянул на своих детей, и тут же они оба прочитали в его мыслях такое, что отшатнулись. Трой, когда рассказывал историю своей жизни случайному Искателю хранилища, не соврал. Отец не говорил, но они прочли всё: «Выродок», а она «Чудовище». Но потом: — Ах ты маленький монстр, — замахнулся он на дочь.       Со всей силой он ударил девочку, да так, что она чуть не упала на землю. — Не смей обижать сестру, — не стерпел Трой. Он пытался замахнуться одной рукой, но не удержался и упал на землю. — Брат, — выкрикнула Тайрин.       Леду похоронили в полном молчании. Дети ещё не отошли от случившегося, как Тифон свою вину за то, что случилось с его детьми и женой, переложил на своих детей. Больше не было его милости, после похорон он решил побыть один. — Папа, папа, ты куда? — спросил Трой, пытаясь нагнать отца. — Отстань, гадёныш, не до тебя сейчас, — огрызнулся Тифон. — Нет, не уходи, пожалуйста, а как же мы? — спросила Тайрин. — Без меня справитесь, — снова огрызнулся Тифон.       Дети пытались бежать вслед за отцом, пока не отстали от него и не заблудились среди дурманящих цветов. Трой старался не плакать, он твёрдо взял себя в руки и позаботится о сестре, раз судьба так сложилась. А вот Тайрин, всё ещё не отошедшая от смерти матери и предательства отца, продолжала плакать. — Как же мы теперь? Ни мамы, ни папы. — Тише, сис, помнишь, как нас учила мама, надо быть сильными, — стал утешать сестру Трой. — Хорошо, — рыдая произнесла девочка.       Трой обнял сестру, а она прижалась к нему. Надо было выбраться из поля дурнопахнущих цветов, чтобы не отключиться и чтобы не сожрали некрожуки, а этих насекомых так и тянет на дурманящие цветы. Близнецы стали вспоминать, в каком направлении их дом. Трой прекрасно помнил, как выглядит это место, но тьма не давала возможности сосредоточиться, да и ещё кто-то шевелился в кроваво-красных зарослях. Он взял палку и протянул её сестре. — Бери, — сказал он. — Зачем? — не поняла девочка. — Будешь обороняться, у меня одна рука, одной буду выводить тебя, — ответил он. — Ты мой герой, Трой, — дрожа сказала Тайрин.       Мальчик только кивнул. Они стали выбираться из зарослей, стараясь не привлекать к себе внимания некрожуков и других тварей. Они не знали, сколько времени шли, но всё же дошли до дома. А после рухнули в родительскую кровать и уснули, прижавшись друг к другу. Когда проснулись, то были одни, отец так и не вернулся, а вот воспоминания о матери и горечь её утраты остались. — Это я виновата, не надо было снимать эти перчатки, — сказала Тайрин. — Ты ни в чём не виновата, Тай, не твоя вина, — прошептал Трой, обнимая сестру одной рукой. — Спасибо, что тогда вступился за меня, хоть это было неуклюже, — улыбнулась она, пытаясь открыть заплаканные глаза. — Ты моя сестра, Тайрин, больше никто не посмеет тебя обидеть, — сказал Трой. — И тебя, теперь я буду тебя защищать своей силой, — сказала она. — Только хорошим людям не навреди. — Постараюсь, — кивнула девочка.       Провизии в холодильнике было много, Трой мало ел, он давал все самые лучшие кусочки сестре, но Тайрин делилась с ним своей лучшей едой. Оба начали мечтать о том, что, как только вырастут, то сразу покинут планету, вот только как, ведь корабль даже мама не смогла собрать. Чтобы не сойти с ума и как-то встать на ноги вместе с сестрой, Трой начал больше уходить в книги, он читал, рассуждал, даже нашёл старые схемы корабля, и их тоже изучал. — Что читаешь? — спросила Тайрин, видя, как брат вчитывается в книгу. — Схемы маминого корабля, — ответил Трой. — Думаешь… — Да, мы выберемся отсюда, — сказал Трой. — Но куда полетим? — спросила Тайрин. — Мама говорила про родственников на Ахелое, туда и полетим, — ответил Трой.       Провизию дети старались делить пополам, чтобы одного кусочка хватило всем. Трой всё больше уходил в книги, а Тайрин училась защищать не только себя, но и брата. Она как-то хотела принести ему цветок, но в её руках он усох. Девочка разволновалась и заплакала, сказав, что не смогла его сохранить. — Не плачь, Тай, просто надень специальные перчатки, тогда будет всё хорошо, — сказал Трой. — Но они давят, — посетовала Тайрин. Трой сделал серьёзное лицо, и девочка послушалась, надела специальные перчатки, и сказала: — А теперь цветок… — Тай, это дурман, не стоит брать его в руки, — сказал Трой.