Беззвучное эхо

      Пережить потерю любимой женщины Тифону помогло пойло из дурмана. Один глоток зелья из светящихся цветов, и забываешь обо всём. Для Тифона не в новинку пробовать опасные зелья. Как-то на Пандоре он вместе с беспризорными мальчишками раздобыл кем-то брошенную бутылку виски, и… до дома его дотащили люди корпорации «Даль». Они пожалели мальчишку, который ещё умудрился зайти на их территорию, и отвезли его на своём вездеходе на ферму родителей. Сказать, что они были злы — ничего не сказать. Они долго молчали, а потом обняли своего горе-сына. Зелье с Некротафео отличается от обычного виски, оно вышибает память на короткое время.       Когда память вернулась к Тифону, он увидел стоящую перед ним Тайрин, и подошедшего позже Троя. На какой-то миг отцовские чувства вновь взыграли в нём, и он попытался начать всё сначала. Однако то, что он находится на родной планете эридианцев, не давало ему покоя. Он захотел облазить всю планету, как раньше облазил родную, а тут ещё дети. Ну, девочку можно взять с собой, а вот её брат? На сколько хватит у него сил идти вслед за отцом и сестрой?       Тифон сразу сообразил, на что могут пойти силы сирен его детей. Он снова подозвал к себе Тайрин и попросил её взять в руки кристалл эридия. Девочка воспротивилась, помня, как ей дался первый опыт. — Ну же, Тай, попробуй, больно не будет, — улыбнулся Тифон, протягивая дочери кристалл. — От него исходит непонятная энергия, и мои силы… — Знаю, но всё же… — Нет, Тифон, — Тайрин отошла от отца, словно предчувствуя, что он сейчас начнёт беситься, и была права. Отец, который изображал саму милость, вдруг стал пунцовым как грозовое небо и замахнулся на Тайрин, забыв, что она может отнимать жизнь у всего живого. — Чёртова девка, помоги папке? — кричал он. На крик прибежал Трой. Он словно чувствовал, что сестра в опасности, и встал между рассерженным отцом и сестрой. Удар Тифона пришёлся на плечо мальчика, и Трой пошатнулся и рухнул бы на землю, если б Тайрин его не подхватила. Тифон ничего не сказал, только удалился. — Трой, брат, очнись? — чуть плача сказала Тайрин.       Трой не приходил в сознание, удар был такой силы, что казалось, его хрупкие кости все поломались. Тайрин быстро сообразила, что делать. Надо принести лёд и полотенца, чтобы подложить их под тело брата, чтобы ему не было холодно лежать на земле, а ещё она больше не даст себя в обиду. Она решила, что этот лагерь, где раньше обосновались их родители, теперь её и брата, а недо-отец пусть идёт жить куда хочет, или меняется.       Тайрин быстро вернулась с неким подобием льда и полотенец, она обложила Троя тряпками, а лёд приложила к вискам и ране. Хоть Тифон и карлик, но удар у него размашистый, и на теле мальчика остался отпечаток. — Я больше не дам ни себя ни тебя в обиду, — прошептала девочка. — Где я? — спросил Трой, когда стал приходить в себя. — Ты дома, — тихо прошептала сестра. — Тай, что стряслось? — Ты не помнишь! — удивилась Тайрин. — Я помню, что пришёл на крик… — Это он, Тифон, — шепнула девочка.       Трой пошевелился и, коснувшись синяка, тут же поморщился. — Я думал… — Милый мой наивный братец Трой, такие как Тифон никогда не изменятся, — закачала головой Тайрин. — Мне нужно быть сильным, но я не… — Я буду сильной за тебя, — сказала Тайрин.       Тайрин помогла брату дойти до кровати и уложила его, поглаживая по голове, чтобы Трой успокоился и смог заснуть. Сама Тайрин осталась с братом, пока он не придёт в себя. Она сняла с рук защитные перчатки и стала рассматривать левую руку со светящимися татуировками. Осторожно коснулась забредшего в лагерь некрожука. Тот сразу же превратился в уголёк, покрытый эридием. Девочка тут же почувствовала прилив сил, как жаль, что у неё нет столько сил, чтобы передать их брату. Трой спал беспокойно, а его синяк воспалился и вновь стал красным. Тайрин снова ретировалась за льдом, но его больше не было, только тёпленькая водичка. «Это ты виноват, Тифон, из-за тебя мы застряли на этой планете, а брат такой слабый. Наша мама искала способ это исправить, а ты даже пальцем не шевельнул», — пронеслось в голове у Тайрин. В темноте было слышно чьё-то неразборчивое бормотание, а затем шарканье, словно шёл старик. Тайрин уловила едва заметные вибрации, и её лицо тут же скривилось в гримасе злобы. Тифон никуда не ушёл, он всё ещё здесь, но если он снова попробует ударить её или брата, то состарится за один час, ибо Тайрин больше не желает быть жертвой. Но потом шаги затихли. «Он снова напился дурманящей воды», — пронеслось в голове у девочки. — Тай, я больше не хочу жить на корабле, — сквозь сон проговорил Трой. — И не будешь, дорогой брат, пусть он там живёт, он этого заслуживает, — шепнула Тайрин.       Девочка легла рядом с братом и попыталась заснуть, но тут к ним зашёл Тифон с бутылкой дурманящей воды и желанием рассказать близнецам историю. Он был явно в подпитии, постоянно икал, от него пахло алкоголем, и он шатался. Трой тут же вскочил на кровати и прижался всем телом к сестре, боясь даже пошевелиться. — О, детки, ик, я хочу рассказать вам, ик, историю, как я вашу мамку, ик, — хихикал Тифон.       Тайрин в ужасе зажала уши брата, стараясь хоть как-то сохранить ему здоровую психику. Трой сделал тоже самое, но рука у него была одна, и зажал сестре только одно ухо, и Тайрин удалось услышать. Она буквально кипела от гнева, для неё и брата Леда была святой женщиной. Она помнила её немного, но помнила её ласковый голос и приятную улыбку. Как она вообще связалась с этим оборванцем с Пандоры?       Тут девочка не выдержала и в гневе вскочила с кровати. — Ещё раз сюда придёшь со своими историями, и я… — Что ты, ик? — задался вопросом Тифон. — Выпью твою жизнь, оставь нас в покое, — кипела от злости Тайрин.       Она уже готова была повалить Тифона на землю и выпить его жизнь одним прикосновением, как с того некрожука, но Тифон сам развернулся и ушёл, а потом просто рухнул на землю, не удержавшись на ногах. — Ты такая сильная, сис, прости, что ты это услышала, — замотал головой Трой. — Главное, чтобы ты не слышал, — еле улыбнулась Тайрин и, вновь забравшись на кровать, уснула.