Как я, будучи мальчиком, пишу персонажей-девочек, или к вопросу о женском мифе

      Представьте, что мы с вами сидим на полянке, со всех сторон осажденной (хе-хе) древесным воинством — на маленьком островке относительной безопасности в темной и страшной глуши. Начинающий потихоньку засыпать костер шевелит полешками, переворачиваясь с боку на бок в полудреме. И маленькие огненные светлячки взмывают ввысь, словно гонимые мечтой стать далекими звездами, но так и не долетают до небосвода — затухая, едва успев вспыхнуть…       И вдруг какой-то шорох. Что это? Зверь или птица? Нет, это просто уставшая поступь человеческих шагов. Настало время смены караула. Ненадежное пламя костра выхватывает два мужских силуэта. Хвороста остается не так много, но мы все равно подкармливаем сонный костер, чтобы он укрыл своим теплым одеялом храбрых воинов. И на осунувшихся лицах соплеменников вдруг появляется улыбка, когда их касаются первые теплые прикосновения.       Настал наш черед. Взяв в руки копья, мы с вами покидаем очаг и отправляемся на границу нашей маленькой полянки. На самую кромку темного леса. И чтобы нам не было так страшно, сейчас я вам буду травить свои очешуительные байки про чудовищ, живущих во тьме...       Таково бытие воина: одной ногой на родной полянке, другой — в чаще леса. Чтобы стоять так в раскоряку, кстати говоря, без мужества не обойтись никак. Помните того самого монстра под кроватью из детства? Просто лежать под одеялом и бояться может каждый. А вы попробуйте высунуть и свесить ногу, отдав ее на растерзание неизвестности... Слабо? То-то же. А у воина работа такая — постоянная конфронтация с реальностью, схватка с драконом — ультимативным хищником с элементами хтонической непостижимости в особо запущенных случаях, у которого еще, зараза такая, головы постоянно новые отрастают… А чем у нас принцесса занята в это время?       Пока наш храбрый рыцарь добивает побочные квесты до платины (ему это не возбраняется, поскольку часики для него тикают куда медленнее, да и с накоплением богатств и опыта он лишь привлекательнее становится) принцесса кукует в башне из слоновой кости. Казалось бы, там она находится в куда большей безопасности… Если бы не дракон, обвивающий своим хвостом эту же самую башню. Да-да, как-то все упускают эту маленькую деталь. И это еще большой вопрос, кому выпала более тяжкая доля: рыцарю, сражающемуся с драконом физически, или принцессе, которая должна сдерживать дракона и не подпускать его к себе до прихода этого самого рыцаря. А ведь рыцарь может и не доехать…       Если мужской миф рассказывает об активной конфронтации с реальностью в лице (точнее морде) дракона, то женский миф более… хм… экзистенциально-психологический? Принцесса, как правило, все же не располагает физической силой рыцаря для подчинения реальности своей воле, и поэтому ее противостояние с драконом происходит на нравственно-идейном уровне. И в этом противостоянии принцесса держит глухую оборону, старательно оберегая свет в своем сердце — веру, что ее борьба не напрасна, что рыцарь обязательно придет, что бытие, несмотря на все горечи и страдания, все равно лучше небытия, а значит порождение новой жизни — это величайший дар, а не худшее проклятие…       Если вам кажется, что все это как-то связано с историей про змею и яблоко, то вам не кажется.       Ну, либо я просто шиз-инцел.       Как я уже упоминал, мужской миф очень прост и интуитивно понятен, а потому легко опознается как в собранном, так и в разобранном виде. Neuron activation происходит и когда мы смотрим на Рокки, взбегающего по одесской лестнице под Gonna Fly Now, и когда смотрим на плачущего Рэмбо, который просто хочет, чтобы его утешили. Мы радуемся и плачем вместе со Сталлоне, потому что мужской миф универсален. И даже после просмотра «Цельнометаллической оболочки» или «Рэмбо» мы всегда можем заново собрать у себя в голове образ классического мужицкого героя, ведь образ «last man standing» в силу биологических и геополитических причин все равно останется привлекательной ролевой моделью во все времена, как ты ее не деконструируй. Достаточно красноречиво тому свидетельствуют франшизы из многочисленных сиквелов разной степени паршивости для обоих легендарных фильмов со Сталлоне. Внимание! В следующем отрывке присутствует теологически-редпиллерная, а также крайне сексистская спекуляция! Не верьте всему, что написано в интернете!       Как мне представляется, причиной подобного восприятия мужского мифа в наших головах (как у мужчин, так и у женщин!) является особенность взаимодействия в рамках иерархических структур, в которые мальчики так любят выстраиваться. Особо активные девочки иногда тоже туда втискиваются (самый наглядный пример — участие женщин в экономической деятельности, где они так или иначе вынуждены играть по «мужским» правилам) и даже преуспевают, но это уже нюансы, которые мы пока не рассматриваем. Если совсем коротко: невооруженным глазом видна очевидная диспропорция в вероятности оставить потомство у мужчин на вершине (вероятность высока), и в основании пирамидки (вероятность низка). Для женщин (даже занимающих очень высокое положение в иерархии!) такая корреляция отсутствует напрочь. Иными словами, происходит примерно следующее: мальчики конкурируют в рамках пирамидки, а девочки наблюдают со стороны и собирают сливки. Это не хорошо и не плохо, оно просто так есть — таковы правила игры. Сама игра, кстати говоря, за последние несколько тысячелетий стала весьма и весьма интереснее, поскольку иерархий у нас теперь не одна (сконструированная по принципу «у кого дубина больше, тот и прав»), а неисчислимое множество — выбирай любую, можешь даже свою основать. Ну так вот. У меня есть стойкое ощущение, что такая повышенная чувствительность к вычленению «мужского мифа» среди окружающих нас паттернов вызвана как раз необходимостью «понять, как надо делать» для мальчиков, и необходимостью «понять, кому надо улыбнуться» для девочек. Примеры того, что происходит с особо чувствительными особами, когда в очень короткий по эволюционным меркам срок внезапно образуется новая иерархия, вы можете наблюдать на записях лайв-концертов группы Битлз. Нетрудно догадаться, что на видео попали еще более менее «цивилизованные» варианты. Выступать в живую, кстати говоря, мальчики из Ливерпуля прекратили довольно быстро.