Маг я, по-вашему, или кто?

      Пока Мусон ковал в своей кузне, время текло странно - как металл в расплавленном состоянии: то медленно, то вдруг с рывком. Мы не уходили. Сидели прямо на грубо сколоченных лавках, прислонившись к стенам, слушая, как глухо и упрямо поёт молот. - Если он там что-нибудь взорвёт, - лениво протянул Юрг. - я первый побегу. И не потому что боюсь. А потому что умный. - Ты побежишь последним. - усмехнулась Селена. - Тебе же надо будет забрать осколки. - Не клевещи на меня. - обиделся Юрг. - Я исключительно ради искусства.       Вильгельм фыркнул и, не глядя на него, произнёс: - Искусство - это когда не отрывает руку. Всё остальное - самодеятельность.       Харон стоял у стены, скрестив руки. Его взгляд был устремлён в сторону кузни, но казалось, что он смотрит куда-то глубже - туда, где рождалась сталь. И лишь изредка поглядывал на нас, и на Селену в частности. - Последний бой категории. - тихо сказал он. - А потом - командные. - И ты волнуешься? - спросил я.       Он чуть качнул головой. - Нет. Просто интересно, кто выйдет из этого... живым внутри.       Мы спорили о рангах, о том, сколько на континенте A и S, вспоминали слухи про семь L - живых легенд. Юрг пытался пересчитать всех B, которых видел лично, и запутался на третьем десятке. Селена говорила о альянсе городов-государств. Вильгельм, как всегда, молчал дольше всех, а потом вдруг бросил: - Ранг - это цифра. Решает то, как ты её носишь.       Молот замолчал. Тишина показалась оглушительной. Мы переглянулись.       Дверь кузни распахнулась, и оттуда вывалился горячий воздух, пахнущий металлом и чем-то ещё - едва уловимым, как гроза перед дождём. - Забирайте. - сказал Мусон, вытирая лоб тыльной стороной ладони. - И не ломайте сразу. Я старался.       Мы подошли.       Первым Вильгельм взял свои мечи. Он провёл пальцами по кромке, затем сжал рукояти - и клинки тихо вытянулись, будто отзываясь на мысль. Сталь зазвенела. - Длина меняется по импульсу. - пояснил Мусон. - Не резко. Но достаточно, чтобы удивить. - Удивить - это мягко сказано. - пробормотал Вильгельм, и в его глазах мелькнуло одобрение.       Селена подняла свой клинок. Лезвие было прежним - изящным, почти невесомым. Но когда она чуть влила в него магию, по кромке прошёлся свет, а в воздухе щёлкнуло, как перед взрывом. - Усилена реакция на перегруз. - сказал Мусон. - Взрыв будет чище. И сильнее.       Она улыбнулась - коротко, почти хищно.       Юрг схватил свои клинки и едва не уронил. - Ты что с ними сделал?! - Добавил массы с помощью тимцара.- невозмутимо ответил дворф. - Но распределил её так, чтобы центр тяжести работал на тебя. И да... - он прищурился. - Иногда они будут петь. - Петь?       Юрг взмахнул - и в воздухе пронёсся низкий, едва уловимый звук. От него по коже прошёл холодок. - Малый шанс оглушения. - пояснил Мусон. - Не злоупотребляй.       Юрг расплылся в улыбке.       Я взял Венатор. Наконечник стал шире и напоминал прямоугольник - ровно так, как я просил. Я влил немного силы - клинок отозвался мягко, без сопротивления, будто давно ждал этого. - Проводимость повышена. - сказал Мусон. - И руны защиты на браслетах держатся крепко. Но если перегрузишь - пеняй на себя. - Спасибо. - искренне сказал я. - Не благодари. - буркнул дворф. - Победите - тогда и благодарность будет.       Мы не стали медлить. Арена гудела - последний бой категории дуэлей.

***

      Мы успели как раз вовремя. Воздух над ареной задрожал. - Дамы и господа, леди и джентльмены! - голос глашатая разнёсся над трибунами. - Последний, тысяча пятидесятый бой в категории дуэлей! Следом - командные сражения! Поприветствуем участников!       Толпа взревела. - Слева — авантюрист А ранга из города-государства Шверца! Носитель сверхредкого класса самурая! Сарье Карлос!       На арену вышел высокий мужчина в тяжёлых латах. Четыре изогнутых меча - два в руках, два за спиной. Он шёл спокойно, словно уже знал исход. - А нас так не представляли. -хмыкнул Вильгельм. - Мы были не последними. - ответила Селена. - А справа - друид, выходец из Южной пустыни! А ранг! Нирдек Силаркай!       Из противоположного коридора вышел гигант - почти два метра, широкие плечи, одежда Султаната Веругри. На груди - кольцо на подвеске.       Я замер.       Оно светилось в тени и будто глотало солнечный свет. Металл так себя не ведёт. - Что это?.. - тихо произнёс я. - И бой начинается! - крикнул судья.       Сарье рванул вперёд - мгновенно, без раздумий. Ближний бой. Лишить мага дистанции.       Но Нирдек исчез. Для толпы - просто пропал. Но те, кто выше C ранга, вскинули головы. В небе - там, где не было ничего - мелькнула странная птица.       Она взлетела, зависла, перевернулась головой вниз. Один взмах крыльев - и снова исчезновение. Секунда - и силуэт возник над Сарье.       В тот же миг птица стала медведем. Гигантская туша обрушилась вниз. Сарье успел уйти в сторону, но лапа задела его. Он улетел в стену арены. Барьеры вспыхнули, заискрились.       Судьи А рангов напряглись.       Нирдек вернулся в человеческий облик. - Да брось. - усмехнулся он. - Я же в пол силы бил. Не умрëшь ты от такого.       Пыль рассеялась. Сарье вышел без лат. В руках - четыре клинка. - Такая необузданная мощь. Дикость, просто дикость. - произнёс он холодно. - Хотя, кто сомневался в вашей отсталости? А, песчаный?       Толпа загудела. - Ха! - Нирдек улыбнулся шире. - Задел тебя, значит, раз желчью плюëшься. - Ублюдок. Готовься.       Сарье выставил руки - лезвия направлены на врага. Корпус подан вперёд. - Подходи. - ответил Нирдек, разводя руки в стороны. - У меня ещё много чего припасено. Лично для тебя.       Из его кольца потянулась чёрная дымка. Я почувствовал, как по арене прошёл едва уловимый холод. - Призыв... - прошептала Селена.       Все маги на трибунах поняли это одновременно.       Воздух потяжелел. Пространство над ареной чуть дрогнуло - словно ткань мира кто-то потянул изнутри.       Сарье шагнул вперёд. - Ты играешь с тем, что не удержишь. - Разве? - тихо ответил Нирдек. - Думаешь, что не удержишь меня и мою зверушку?       Дымка сгущалась. Судьи переглянулись. Барьеры усилились.       И в этот момент воздух над ареной раскололся едва заметной трещиной - как будто что-то с другой стороны уже тянулось к свету.