Сделай секретом.

Пульсирующий багряный свет аварийных ламп превратил пространство смотровой комнаты в подобие герметичной капсулы, погруженной на критическую глубину. Оптическое искажение стирало углы, превращая стальные панели стен в монолитную давящую массу. Время внутри этого периметра утратило линейность, сгустившись вокруг холодного пластикового стола. Райя сохраняла абсолютную неподвижность. Ослепительная белизна её медицинского халата в этом спектре приобрела оттенок свежей артериальной крови. Она зафиксировала взгляд на Ашре, методично отмечая детали физического распада: корку запекшейся сукровицы на нижней губе, пропитавшуюся темным антисептиком повязку, судорожное сокращение сухожилий на пальцах, вцепившихся в колени. Между ними пролегла не просто тишина, а плотная энтропия десятилетнего отчуждения — период, за который принятые решения окончательно развели их по разные стороны баррикад. — Прошло десять лет, Ашра, — произнесла Райя. Её голос обладал стерильной чистотой, в нем полностью отсутствовала та ядовитая ироничность, которая была присуща Луизе. Звук мягко отразился от металлических поверхностей, не вызывая эха. — Время внесло коррективы в твой облик. Ты стала жестче. Однако паттерны поведения остались неизменными. Ты по-прежнему транслируешь готовность к отражению атаки, даже находясь в присутствии человека, которого когда-то называла другом. Ашра дернула углом рта. Это движение, больше похожее на спазм, выдало интенсивность испытываемой ею физической боли. Она сместила центр тяжести, и резкий звук трения грубой ткани о дешевый пластик стула разрезал тишину, словно скрежет металла по стеклу. — Другом? — Ашра произнесла это слово так, будто пробовала на вкус нечто безнадежно испорченное. — Дружеские связи не предполагают исчезновения в критический момент. Друзья не занимают позицию за спинами тех, кто удерживает нас в перекрестье прицела. Теперь ты — функциональный элемент их структуры. Ты носишь их идентификационные цвета, ты оперируешь их терминологией. Понятие доверия в данных координатах не имеет смысла. Райя слегка сместила корпус вперед. Она не прибегала к оправданиям; её лицо сохраняло аналитическую ясность, ту самую холодную, структурированную доброту, ставшую её профессиональной чертой. — Моя роль здесь не сводится к оглашению вердикта. Стерлинг и Веда требуют от меня реализации конкретного протокола. Институт, и в частности Тор, нуждается в юридическом признании вашего статуса. Им необходим контракт. Полный, беспрепятственный доступ к вашим информационным массивам и возможность интеграции ваших биологических и энергетических ресурсов в структуру Лаборатории. В качестве компенсации они гарантируют прекращение деструктивных действий в отношении вашего убежища. Ашра замерла. Её зрачки кратковременно расширились, после чего она резко тряхнула головой, отбрасывая слипшуюся прядь волос с лица. Это движение явно отозвалось болью в поврежденных тканях. — Контракт? — она почти выплюнула это слово, не скрывая презрения. — Институт опоздал с выдвижением условий, Райя. Фарагонда уже получила пакет предложений. Или твои каналы связи работают с задержкой? — Другое предложение? — Райя едва заметно сократила мышцы лба. — Временной отрезок для подобных переговоров был слишком коротким. Ни одна структура не рискнула бы выйти на контакт без санкции Директора. — Видимо, масштаб амбиций некоторых игроков превышает полномочия вашего руководства, — Ашра подалась навстречу, превозмогая пульсирующую боль в левом боку. — Мы контактировали с делегатом. Организация «Продер». Их формулировки были предельно функциональны. Они выразили прямую заинтересованность. Гарантировали поставку медикаментов и развертывание систем маскировки, технический уровень которых недоступен для сенсоров Института. Взамен им требуется лишь... наше присутствие. Это не интеграция, Райя. Это партнерство. Температура в помещении субъективно упала на несколько градусов. Райя сохраняла молчание, проводя внутренний поиск по базе данных. Название «Продер» обладало специфическим привкусом синтетического конструкта, созданного для оперативного прикрытия теневых операций. Это не была официальная государственная единица или филиал корпорации. Это было нечто маневренное, хищное, функционирующее в слепых зонах основной бюрократической махины. — Ты уверена в точности наименования? — голос Райи стал сухим, приобретая металлический оттенок. — Ашра, это критическая информация. Кто конкретно выступал в роли посредника? Каковы юридические гарантии выполнения обязательств? — Какое значение имеют гарантии в нашем положении? — Ашра перешла на хриплый шепот, её связки были изношены. — Нам предложили прекращение перманентного преследования. Ресурсную базу. Для Фарагонды это единственный шанс на стабилизацию. — Разве в совете директоров «Продера» не числится Луиза Де Саль? — голос Лололошки прозвучал внезапно, разрезая пространство комнаты с точностью хирургического инструмента. Райя медленно перевела взгляд на молодого человека. Она впервые сфокусировала на нем полноценное внимание. До этого момента его присутствие классифицировалось ею как сопутствующий, малозначимый фактор. Её синие глаза встретились с его зрачками. В этот момент в её когнитивной системе произошел сдвиг. Это не было узнаванием в привычном, бытовом смысле. В памяти всплыли фрагменты данных из закрытых, заблокированных секторов архива — сложные математические модели вероятности, предсказывавшие появление объекта с идентичными характеристиками. Райя не изменила мимики. Её интеллект был слишком отточен, чтобы допустить утечку эмоций перед объективами камер, которые, как она знала, транслировали каждый кадр Веде. Однако внутри неё на краткий миг образовался вакуум абсолютной тишины. — Да, — ответила Райя спустя паузу, длившуюся ровно три секунды. Её голос оставался безупречно модулированным. — Луиза Де Саль. Она действительно является ключевым архитектором этой организации. Она вновь обратилась к Ашре, но теперь в её взгляде присутствовала жесткая, скрытая директива, которую было сложно расшифровать без предварительной подготовки. — Ашра, проанализируй мои слова с максимальной тщательностью, — начала Райя, понизив громкость до порога слышимости микрофонов. — То, что ты принимаешь за альтернативу Институту... не является спасением. Это деструктивный сценарий. Если Луиза координирует этот процесс, значит, их цель — не гуманитарная помощь. Институту и Тору требуются ваши функциональные способности, ваши Искры как ресурс. Но Луиза... — Райя сделала микроскопическую паузу, выстраивая предложение так, чтобы не пересечь черту допустимого. — Для неё вы не являетесь ресурсом. Вы — компоненты в проекте, масштаб которого выходит за рамки воображения Тора. Ашра смотрела на нее с нарастающим скептицизмом. — Ты пытаешься использовать тактику запугивания, чтобы склонить нас к акцепту условий Директора, — прошептала она. — Предлагаешь выбрать «меньшее зло». Но в нашей системе координат разницы нет. Каждый из вас претендует на то, что принадлежит нам по праву рождения. — Дистанция между этими вариантами колоссальна, — Райя сократила расстояние, её ладони теперь находились в опасной близости от рук Ашры. — Тор функционирует в рамках логической структуры. У него есть детерминированные правила и протоколы. С ним возможен диалог и торги. Луиза Де Саль не оперирует понятиями протоколов. Если «Продер» — её инструмент, значит, вы уже интегрированы в структуру, которую она выстроила задолго до того, как вы приняли решение войти в этот лифт. Райя вновь зафиксировала зрение на Лололошке. — Контракт, который я предлагаю, — продолжала она, возвращая разговору структурированный характер, — это единственный легальный способ закрепить ваш статус в этой реальности. Это выведет вас из-под единоличного влияния Луизы. Подписание документов Института сделает вас субъектами под защитой официальных регламентов Лаборатории. Это обеспечит мне юридическое основание для мониторинга вашей безопасности. — Статус субъектов, — Ашра издала короткий, лишенный веселья смешок. — Ты предлагаешь нам выбрать владельца. Тора или Луизу. — Я предлагаю вам временной ресурс, — жестко отрезала Райя. — Время, необходимое для поиска выхода. Прямо сейчас Стерлинг и Веда приближаются к квадрату. Они вступят в контакт с вашими людьми. И если в их распоряжении не будет приказа о начале сотрудничества, будет активирован протокол зачистки. Триста человек на открытой местности, Ашра. Оцени последствия. Подумай о Фарагонде. Она не должна стать свидетелем превращения своего убежища в массовое захоронение из-за твоего отказа признать очевидное. — Никакие документы не будут подписаны до момента получения визуального подтверждения безопасности нашей группы, — твердо произнесла Ашра. Райя коротко кивнула, фиксируя условие. — Я доведу это требование до Веды. Она поднялась. Ткань её халата вновь обрела холодное белое сияние, когда она покинула зону интенсивного красного излучения. Перед тем как уйти, она еще раз посмотрела на Лололошку — долго, с исследовательским интересом, словно сверяя живой объект с идеальной схемой. Райя развернулась и направилась к автоматической двери. Гул сервоприводов поглотил звук её шагов, оставляя присутствующих в тишине, которая теперь казалась физически ощутимым грузом.

***

      Свинцовые тучи опустились вплотную к земле. Плотная масса воздуха давила на плечи, затрудняя каждый вдох. Влажный ветер нес густой запах прелой травы, смешанный с запахом вывернутой наизнанку сырой почвы и резким привкусом озона. Триста человек стояли на открытом пространстве. Порывы ветра били в лица, заставляя щуриться и отворачиваться. Люди плотнее прижимали деревянные и пластиковые приклады к мокрым курткам. Тяжелые сапоги глубоко увязли в скользкой глине. Холод проникал сквозь изношенную ткань, заставляя мышцы непроизвольно сокращаться. Темный внедорожник выехал из полосы тумана. Широкие протекторы сминали вязкую землю, оставляя глубокие колеи. Двигатель работал ровно, издавая низкий гул. Машина остановилась в пяти метрах от первого ряда вооруженных людей. Возникла пауза. Звук мотора стих. Дверцы открылись одновременно. Резкий запах синтетики и химических реагентов ударил в ноздри стоящих впереди, перебивая вонь гниющей земли. Стерлинг вышел из-за руля. Тяжелый ботинок опустился на промерзшую корку грязи, раздавив ее с сухим хрустом. Мужчина выпрямился. Его взгляд скользнул поверх голов собравшихся. Внимание фокусировалось на расстановке сил, секторах возможного обстрела, возвышенностях и укрытиях. Следом салон покинула Веда. Темно-серое пальто плотно облегало ее фигуру. В руках светился прямоугольник планшета. Тусклое синее излучение экрана отражалось в ее бледных глазах, подчеркивая резкие черты лица. Сан Фран стоял в пяти шагах от основной группы. Плотная ткань его куртки потемнела от влаги. Вода стекала по воротнику на шею. Кожа на лице натянулась, под глазами обозначились темные провалы от длительного отсутствия сна. Пальцы крепко сжимали ремень оружия. — Вы перешли границу допустимого, — голос Веды звучал ровно, без интонационных перепадов. Сухая констатация факта. — Нахождение вашей группы в данном квадрате является прямым нарушением регламента изоляции. Статья тридцать четыре свода внешних протоколов Института. Любые перемещения на этой территории без авторизации Центрального блока расцениваются как акт прямой агрессии. Фран сглотнул вязкую слюну. Горло пересохло. Он сделал короткое движение головой, оценивая состояние своих людей за спиной. Триста напряженных фигур. Промокшие насквозь, уставшие, держащие пальцы на спусковых крючках. — Мы проводим поиск своих людей, — голос Франа прозвучал глухо. — Указанный сектор не является собственностью вашей организации. Территория над законсервированными объектами категории «B» сохраняет нейтральный статус согласно общим конвенциям. Предъявленные претензии лишены юридической силы. Мы реализуем право на проведение спасательных мероприятий. Стерлинг скривил губы в короткой усмешке. Он перенес вес на правую ногу, сделав полшага вперед. Ближайшие бойцы первого ряда рефлекторно подняли стволы винтовок. Каспер находился на небольшом пригорке справа. Его правый глаз приник к оптическому прицелу, указательный палец лег на металл спуска. — Право, — произнес Стерлинг, выделяя слово твердой интонацией. — Право на этих пустошах принадлежит силе, способной обеспечить контроль. Оцените свое положение. Вы пытаетесь вскрыть герметичные переборки при помощи примитивных инструментов. Применяемые вами методы не соответствуют стандартам технологической безопасности, отмененным десять лет назад. Ваши действия наносят прямой урон почвенному покрову и стабильности подземных коммуникаций. Веда подняла планшет на уровень груди. На экране сменялись графики вибраций и схемы грунтовых вод. — Зафиксирована дестабилизация грунта в радиусе пятидесяти метров от активных энергетических узлов, — произнесла она. — Это категорическое нарушение норм безопасности. Институт обязан взять текущую операцию под полный контроль для предотвращения неконтролируемого выброса энергии. Предлагается формат сотрудничества. — Сотрудничества, — Фран не изменил позы. — Предложение подразумевает сдачу оружия и передачу полного доступа к точкам входа. После получения доступа территория будет объявлена закрытой зоной Института. Ваша структура не занимается спасением. Ваша структура проводит зачистку и изъятие ресурсов. Веда сделала шаг вперед. Расстояние сократилось. Ветер растрепал ее волосы, но лицо осталось неподвижным. — Институт располагает необходимым оборудованием, — тон Веды оставался ровным, лишенным эмоций. — Специалисты вскроют шлюзы за пятнадцать минут без повреждения несущих конструкций тоннелей. Заблокированным внизу людям требуются медикаменты, источники тепла, чистая вода. Подписание протокола временного взаимодействия решит эти проблемы. Документ гарантирует сохранение жизней вашей группы. — Подписание документа переведет нас в статус задержанных, — произнес Фран. За его спиной послышался глухой ропот. Люди переступали с ноги на ногу, грязь чавкала под подошвами. Собравшиеся понимали схему работы Института. Любое взаимодействие с этой структурой заканчивалось полным поглощением и утратой автономии. Стерлинг медленно обвел взглядом поле. Триста фигур в грязной одежде. Плохое вооружение. Отсутствие единой экипировки. — Ваша структура не зарегистрирована, — голос Стерлинга звучал громко, перекрывая шум ветра. — Юридически вас не существует. Отсутствие записей в реестрах развязывает руки. Возможный инцидент в этом квадрате будет оформлен как результат природной аномалии. Приказ отряду «Дельта» приведет к полной ликвидации группы на этой точке. Имена сотрутся. Единственный вариант сохранения ваших жизней — признание юрисдикции Института. Мы открываем проход, извлекаем людей. Вы возвращаетесь в жилой блок под нашим полным протекторатом. — Протекторат означает полную потерю свободы действий, — Фран сильнее сжал ремень винтовки. — У вас нет полномочий блокировать спасательную группу на нейтральной полосе. — Полномочия подтверждены, — Веда опустила взгляд на мерцающий экран. — Регламент «Тишина». При фиксации неуправляемой активности в пограничной зоне мы обязаны изолировать источник. Источником являетесь вы. На принятие решения и начало процедуры регистрации в нашей сети отводится пять минут. При отрицательном ответе квадрат объявляется зоной строгого карантина. Протокол карантина подразумевает ведение огня на поражение без дополнительных предупреждений. Над полем повисла тяжелая пауза. Ветер трепал полы одежды. Каспер в перекрестье прицела видел правую руку Стерлинга. Пальцы мужчины находились в нескольких сантиметрах от кобуры на бедре. Оружие было снято с предохранителя. Представители корпорации прибыли с готовым решением. — Вы нарушаете пункты соглашения о невмешательстве в дела автономных поселений, — Фран произнес слова, зная их бесполезность в текущей ситуации. — Вмешательство отсутствует, — Веда убрала планшет во внутренний карман пальто. — Происходит стабилизация обстановки. Институт обеспечивает порядок. Вы создаете угрозу безопасности сектора. Принимайте решение. Переход под управление Института и получение технической поддержки. Либо ожидание на этой точке до момента нашего самостоятельного вскрытия бункера. Судьба находящихся внутри людей после вскрытия не будет являться приоритетом. Фран повернул голову вправо, затем влево. Триста человек смотрели на него. Серые лица, покрытые грязью и потом. В их позах читалась крайняя степень физического истощения, смешанная с твердым намерением не отступать. Отход означал потерю людей под землей. Согласие означало передачу контроля над всем поселением. — Процедура регистрации отменяется, — голос Франа набрал силу, зазвучав тверже. — Работы по вскрытию грунта будут продолжены силами нашей группы. Открытие огня с вашей стороны приведет к ответным действиям. Протоколы подписаны не будут. Стерлинг задержал дыхание на секунду, затем медленно выдохнул. Мышцы на его лице не дрогнули. Он повернул голову к женщине. — Время вышло. Веда посмотрела на экран наручных часов. — У них есть несколько минут на осознание последствий, — она повернулась спиной к толпе и сделала шаг в сторону машины. — Стерлинг, полная блокировка периметра. Исключить любое движение внутрь и наружу квадрата. При контакте с элементами нашего оборудования действовать согласно регламенту. Темный внедорожник сдал назад. Шины прокрутились в грязи, разбрасывая комья мокрой земли. Автомобиль начал медленно отдаляться, скрываясь за пеленой тумана.

      Влага полностью пропитала пространство. Вода висела в воздухе плотной взвесью, оседала на лицах, проникала под воротники, многократно утяжеляла изношенную одежду. Вдыхать приходилось с явным физическим усилием, проталкивая сырость внутрь. Ночная мгла сливалась с непрекращающимся ливнем. Почва под ногами давно перестала впитывать воду. При каждом движении подошвы с громким чавканьем погружались в вязкую, непролазную жижу. Тяжелые холодные капли методично били по плечам, стекали за шиворот, неуклонно снижая температуру тела. Впереди, на расстоянии нескольких сотен метров, сквозь густую серую пелену пробивались желтоватые огни фар. Внедорожник стоял с заглушенным двигателем. Стерлинг и Веда находились рядом с машиной. Вода ручьями стекала по их темным непромокаемым плащам. Обе фигуры сохраняли неподвижность. Ожидание затягивалось, сливаясь с монотонным шумом непогоды. Фран находился посередине перепаханного пустыря. Его сапоги увязли в липкой массе по самую щиколотку. Он медленно поднял правую руку, сжав пальцы в кулак. Жест с трудом различался в плотных сумерках. Стоящие в первом ряду перехватили сигнал, передавая его дальше кивками и короткими толчками в плечо. Разрозненно стоящие на ветру люди начали поворачивать головы в сторону центра. Холодный ветер метал им в лица потоки воды. — Сюда. Собирайтесь в центре, — Фран повысил тон. Слова давались тяжело. Горло пересохло от долгого напряжения. Звук голоса терялся в шуме стихии, заставляя напрягать связки до предела. — Смыкайте ряды. Плотнее. Нам необходимо слышать друг друга. Шум дождя заглушает речь. Группа пришла в движение. Каждый шаг требовал заметных усилий. Сапоги вязли в раскисшей земле. Смешение людей происходило медленно. Присутствующие образовывали плотное кольцо, смыкая ряды. Лоренс занял позицию справа от Франа. Стойкий запах въевшегося дешевого табака исходил от его промокшей куртки, смешиваясь с запахом сырой земли и немытого тела. Титус остановился по левую сторону. Его била крупная дрожь. Плечи были приподняты, подбородок опущен на грудь. Он прятал посиневшие от холода пальцы глубоко в рукавах. Кожа на его лице натянулась, жестко выделяя скулы. — Какие дальнейшие действия? — Лоренс сплюнул темную слюну в ближайшую лужу. — Условия озвучены предельно ясно. Подписание документов лишает нас любых прав. Группа переходит в полное распоряжение корпорации. Отказ ведет к ликвидации прямо на этом пустыре. Люди истощены. Позади два десятка лет под землей. Постоянная нехватка ультрафиолета, скудное питание, перманентная сырость. Физических сил на сопротивление нет. — Проблема заключается в другом, — заговорила Марта. Высокая женщина с глубоким рубцом над левым глазом плотнее запахнула воротник. До выхода на поверхность она контролировала распределение энергии в жилых блоках. — Предложенные условия не предполагают нашего выживания в долгосрочной перспективе. Документ дает им юридическое право использовать наши тела для любых тестов. Исключений не предусмотрено. — Пусть попробуют подойти, — вмешался Каэль. Под его красными от хронического недосыпа глазами залегли темные круги. Грязные пальцы крепче сжали кусок ржавой трубы. Вода на его лице перемешалась с землей. — У нас имеется оружие. Окажем сопротивление при попытке задержания. — Прекрати, — произнес Силас. Мужчина старшего возраста перенес вес тела на древко тяжелой лопаты. Вздувшиеся вены на его руках пульсировали. — Твои заявления не подкреплены фактами. Противник вооружен автоматическим оружием. На нашей стороне только численность, полное отсутствие тактики и самодельные заточки. Мы находимся на открытом пространстве. Триста невооруженных человек. Уничтожение группы займет не более трех минут. Фран окинул взглядом кольцо людей. Серая кожа, впалые щеки, глубокие морщины, потрескавшиеся от ветра губы. Мокрая одежда намертво прилипла к худым телам. Выбор Фарагонды основывался на строгом расчете. В список попали исключительно те, кто перенес условия нижних уровней. Физическое истощение компенсировалось длительной адаптацией к экстремальным перегрузкам. — Внимание, — Фран сделал тяжелый шаг вперед, продавливая почву. Сапог с трудом оторвался от грязи. Шум дождя не прекращался, вода потоками стекала по лицам. — Составление этой группы не являлось случайностью. Каждый присутствующий здесь обладает измененной физиологией. Мы — мироходцы. Наша структура не привязана к текущей координатной сетке. Ограничения этого места применимы к нам лишь частично. — Планируется переход? — Титус поднял голову, часто моргая от попадающих в глаза капель. — Непосредственно с этой точки? Без использования аппаратных стабилизаторов пространственный карман захлопнется. Произойдет расщепление на атомарном уровне при попытке прокола. — Прокол пространства силами одного человека приведет к летальному исходу, — подтвердил Фран. Вода стекала по его лицу, попадая в рот. Он сплюнул в сторону. — Группа из десяти человек также не сгенерирует нужный импульс. Но нас триста. Триста единиц энергии. Синхронизация частот создаст плотный резонанс. Данный метод полностью исключает потребность в их технологических установках. Люди начали переговариваться. Ропот сливался с шумом непогоды. Проведение коллективного перехода требовало максимальной концентрации. Практика подобных перемещений отсутствовала в течение долгого времени. Вероятность успешного исхода стремилась к нулю при малейшем нарушении ритма. Смещение частот у одного человека могло спровоцировать цепную реакцию и уничтожить всю группу. — Процент вероятного провала недопустимо высок, — произнесла Марта, скрестив руки на груди. — Потеря концентрации хотя бы одним участником приведет к дестабилизации всего поля. Последствия неконтролируемого выброса энергии предсказать невозможно. — Альтернативные варианты отсутствуют, Марта, — Фран не менял позы. Дождь усиливался. — Решение руководства института окончательное. Представители корпорации приступят к изъятию людей в ближайшие часы. Первую группу заберут сегодня ночью для проведения инвазивных процедур. Марта опустила голову, соглашаясь с доводами. — Подготовка потребует времени. Процесс синхронизации сопровождается выделением энергии в видимом спектре. Охрана немедленно отреагирует на свечение. Будет открыт огонь на поражение. Нам не позволят завершить процедуру. — Увеличиваем скорость подготовки, — Фран перевел взгляд на Лоренса. — Твоя группа формирует внешний радиус. Занимаете круговую оборону. Огонь открывать исключительно после первых выстрелов со стороны противника. Запрещено провоцировать охрану. Каспер, возьми под контроль периметр. Отслеживай перемещения техники и людей. Докладывай о малейших изменениях обстановки. Толпа пришла в движение. Люди меняли позиции, расталкивая друг друга локтями. Грязь летела из-под десятков ног. Движения стали резкими, обрывистыми. Внешний периметр сформировался за несколько секунд. Вооруженные обрезками труб и ржавыми ножами встали спиной к центру. Остальные сгрудились внутри кольца. — Сократить дистанцию до минимума, — голос Франа звучал ровно, без интонаций. Он перекрывал монотонный шум. — Обеспечить физический контакт. Жесткая сцепка рук. Закрыть глаза. Исключить влияние внешних факторов. Концентрация исключительно на внутреннем ритме. Триста человек соединили руки. Пальцы впивались в запястья соседей, оставляя синяки на грязной коже. Группа превратилась в плотный ком тел посередине размокшего поля. Лоренс находился на внешней границе круга. Вода ручьями стекала по его лицу. Пальцы с силой сдавливали холодный металл самодельного копья. Туман впереди пришел в движение. В серой пелене появились темные прямоугольные силуэты. Транспортные средства корпорации начали медленное продвижение в сторону людей. Титус закрыл рот. Мышцы его спины сильно напряглись. По телу прошла низкочастотная вибрация. Она не улавливалась слухом, но ощущалась физически, резонируя в грудной клетке. Давление воздуха внутри кольца резко упало. Температура среды изменилась. Падение дождевых капель замедлилось. Вода начала скапливаться в пространстве, образуя зависшие сгустки влаги над головами людей. Гравитационное поле исказилось на локальном участке. — Транспорт увеличивает скорость движения, — громко доложил Каспер, не оборачиваясь. — Игнорировать внешние раздражители, — произнес Фран. Его голос перекрывал нарастающий гул. — Поддерживать заданный темп. Не разрывать контакт. Плотность почвы под ногами критически снизилась. Вязкая грязь перешла в жидкое состояние. Возник непрерывный низкочастотный звук. Перепады давления воздействовали на барабанные перепонки. На поверхности луж образовались пузыри. Выделение неизвестного газа сопровождалось громким шипением. Пространство вокруг группы подверглось оптическому искажению. Видимые объекты начали распадаться на фрагменты, теряя правильные геометрические формы. Воздух приобрел плотность воды. На крышах внедорожников активировались галогенные прожекторы. Жесткие световые пучки прорезали туман, освещая искаженное пространство над толпой. Сработала система громкоговорящей связи. Металлический голос разнесся над полем: — Группе прекратить движение. Оставаться на текущих позициях. Немедленно остановить активность. При отказе выполнить приказ будет применено оружие на поражение. Стерлинг покинул салон автомобиля. Его ботинки ударились о мокрую землю. Мужчина смотрел прямо перед собой. Фигуры трехсот человек теряли плотность. Контуры тел смазывались, смешиваясь с искаженным фоном пустоши. Процесс дематериализации шел с нарастающей скоростью. — Синхронизация завершена, — Фран опустил голову. Звуковой фон резко исчез. Образовался абсолютный вакуум. На месте нахождения группы возникла пространственная каверна. Твердая порода и жидкая грязь перестали существовать в заданных координатах. Отсутствие опоры привело к мгновенному изменению положения тел. Гравитация потянула людей вниз. Триста человек провалились в сформированную пустоту. Искажение закрылось, оставив на поверхности поля ровный участок спрессованной земли.