Хэллоуинские сказки

— Что делаешь? — Гарри вернулся после работы, но вместо привычного приветствия получил звенящую тишину. Драко обнаружился в подвале, в окружении свечей и различного рода подношений. — Неужели готовишься к Хэллоуину? — Привет, — немного рассеянно отозвался муж, не отрывая взгляда от воздвигнутого алтаря. — Нет, к Самайну. — Самайн? — Гарри попытался вспомнить, знает ли такой праздник, но ничего похожего он, кажется, не видел. — Это какой-то праздник чистокровных?.. — Не совсем, — Драко, наконец, встал с пола и потянулся. Его тело затекло от длительного напряжения. — Пойдём наверх? Всё, что нужно, я сделал. Расскажу о празднике за ужином.       Они поднялись наверх, где Кричер, ворча под нос о чём-то своём, накрыл на стол незамысловатые блюда. За окном выл холодный, осенний ветер, оттого атмосфера в приглушённом свете свечей получалась невероятно навивающей какое-то мистическо-романтичное настроение. — Расскажу тебе так, как мне рассказывала о Самайне матушка, — с лёгкой, ностальгической улыбкой начал Драко, потирая бока старой, но изящной кружки, из которой поднимался завитками сладкий пар от какао. — Началось всё давным-давно, ещё до пришествия Мерлина…       Издревле мир живых и мир мёртвых был разделён Завесой. То тут, то там люди натыкались на физические её воплощения — на данный момент единственной такой осталась Арка смерти (Гарри невольно вздрогнул, вспомнив её. Драко мгновенно положил на смуглую ладонь свою руку и погладил), вокруг которой, чтобы уберечь людей, построили нынешнее Министерство. Впрочем, это сейчас не главное.       Однажды пришло такое время, когда могущественный ветер нарочно всполошил края Завесы, поднял бурю, стёр те грани, что разделяли миры. Это подняло страшную магическую бурю, превратившую ночь, которую сейчас мы зовём Самайном, в точку встречи между живущими и покойниками, между прошлым и будущим. Призраки пришли на пороги своих домов, живые столкнулись лицом к лицу с теми, кого давно похоронили. И это, к сожалению, не было похоже на долгожданное воссоединение. Призраки в помутнённом из-за магических аномалий сознании преследовали лишь одну цель — увести живых за собой, за Грань Завесы, увещевая, что там их ждёт вечная жизнь.       Драко прервался, заметив несколько посеревшее лицо Гарри. Он понимал, о чём муж думает — если бы так пришли за ним родители, Сириус или Римус… Тяжелый вздох сорвался с искусанных губ сам собой. Слишком тяжело это даже представить. — Гарри, — Драко прижался плечом к плечу, — не думай об этом, ладно? Такого не случится. — Да… Да, конечно. Продолжай.       В отличии от магглов, маги, обладающие более глубокие знания о природе происшествия, быстро нашли решение. Подготовленный специальный ритуал должен был не только закрыть бреши, но и укрепить Завесу, чтобы никогда боле не повторилось этого ужаса. Тогда-то все Арки и были запечатаны, а что до той самой… Любопытство не порок, а магам свойственно желать изучать неизвестное. Так вот. Ночью, когда над головами в полной красе воссияла полная луна, группа избранных отправилась в места силы, что были ближе всего к повредившейся Границе.       Как понимаешь, столь маштабное и сильное волшебство скрыть совсем не удалось. Магглы, ставшие свидетелями вспышкам и грому, справились с созданием легенды самостоятельно. Для них это было лишь божественным аль дьявольским знамением, смотря во что верили. Чтобы успокоить беспокойные стихийные бедствия и попросить у своего Бога защиты, они принялись каждый год оставлять на порогах пищу и питьё, украсишать жилища тыквами и яблоками, источающими запах спелых плодов. Ритуал маги боле не проводили, люди сделали вывод, что так быть и должно.       Однако столь маложивущий вид быстро забывает, с чего началось, зачем нужно было. Праздник стал видоизменяться: сначала детей начали одевать в костюмы зверей и монстров, чтобы «спрятать от косых взглядом чертей», потом к кострам присоединились ритуальные песнопения, призванные отвадить плохие энергии и привлечь удачу.       Многие века спустя, правда о происхождении Самайна почти утрачена, заменённая весельем и развлечением. За годы подобные обычаи превратились в традиции, соблюдаемые всеми людьми в ночь Самайна. Но истинную природу праздника запомнили лишь маги — для нас это не просто вечер еды и огня. Проводимые нами обряды — необходимость для поддержания гармонии между жизнью и смертью, прошлого и будущего. Самайн остаётся символом единения и почтения перед циклом бытия, показывающим, насколько хрупким является наше существование. — Очень… красивая история, — наконец, прошептал Гарри, заворожённый огнём свечей и голосом мужа. — И почему нам в Хогвартсе об этом не рассказывали? — Ну, не знаю, что у вас, гриффиндурков, там было, — фыркнул Драко, в душе радуясь, что они не стали продолжать тему выхода мёртвых из Завесы, — но у нас в Слизерине Самайн проводили. Мы делали алтарь, возлагали подношения. — Надо было соглашаться со шляпой и идти к тебе в подземелья, авось вырос бы более образованным, — рассмеялся он в ответ, совершенно не заметив отразившегося на лице мужа удивления. — Что? — Ты должен был пойти на Слизерин? Шутишь что ли? — А я не говорил? — Гарри почесал затылок, неуверенно улыбаясь. — Когда на меня надели Распределяющую шляпу, она первым делом сказала, что мне будет хорошо там, а я упёрся — «только не Слизерин, только не Слизерин», — он максимально по-идиотски передразнил самого себя, корча рожу. Драко рассмеялся. — Мне же все уши прожужжали, что там учился Волан-де-Морт, вот я и не захотел. — Понятно всё с тобой, — закатил глаза глубоко оскорблённый этим замечанием слизеринец, — вот что значит маггловское воспитание. А с кем уж повёлся, от того и... — Эй, мы же договорились не вспоминать о том случае на первом курсе! — вышло больше жалобно, чем возмущённо. — Да, я шрамоголовый гриффиндурок, а ты слизеринский прекрасный принц, всё, неизменная константа. — Как хорошо, что ты такой понятливый, — Драко встал. Кричер тут же оказался в комнате и принялся за уборку. — Пойдём тогда? Почти наступило время для обряда. — Я тоже? — Гарри удивлённо вскинул брови, замерев у стола. — Я же никогда ещё не участвовал в подобном, мне надо как-то подготовится? Может... — Не суетись, — Драко взял его за руку и потянул за собой, — всё нормально. Сегодня просто посмотришь, рядом посидишь, поделишься магической силой, когда скажу. А в следующем году проведёшь сам. Ничего экстраординарного там нет.       Они спустились в подвал. Теперь Гарри заметил и лежащие плоды яблок и тыквы, и специально разлитое на пол вино, и запах — немного сладковатый, немного горький от каких-то трав. Алтарь был увешен рябиновыми ветками и гвоздикой.       Сам обряд прошёл так... волшебно. Да, он был магом, да, колдовал, но что-то в древних ритуалах было иначе. Словно магия задышала, сбросила оковы ежедневной рутины, оплела руки мягким прикосновением. Связала душу тонкой нитью бытия, протягивая через прошлое в будущее, погружая в ностальгическую тоску по родным. Казалось, что они — мама, папа, Сириус, Римус, Тонкс, — стоят за спиной, касаются плеч и желают счастливого года. Обернутся было невозможно; и из-за страха, и из-за резко пронзившего чувства вины.       Но от затопивших эмоций спас Драко. Коснулся руки, улыбнулся, обнял. И дышать стало легче. — Счастливого Самайна, Гарри. — Счастливого Самайна. Люблю тебя. — И я тебя люблю.