Вокзал перемен.

            «Иногда нужно всё разрушить, спалить всё дотла, чтобы потом начать всё сначала.»

@Ирвин Уэлш.

***

      Гарри Поттер. Мальчик-Который-Выжил. Юноша, которому не посчастливилось стать символом Света в войне против Воландеморта… Сильный парень, пытавшийся просто выжить в суровой реальности, постоянно выбираясь даже из самых ужасных передряг; не всегда невредимым, но хотя бы живым… Но не сегодня… Прямо сейчас… Пришёл конец всем его страданиям и лишениям. Пришёл конец недолгой и очень трудной жизни Мальчика-Который-Всем-Должен…       Бесстрашный гриффиндорец, что не успел дожить даже до восемнадцати лет, смотрел, словно, в замедленной съёмке, как ему в грудь летит ярко-зелёный луч убийственного заклятия, и думал о том, что наконец-то он освободится от всего и начнётся его новая жизнь, пусть и в другом мире и теле. Гарри верил, что существует перерождение, и желал лишь одного, чтобы новая жизнь оказалась лучше того, что он испытывал всё это время. Юноша верил, что где-то там, даже не зная, где, он станет по-настоящему счастливым, а не сломленным и разбитым на кускочки ребёнком, чьи плечи еле выдерживают многотонный груз по завершению войны добра и зла… Единственное, он не хотел оставлять своих друзей, но, возможно, его смерть станет для них ступенькой к счастью!       Гарри хотел, чтобы его новый мир был лучше этого, где ему не придётся собирать крошки чужого счастья, чтобы впитать их и на какое-то время забыть о всей тьме, что происходила в его жалкой и бесполезной жизни. Отчаянный мальчишка желал, чтобы его приключения в следующем существовании не были столь опасными, как эта непонятная и невыносимая война, где было не место ни ему, ни другим детям, даже тем кому пришлось украсить свои предплечья Тёмной Меткой. Война — это удел взрослых и образованных людей, которые знают и умеют больше юнцов, что едва освоили школьную программу. Эти битвы Ордена Феникса и Пожирателей смерти не должны становится ответственностью детей, которым, в итоге, приходится учиться сражаться на ходу и стараться при этом как-то не умереть по дороге к победе одной из сторон. Война — не удел школьников, которым положено быть просто детьми и подростками. Они не должны переживать за свою жизнь или жизни своих друзей и близких, бояться читать газеты, чтобы не увидеть знакомых имён…       Прошло буквально несколько секунд, с тех пор как луч Авады Кедавры встретился с грудью Мальчика-Который-Выжил, и яркая вспышка озарила поляну, словно прямо там решила родиться сверхновая звезда. Ужасающая волна магии появилась почти одновременно со вспышкой зелёного света и разбросала всех ПСов вместе с их предводителем по поляне в Запретном лесу… Миг… Посередине «арены» стало видно оседающего наземь парня. Почва была чуть влажной, но юный гриффиндорец не пошевелился от соприкосновения с землёй. Он лежал сломанной куклой среди старых листьев и мха. Этот юноша больше никогда не улыбнётся, ведь его сердце остановилось в одно мгновение. В этом мире, в этом времени и в этой реальности больше не существует волшебника по имени Гарри Джеймс Поттер. Осталась только его телесная оболчка, смотрящая пустыми, оттого болотно-зелёными, глазам в хмурое майское небо, которое разразилось громом и молниями. Дождь набирал обороты, но это больше не волновало душу смелого и отчаянного мальчишки, который почти успел стать мужчиной. Его душа ушла в междумирье, чтобы узнать что ждёт его дальше… Но Поттер ещё не знал, что его желания были услышаны…

***

      Душа Гарри Поттера появилась в ослепительно-белом помещении, которое постепенно приняло очертания так хорошо ему знакомой платформы девять и три четверти на вокзале Кинг Кросс. Это место стало для ещё маленького одиннадцатилетнего мальчика символом надежды на лучшую жизнь. Каждый раз, возвращаясь сюда, чтобы отправиться в школу на большом красном поезде, ребёнок, видевший несправедливое поведение по отношению к нему, наивно ждал и верил, что именно сейчас и именно в этом году его жизнь наконец-то станет другой. Но сейчас… Сейчас это место стало его светом в конце туннеля. Пристанищем для общения с Вечной Госпожой, которая, выслушав его исповедь, отправит его за Грань, чтобы там он провёл своё время до нового перерождения, или же остался на вечные блуждания тенью Серых Пределов. Как любили говорить магглы, верящие в Бога: он бы направился либо в рай, либо в ад…       Гриффиндорец встряхнулся, как большой мокрый пёс, когда его глаза привыкли к окружающей обстановке. Парень хотел, как обычно, поправить свои дурацкие очки-велосипеды и потереть шрам на своём лбу, когда понял, что ни того, ни другого нет. Лицо юноши приняло недоумевающее выражение, но с пухлых губ так и не сорвалось ни одного слова, ведь вопросы задавать на призрачном вокзале было некому. Поттер даже начал поворачивать голову, чтобы убедиться, что в этом помещении точно никого нет, когда его взгляд зацепился за какой-то свёрток, что лежал под ближайшей лавочкой и постоянно вздрагивал и скулил.       Гарри хотел подойти к этому дрожащему комочку, но какая-то сила не дала ему этого сделать и с лёгкостью развернула юношу лицом к железнодорожным путям. Там, между краем платформы и молодым человеком, стояли три изящные и красивые женщины: Смерть, Жизнь и Магия. Они услышали желания юного волшебника и захотели помочь ему. Парень не знал, кто же это такие, но чувствовал, что нужно встать на колени и опустить голову в поклоне… Не осознавая, что он делает, Гарри опустился в нижайшем поклоне — чаран спарш, который один единственный раз увидел у сестёр Патил, когда те кланялись в ноги своему отцу после произошедшего с Отрядом Дамблдора, прося так у него прощения. Лоб Поттера касался белоснежной мостовой. И, не смея поднять голову, чтобы рассмотреть леди своими колдовскими зелёными глазами, юноша просто ждал чего-то, сам не понимая, чего…       Девушка, что стояла правее, бесшумно переместилась к нему, сделав лишь один шаг, и, наклонившись взяла подбородок белой изящной ладонью, подняв голову юноши, чтобы он посмотрел на её лицо. Гриффиндорец поднял голову и начал рассматривать незнакомку, что так нежно, но в то же время властно держала его подбородок. Лицо дамы казалось миниатюрным и милым, но при этом выглядя отстранённо, словно у скульптуры древнего мира. Чёрные блестящие волосы, с едва заметными серебристыми прядями, заплетенные в две длинные косы до бёдер, сильно поразили юношу. Пухлые губы цвета персика привлекали внимание, а тонкий и изящный нос очень сильно выделялся, ведь выше, прямо на глазах, была замотана белая ткань. Внешне казалось, что черновласая слепа, но, глядя на неё, чудилось, что она тоже смотрит на тебя. Фигура девушки была скрыта под платьем, что соткано из грязно-серого тума, хотя такое вроде бы невозможно. От Силы, окружающей странную леди, пробегала дрожь по коже. Аура её была холодна, словно тысячи тончайших иголок, впивающихся в твоё тело. — Здравствуй, знающий себя как Гарри Джеймс Поттер. Повелитель Смерти, — тихо сказала подошедшая, отпустила подбородок парня. После чего спокойно шагнула назад, встав на своё прежнее место. — Здравствуй, дитя Жизни, — проворковала весёлым тоном та, что стояла слева, После такого неожиданно счастливого тона взгляд преклоняющегося волшебника переключился на новый объект для изучения Девушка стояла столь же прекрасная, как и первая, но волосы у леди отливали чистым золотом, словно лучи весеннего солнца, и струились тяжёлыми волнами до стоп, а большие глаза являли собой воплощение смертельного заклятья — Авады Кедавры, смотрели с прищуром, сканируя и ища что-то внутри человека, склонившегося перед ней. Платье молодой женщины выглядело как сплетённые между собой полевые цветы. А аура отдавала тёплотой и уютном, подобно осеннему вечеру у камина с горячим чаем, пледом и книгой. — Здравствуй, любимец Магии, — властно и уверенно проговорила последняя девушка, что стояла слева. Взгляд грифиндорца переместился на последнюю представительницу прекрасного пола. Гарри отметил, что она выглядела чуть старше двух других дам, но общие черты лица никуда не делись. Только светло-синии глаза, напоминающие летнее небо, и рыжие кудрявые волосы, будто пламя костра, отличали её от других. Ну, и конечно же неповторимое, словно сотканное из света платье. От огненновласой исходила мощная, но при этом спокойная аура, будто смотришь на вершины северных гор, что веками подпирали своими снежными пиками небосвод, словно каменные Атланты.       Гарри смотрел на них, боясь и не смея что-либо сказать этим божественно красивым леди. Он мог только молча восхищаться и содрогаться от мощи, чувствуя кожей их Силу. Может быть, гриффиндорец и смог бы ответить девушкам, но все его мысли скакали, будто блохи, с одной темы на другую: то юноше хочется спросить у этих миледи, кто они такие, то узнать, что это за место, то просто выразить свой восторг от того, какие же эти дамы красивые… Но зеленоглазый парень не знал, что все эти слова и вопросы, что он хотел бы сказать и задать, с лёгкостью прочтены тремя сёстрами…       Наверное, поэтому, когда в тишине призрачно-белого вокзала, отдался эхом мелодичный смех, будто перезвон колокольчиков, Гарри подпрыгнул и выругался от испуга. Отчего златовласая миледи рассмеялась ещё сильнее, после чего начала разговор первой. — Спасибо за комплименты, зовущий себя Гарри Джеймсом Поттером. Я — Вита, — богиня дарующая Жизнь, — указала на себя изящным пальчиком зеленоглазая девушка. — А это мои младшие сёстры — Мортем — богиня, забирающая души за грань. И Магия — богиня, наделяющая всё живое волшебством, — показала пальчиком сначала на девушку с белой повязкой на глазах, а потом на синеглазую красавицу.       Поттер открыл рот от изумления, а его ноги затряслись и подогнулись. Теперь юноша стоял на коленях перед существами, в чью реальность никогда не верил, считал лишь персонажами сказок Барда Бидля, и смиренно склонял голову. В этот миг гриффиндорец осознал, что действительно умер, ведь он помнил всё, что произошло на поляне в Запретном лесу. Ему посчастливилось снова столкнуться со смертельным проклятьем в исполнении Тома Реддла, а раз Авада попала точно в грудь, то Гарри больше не в списках живых волшебников Британии. Поттер мог подумать, что всё вокруг может быть лишь плодом его воображения в последние секунды жизни, но парень был уверен, что так выглядит его личная комната для общения с Ангелом Смерти. Правда, смелого гриффиндорца смущало присутствие сразу трёх богинь из легенд, вместо одного проводника в мир мёртвых, но Мальчик-Который-Выжил всегда был особенным… — Мы расскажем тебе всё, что ты хочешь узнать, — вступила в разговор Мортем. — А также мы хотели бы кое о чём тебя попросить, подчинивший себе мои дары, — Гарри непонимающе посмотрел на властительницу Серых Пределов. — Вита. Мор. Если вы не против, разговор с мальчиком начну я, — уверенно и властно обратилась к своим сёстрам Магия, зная, что они не будут возражать. — Что бы ты хотел узнать, юный волшебник? Я бы предпочла обычный диалог, вместо чтения твоих мыслей, что находятся в хаосе. — А, да… Это… Ну… Здравствуйте! — неуверенно произнёс Мальчик-Который-Теперь-Точно-Умер, всё ещё стоя на коленях и не зная, что ему делать и что говорить. — Встань, надежда Магического Мира, мы просто хотим с тобой поговорить, — спокойно произнесла леди в платье, сотканном из света — Ты — наша последняя надежда спасти этот мир от разрушения, иначе он отколется от Древа Миров и всё живое в нём погибнет. А мы не хотим, чтобы наше с сёстрами творение распалось на мелкие кусочки в бесконечном нигде. Этот мир дорог нам, мы создавали его вместе, ещё в самом начале нашего становления божествами! Пожалуйста, выслушай нас и помоги! — А… В общем… Ну… — Гарри пытался выдавить из себя хоть один вопрос и у него это получилось. — А что значит Древо Миров? — Вита снова рассмеялась своим чистым голоском и ответила юноше предельно просто. — Древо Миров — это ось всего мироздания. Та невидимая сила, о которой многое поняли обычные люди ещё в начале двадцатого века. Правда ,их теории всё ещё очень абсурдны, но саму суть вещей обделённые магией очень хорошо понимают, изучая всё что их окружает! В отличие от магов, которые не просто застряли в середине восемнадцатого века, но и начали деградировать, забывая даже заветы предков, не говоря уже о прогрессе! — черновласый парень открыл рот от изумления, слушая богиню Жизни. Где-то внутри него опять зазудело что-то такое, что Гермиона называла «Синдром спасателя», и Гарри уже готов был помочь, слыша отчаяние в голосе миледи, что так искристо и радостно смеётся. — Прости, что мы просим тебя взвалить такую ответственность, но нам нельзя напрямую вмешиваться в историю нашего мира, иначе нас накажет Создатель всего сущего. Мортем однажды уже ослушалась, отчего ОН лишил мою сестру прекрасных чёрных глаз, а ведь Смерть лишь помогла трём Перевеллам, чтобы также спасти наш любимый мир. Вита тоже уже ослушалась Создателя, помогая и подталкивая тройку друзей построить Хогвартс более тысячи лет назад, и теперь каждый её шаг сопровождается мучительной болью, словно моя сестрёнка ходит по острым ножам! И теперь приходится вмешиваться мне, ты наш последний шанс, отсрочить погибель этого прекрасного мира! — снова заговорила синеглазая. — Но почему именно я? Почему не директор Дамблдор? Или кто-нибудь ещё в этом мире? — Потому что ты единственный потомок нас всех, что остался в этом мире. Мои сёстры успели оставить полубожественных детей, чьи линии наследования привели к тебе, а моим ребенком ты считаешься с самого рождения, ведь ты обладаешь магией и несёшь частицу меня в себе — это твоё магическое ядро. И мы надеемся, что из-за такого родства с нами Создатель не покарает нас всех, а только несильно накажет меня, как ту, что вмешалась напрямую в ход истории, — голосом, полным грусти и раскаяния, рассказала Магия. — Но прежде, чем ты скажешь нам о своём решении посмотри, пожалуйста, сюда и запомни, что не все, кому ты доверял и кого ты ненавидел, такие, какие есть на самом деле.

***

      Перед Гарри появился тёмный экран, словно между ним и богинями поставили плоский телевизор. Сначала юноша заметил разноцветные пятна на тёмном провале в воздухе, которые начали складываться в странный фильм. Поттер внимательно смотрел на двигающихся людей и с удивлением понял, что начал слышать голоса, будто и правда смотрел маггловский телевизор…       Перед парнем разворачивались сцены из жизни знакомых ему людей, их слова и поступки…       Вот великий светлый волшебник Дамблдор подталкивает юного Тома Реддла ко тьме, а мысли старца далеки от добрых. Он жаждет снова ощутить лучи славы, снова стать Героем. Альбус желает бессмертия и величия и потому решил вырастить себе нового Тёмного Лорда, что ему успешно удаётся и магический мир Англии затягивает во вторую войну этого столетия. Но все планы великого гроссмейстера ломает пророчество, произнесённое спонтанно Сивиллой Трелони и подслушенное юным Северусом Снейпом. Ему приходится корректировать память начинающему стороннику тьмы с помощью Конфундуса, а Трелони взять на работу в школу. Хотя изначально светлый дедушка этого не планировал, потому и устроил собеседование в Кабаньей Голове. Но такие фигуры с неизвестной переменной нужно держать поближе. Как же Альбус в последствии жалел о своём решении наложить обычный Конфундус на Снейпа, тот быстро доложил своему покровителю о странном пророчестве и всё внимание Тома переключилось с фигуры Дамблдора на выдуманную им самим пешку. И как же старец был удивлён, когда две семьи, считавшиеся сторонниками Ордена Феникса, друг за другом принесли в этот мир мальчиков, так подходящих под придуманное пророчество. И тогда-то у великого мага созрел новый план, как стать героем, при этом вообще не жертвуя своими личными желаниями и привязанностями, как это было с его любовником Гриндевальдом…       Гарри смотрел и ужасался всему, что видит. Он никогда не представлял, что человек может быть настолько жесток к другим ради себя. При этом не сходя с ума, как это было у Тома Реддла из-за крестражей, тут был просто «Синдром Бога» в чистом его виде. И ведь Альбусу Персивалю Вульфрику Брайану Дамблдору всё прекрасно удавалось. Вся жизнь Гарри Поттера была распланирована сразу после рождения и лишь иногда подвергалась корректировкам, как, например, начало дружбы с маглорождённой Гермионой Джин Грейнджер на первом курсе или испытание с Василиском на втором. Даже дружба с семьёй Уизли — лишь чистейший расчёт и звонкие монетки в карманах почти всего семейства, кроме Перси и Чарли, которых считали отщепенцами. При этом Старый Паук в запасе держал и Невилла Лонгботтома, чтобы, если что, заменить бракованного избранного в лице самого Гарри. И ведь кумир многих волшебников не гнушался использовать запрещённую и условно разрешённую магию, артефакты и зелья. Внушая Дурслям отвращение к маленькому ребенку, потерявшему родителей или самому Мальчику-Который-Выжил идеалы Светлой стороны…       Но, наверное, самым тяжёлым для парня стало воспоминание о том, что на самом деле произошло в доме в Годриковой Лощине. Том Марволо Реддл был ещё не настолько безумен, чтобы убивать младенцев, и решил лишь поговорить с юными родителями ребёнка, попадающего под пророчество, но перед самым домом в харизматичного мужчину врезалась прелестная девушка, извиняющаяся на ломанном английском. Это была амбициозная внучка Батильды Бэгшот, которая вернулась с континента после смерти родителей и желала возвыситься в магической Англии, потому пошла к директору Дамблдору за помощью, ведь её мать восхваляла этого старца. И тот попросил её сделать лишь одно-единственное дело, после которого поможет ей. Глупой особе нужно было ждать прихода мужчины мелькавшего в газетах даже на континенте, и надеть ему браслет на руку. Но застёгнутый золотой ободок на бледном запястье стал последним, что она увидела в жизни. Мисс Бэгшот и мистера Реддла мгновенно объяло чёрное пламя и буквально за пару секунд от них остался лишь пепел и чёрный дух Тома, который почти сразу же исчез. А позже ночью в дом к Поттерам явился Аластор Грюм, завёрнутый в тёмный плащ и ходящий пока ещё на двух ногах и Альбус Дамболдор под Дизалюминационными чарами. Джеймс Поттер сцепился в магической дуэли с Аластором, где потерял жизнь от Авады, но отрезал мощным Сэко конечность безумного Аврора. И, пока Грюм орал от боли и катался по полу, «добрый дедушка» поднялся наверх и убил Лили Поттер, которая смогла в порыве отчаяния и любви к сыну какое-то время противостоять сильнейшему магу Англии. После смерти матери старец подошёл к детской кроватке Гарри и аккуратным Сэко вырезал молнию на лбу орущего младенца, после чего поднёс к ране небольшой драгоценный камень и пробормотал непонятные слова, вселяя в него свой собственный крестраж…

***

      Экран давно исчез, но прошедший войну молодой парень плакал, словно маленький и выл, будто раненый зверь. Все откровения его жизни вылились в истерику. Юноша всхлипывал от обиды, разочарования и злости. И совершенно не ожидал, что его обнимут три богини, которые показали ему эту жуткую правду. Гарри вздрогнул от ощущения нежных объятий и приблизившихся мощных аур, но почему-то в этих руках было так спокойно, что истерика ушла как-то сама собой, и он прошептал: — Я был готов помочь вам.ещё до всего этого, но теперь я хочу этого не только ради «всеобщего блага», будь оно неладно, а ради себя. Я хочу прожить свою жизнь так, как считаю нужным сам! — Хорошо, мы отправим тебя в прошлое. Но ты сам выбери в какой день ты хочешь вернуться! И, наш тебе совет, сходи в Гринготс, сделай проверку крови, а ещё старайся узнать всё, что только можно о магическом мире и найди себе надёжных союзников, ведь против разрушающих действий Кукловода один ты не выстоишь! — Мать моя Магия, сёстры её Жизнь и Смерть прошу вас, верните мою душу в день перед моим десятым днём рождения!       Прекрасные девы кивнули друг другу, не выпуская зеленоглазого из круга своих рук, после чего отошли на пару плавных шагов назад, всё ещё держа ладони в замках между собой… — Спасибо тебе, наше общее дитя! — в один голос соединились слова Виты, Мортем и Маги.       Миледи, что создали этот мир, начали напевать странную песню. Слова, наполнявшиеся силой их внутренней магии, отдавались вибрациями где-то глубоко внутри Гарри Джеймса Поттера, качая его на волнах блаженства и усыпляя… Душа идущая в потёмках, Возьми билет в один конец. Мы, затерявшиеся в веках, Поможем, смелый наш боец. Ты заслужил огромную награду Наш юный, смелый, добрый сын, Мы отведём сейчас ужасную беду И станешь ты героем из нерассказанных былин. Наш юный, смелый, добрый сын.

Продолжение следует...