Вокзал перемен.

«Не каждый способен переступить через ненависть и увидеть во врагах людей, достойных сострадания.»

@ Цитата из просторов интернета.

***

      Кромешная тьма — это всё, что видела душа Гарри Джеймса Поттера. Откуда-то из этой пустоты юноша слышал прекрасную песню богинь, она раздавалась издалека и повторялась эхом в странном нигде. Парень был заворожен красивым пением и не заметил, что вокруг него сгущается магия, всепоглощающая и мощная. Она затягивала бывшего гриффиндорца, словно чёрная дыра…       Как-то тягуче медленно прозвучали последние слова необычной божественной песни, магический поглотил всё вокруг и Гарри резко ощутил падение, его будто тянуло куда-то вниз. Душа смелого юноши в этот момент проносилась сквозь время и пространство, возвращаясь в собственное детское тело, чтобы начать жить заново и изменить не только своё будущее, но и жизнь многих людей вокруг…

***

      Великобритания. Графство Суррей. Литтл Уингинг. Тисовая улица, дом 4, чулан под лестницей.

      В небольшом помещении, где у обычных людей хранились швабры, вёдра и химия для уборки, на тонком, свалявшемся от времени матрасе, лежал худой и маленький мальчик. Его окутывал магический кокон, залечивая физические повреждения, исправляя неправильно сросшиеся кости и просто создавая идеальное вместилище для будущего владельца. Душа, что скоро вновь обретёт это тело, должна спокойно прижиться в более молодой версии самого себя, ведь если телесная оболочка будет слабее духовной, она может быстро разрушится из-за избытка магических сил…       Неизвестно, сколько прошло часов, пока магия изменяла плоть, но с первыми лучами рассвета зеленоглазый мальчишка сел на своей убогой кровати. Включив тусклую лампочку, что висела над головой, он стал рассматривать свои ещё детские руки. Гарри до конца не верил, что всё что с ним случилось — правда, но ощущения были совсем другими. Больше нет боли от старых шрамов и травм, которая сопровождала его всю недолгую прошлую жизнь. Нет слабости от постоянного напряжения и голода. Зато появилось ощущение силы и здоровья, магия бурлила в нём, как в кипящем котле, не стараясь вырваться наружу, но напоминая, что она существует внутри Мальчика-Который-Выжил.       Маленький Гарри поднялся в чулане, голова кружилась, но тело было лёгким и подвижным, а голод можно будет утолить после приготовления завтрака. Тётя Петуния проснётся ближе к шести, чтобы подготовить завтрак для дяди Вернона, уезжающего в семь утра на работу в Лондон. Мальчик подумал, что ей будет приятно, если он самостоятельно приготовит яичницу с беконом, сварит кофе и сделает тосты с джемом. Такое поведение может ослабить чары «старого паука», ведь главное условие, что тот поставил — это ненавидеть Гарри Поттера, если он будет сопротивляться и бунтовать, а также проявлять магические способности. Эти откровения.юный волшебник получил благодаря высшим существам, поэтому хотел исправить свою жизнь с Дурслями. Но пока у него маловато знаний, мальчик решил вести себя противоположно ментальным закладкам, вдруг это поспособствует их саморазрушению. И как же был прав Гарри, послушав свою интуицию и сделав правильные выводы. Но об этом чуть позже.       Сейчас юный маг открывал дверцу чулана, чтобы выйти в коридор. Тихо прикрыв за собой, маленькую дверцу, бывший гриффиндорец осмотрелся. Этот дом был когда-то ему ненавистен, но сейчас, смотря на цветочные обои, светлые двери и всевозможные украшения, Мальчик-Который-Выжил понимал, что скучал, ведь здесь прошло его детство. Пусть не самое лучшее, но это единственные люди, которые как бы не боялись волшебства, всё равно приняли племянника в свой дом. И ведь его любили, как родного сына, пока у них с Дадли не начали в пять лет активно проявляться магические способности. Тогда в дом на Тисовой улице заявился Дамблдор, без предупреждения ворвался к крепкой семье, зачаровал старших Дурслей с помощью Легиллименции, а над младшим провёл какой-то ритуал и был таков.       Черноволосый мальчишка тяжело вздохнул и прошел в светлую кухню. Он решил для себя, что обязан исправить всё то, что успел натворить Пожиратель Лимонных Долек, и начнёт он со своей семьи. Открыв дверцы шкафа парнишка достал сковороду и турку для кофе и начал готовить завтрак.       Спустя час на первый этаж спустилась миссис Дурсль. Она хотела, как обычно, начать стучать в дверцу каморки под лестницей, но ещё на ступенях почувствовала восхитительный запах кофе и поняла, что племянник уже встал и даже приготовил завтрак. Её светлые брови поднимались от удивления, ведь обычно от маленького оболтуса нужно было чуть ли не с кулаками добиваться исполнения домашних дел. Но женщина твёрдо решила, что обязательно разберётся, что же нужно невоспитанному нахалу. Петунья вошла в маленькую уютную кухню, в самом скверном расположении духа и хотела начать орать с порога, но не получилось, племянник начал разговор первым. — Здравствуйте, тётя Петуния. Вы подождёте ещё пару минут? Кофе почти готов, и я подам завтрак. — Здравствуй, мальчишка, - со всем возможным презрением проговорила блондинка. - Удивлена твоим поведением, но спасибо за предусмотрительность. Я тогда пока подготовлю стол. — Хорошо, спасибо вам, тётя. Можно мне сегодня позавтракать вместе с вами за столом? Я понимаю, что это неожиданно, но я обещаю, что буду вести себя очень хорошо! – вежливо проговорил черноволосый.       Миссис Дурсль удивилась просьбе племянника, второй раз за утро, между прочим. Но женщина считала, что пока сын её сестры не вытворяет свои волшебные штучки и ведёт себя столь вежливо, то можно и посадить его за общий стол. Единственное, что смущало Петунью — это манеры вечно растрёпанного племянника. Про себя блондинка отметила, что сегодня волосы мальчишки выглядят более опрятно. Но сейчас её больше занимал вопрос с едой, ведь маленький паршивец всегда ел отдельно, так ещё и игнорируя элементарные правила поведения за столом. Орудуя всего одной вилкой, варварски запихивая большие куски себе в рот, а после еды быстро запивал стаканом воды и прятался в своём чулане, оставляя грязную посуду на неё…       В этот момент по комнате пронёсся прохладный ветерок и где-то глубоко в мыслях женщины пала невидимая стена и на бедную миссис Дурсль обрушились лавиной воспоминания. Начиная подброшенным свёртком с маленьким мальчиком, вслед за ним то, как она обивала пороги больницы и администрации Литтл Уингинга, чтобы зарегистрировать малыша и стать его официальными опекунами вместе с мужем. Петунья вспомнила, как в те далёкие времена они полюбили маленького мальчика с яркими зелёными глазами, который никогда не плакал и всегда тянулся на ручки, чтобы обнять её или Вернона. Тогда по дому разливался радостный двухголосый детский смех. Но спустя несколько лет всё это рухнуло за один вечер, в их жизнь ворвался непрошенный гость в цветастых одеждах и, достав свою палочку, изменил их прекрасный мир.       Из глаз женщины полились слёзы, она присела на край мягкого стула, прикрыла глаза и начала беззвучно плакать. В тот момент Петунья поняла насколько ужасно поступала со своим племянником, частичкой её любимой сестрёнки, заставляя его работать вместо прислуги. И насколько были жестоки избивающие и издевающиеся над мальчиком её собственный муж и сын, избалованный их вниманием. Ведь Дадли стало доставаться в два раза больше их любви, которую они когда-то отдавали Гарри.       Черноволосый паренёк повернулся, чтобы предложить своей тёте свежесваренный кофе, и увидел, как миссис Дурсль прикрыла лицо ладонями и очень тихо плакала. Мальчик поставил турку на выключеную недавно плиту и подошёл к сидящей женщине, аккуратно приобнимая её. Зеленоглазый не знал, что ему делать, но чувствовал, что всё идёт так как нужно. Его интуиция никогда его не подводила, просто он частенько её не слушал, из-за чего попадал в самую гущу событий. Спустя минут десять тётя Петуния начала успокаиваться, аккуратно отодвинула ладони от своих покрасневших голубых глаз и приобняла Гарри в ответ, шепча извинения. — Прости. Прости меня, Гарри. Я так тебя любила, но предала. Прости… — Ничего, всё хорошо, тётя. Я обо всём знаю и не сержусь на вас, — отвечал повзрослевший ещё в прошлой жизни ребёнок, утешающе гладя спину миссис Дурсль.       Обнимающиеся даже не заметили, что в кухню вошёл упитанный Вернон Дурсль. Смотря с изумлением на свою любимую жену Пэт, чьё лицо оказалось заплакано, а чёрная тушь потекла тёмными дорожками вниз, и её ненормального племянничка, что обнимался с Петуньей, словно это в порядке вещей. Владелец фирмы Граннингс начинал злиться от картины, что предстала перед ним, его усы смешно шевелились на полном лице. Мужчина уже набирал полные лёгкие водуха, чтобы разразиться бранью на глупого мальчишку, который посмел обидеть его бедную жену, но миссис Дурсль, посмотрев прямо ему в глаза, попросила не злиться. — Дорогой, не злись. Гарри не обижал меня. Я просто вспомнила кое-что из нашей жизни, что нас заставили забыть, — после этих слов Вернон сдулся, как переполненный шарик и с изумлением смотрел на Петунью. — Что же мы такого забыли, что ты расплакалась, дорогая? — мужчина не понимал, почему его идеальная жена вдруг защищает приблудного щенка Поттеров, но хотел понять, почему любимая в таком плохом настроении, что плачет утром в объятиях дьявольского отродья. — Прошу тебя, вспомни, как наш дом был наполнен счастьем каких-то пять лет назад… Пока не пришёл этот ненормальный директор школы, Альбус Дамблдор.       После произнесения имени старика в голове мистера Дурсля завертелись шестерёнки. Мужчина намеренно старался отгонять от себя мысли обо всём ненормальном, но образ этого серобородого мага постоянно появлялся перед лицом Вернона, когда зеленоглазый мальчишка вытворял свои фокусы, и повторял одни и те же слова. Они звучали набатом в его голове: " Ты, глупый маггл, должен ненавидеть Гарри Поттера. Жестоко наказывать, лишать еды и бранить каждый раз, как тот проявит свои волшебные способности или начнёт бунтовать против тебя и твоей семьи, выражая своё мнение. Он нужен мне слабым и нелюбимым, чтобы я покорил его своей добротой и участием».       Мистер Дурсль пытался отогнать видение аляповатого волшебника, ведь его любимая Пэт попросила вспомнить те времена, когда в доме царило счастье. Пять лет назад. Но мужчина не мог ничего вспомнить, что происходило в его собственном доме, всё, что угодно раньше, но с осени восемьдесят первого и по зиму восемьдесят пятого всегда появлялся образ чудака с бородой. И его искреннее желание понять, о чём ему втолковывает миссис Дурсль и раздражение на волшебника, что не пускал увидеть воспоминания, разрушило единственное препятствие. Образ Дамблдора разлетелся на мелкие осколки, будто стекло, показывая, что за ним хранятся прекрасные воспоминания.       Мужчина не ожидал увидеть такие светлые и яркие воспоминания, потому был поражен тем, как их дом был наполнен счастьем. Где его собственный сын весело играл со своим кузеном в гостиной, показывая на игрушки, которые следом оживали. Где Гарри с помощью искреннего желания перемещал по воздуху две тарелки с кусочками торта до обеда, потому что этим двум разбойникам не хотелось есть рыбный суп. Где подросший Дадли перекрашивал во все цвета радуги мыльные пузыри, когда купался в ванной, а Гарри прибегал на его радостный смех и взмахом ручки делал из разноцветных шариков фигурки животных…       Вернон, стоявший как вкопанный, резко развернулся и быстро засеменил по лестнице, отправляясь в комнату своего единственного сына и наследника. Он хотел помочь своему отпрыску побороть злые чары, чтобы их семья снова была так же счастлива. А Мальчика-Который-Выжил быстро догадался, что дядя пошёл будить Дадли, ведь для Вернона Дурсля семья всегда была на первом месте. И Гарри надеялся, что теперь он тоже часть этой крепкой семьи. Да, он видел, какое было прекрасное у него детство, но видеть и чувствовать — это совершенно разные вещи. Для зеленоглазого оставалось загадкой лишь то, как чары, наведённые Дамболдором, так быстро спали с его родственников. Мальчик не догадывался, что это подарок трёх могущественных сестёр, которые хотели помочь ему как можно больше в самом начале пути. Ведь пока не истекли сутки, их общая магия, открывшая душе портал в прошлое, позволяет помогать мальчику.       Бывший гриффиндорец отпустил свою тётю, которая поспешила на второй этаж вслед за мужем. Петунии нужно было умыться и снова наложить лёгкий макияж, чтобы снова чувствовать себя красивой. А Гарри, пока все заняты, решил заняться завтраком. Разложил яичницу с беконом на тарелки, намазал тосты вишнёвым джемом, разлил кофе и сок по чашкам. Работа помогала отвлечься от переживаний этого утра, да и живот мальчика всё ещё урчал, требуя еды. Всё это так странно для него, вроде бы привычно, но ведь ещё вчера он шёл на поляну в Запретном лесу, чтобы умереть, а сегодня оказался в своём детском теле, выполняя всё ту же работу... — Гарри, а где твои очки? — спросила миссис Дурсль, успевшая снова навести красоту и спуститься на первый этаж, пока мистр Дурсль заставлял Дадли подняться с кровати так рано на летних каникулах. Его ворчание было слышно даже на кухне, но, что удивительно, ворчал дядя не зло, а как-то по-доброму и не излишне мило, как это обычно бывало в разговоре с любимым Дадликом. — Ты ведь без них плохо видишь. Да и ты вроде подрос и волосы стали длиннее, теперь не смотрятся как воронье гнездо, – не успел Мальчика-Который-Умер-И-Воскрес ответить, как в дверь прошёл Вернон. — Да, Гарри. Ты как-то за этот день изменился, ещё вчера был загорелым маленьким цыпленком, а сегодня похож на хорошо сложенного юного аристократа с бледной кожей и копной длинных блестящих волос, — добавил спокойным тоном мужчина, правда, на следующих словах он немного замялся. — Даже старая одежда Дадли… Теперь на тебе сидит лучше, единственное, явно в объёмах велика, но по длине стала как раз. Прости нас за это.       Юный Поттер не успел удивиться словам дяди, как на кухне появился, словно чёрт из табакерки, Дадли Дурсль собственной пухлой персоной. Прыгая вокруг двоюродного брата, не хуже дрессированной обезьяны, и мешая поставить последнюю порцию завтрака на стол. Блондинистый парень смотрел во все глаза на своего кузена, а Гарри приподнял одну узкую бровь в знакомом для него жесте. Так умел в его прошлой жизни только Профессор Снейп, отдавший за него свою жизнь, ведь тогда, в Визжащей Хижине, он заметил тройку спрятавшихся подростков и не выдал Золотое Трио. Наверное, именно тогда Поттер проникся уважением к своему нелюбимому профессору Зельеварения. — Доброе утро, Дадли, может, уже сядем за стол? Я вообще-то старался, готовил, а ты, прыгая вокруг меня, похоже, решил устроить цирковой номер, чтобы развлечь родителей перед едой, — после замечания Дурсль-младший резко успокоился, заливаясь румянцем. — Да. Доброе.... Извини меня за всё!.. Пошли завтракать? Кстати, отец сказал, что с сегодняшнего дня возьмёт отпуск и он очень хочет поговорить с тобой обо всё, что произошло сегодня! — Дадли Джонатан Дурсль, в приличном обществе серьёзные темы упоминаются и обсуждаются только после еды! Единственное исключение, если приём пищи включён в программу деловой встречи! — строгий голос Петунии, обращённый в сторону кузена, очень удивил переродившегося Гарри Поттера. — Гарри, к тебе лишь одна небольшая просьба, пока мы едим, смотри за нашим столовым этикетом. Я сама виновата в том, что не научила тебя этому раньше, и теперь ты ешь неаккуратно и быстро. Но я уверена, что когда-нибудь эти знания тебе пригодятся. — Что вы, тётя Петунья. Вы ни в чём не виноваты, но этот разговор мы оставим на потом. А изучение этикета мне и правда не помешает, — неуверенно улыбнулся мальчик. – Ведь любые вещи, которые ты когда-либо узнал, однажды могут пригодиться. Как, например, эффект Плацебо, когда ты уверяешь человека, что есть средство, что принесёт ему удачу, даёшь его выпить и человек становится более уверенным в себе и перестаёт делать ошибки, веря, что это всё действие того самого средства! — Ты уже молодец, так как умеешь быть вежливым и поддержать беседу, — удовлетворённо прогундел директор фирмы Граннингс, с удовольствием попивая кофе, приготовленный племянником. — Какой прекрасный кофе у тебя сегодня получился, даже молоко не хочется добавлять, наслаждаясь терпким вкусом. Гарри смутился. Дядя Вернон никогда его не хвалил, по крайней мере, все те года, что Поттер помнит. Раннее детство он видел со стороны буквально сегодня и, конечно, ещё не успел привыкнуть к тому, что его могут любить в этой семье.       После таких потрясений все потихоньку свыкались со своими новыми чувствами и мыслями за спокойным и неспешным завтраком. Бывший гриффиндорец с удивлением отмечал, что столовый этикет даётся ему очень легко, словно он раньше уже изучал эту часть жизни. Пухленький мальчик с каким-то прямо ребяческим восторгом ощущал переполняющую его магию. А мистер и миссис Дурсль пытались заглушить внутри себя стыд, что появился из-за них, хоть и невольного, но просто ужасного обращения с племянником. Да, они попросили прощения, но их совесть не могла успокоиться, подкидывая всё новые и новые воспоминания об их жестоком обращении с ребенком.       Пока ели, семья успела успокоиться, понимая, что им ещё предстоит жить вместе и стоит действительно всё забыть и начать с чистого листа, поэтому по завершению приёма пищи.все поблагодарили Гарри за вкусную еду. Дадли начал собирать посуду, Петунья встала у раковины, а зеленоглазый мальчишка взял в руки кухонное полотенце. Дяде же пришлось отлучился из-за стола чуть раньше, чтобы позвонить своей секретарше и сообщить о том, что с сегодняшнего дня он берёт двухнедельный отпуск, а также готов сейчас уладить мелкие проблемы, чтобы после его не беспокоили. — Да, да, миссис Хатсон. Все деловые встречи пусть посетит мистер Адамс вместо меня. Бумаги, что были на подписание, я просмотрел ещё вчера. Если нет ничего срочного на подпись и уточнение, то несите их на подпись мистеру Картеру, он на эти две недели главный в офисе. Я и так последние два года не брал отпуск. Да, я знаю, что его нет в графике, но также я знаю, что мой отпуск не пересекается с отпусками руководителей отделов и моим заместителем, ведь я сам подписывал эту бумажку. Всё. До свидания, миссис Хатсон.       Усач положил трубку домашнего телефона и вернулся в гостиную. Откуда видно, как упитанный Дадли аккуратно убирал посуду со стола, ставя в раковину, за ним Петунья её мыла, а Гарри вытирал и расставлял по шкафам. Эта картинка помогла расслабиться мужчине. Он ненавидел свою въедливую престарелую секретаршу, но и безмерно уважал её ум и ведение всех дел. Так что, беря этот неожиданный отпуск в утро понедельника, точно знал, что по возвращению в середине августа всё будет отлично, благодаря этой железной леди. Мистер Дурсль сел на диван в гостиной, включая телевизор. Пока остальная семья занята уборкой, он посмотрит восьмичасовые новости.       Диктор новостной программы только начала рассказывать об экономических изменениях в стране, а к мужчине под бок уже села его прекрасная жена. А двое мальчишек расположились в креслах по бокам от низкого журнального столика. Вернону пришлось выключить телевизор, чтобы дальнейший разговор прошёл спокойно. Хотя, новости экономики его всегда очень интересовали, но сегодня на повестке дня более серьёзная тема. Пока мистер Дурсль задумывался о чём-то своём, темноволосый мальчик начал этот тяжёлый разговор сам. — Дядя, тётя, Дадли, прежде чем вы начнёте передо мной извиняться, позвольте сказать мне. Я не злюсь на вас, так как знаю, почему вы так ненавидели меня. И хочу сам попросить у вас прощения, ведь вы подверглись магическому воздействию из-за того, что я живу в вашем доме… — Гарри перевёл дух, вздохнул поглубже, чтобы решиться рассказать, что же с ним случилось, продолжил свой монолог. — Для вас мои слова могу прозвучать как бред сумасшедшего, но я больше не тот Гарри Поттер, которого вы знали. Я уже давно вырос и пережил свою ненависть к вам. Я умер второго мая тысяча девятьсот девяносто восьмого года. Но мне повезло вернуться в этот год и предотвратить ужасные события прошлого для меня и будущего для вас. Поэтому, у меня только одна просьба, пожалуйста, поддержите меня и станьте мне настоящей семьёй, как в раннем детстве, мне в прошлой жизни всегда не хватало тепла из-за чего я сделал очень много ошибок.       После этих странных слов в гостинной повисла тишина, но не давящая, как многотонная плита, а уютная, словно им не нужны были слова, чтобы удостовериться, что в этом доме говорят только правду. Да, Дурсли пытались переварить то, что только что услышали, а переродившийся Гарри Поттер опустил голову и зажмурил глаза, ожидая вердикта. Ему казалось, что он снова попал в Визенгамот, где ждёт решения суда. Но уютная тишина немного расслабляла, ведь давала надежду на лучшее. — Что бы ты нам ни рассказал, Гарри, ты часть семьи и поэтому мы верим тебе. Тем более, если взять в расчёт, что с нами самими произошло сегодня, то твой рассказ прекрасно объясняет изменения. А ещё я прекрасно уловил, что ты не хочешь рассказывать нам всего, что с тобой произошло там в будущем-прошлом, ведь ты прояснил ситуацию только общими словами. Я прав? — Да, дядя Вернон, вы правы. Как я уже упоминал, мне повезло вернуться в этот год, и я могу изменить то, что случилось бы со мной и с другими людьми вокруг меня. И первые изменения уже начались, как вы сказали, моя внешность стала другой, а также чары, что отравляли нашу с вами жизнь, очень быстро пали. А это точно отличный знак! А ещё я думаю, что нам всем вместе стоит посетить волшебный мир сегодня или завтра и сходить в банк Гринготтс на Косой Аллее в Лондоне. Там можно узнать куда делись магические способности Дадли, а ещё я хочу прояснить для себя кое-какие свои собственные способности. Как вы смотрите на это, семья? — Давай съездим сегодня! — предвкушающе выкрикнул Дадли. — Заодно купим Гарри одежду и подарки! У него ведь уже завтра день рождения! — А ведь и правда, уже завтра тебе десять лет, — обеспокоенно проговорила Петунья. — Но прежде, чем ехать в город, найдём тебе в шкафу Дадли более пристойную одежду. И да, ты можешь выбрать одну из гостевых спален, чтобы у тебя была своя комната, твою бывшую спальню на втором этаже мы определили когда-то, как вторую спальню Дадлика, куда складывали сломанные игрушки, коробки с ненужными вещами и другой хлам. Мне до сих пор очень стыдно перед тобой, ведь годы издевательств куда труднее забыть, но я благодарна, что ты простил нас. У тебя очень доброе сердце, Гарри…

Продолжение следует…