Вокзал перемен.

«Мы расплачиваемся за ошибки предков, так что вполне справедливо, что они оставляют нам на это деньги.»

@ Дон Маркис

***

      Комната Дадли Дурсля была перевёрнута вверх дном. Блондин никогда не видел, чтобы его мать, женщина, предпочитающая идеальный порядок, так раскидывала вещи. Одежда валялась на полу большой разноцветной горкой, коробки со всевозможной обувью вставали стопочками у кровати. Домохозяйка кидала на кровать то, что ей сначало понравилось, но почти сразу передумывала и отправляла вещи в кучу на полу. И так по кругу. Но это безумие продолжалось не больше получаса, пока Петунья не нашла идеальные по её сугубо личному мнению образы для двух молодых людей. И ведь под раздачу попал не только виновник сих археологических раскопок залежей одежды, но и владелец всех этих тряпок.       Миссис Дурсль подобрала для Гарри чуть великоватые, но вполне новые вещи, которые её родной сын надел всего пару раз, и отправила черноволосого мальчика переодеваться в его новую спальню. Поттер был удивлён, когда переоделся и посмотрел на себя в зеркало шкафа-купе: лёгкая рубашка с длинными рукавами цвета еловых иголок, коричневые летние брюки оттенка «кофейное зерно», классические чёрные туфли. Всё это создавало впечатление, как будто бывший гриффиндорец порылся в вещах Драко Малфоя: не хватает только зализанных волос и классической мантии волшебника. Гарри разглядывал свой новый образ и поражался, насколько он, оказывается, красив, без мешающихся круглых очков и знаменитого шрама. А отросшие чёрные волосы больше не напоминали воронье гнездо: теперь их можно было собирать в небольшой низкий хвостик на затылке. Мальчику казалось, что его изменившаяся внешность, так разительно отличающаяся от старой, ещё один подарок от Создательниц этого мира. Но его собственная магическая сила воспротивилась этим мыслям, растекаясь обжигающими волнами от магического ядра по всему телу, явно намекая, что это она приложила руку к произошедшему. Гарри Поттер, ощутив этот небольшой всплеск энергии, понял намёк и искренне обрадовался: ведь получается, что это его собственная магия сумела исцелить измученное былыми годами тело…       Дадли же, который оставался в своей комнате, ошарашенно поглядывал на ученённый бардак. И не сразу обратил внимание, что мать протягивает ему одежду, которую, похоже, выбрала для него. Дурсль-младший, всё ещё обескураженный тем, что только что происходило в его спальне, машинально подхватил туфли и пару вещей из рук матери. Разглядев то, что ему предложили надеть, он с возмущением посмотрел на уходящую миссис Дурсль. Как же мальчишка ненавидел классический стиль одежды и уже собирался выразить свой протест криком. Но именно в тот момент, когда блондинистый мальчишка готов был выплеснуть своё негодование, женщина остановилась в дверях, обернулась и, ничего не говоря, просто посмотрела тяжёлым и требовательным взглядом прямо в глаза сына. Дадли мгновенно осознал всю серьёзность её намерений по поводу его внешнего вида, поэтому, затолкав свои возмущения поглубже, надел рубашку песочного цвета, серые брюки и лакированные туфли, что дала ему мать. Блондин, хоть и был не робкого десятка и часто проявлял готовность выражать свои протесты открыто, но когда на тебя бросают взгляд с явным намерением покарать, если ты не сделаешь так, как тебе велели, поневоле начнёшь подчиняться. Особенно своей матери, которая за одно ненормальное утро перестала возводить тебя в идеал!       Пока мальчики переодевались, Петунья зашла в их с Верноном спальню и надела вместо домашних лодочек белые туфли на небольшом квадратном каблуке. Подхватив с прикроватной тумбочки кошелёк, ключи и небольшую косметичку, отправилась к выходу в коридор. По пути сняла с ручки двери свою любимую маленькую сумочку чёрного цвета, куда положила всю свою нехитрую ношу. Выйдя в коридор, дама столкнулась с двумя юными джентльменами, которые стояли посреди коридора и разглядывали друг друга. — Как же прекрасно вы смотритесь, дорогие мои! Теперь мы точно можем спокойно ехать в Лондон! Думаю, Вернон уже заждался нас у машины, — быстро процокала коблучками Петунья, спускаясь к выходу из дома, явно ожидая прекрасное времяпровождение за шоппингом. — Гарри, почему нас одели в этот кошмарный классический стиль? Мы же не на приём к королеве идём и можно было бы одеться в более современную одежду, — простонал блондин, привыкший, что ему было позволено делать, что угодно и носить любую одежду, но, похоже, теперь счастье закончилось. Дадли был в принципе и не очень расстроен этим фактом, просто к хорошему быстро привыкаешь, особенно ко вседозволенности. — Не знаю, Большой Д, — пожал плечами зеленоглазый. — Но мне лично нравится, особенно по сравнению с тем, что я носил раньше, — при этих словах Дадли смутился, вспоминая, что раньше его кузен носил старые безразмерные вещи, заляпанные и дырявые. Да и вообще их семья поступала с сиротой очень жестоко, и Дурсль-младший не понимал, почему же Поттер простил всю эту безжалостность и бесчеловечность. — Ри, можно я буду звать тебя так? У меня к тебе один вопрос: почему ты простил нам издевательства, голодовки, избиение и вообще всё то, что мы творили? — спросил пухленький мальчик, идя вместе с двоюродным братом на улицу к родителям. — Помнишь, я говорил, что знаю, почему вы изменили ко мне своё отношение? Так вот, я простил вас потому что директор Хогвартса наложил на вас чары, и если бы не он, мы бы были крепкой и любящей семьёй. Моя злость и обида на вас просто трансформировалась в ненависть к этому старому кукловоду, что хочет подмять под свою пятую точку весь магический и обычный мир в Англии и править здесь единолично, как король, — зелёные глаза блеснули злобой. — В прошлой жизни я был пешкой этого мага и меня спасло лишь то, что мне позволили переродиться. Я отомщу ему за всё, что было в прошлом, ведь он использовал меня! — Н-да, братишка, похоже, там в прошлом у тебя было очень и очень плохо, — проговорил Дадли, садясь в машину вслед за Гарри. — Не то слово, но ругаться я не буду, хотя очень хочется. — И правильно, Гарри. Ругань не украшает речь, но иногда без неё не возможно обойтись, — пробасил дядя Вернон, заводя машину. — Кстати, я всё хотел спросить, во сколько лет ты умер там? — Мне было почти восемнадцать, дядя. Я вроде бы говорил, что умер в тысяча девятьсот девяносто восьмом. Хотя я вас понимаю, я вывалил на вас такую бомбу и вы всё равно поняли меня и приняли тот факт, что я пришёл из будущего. — Ох, Гарри, мы бы не поверили, если бы это сказал ты из вчерашнего дня, но изменившееся поведение и внешность, а также уверенная манера речи убедили нас, — проговорила тётя Петунья. — Такие изменения происходят только с годами, хотя насчёт твоего нового облика... я думаю, что это магия. — Вы правы, тётя. Мы сейчас поедем в торговый центр или сначала сходим в банк Гринготтс разобраться? Я бы предпочел сначала сходить в банк. Я точно знаю, что там есть сейф на моё имя откуда я могу забрать волшебные деньги, а после обменять их на фунты, чтобы вам было легче. Ведь, насколько я понял, на моё содержание вы не получали ни пенса, хотя считаетесь моими опекунами в маггловском мире и банк Гринготтс должен знать об этом. — Ты прав, Гарри. За все десять лет мы получали только государственные выплаты ещё до того, как наши отношения поменялись, а после прихода Дамболдора к нам даже перестала приходить сотрудница из органов социального обеспечения, будто они забыли, что в нашем доме живёт приёмный ребенок, — дядя Вернон хмурился, пока говорил об этом. — Мог ли он и там применить магию? — Думаю, он действительно применил магию к тем людям, что работают в отделе контроля. Хотя в волшебном мире строго карают за применение магии к обычным людям. Но, возможно, он надавил своей властью и авторитетом или же просто предоставил ложь как правду, и согласился заплатить штраф в казну Министерства Магии, и это дело замяли. — Неужели волшебный мир не отличается от обычного, как ты там говорил, ма-магл-магловского? Во, получилось выговорить! — выдал Дадли, не зная, что задал очень правильный вопрос. — Отличается, Ди, но, как я понял, в Министерстве Магии работают в основном маглорождённые, как моя мама, или волшебники-полукровки, вроде меня, кто жил в обычном мире и поэтому стараются изменить механизм управления под более привычный. Ещё в прошлой жизни я удивился, узнав, насколько много разделов магии было запрещено под предлогом того, что это Тёмная магия. — Хмм… Даже мне понятно, что «Находясь в Риме, нужно действовать, как римлянин» — это одна из любимых поговорок моей покойной мамы, когда нужно следовать чужим правилам, — сказала единственная женщина в салоне. — Почему пришедшие в магический мир люди пытаются его переделать? — Это мне неизвестно, тётя Петунья, но, думаю, это как-то связано с образованием. Когда я в прошлой жизни учился в Хогвартсе, там было очень много не используемых классов, будто школа была рассчитана на большее количество учеников и изучаемых предметов. А ещё, я до сих пор не понял, почему на первом курсе проходят распределение на факультеты по отличительным чертам характера, если программа обучения одинакова для всех. А у меня есть примеры, когда люди, учившиеся на каком-то факультете, имели явные черты характера другого. Даже я сам подходил по характеру сразу на несколько факультетов! — Возможно, образование раньше было другим? — спросил Дурсль-старший, поворачивая на узкую улочку на вьезде в Лондон, чтобы избежать утренних пробок, которые сохраняются в городе до десяти утра. — Куда нам сейчас надо ехать, чтобы попасть в этот волшебный банк? — Насчёт образования — я тоже так подумал. Хотя странно, что я не задавал этих вопросов в своём прошлом кому-либо из других волшебников. Возможно, меня специально отвлекали от них, чтобы я оставался необразованным и был более покорным, конечно же, во имя «всеобщего блага», — ответил юный волшебник на первый вопрос. — А насчёт Гринготтса, нам сначала нужно попасть на Косую Аллею через «Дырявый Котёл». Насколько я помню, этот бар находится в центре Лондона, неподалёку от улицы Чипсайд, между книжным магазином и ювелирной лавкой, — после озвучивания места назначения.все разговоры в машине прекратились. В салоне стояла уютная тишина, каждый размышлял о чём-то своём, не отвлекая других.       Через пятнадцать минут Вернон Дурсль свернул на улицу Чипсайд, о чём известил семью указатель Припарковавшись на первом свободном месте, все дружно вышли из автомобиля и стали оглядываться. Дурсль-младший оказался первым, кто заметил необычную вывеску в виде котла с дырой почти у самого дна. И повёл за собой всех остальных. Подойдя ближе, Дурсли удивились, что никто, кроме их четвёрки, не видит старый и какой-то замызганный бар. Гарри же, не говоря ни слова, открыл дверь пропуская Дурслей вперёд. Зайдя последним и обходя осматривающих всё вокруг родственников, подошёл к барной стойке, где стоял крепкий мужчина в возрасте. — Здравствуйте, уважаемый. Вы не поможете попасть на Косую Аллею? Мы с братом — волшебники и пришли закупаться перед первым курсом, наши родители маглы, нам только объяснили, как попасть сюда, в «Дырявый Котёл». — Понятно, — недовольно прогундел бармен. — Идите за мной, покажу только один раз. И да, на обратном пути не забудьте заплатить пять кнатов за мою помощь, — неприятно улыбнулся мужчина, показывая гнилые коричневые зубы.       Выйдя из-за стойки, бармен прошёл в глубь зала, там, под лестницей, оказался арочный проход на задний двор «Дырявого Котла», где у кирпичной стены одиноко стоял мусорный контейнер. Мужчина достал свою волшебную палочку и подошёл прямо к стене, отсчитал от контейнера три кирпича вверх и два в сторону, едва касаясь их магическим инструментом. И прямо на глазах удивлённой семьи Дурсль и Гарри Поттера кирпичи стали расступаться, показывая волшебную улочку со странной извивающейся дорогой и зданиями разной высоты. — Прошу, господа и дама — Косая Аллея, также многие называют её Косой Переулок. Прежде чем ходить по магазинам, сходите обменяйте магловские деньги на галеоны в гоблинском банке, он прямо в конце улицы. И не забудьте, с вас на обратном пути пять кнатов! — гаденько улыбнулся мужчина, пропуская четвёрку к проходу. — Спасибо, уважаемый… Извините, не знаю вашего имени. Мы обязательно отдадим вам деньги, когда будем возвращаться назад, — спокойно проговорил Гарри, показывая рукой Дурслям, чтобы они проходили вперёд. — Меня зовут Том-старший. Я здесь до четырёх часов пополудни, так что буду вас ждать для обещанной оплаты. Хотя, если у вас будет четвертак пенни, то можете отдать его мне в счёт оплаты за помощь, — снова разулыбался противный старик. Гарри же покачал головой, указывая на старших Дурслей, безмолвно говоря, что все деньги у них. — Извините, мы вам занесём пять кнатов уже после покупок. У родителей деньги только крупными купюрами, а я с собой не взял мелочь, так как мы сюда приехали на машине и мне не было смысла брать монетки для поездки в метро. Я, пожалуй, уже пойду, а то потеряю семью из виду и не смогу потом найти.       Зеленоглазый быстренько проскочил мимо бармена в Косой Переулок и побежал догонять родственников, которые с открытыми ртами разглядывали витрины волшебных магазинов. Когда мальчик догнал Дурслей и вцепился в руку Дадли, дядя Вернон моментально повернулся к нему. — И что же хотел этот прохиндей? Он мне сразу не понравился, но так как ты лучше нас знаешь волшебный мир, то мы решили, что ты сможешь справиться сам. Да и проблем не должно было быть, не будет же он трогать ребёнка. — Он хотел обмануть нас и в оплату его услуг взять двадцать пять пенсов — это приблизительно двадцать пять кнатов. — Так и знал, что он хочет нас надуть. Особенно после того, как ты начал диалог с ним. Тебе нужно было подождать, я бы с ним поговорил сам, — недовольно пробасил упитанный мужчина. — Извините меня, дядя. Я привык сам решать все проблемы и всегда первым принимать удары судьбы, спасая других людей. — Ничего, Гарри. Я понимаю, что ты уже вырос в прошлом, просто сейчас по всем документам тебе только завтра исполнится десять лет и тебе нужно будет привыкнуть, что все вокруг воспринимают тебя как ребёнка. Но в этом есть и плюсы, из-за несерьёзного отношения к тебе можно будет очень многое узнать или сделать тайно, — подмигнул юному Поттеру Дурсль-старший, но почти сразу получил подзатыльник от своей жены. — Чему ты учишь ребёнка, Вернон! И вообще, мы уже подошли к банку. — Тётя Петунья, дядя, Дадли, повторяйте за мной, когда подойдём к дверям. И, пожалуйста, не рассматривайте гоблинов, они этого не любят, я сам эту ошибку совершал в прошлой жизни и те меня невзлюбили за моё любопытство. Следующие слова я случайно услышал при первом посещении Гринготтса, но не понял тогда для чего они нужны, но, думаю не будет лишним проявить уважением к магическим существам с помощью подобных ритуальных фраз, — Гарри прошёл чуть вперёд и поклонился гоблинам-привратникам. — Здравствуйте, уважаемые хранители золота. Мир вашему народу и славу вашим войнам. Желаю вам, чтобы золото не исчезало из ваших домов, а враги умывались собственной кровью.       Два грозных существа в доспехах из уважения поклонились магу, который знает традиции и чтит их народ как равных. Дурсли вслед за Гарри по очереди поклонились зеленошкурым охранникам и повторили ритуальную фразу. Получилось не так уверенно как у Поттера, но гоблины всё же поклонились им в ответ. После чего самостоятельно открыли большие ворота входа в банк, пропуская их четвёрку внутрь. Гарри и его семья были удивлены таким радушным приёмом, ведь другим волшебникам, что подходили раньше них, приходилось самим открывать тяжёлые металлические створки. Уважение действительно не бывает лишним.

Продолжение следует…