Вечность на перекрёстке

      Техён появился, как всегда внезапно, лёгкая тень скользнула по стене, и вот он уже устроился рядом с Чимином. Вампир сидел у окна, спрятавшись в тени тяжёлых портьер, и выглядел так, будто мир снова предал его. Взгляд был устремлён вниз, а в глазах отражалась тоска, знакомая Техёну до боли.              — Ты опять играешь в побитого щенка? – лениво протянул демон, проследив за взглядом друга.       Но его внимание тут же переключилось, с уже привычной картины сталкерства приятеля за жнецом. «И почему просто нельзя поговорить?!», недоумевал он. Но в данный момент, он сосредоточился на стоящем рядом со жнецом и его пассажиром, силуэте.       Тёмные крылья, расправленные так, будто они держали небо. Тяжёлый, сосредоточенный взгляд, в котором было слишком много боли и слишком мало надежды для ангела. Именно им он, по всей видимости, и являлся, судя по силе исходящей от него. Техён замер. Он поймал себя на том, что смотрит слишком долго и жадно.       — Красавчик, – пробормотал он себе под нос, склонив голову набок. — Даже не знаю, хочу ли я его соблазнить… или чтобы он поймал меня.       Он уже представлял, как будет вдалбливаться в это могучие тело, удерживая его за верхушки крыльев. Хищный взгляд блеснул красным, а улыбка превратилась в оскал, вызвав усмешку.       — Кто это там? – спросил он Чима.       Непривычно было прибегать к чьим-то услугам для получения информации, но в данный момент это был самый быстрый способ узнать то, что он хотел. Имя.       — Где? – заторможенно спросил друг, не отрывая взгляд от своего жнеца, который уже сидел на козлах кареты.       — Там, – мотнул головой демон, продолжая жадно разглядывать ангела.       Он облизнул пересохшие губы и в тот миг, что ангел исчез, оставляя за собой призрачный след силы, перевёл нахмуренный взгляд на вампира.       — Прости, Тэ. Я не видел куда ты смотрел. Покажешь ещё раз? — протянул Чим переводя всё внимание на друга.       — Кто был там, с твоим жнецом? – уже порыкивая от нетерпения, повторил Техён.       — А, это ангел-хранитель. Правда, не знаю, почему он тёмный, – беспечно пожал плечами Чим и двинулся в центр комнаты, где стояли кресла и столик с бокалом, наполненным красной жидкостью. — Вина? – на ходу предложил он другу.       Несмотря на их сущности и очень слабое воздействие алкоголя на них, им обоим нравилось его пить. Особенно, если удавалось добавить в него чьей-то крови. Сейчас же он просто проявил вежливость. Столетия наблюдений показали, что именно манеры, помогают людям сохранять человечность, а Чимин очень хотел бы им быть. Ведь именно человеком он познал любовь. И самые ценные воспоминания о ней, из той далёкой человеческой жизни, он продолжал хранить в своём холодном сердце.       — Имя, Чимин? – процедил сквозь зубы Техён.       Его нетерпение достигло апогея, а вампир так невовремя тупил. Но наконец расслышав раздражение в купе с нетерпением в голосе демона, Чимин медленно обернулся.       — Что с тобой, Тэ? – недоумённо спросил он, держа в руке бокал вина, за которым, собственно, и подошёл к столу.       — Да что ж ты такой тормоз сегодня?! – возмутился демон. — Ты знаешь имя того ангела, Чимин? – отрывисто и с придыханием уточнил он, теряя последние капли терпения.       — Да, – разглядывая демона ответил он. Но увидя ярость, мелькнувшую на лице друга, добавил быстро: — Чонгук.       В ту же минуту Техён исчез.       

***

      Демон никогда не спешил. Обычно он собирал информацию о тех, кого собирался искушать: привычки, слабости, тайные желания. А потом уже лёгкая улыбка, пара бесед, и жертва сама тянулась к нему.       С Чонгуком он решил действовать так же и продолжительное время следил за ним. Выяснил почти полный список его подопечных. Появлялся в разных местах, наблюдая издалека и собирая, впитывая в себя по крупицам, его привычки, манеры, жесты… И ангел оказался столь щедрым и многогранным, что Техён сам не заметил, как увлёкся и откровенно залипал на крылатого не решаясь начать игру. Хотя сам буквально недавно рычал за это на друга.       В их первую встречу он появился на площади, где ангел стоял в тени, наблюдая за уходящей душой. Тёмные крылья были расправлены, взгляд тяжёлый, сосредоточенный.              — Ты выглядишь так, будто несёшь на плечах тяжесть всего человечества. Не ангел, а титан, не меньше, – лениво бросил Техён, облокотившись на колонну. — Может, я помогу тебе её уронить?              Обычно такие слова сбивали с толку, вызывали улыбку или хотя бы раздражение. Но Чонгук даже не повернул головы. Его глаза оставались прикованы к душе, которая покидала этот мир отправляясь в последний путь.       Техён нахмурился, но не отступил. Он сделал шаг ближе, позволив свету упасть на своё лицо, и улыбнулся так, как умел: дерзко, с обещанием игры.       — Ты знаешь, ангел, – его голос стал мягче, почти шёпотом, — я умею управлять эмоциями, может…       Он не договорил, потому что тяжёлый взгляд Чонгука пронзил его. Он точно в бездну нырнул, отчего у Техёна неожиданно дрогнули колени. Он поспешил спрятать растерянность за ухмылкой, но внутри всё сжалось. «Что за чёрт… Почему я чувствую себя так, будто это он играет со мной?». Ангел не сказал ни слова. Просто расправил крылья, и их тень накрыла демона. Техён усмехнулся, но улыбка вышла слишком нервной.       — Ладно, – пробормотал он, отступая на шаг. — Можем поиграть в другой раз.

***

      Техён никогда не умел сидеть на месте. Но в последние дни его маршрут удивительно повторял путь ангела. Демон прятался в тенях, сидел на крышах, лениво жонглировал камешками, делая вид, что скучает. На деле же он неотрывно следил за крылатым.       Он собирал детали:       — Ангел всегда задерживал взгляд на закатах.       — Его пальцы чуть дрожали, когда он отпускал душу.       — Он никогда не улыбался, но в глазах иногда вспыхивало что‑то тёплое, едва заметное.       — У него слабость к жнецу.       Последняя деталь заставляла скрипеть зубами и сжимать руки в кулаках.       Техён записывал в памяти всё, как обычно делал со своими жертвами, чтобы потом использовать. Но чем дольше он наблюдал, тем меньше в голове оставалось грязных фантазий в которых он раскладывает Чонгука на разных поверхностях, а тот стонет своим прекрасным голосом (который пока что он слышал лишь издалека), и просит не останавливаться.       Эти будоражащие мысли отходили теперь на второй план, потому что демона больше интересовало, что у ангела в голове, чем в штанах. «О чём ты думаешь, когда смотришь так пристально вдаль? Почему твой взгляд такой уставший, и я вижу в нём тоску?». Он ловил себя на том, что хочет не соблазнить, а просто поговорить. Услышать голос, узнать, что скрывает в своих мыслях пернатый.       И всё же привычка брала верх. Когда Чонгук проходил мимо, Техён бросал дерзкие реплики:              — Эй, ангел, ты так серьёзен, будто мир рухнет, если ты моргнёшь. Расслабься, я могу показать тебе, как это делается, – и он лизнул кончиком языка нос, демонстрируя его длину и гибкость.       Облизывая пересохшие губы, он улыбался широко, почти вызывающе. Но внутри всё было иначе: колени слабели, сердце билось слишком быстро. «Я хотел играть, а оказался игрушкой», признавался он себе, но вслух продолжал смеяться, пряча смущение за маской дерзости. И каждый раз, когда Чонгук расправлял крылья и его тень накрывала демона, Техён чувствовал, как предательски слабеют колени.       

***

      Техён ждал удобного момента. Он устал от того, что его дерзкие реплики и ухмылки скользили по Чонгуку, как вода по камню. Сегодня его терпение треснуло, и он пошёл на таран. Появившись прямо перед ангелом, когда тот закончил очередной путь. Тёмные крылья ещё не успели сложиться, и их тень легла на мостовую.       — Ты знаешь, – протянул демон, скользнув пальцами по перу крыла, — я мог бы сделать тебя своим. Ты бы даже не заметил, как оказался в моих руках.       Он улыбнулся широкой, квадратной улыбкой, в которой сквозили дерзость и вызов. Его глаза блестели, как у хищника, готового к прыжку. Но Чонгук не отшатнулся. Он лишь посмотрел на него своим привычно тяжёлым, спокойным взглядом, от которого Техён становился мокрым и терял контроль. Поэтому он сделал шаг ближе, почти вплотную, и попытался вложить в голос всё своё обаяние, всю силу искушения:       — Скажи, ангел, ты хоть раз позволял себе слабость? Может, стоит начать прямо сейчас…       И в этот миг Чонгук двинулся. Не резко, не грубо, а просто раскрыл крылья и шагнул вперёд. Тяжёлые перья сомкнулись вокруг Техёна, и демон оказался в кольце их тени. Сильные руки прижали его к себе, не оставляя пространства для манёвра. Техён замер. Его дыхание сбилось, сердце колотилось слишком быстро. Он хотел усмехнуться, бросить колкость, но слова застряли в горле. «Я хотел подмять его… А оказался в его объятиях». Чонгук не сказал ни слова. Только смотрел сверху вниз, и этот взгляд ломал демона сильнее любых цепей. Техён сжал кулаки, пытаясь сохранить маску дерзости. Но внутри он уже знал: именно здесь, в этих крыльях, он и хотел оказаться с самого начала.                         Искушение было слишком велико, и он припал к губам ангела, как жаждущий путник в пустыне к источнику воды. Его язык агрессивно вылизывал и напирал, а ангел отвечал на это с не меньшей страстью. В голове плыло, и демон изменил себе, не став применять силу, продолжая наслаждаться их общим чистым желанием.       В тот день у них было не так много времени, чтобы закончить игру исследуя границы близости друг друга. Но Техён был уверен теперь, что день, когда он сделает ангела своим, всё ближе.       И грязные фантазии порой сводили его сума. В них он мечтал проникнуть в Чонгука длинными пальцами и подготовить для своего крупного члена, выбивая из него высокие стоны. Он уже буквально видел разбитого Чона, умолявшего взять его. Техёна перестали интересовать другие, и всё внимание он отдал откровенной охоте на ангела.

***

      Ночь была влажной и тёплой. Чонгук чувствовал, как липкий воздух давит на крылья, когда он материализовался на пустынной дороге. Визг тормозов ещё звенел в ушах, а на асфальте лежал его подопечный — Бин. Душа дрожала, балансируя на грани, и ангел знал: ещё можно успеть.       Но рядом с ним мелькнула тень. Чимин. Вампир склонился над телом, и Чонгук ощутил, как его сердце болезненно сжалось.       — Отойди, – его голос прозвучал холодно, как клинок. — Он под моей защитой. Чимин поднял глаза, и в них плескалась насмешка.       — Ты всегда приходишь слишком поздно, Гуки. Первым шаг в вечность сделал я.       Чонгук сжал кулаки. Он хотел шагнуть вперёд, но в этот миг рядом остановилось такси. Из него вышел жнец. Каменное лицо, пустой взгляд. Но когда его глаза задержались на Чимине, Чонгук заметил в них нечто большее. Узнавание. И это кольнуло его сильнее, чем слова вампира.       «Почему он смотрит так? Неужели…?», мысли путались, но времени не было.       В этот момент тени зашевелились, предвещая приход Техёна. Его появление взбаламутило воздух, и Чонгук ощутил, как пространство вокруг наполнилось искрами чужих эмоций.       Все замерли. Чимина терзала боль, Юнги обрывки памяти, и даже демона не обошла стороной его собственная сила, сомнения грызли нещадно. А Чонгук… Он стоял между долгом и тем, что не имел права чувствовать.       Ангел видел, как Чимин припал к ране, испив последний вздох.       — Чимин… – вырвалось у него, и в этом стоне было больше боли, чем гнева.       Жнец же смотрел на вампира так, будто видел в нём не врага, а что-то большее. Чонгук чувствовал, как рушатся границы. «Они все нарушают правила. А я? Я должен удержать порядок. Я должен…». Но его собственный голос дрожал, когда он произнёс:       — Ты нарушаешь правила, жнец. Ты должен ехать.       Юнги не двинулся. Чонгук видел, как его взгляд прикован к Чимину, и в груди ангела что-то болезненно сжалось. В этот момент Техён подошёл ближе. Его пальцы скользнули по плечу Чонгука, и ангел вздрогнул, хотя не должен был.       — А ты, ангел, что выберешь? Свет или тень?       — Я не выбираю. Я служу, – ответил он, но в голосе уже не было уверенности, как раньше. Техён усмехнулся, и прежде, чем Чонгук успел отстраниться, их лбы почти соприкоснулись.       — Тогда позволь мне выбрать за тебя. Позволь показать, каково это — чувствовать.              И когда губы демона коснулись его, Чонгук понял: он проиграл. Не битву, не долг, а самому себе. Его крылья дрогнули, тело отозвалось на прикосновения, и впервые за вечность он выдохнул не приказ, не молитву, а стон. «Я не должен… но я хочу». Он готов был признать, что его собственная тьма куда ближе, чем он представлял.       — Хорошо, дьяволёнок, – севшим от чувств голосом согласился он. — Давай поиграем, – и подхватив Техёна под бёдра он вжал его в себя.       Одна рука сжимала упругое бедро демона, а вторая нащупывала чувствительный вход по направлению к комку нервов. Ангелу мешала ткань, но прямо сейчас он не мог позволить себе ничего другого.       Его крылья окружили пару щитом, а демон предательски застонал в его объятьях, когда Чонгук двинул навстречу бёдрами, проезжаясь своей твёрдой плотью по его возбуждению.       — Ты такой отзывчивый, – прошептал ангел и впился поцелуем в губы демона.       Небо над перекрёстком раскололось. Из трещины вырвался свет. Он был не небесный и не адский, то была энергия системы. Безликая, беспощадная. И Техён отпрянул от Чонгука, почувствовав, как его сила начала дрожать. Он не мог контролировать эмоции, когда сама реальность трещала.       — А кто-то был совсем плохим, да?! – вырвалось у него ехидное замечание, но в голосе впервые прозвучало напряжение.       Чонгук, всё ещё ошеломлённый, смотрел на демона. Его сердце билось быстро, слишком быстро. Он чувствовал, как внутри него что-то меняется. Как будто тот оставил в нём искру. «Чувствовать — не предательство света», скользнула мимолётная мысль, но тело наполняла новая сила.       — Я... – он начал, но не договорил. Его крылья задрожали, и одно из перьев стало золотистым.       Техён замер.       — Ты... ты восходишь?       — Или падаю, – прошептал ангел.       — Золото, как шёпот ступени. Не вниз, а вверх, – прошептал демон, накрывая губы ангела мягким поцелуем.       Перо дрогнуло. Страсть не потушила свет, а лишь показала дорогу.

***

      — Птенчик, выходи, – промурлыкал Техён ступая на крышу высотки.       Он чувствовал силу архангела, который уже несколько дней избегал его.       — Я ведь чувствую тебя, птен… – он не договорил, задохнувшись от удивления.       Завернув за очередной шкаф лифтёрной, ему открылся шикарный вид на ночной город, а в стороне стояла кровать. Её полог из лёгкой ткани, что развевался на ветру, иногда открывал взор на сидящего к нему спиной архангела. И демон впился жадным взглядом рассматривая свою добычу.       Золотистые перья Чонгука мерцали от силы и трепетали на ветру. Техёна так и тянуло прикоснуться, и он не стал себя сдерживать. В мгновение переместившись за спину Чонгука, он уже протянул руку, когда оказался лежащим на спине.       Чонгуку стоило больших усилий сдерживаться последние дни. Ему требовалось время, чтобы переварить случившееся. Ведь его выбор в итоге был предсказан в пророчестве. Он не мог поверить, что вселенная одобрила его союз и поддержала его связь с демоном. Хотя… Техён был необычным. Единственным в своём роде. Именно поэтому он с особой тщательностью планировал их первое свидание, позволяя Техёну его выслеживать.       Широкая грудь Гука глубоко вздымалась прямо над демоном, а губы накрыли его в жадном поцелуе. Его руки удерживали демона за талию, а одна стремилась смять его ягодицу. Техён буквально плавился в руках архангела.       — А ты горяч, малыш Гуки, – подразнил он. — Но может нам стоит ещё немного подогреть обстановку?       Его сила жидким топливом впрыскивалась в и так пылающие чувства Чонгука. Стон вырвался сквозь сжатые зубы, пытавшегося сдерживать себя архангела. Его глаза полыхнули золотом и шёпот проник в разгорячённое сознание демона:       — Зря ты так, огонёк.       Техён не понял, когда оказался на животе, успевая ощутить лишь как с его тела слетает одежда, а на бёдра льётся что-то вязкое. «Попался», только успел подумать он прежде, чем застонать из-за мягко проникшего в него пальца. Но Чонгук не позволял ему сосредотачиваться на чём-то одном, страстно сминая талию и бёдра, проскальзывая влажной рукой к члену и лаская его. Техён чувствовал горячее дыхание зализывающего укусы на его спине и шее архангела. Ему казалось, что тот везде. Несмотря на его опыт, он поймал растворяющуюся в страсти мысль: «Так, меня ещё никогда не трахали». И тут же заскулил, ощутив распирающее чувство внутри от четырех пальцев.       — Тише огонёк. Тише, – шептал архангел, порыкивая, так как сам едва сдерживался. Но его возросшая сила отразилась и на его теле, которое и без того было крупным для его вида.       Техён сцеплял зубы в попытке не скулить, как последняя шлюшка умоляя уже взять его, но контроль давно трещал по швам. И он совершенно не понимал, как Чонгук всё ещё сдерживается, учитывая сколько силы он в него влил. «Давай же, Гуки. Не заставляй меня унижаться и умолять», буквально выл он в сознании.       — Ах.. – задохнулся демон воздухом, ощутив входящий в него член.       «Дьявол! Да ты огромен, птен...», задохнулся он в мыслях, чувствуя, как Чонгук проникает в него прижимаясь бёдрами. Замерев, он продолжал утешающе целовать его плечи.       — Ты как? – спустя некоторое время спросил он Тэхёна.       Несмотря на внутреннее удивление от такой заботы, тот лишь промычал, не в силах членораздельно говорить вслух, и двинул бёдрами. Начав с оттяжкой, глубоко толкаться, Чонгук встал на колени, приподнимая бёдра демона и фиксируя их. Техёна затрясло от оргазма, но Чонгук не прекратил толкаться внутрь, лишь немного замедлившись и наслаждаясь сдавливающими его изнутри бёдрами и дрожью партнёра, которая импульсами проходила через него.       Как только Тэ расслабился, он снова набрал темп, а повышенная чувствительность после оргазма играла ему на руку, заставляя демона неконтролируемо стонать. Эти звуки, в которых он слышал своё имя, сводили его сума. Единственное чего ему не хватало, это видеть глаза демона, поэтому он осторожно покинул его тело и перевернул, пропуская руки под его бёдрами.       Тело Техёна блестело от смешавшихся жидкостей, а выражение лица было на столько разбитым, что Чонгук задрожал, сдерживая оргазм. Глубоко вдохнув, беря себя под контроль, он вновь слился с демоном. Ощущая горячую узость и смотря в закатывающиеся от наслаждения глаза, он признал, что готов вечность на это смотреть.       Закинув одну из ног Техёна на свою ягодицу, он протянул руку к его лицу и нежно огладил.       — Ты так прекрасен, мой огонёк, – прошептал он.       Глаза демона на мгновение обрели ясность.       — Твой? – прохрипел он едва слышным шёпотом, дёрнув бровью.       — Мой, – прорычал ему в ухо архангел.       Он снова встал на колени, поднимая за собой демона и усаживая его себе на бёдра. Его крылья раскрылись в полную мощь за его спиной, ломая остов полога, а в глазах запылала сила, отливая золотом. Одной рукой он оплел тело Техёна, не позволяя ему упасть, а второй зафиксировал его лицо.       — Скажи это, – послышался его громогласный глас архангела.       Смотря в золотые пылающие глаза и чувствуя окружавшую их силу, демон попытался сглотнуть комок в пересохшем горле. Такой Чонгук одновременно пугал и сносил крышу от возбуждения. Не в силах говорить, он мелко закивал головой в подтверждение, и громко застонал, почувствовав глубокие толчки внутри себя. Закатывая от наслаждения глаза, он видел, как расслабилось лицо его архангела и выражение счастья, отразившееся на нём, прямо перед тем, как их накрыло оргазмом.