The Ambassador/Посол

Субару морально готовился к своему первому уроку. План занятия у него уже был, и Совет Мудрецов также предоставили ему класс — со столами, доской и всем прочим — и сделали это удивительно быстро. Оставалось лишь дождаться учеников. Ура. Начнём с самого первого. История. Казалось, лучшего предмета для начала первого урока не найти. Вот только… охватывать предстояло тысячи лет истории. Лучше всего дать краткий обзор о всемирной истории, — размышлял Субару. — Спасибо, бессонным ночам на сайте Википедии. Он улыбнулся своей же шутке. Детали можно будет рассказать и потом, когда я уже не буду единственным нормальным человеком в этом месте… Впрочем, это случится не раньше, чем через несколько месяцев. Субару тяжело вздохнул. Неужели вот так же чувствовал себя Дембай, застрявший в России…? Но прежде чем он успел по-настоящему посочувствовать своему соотечественнику, в класс вбежала запыхавшаяся девушка с серебряными волосами. — Извини, я не опоздала?! — А? Нет… ты даже рано пришла. Эмилия облегчённо выдохнула. — Вот и хорошо… — Бетти же говорила, что ты успеешь, девочка. Субару обернулся — за Эмилией вошла маленькая блондинка с волосами, уложенными в закрученные кольца как дрели. По глазам, похожим на крылья бабочки, он сразу понял, что она возможно и не человек. — И… кто ты такая? — Хмпф! Он, и правда, чужак в этих землях. Бетти — это Беатрис, Великий дух Инь. — Ага… Значит, ты вроде как младшая сестра того кота? Беатрис недовольно хмыкнула от вопроса парня. — Хоть что-то он знает… — Погоди, я угадал? Я же просто пошутил не всерьёз! — Пак — это Беттин братик, да. — Э-э, ладно… Значит, ты тоже решила присоединиться к урокам? Эмилия кивнула. — Её было нелегко убедить покинуть библиотеку, но ради новых знаний она всё-таки согласилась. Будет записывать всё. Субару поднял большой палец. — Отлично. Постепенно в класс зашли и остальные кандидатки на трон со своими рыцарями, несколько молодых дворян и даже парочка писцов, которых, по-видимому, присланные Советом Мудрецов. — Приветствую всех! Готовы к первому дню в Школе Земли? — Отвратительное название, — бросила Фельт из-за парты. — А как бы ты хотела, чтобы я назвал? — Не знаю, хоть как-то получше! — Ладно, подумаю об этом. А пока — кто готов узнать о моём мире? — Это теперь и наш мир, — заметила Анастасия. Субару признал справедливость. — Верно. Но вы всё ещё не знаете, что лежит за пределами этих берегов. Так что все садимся и начинаем с мировой истории. Когда все уселись за свои места, Субару глубоко вдохнул. Всё или ничего. Время шоу. Хлопнув в ладошками, он произнёс: — Итак! Если честно, начнём мы не совсем с истории человечества. Вернее — не только с неё. Планета Земля и вся Вселенная имеют долгую и богатую историю, охватывающую всё — от физики и биологии до политики и поп-культуры. Поэтому сегодня я дам вам краткий обзор всего этого. Вопросы можно задавать, но без выкриков, ладно? Все дружно кивнули, понимая, что сейчас услышат нечто, способное перевернуть их представления о их мире, и дать знания о новом. Субару напротив них улыбнулся и взял кусочек мела. — Отлично. Тогда давайте начнём. Мы отправляемся почти на 14 миллиардов лет в прошлое. До жизни, до мира, до звёзд. Когда не существовало абсолютно ничего. Ни времени, ни пространства. Просто ничего. Не прошло и минуты, как все уже застыли в шоке. Четырнадцать… миллиардов… лет?! — Современные физики считают, что тогда произошло некое событие, приведшее к расширению наблюдаемой части вселенной. До этого момента, известного как Большой взрыв, она представляла собой сверхплотную, невероятно горячую точку — сингулярность. И именно она дала начало времени, пространству и материи, — сказал всё это Субару, начиная рисовать на доске рисунки, в то время как Юлиус поднял руку. — Подожди, то есть вся Вселенная… всё, что существует… появилось просто из ничего? — Не совсем, — пояснил Субару. — Учёные до сих пор спорят, что стало причиной Большого взрыва и что было до него. Одни считают, что предшествующая Вселенная схлопнулась и послужила толчком для новой, другие — что некое божество создало космос. Как бы то ни было, факт остаётся фактом: Вселенная возникла и начала расширяться. А вместе с ней появились и время, пространство и материя. Все участники впитывали каждое слово, впервые задумываясь о происхождении всего сущего. Тем временем японский подросток продолжил: — Первые миллионы лет после взрыва были хаосом. Первичные кварки соединялись под действием гравитации, образуя огромные пустоты из так называемой тёмной материи — гипотетического вещества, которое не взаимодействует со светом и другими излучениями. Некоторые, а в особенности Беатрис, уже строили свои догадки о природе этой материи, но пока лишь решили промолчать. — Со временем кварки стали объединяться в протоны и нейтроны — частицы, из которых состоит вся материя. Третья частица — электрон — вращается вокруг них, но никогда не может соединиться из-за своей природы. Когда эти частицы наконец собрались, появились первые химические элементы. — Ты имеешь в виду — стихии? Огонь, землю? — уточнила Анастасия, держа своё перо над пергаментом. — Нет, — покачал головой Субару. — То, что вы называете стихиями, на самом деле — сочетания настоящих элементов. К примеру, вода состоит из двух атомов водорода и одного атома кислорода. Настоящие элементы — это чистые вещества, которые невозможно разделить. Могу привести хорошие примеры — золото, серебро, медь. Понятно? Ученики кивнули, начиная понимать суть слов Субару. — Но это мы немного забегаем вперёд. Тогда во Вселенной царили облака газа, которые под действием гравитации всё плотнее сжимались… пока наконец не… — Не образовали миры? — вставил своё слово Рейнхард. Субару покачал головой: — Не сразу. Сначала появились звёзды. Когда газовые облака сжимались, происходили колоссальные взрывы, порождавшие звёзды — вроде нашего с вами Солнца. Их гибель со временем дала жизнь более сложным элементам. — А когда появились миры? — нетерпеливо спросила Фельт. — Сейчас до этого дойдём, — усмехнулся он. — Но вот вам небольшой секрет… звёзды умирают. Им может потребоваться миллиарды лет, но в итоге они гаснут. Их смерть создаёт новые элементы, а вместе с ними — и другие небесные тела. Эмилия наклонила голову: — Небесные тела? — Звёзды, луны, астероиды и планеты вроде нашей — всё это небесные тела. Они держатся в космосе благодаря массе и гравитации. — Все молчали пока Субару заканчивал рисовать Солнечную систему. — Наша система возникла более четырёх миллиардов лет назад. — Но как вы вообще можете знать, сколько лет вашей Солнечной системе? — спросила Беатрис. Субару довольно улыбнулся, обрадовавшись, услышав от Беатрис непростой вопрос: — Учёные используют метод радиометрического датирования — измеряют скорость распада радиоактивных элементов в метеоритах, упавших на Землю. Так и получают довольно точные оценки. — То есть возможна и погрешность в дате, — заметила Круш. — Ну… может, на пару лет туда-сюда, — пожал плечами он. — Но в масштабах миллионов и миллиардов лет — это довольно надёжно. Присцилла кивнула. — Продолжай. — Со временем восемь крупных тел начали вращаться вокруг Солнца: Меркурий, Венера, Земля, Марс, Юпитер, Сатурн, Уран и Нептун. — Субару стер предыдущий рисунок и нарисовал новый. — Земля тогда представляла собой раскалённый шар из камня и лавы. Позже в молодую Землю врезалось другое тело, примерно размером с Марс. После столкновения часть веществ выбросилась на орбиту, и со временем из него образовалась Луна. У всех отвисли челюсти, думая об одном и том же: Так вот откуда взялась их Луна?! — Затем на Землю падали метеориты, некоторые из которых содержали лёд. Он таял и испарялся, образуя пар, который охлаждал поверхность нашей планеты. — А откуда взялась вода? — спросила Эмилия. — Вода — это два атома водорода и один атом кислорода, — пояснил он, нарисовав научную формулу химии. — Когда Вселенная была ещё молодой, эти элементы соединялись в космосе и застывали в виде льда, покрывая метеориты. Когда те падали на Землю, они приносили с собой воду. — Вашему миру... действительно очень удачно повезло, — медленно произнёс Юлиус. — Не особо, — усмехнулся Субару. — Вода есть и на других планетах. Настоящее везение — в том, что Земля находится в так называемой зоне Златовласки — не слишком близко и не слишком далеко от звезды. Это и позволило случиться следующему… — Чему именно? — спросила Беатрис, любопытствуясь дальнейшими словами мальчика. — Испарившийся пар вернулся на поверхность дождём, остудив Землю ещё сильнее и покрыв её океанами. Всё, что оставалось над водой, стало называться сушей. А спустя тысячи лет… — он обернулся к своим ученикам и улыбнулся. — Произошло событие, изменившее всё. Присцилла недовольно прищурилась — И что же это было? — Жизнь. Пока писцы судорожно записывали каждое слово, кандидаты на трон сидели ошеломлённые словами парня. — Жизнь? — переспросила Фельт. — Ага. На дне древних океанов, у гидротермальных источников, из смеси элементов и соединений возникло первое живое существо — клетка. — Как это вообще возможно?! — не выдержала от такого Анастасия. — В результате сложной цепочки химических реакций появились первые самовоспроизводящиеся молекулы с РНК внутри мембраны, — сказал Субару, нарисовав на доске клетку и двойную спираль. — Р… э… эн… эй? — попыталась произнести неизвестное для себя слово Эмилия, но не получилось. — РНК, — с улыбкой поправил её Субару. — Рибонуклеиновая кислота. Основа всей жизни. Молекула, несущая генетическую информацию, предназначенная для сборки белков и модификации других РНК. Короче говоря, она обеспечивает продолжение жизни. — Значит, эта… клетка… была первым живым существом в твоём мире? — уточнила Беатрис. — Ага. Благодаря РНК и ДНК — дезоксирибонуклеиновой кислоте, своеобразному чертежу развития жизни — эта клетка могла создавать себе подобных, постепенно наполняя океаны, и тем самым легла в основу развития жизни на планете. — Создавать себе подобных?.. — Круш слегка нахмурилась от такой информации. — Прямо как это делает Великий Кролик? — Если ты имеешь в виду способ, при котором он множится, создавая новых кроликов из копий самого себя — то да. Первая форма размножения у живых существ называлась митозом — процесс, при котором клетка делится на две идентичные копии, — объяснил Субару, мысленно поблагодарив Рейнхарда за рассказ о трёх Легендарных зверодемонах во время пребывания в его особняке Астрея. — Итак, с появлением первой жизни сформировались и основные законы биологии — того, что делает живое по-настоящему живым. Беатрис приподняла бровь. — И какие же это законы? Субару начал поднимать пальцы, перечисляя: — Первое — все живые существа состоят из клеток. Второе — все клетки происходят от уже существующих клеток. Третье — все живые существа поддерживают внутреннее равновесие, например, принимая пищу. Четвёртое — все живые существа размножаются. И пятое — все живые существа являются результатом эволюции. — Эволюции? — переспросила Анастасия, прищурившись. Субару задумался, как бы проще было бы объяснить им это слово, и вдруг он кое-кого вспомнил: — Феликс! Котомальчик вздрогнул. — Да? — Почему у тебя кошачьи уши? — Потому что я получеловек, разве это не очевидно? — растерянно ответил тот. — Хорошо, переформулирую вопрос. Ты слышишь лучше, чем обычные люди? — Ну… да? — Вот именно. Значит, эти уши дают тебе преимущество для выживания, верно? — Пожалуй, да… — Вот и ответ. Эволюция — это результат мутации: небольшого изменения в строении живого организма, которое может оказаться полезным. — Иными словами: выживает наиболее приспособленный к среде, — заметила Присцилла. — Точно. Давным-давно у предков Феликса их более острый слух помогал им замечать хищников и спасаться от них, или же охотится, а значит, доживать до размножения и передавать свои особенности потомкам. Со временем такие изменения накапливались, превращая один вид в совершенно новый. — Никогда не задумывался об этом в таком ключе, ня… — признался Феликс. — Все формы жизни эволюционируют. Новые виды появляются из старых. Клетки — не исключение. Эмилия подняла руку. — И сколько же прошло, прежде чем появились… более крупные живые существа? — Очень долго. Клетки должны были усложниться — изменить форму, научиться получать энергию, — ответил Субару, рисуя на доске более сложные клетки. — Одни начали поедать других, а другие научились получать энергию от солнца — через процесс, называемый фотосинтезом. — И кто же были первыми многоклеточными существами? — спросила Беатрис. Субару задумчиво произнёс. — После того как атмосфера насытилась кислородом и небо стало голубым благодаря фотосинтезу, первыми многоклеточными существами стали… бактерии. Класс погрузился в тишину, слушая его дальше. — Кто-нибудь из вас когда-нибудь болел?— спросил он. Анастасия и Фельт подняли руки. — Поздравляю. Значит, ваши тела были атакованы вредоносными бактериями. Но это не значит что все бактерии плохие. Многие живут и внутри нас и помогают переваривать пищу, укреплять иммунитет и также защищают нас от других болезней и вредных бактерий. — То есть… мы больше никогда не заболеем? — надеясь, спросила Фельт. — Я такого и не говорил. Болезнь можно подхватить снова, просто вероятность этого теперь будет ниже, чем в первый раз, — пояснил Субару. — В любом случае, благодаря всему этому жизнь постепенно становилась всё сложнее. Появились первые растения и, вскоре, сами животные. — Какие именно животные? — спросила Эмилия. Субару улыбнулся и начал рисовать на доске бесхребетных. — Примерно 600 миллионов лет назад произошёл так называемый кембрийский взрыв — массовое появление сложных организмов: губок, кораллов, червей, моллюсков и, в конце концов… первых позвоночных. — Позвоночных? — переспросил Рейнхард. — Не могли бы вы все показать на свои позвоночники, — сказал Субару. Фельт послушно коснулась позвоночника, а остальные последовали её примеру. — Вот! То, к чему вы прикоснулись, — это позвонки. Они и делают вас членами одной из самых особых групп животных — тех, кто имеет позвоночник. — Теперь я начинаю понимаю, — кивнул Юлиус. — Значит, любое живое существо с позвоночником можно считать позвоночным? — уточнила Фельт. — Именно. Люди, полулюди, и большинство животных как теперь стало ясно — все они позвоночные, — согласился лучший из рыцарей. — Отличное объяснение! — улыбнулся Субару. — В те времена все эти существа жили только в воде. Выбраться на поверхность они не могли — смерть была неминуема. — Потому что не могли дышать воздухом? — догадалась Беатрис. — И это тоже. Но главной причиной было — солнце. Оно убивало их своим излучением, — небрежно сказал Субару, отчего у всех снова отвисли челюсти. — Солнце… может нас убить?! — ужаснулась от такой представленной ею картины Эмилия. — И по сей день может. Единственная причина, по которой солнце нас не убивает радиацией, — это наличие озонового слоя, — пояснил он, нарисовав вокруг планеты кольцо. — Озонового слоя? — переспросила Анастасия. — Да. Это слой газа, который защищает Землю от вредных солнечных излучений. Он существует уже миллионы лет — и, к счастью, пока ещё не исчез. — Счастью… — тихо произнёс Рейнхард. — Благодаря озоновому слою солнечный свет больше не выжигал поверхность, и на суше смогли появиться первые растения и грибы. — И я полагаю, рыбы тоже рискнули выйти на берег? — спросила Присцилла с полуулыбкой. Анастасия недоверчиво посмотрела на неё. — Рыбы? На суше? Беатрис пришлось согласиться с торговкой. — Это звучит просто смешно. — На самом деле, она недалека от истины, — усмехнулся Субару. У Фельт отвисла челюсть: — Чего?! — воскликнула Фельт. — Сначала появились членистоногие — например, ракообразные, которые со временем эволюционировали в насекомых, — объяснил он. — А после, и ходячие рыбы. — И… что стало с рыбами? — спросила Эмилия. — Они никуда не делись, — пожал плечами Субару. — Просто некоторые из них со временем превратили плавники в конечности и научились дышать воздухом. — И из них появились другие формы жизни? — уточнила Круш. — Кратко говоря, да. Рыбы эволюционировали в земноводных, а после эволюционировали в рептилий. Благодаря чешуе и твёрдым выведенныем яйцам они могли жить на суше, — объяснил он. — Как драконы или птицы? — догадалась Анастасия. — Точно! — одобрительно кивнул Субару и нарисовал на доске ещё несколько животных. — Постепенно уровень кислорода увеличивался, а вместе с ней расцветала и жизнь — появились огромные ящеры и гигантские насекомые. А вместе с ними — и предки млекопитающих. Фельт побледнела от услышанного. — Огромные… насекомые?.. — Да. Стрекозы с размахом крыльев почти в метр, или многоножки длиной под два с половиной метра. Брр… — с усмешкой сказал Субару. Некоторые побледнели, но Субару поспешил их успокоить. — К счастью для нас, из-за Великого Пермского вымирания уровень кислорода на Земле снизился, и такие монстры исчезли. Так что теперь нынешние насекомые в наши дни, лишь мелочь. Однако выжившие рептилии, например протрозухусы, со временем превратились в… динозавров, — добавил он, и все тут же насторожились. А улыбка Субару стала почти детской. — Знаете, ваши наземные драконы, конечно, впечатляют… но рядом с этими грозными ящерами — динозаврами — они просто малыши. — Они были похожи на драконов? — спросил Юлиус. — Если убрать крылья и огненное дыхание — то да, — ответил Субару с восторгом. — Они были всех форм и размеров — с бронёй, когтями, перьями, двуногие, летающие, водные… Они были хозяевами Земли на протяжении трёх эпох: триасовой, юрской и меловой. — Они правили вашим миром целых три эпохи? — удивилась Присцилла. — Ага. Более 150 миллионов лет, — подтвердил Субару. — Невероятно… — прошептала Фельт, глядя на доску с чистым восхищением. — К сожалению, 65 миллионов лет назад их эпоха подошла к своему концу, когда метеорит упал в область, эквивалентную современному Мексиканскому заливу, положив начало катастрофе, известной как вымирание мел-палеогенового периода. — Они, должно быть, были весьма впечатляющими существами, если ваша цивилизация так восхищалась ими всеми, — заметил Рейнхард. Субару энергично кивнул, улыбаясь. — О, ещё как. Мы находили их окаменелости на протяжении всей истории, но по-настоящему оценили их лишь в прошлом веке, когда начали выставлять их кости в музеях и даже создавать на их основе целые серии фильмов. — Фильмов…? — переспросила Эмилия, впервые услышав это слово. — Объясню позже. Сейчас просто знайте, что после эпохи рептилий, а затем и эпохи птиц-ужасов, новая группа существ поднялась, чтобы занять господствующее положение в мире. Их называли млекопитающими. Все молча слушали, позволяя Субару продолжить. — Млекопитающие, в целом, — это животные, которые обычно рожают живых детёнышей и вскармливают их молоком. Но их главное преимущество перед холоднокровными рептилиями заключается в том, что они теплокровные. Это, вместе с наличием шерсти, позволило им выживать в самых разных условиях. Анастасия слегка покраснела. — Подождите… выходит, мы все тоже млекопитающие? — Именно. Все в этой комнате — млекопитающие. Ну, кроме Бетти. — Только Бабби может звать Бетти «Бетти», человек. — Извини, Беатрис, — подчеркнул он её имя. Великий дух Инь недовольно проворчала, но вслух ничего не сказала. — Эй, ну, мог бы ведь называть тебя «Беако», малышка, — добавил Субару с усмешкой. — Не испытывай свою судьбу, я полагаю, — буркнула она. — Ладно-ладно, — поднял он руки в шуточной капитуляции. — Так вот, млекопитающие стали доминировать на планете, и на центральном континенте мира, Африке, определённая группа приматов научилась не только хватать предметы, но и ходить прямо. Анастасия нахмурилась, пытаясь осознать. — Погоди, ты хочешь сказать, что оттуда…? — Угу. Они научились бить камни друг о друга, использовать орудия, а в качестве величайших достижений — освоили огонь и речь. Постепенно до всех стало доходить: именно здесь и началась история человечества Земли. — Эволюция человека не была прямой линией, — продолжил Субару. — От австралопитеков до Homo habilis, Homo erectus и неандертальцев — существовало множество ответвлений. Но единственный вид, доживший до наших дней, — Homo sapiens. То есть, мы. — Значит, мы наконец-то дошли до вашего задокументированного периода истории? — спросил Юлиус. Субару кивнул. — Ага. История современного человечества началась в Африке примерно 300 000 лет назад. Многие из нас покинули континент, используя ледниковые мосты, чтобы расселиться по всему миру, осваивая разные климатические зоны и среды обитания. — Так… твой мир был покрыт льдом? — удивилась Эмилия. — Наш мир не раз покрывался льдом. Но последняя Ледниковая эпоха началась более двух миллионов лет назад и закончилась всего одиннадцать тысяч лет назад. — Потрясающе… я даже не буду спрашивать, как ваш мир вообще смог выжить после всего этого, — покачала головой Анастасия. Японский подросток усмехнулся и покачал головой в ответ на слова Анастасии. — О, ничего сверхъестественного. Это просто был период, когда температура на планете сильно падало. Животным приходилось адаптироваться, чтобы выжить в холоде, но это не было чем-то катастрофическим для вымирания. Обычно. — Так, когда же ваша цивилизация начала записывать свою историю? — спросила Круш. — Это заняло какое-то время. Сначала мы перестали охотиться и начали собирать себе пищу, — объяснил он. — Так появилось земледелие. Затем мы создали первые социальные структуры и иерархии. — Хорошо, что вы рано освоили сельское хозяйство… — заметил Феликс. — Эм, да… а вы разве нет? — неуверенно ответил Субару. — Мы тоже, но трудно сказать точно когда, — пояснила герцогиня Карстен. — Великая Катастрофа уничтожила большую часть наших записей об этом. — Понимаю, — сказал он, стирая рисунки на доске. — Нам, к счастью, повезло избежать чего-то подобного. Это позволило нам развиваться дальше — использовать металл в инструментах, селиться у рек и озёр, приручать животных для помощи в нашем труде. Фельт закатила глаза. — Звучит знакомо… Субару усмехнулся. — Ага, но чем больше сельского хозяйства — тем больше и людей, которые покупают еду. Чем больше людей — тем больше и домов, торговли, денег, законов, власти. Одним словом — общество. Присцилла откинулась на спинку стула. — Ну что ж, теперь будет интересно. — О, ещё как. Примерно четыре тысячи лет назад появились первые известные цивилизации: Египет, Месопотамия и Китай. Их влияние ощущается и на сегодняшний день. — Впечатляет… значит, они были началом развитой цивилизации на Земле? — уточнил Юлиус. Субару покачал головой на слова рыцаря. — Не совсем. На тот момент наши «высокие технологии» ограничивались лишь колесом и телегами, запряжёнными лошадьми. Но, эй, всем же нужно с чего-то начинать, верно? — И что было дальше? — спросила любопытная Эмилия. — Если описывать одним словом — завоевания. Круш тяжело вздохнула. — Даже не знаю, стоит ли мне удивляться? — История редко бывает красивой как не смотри, — признал он. — Империи возвышались и падали, велись войны, а многие культуры исчезали. Мы перейдём к более поздним эпохам, но предупреждаю — дальше всё станет сложнее и несправедливее. — По крайней мере, это станет гораздо занимательнее, — сказала Присцилла. — Это точно. Одними из первых завоевателей были индоевропейцы, основавшие множество империй вплоть до самой Индии. К счастью, Субару уже закончил рисовать на доске максимально точное изображение всей карты Земли и поставил одну точку на Индии. — Конечно, завоевания не всегда были в злом смысле. Они могли быть конечно и жестокими, но часто приносили и положительные последствия — например, обмен идеями. — Обмен идеями? — переспросила Эмилия. — Да. Индоевропейцы принесли с собой множество гимнов и мантр, что в итоге привело к возникновению одной из древнейших мировых религий — индуизма. — А сколько религий существует в твоём мире? — спросил Рейнхард. — Примерно… десять тысяч, — ответил Субару. У всех кто это услышал отвисли челюсти, и Субару поспешил добавить: — Не переживайте, реально крупных — не больше двенадцати, остальные имеют совсем немного последователей. Фельт выдохнула с облегчением. — Слава Од… Субару затем поставил одну точку на Ближнем Востоке — Так вот, когда индуизм распространялся по Индии, на Ближнем Востоке зарождалась и другая крупная религия — иудаизм. И хотя они были совершенно разными, обе оказались важными для своей мировой истории. Если индуизм был многобожием, то иудаизм и его последующие ветви утверждали, что существует только один истинный бог. Эти различия нередко становились причиной конфликтов для войны с соседними странами. — А какая из них настоящая? — спросила Круш. — Если по-честному, ни одна, — ответил Субару. — Моя семья уже много поколений как светская, и я не верю ни в одного бога. И прежде чем вы спросите — нет, физических доказательств существования в божеств нет. Всё основано лишь на вере людей в это. Все кивнули и перешли дальше. — Но не только религия и войны создавали империи, — продолжил он. — Греки, например, строили своё влияние через торговлю и колонии, пока их чуть не поглотила Персидская империя. Он на мгновение задумался. Надо будет показать им «300 спартанцев» — интересно, как бы рыцари отреагировали на спартанцев. Но это вопрос на потом. — А пока, когда Средиземноморье и Ближний Восток боролись за господство, возникла ещё одна новая религия — буддизм, названный в честь Будды. — Буд… кто? — спросила Фельт, нахмурившись. — Он был религиозным учителем, жившим примерно 2500 лет тому назад, — объяснил Субару. — Его философия заключалась в том, что поступки человека влияют и на его следующее воплощение, а цель буддиста — достичь Нирваны, состояния просветления и конца реинкарнаций. — Значит, у вас тоже есть учение о реинкарнации, — заметил Юлиус. Субару немного опешил и моргнул. — Простите… что? — Считается, что когда человек умирает, его душа возвращается к Од Лагуне, чтобы потом возродиться вновь, — пояснил Юлиус. — А, значит, это не научно доказано. Фух, уже испугался, — вздохнул Субару с облегчением. — Ещё как доказано, — спокойно, даже безразлично сказала Беатрис. — …Что? — опешил вновь он. — Матушка Бетти уже поняла это давным-давно, — небрежно произнесла Великий дух Инь. — Её всегда интересовали души, и она выяснила, куда они уходят после своей смерти. Продолжение следует...