Весь мир вокруг Сэмми

      Габриэль за свою долгую жизнь уже успел смириться со многими вещами. Другие неочевидные вещи вошли в привычку. С остальным как-то само собой все притерлось и сгладилось. В общем, все как у людей, только длиною в миллиарды лет.       Для Габриэля умирать стабильно — не проблема. Убивать? Вы по адресу. Менять облики и притворяться другим человеком? Жёлтая табличка с надписью «ВАМ СЮДА» — уже готова. Нужно побыть трикстером? Получите и распишитесь. Однако с недавних пор появилось кое-что, что не укладывалось ни в какие рамки даже сумасбродного младшего архангела. И это «кое-что» гордо носило имя Сэм Винчестер.       Ладно, ладно, — каждый раз говорил себе Габриэль, тихо помогая Сэму на охоте, — это его работа и она травмоопасна (если не сказать жизнеопасна).       Но самовнушение заканчивалось, а раздражение копилось. Ещё больше подначивало архангела то, что он нашел главного виновника всех бед, на которого можно было спустить всех собак — заслуженных или нет. И грушей для битья небожителя стал Дин Винчестер, разумеется.       Понимал ли Габриэль иррациональность своих чувств? Нет, конечно. Он просто не думал об этом. Он действовал.       Однажды, в очередной раз подглядывая за братьями, Габриэль стал свидетелем их ссоры в мотеле. Ну, как сказать, ссоры. Скорее, это был обычный спор двух взрослых мужчин, которые работают вместе. — Сэм, вот скажи, ради этого мы остановились? — Дин всплеснул руками, окидывая взглядом маленькую комнатушку. — Да, Дин, ради этого, — Сэм отвечал не злобно, но на брата не смотрел, — мы провели в лесу 9 часов, выслеживая вендиго, ещё 2 часа потребовалось, чтобы его, наконец, сжечь, а до бункера ехать ещё добрых 4 часа, ты не будешь садиться за руль в таком состоянии.       Сэм объяснял все брату, как маленькому ребенку (по крайней мере, это подметил Габриэль), раскладывая немногочисленные вещи, что они взяли с собой.       Да, получилось скверно. Винчестеры не рассчитывали, что охота займет так много времени. Еды про запас не было, да и сменная одежда оказалась в багажнике Импалы по чистой случайности — забыли с прошлого раза. Они вымотались, вымазались в грязи и пепле, и теперь им обоим нужен был горячий душ и отдых. Но Дин, похоже, имел другие планы. — Если поедем сейчас, доберёмся домой уже к рассвету. А там тебе и душ, и кровать хоть сутки спи. Но не здесь же! — Раньше тебя это не напрягало, так что же случилось теперь? — Раньше у нас не было дома, а теперь-то есть! И я предпочитаю спать в своей кровати, а не в этом клоповнике. — Дин, я все понимаю, чувак. Но за руль тебя все равно не пущу. Ты был на ногах уже добрых 15 часов, а с учетом обратной дороги — 19. Будет чудом не сдохнуть на дороге ночью, после этой охоты.       Габриэль задумчиво посмотрел в потолок. Разумеется, он и думать не хотел о том, что могло бы случиться. Да, конечно, он был бы рядом и мог бы помочь в любую минуту. И все же… Нет, Сэм, определенно, прав. — Я в полном порядке, на все 100%, хоть сейчас на второй заход. Пошли.       Архангел закатил глаза. Непроизвольно, если честно. Оно само. У него в принципе не было другой реакции на любые слова старшего Винчестера (разумеется, он в этом никогда не признается). Но выпускать этих двоих из комнаты до утра Габриэль не намеревался, и радовало лишь то, что Сэм, по сути, с ним заодно. Нужно было только помочь. — Дин, не дури, — Сэм хотел схватить дорожную сумку брата, но не успел. Дин уже шел на выход. — Пошли, Сэмми. Или ты испугался?       Сэм, разумеется, многозначительно глянул на брата, сдерживая праведный гнев. Вестись на такую очевидную манипуляцию он не собирался. — Дин, нет.       У Габриэля созрел план. В очередной раз фыркая на упрямость Дина (в этом они с Сэмом были похожи и даже фыркали иногда одновременно), архангел обратил внимание на освещение номера. На удивление, здесь не было люстры, как в обычных мотельных номерах. Вместо них под потолком висели аккуратные плоские плафоны, размером с небольшую тарелку каждый. Ряд начинался от самого входа, пересекал всю комнату, заливая ее мягким желтым светом, и заканчивался у противоположного окна. Дин стоял практически под четвертым от двери плафоном. В голове что-то щелкнуло, а где-то в глубине зашевелился веселый нрав трикстера.       Стоило архангелу лишь пожелать, чтобы плафон повернулся, как тот провернулся, выскочил из резьбы и с грохотом рухнул под ноги старшему Винчестеру. Братья подскочили от неожиданности, хватая ружья и тут же принимая боевую стойку плечо к плечу. Скорее рефлекторно, чем от страха. — Срань Господня, — первым очнулся Дин, опуская дробовик, — всего лишь люстра лопнула. — Не похоже, — прошептал Сэм, глядя в потолок. Он обратил внимание, что в мотеле стояли хорошие лампочки энергосбережения. Такие не накаляются, от них не лопаются плафоны. — Ну, держалось на соплях, что поделать. Видишь, в какой дерьмовый отель заселились, поехали давай отсюда.       И в тот же миг под ноги Дину рухнул второй плафон. Дин замолк, Сэм сглотнул, а вот Габриэль давился смехом, стоя у окна.       Давай-давай, гений, попробуй еще. У меня в запасе еще… — архангел картинно поднял глаза к потолку, пересчитывая «боеприпасы», словно его кто-то мог видеть, — осталось восемь штук, — он бесцеремонно ухмыльнулся, — и ваза. — Призрак, — тут же выпалил Сэм, выхватывая соль из сумки, — мы могли подхватить одного в лесу. — Того, кого сожрал вендиго? Сложно будет найти его кости и сжечь, а точнее — невозможно, — Дин выудил датчик ЭМП и замер. Сэм тоже становился вслушиваясь. Но датчик молчал. — Это — не призрак. — Что бы это ни было, надо убираться отсюда.       Скрип — и под ноги охотников прилетел третий плафон, разлетаясь на мелкие осколки. — Дерьмо! Уходим! — выкрикнул Дин, но его крик потонул в очередном звоне разлетающегося плафона. — Дин, стой! Замри!       О, великан, соображаешь быстро. Ну, не стоит благодарности, — ухмыльнулся архангел, довольно потирая ручки, ведь его план (как всегда идеальный, как и он сам) удался. — Сэм, надо сматываться отсюда, пока на голову не прилетело что похуже.       Габриэль не сдержался и испустил протяжное цоканье. Да, Сэм сообразительный малый, а вот Дин — тугодум. Придется закрепить урок. И ни в чем не повинная ваза полетела прямо в двери. Архангелу полегчало. — Дин, не шевелись, стой на месте и слушай меня: кто-то или что-то явно не хочет, чтобы мы покидали эту комнату. Бинго! — Кас? Ха! Кас! Бери выше! — Не знаю, не уверен.       Сэм поднял глаза кверху, где под потолком не хватало трех плафонов (ровно три от двери), затем взглянут на пол, где вперемешку с белым стеклом лежали осколки зеленой вазы. Вмешательство чего-то разумного тут было налицо. — Кас? Кастиэль?! Это твоих рук дело? — Дин, не сдерживая эмоций, орал в пустоту, но дробовик снова взвел. Сэм стоял рядом и ждал, но ответом охотникам была пустота. — Значит, не Кас, — коротко резюмировал Сэм. — Кто бы ты ни был — катись к черту, — зло рявкнул Дин, будучи в смятении от собственного бессилия. Час назад вендиго сожгли, а теперь, как клоуны, бегают от лампочек — ну надо же!       В маленькой комнате повисла тишина. У Сэма по спине пробежал табун мурашек, их захотелось смахнуть куда подальше от себя, вот только вмиг замёрзшие руки отказывались двигаться. Сэм хорошо знал это чувство. Даже слишком хорошо. Обычно это называют «затишьем перед бурей».       Картина на стене, изображавшая жалкую пародию на женскую фигуру, со скрипом отлепилась от стены. Дин руку готов был отдать на отсечение, что картина до этого висела не на гвоздях, а на Божьем духе и добром десятке-другом жвачек.       Секунда — и картина уже была надета на голову Дина.       Винчестер попятился назад, явно не ожидая такого «поведения» от бездушной картины. Сэм, который уже готовился принять следующий удар, инстинктивно постарался прикрыть голову. Однако удара не последовало. Вместо этого, картина отлетела к окну, «встала» в полный рост и на довольно большой скорости помчалась к несчастному Дину.       Сэм растерялся. Они когда-нибудь в жизни вообще сталкивались с бешенными картинами? А с лампочками-камикадзе? Словно в прострации Сэм наблюдал за этим летящим ужасом. Он попытался встать перед братом, чтобы хотя бы откинуть картину, но та, явно управляемая кем-то, облетела Сэма сверху и, достигнув назначенной цели, метким ударом слила воедино голову женщины и голову Дина. Дин попятился снова и сел на кровать.       Так то лучше, Дино-о.       Молчание затянулось. Братья молча смотрели друг на друга, обдумывая случившееся. Это происшествие никак не укладывалось даже в их сверхъестественную жизнь. Первым отмер Сэм: — Чувак, у тебя сиськи, — он указал пальцем на женское туловище, буквально берущее начало около шеи старшего брата. — Заткнись, — буркнул Дин, снимая этот шедевр абстракционизма со своей многострадальной головы, — что это вообще было? — Ну, тебя избила картина, — пожал плечами Сэм, посмеиваясь. — Весело тебе, да? Сучка. Только вот…       Договорить Дин не успел. Ему в лицо прилетела подушка. Сэм, уже порядком привыкнувший к летающим по номеру вещам, принялся хохотать не стесняясь. — Эй, да за что?! — возмущался Дин в пустоту, — а его почему не ударило подушкой?!       После риторического вопроса, перед Сэмом из неоткуда появился шоколадный батончик, приземляясь четко в руки. От такого жеста Сэм смеялся так, что воздух в лёгких закончился, и смех стал больше походить на приступ астматика. — Ты ему просто не нравишься, Дин, — сквозь слезы выдавил из себя Сэм. — Нечестно получается! Тебе конфеты, а мне побои! — сказав это, Дин, на всякий случай, закрылся руками, — Сэм, пойдем отсюда, не нравится мне здешний домовой.       Стоило этим словам прозвучать, как лежащее на соседней койке одеяло взмахнуло краями и, огромным комом, приземлилось на Дина.       Если бы два часа назад кто-то сказал Сэму, что он будет спасать брата от летающих картин и одеял — Сэм покрутил бы пальцем у виска. Но вот он, задыхаясь от смеха, поднимает тяжёлое одеяло с матерящегося брата, у которого, кажется, скоро будет дергаться глаз на постоянной основе. — Скажи мне только одно, — многозначительно выдал Дин, когда его освободили от одеяла (Сэму показалось, что оно двигалось, не даваясь ему в руки), — почему тебе не разу не прилетело?! — Дин, послушай меня, все просто, — примирительно сказал Сэм, растягивая губы в улыбке, — я просто не собирался уходить. — Да бред это все! — Ну, ладно, тогда иди. А я посижу и посмотрю.       Плечи Дина нервно подернулись, а сам он занял чуть ли не боевую стойку (интересно только, с кем он бороться будет на этот раз?). Охотник медленно сделал шаг в сторону двери, затем ещё один. И… Тишина. Вся мебель оставалась на местах, одеяло лежало недвижимо, а картин, к счастью, в номере больше не было. Сэм уже было подумал, что брат прав. Нет тут связи с желанием Дина поскорее убраться отсюда.       Лицо Дина прояснялось с каждой секундой, он сделал третий шаг, уже почти будучи у двери, и хотел сказать «ну я же говорил!», но в этот момент мимо Сэма плавно и вальяжно пронесся фен, который был в ванной комнате.       Фен, паря в воздухе вместе с проводом, вызвал у Дина приступ панического ужаса, который он и сам не в силах был объяснить. — Дин!!! — что есть мочи завопил Сэм, как будто брат мог не видеть надвигающуюся опасность. Дин резво отскочил от двери, но было уже поздно.       Фен, будто управляемый злобным демоном, понёсся в сторону Дина, раскручивая шнур. Первый же удар был болезненный. Винчестер вскочил, оббегая маленький стол на кухне, но второй удар тоже достиг цели. Третий удар застал Дина около телевизора. Четвертый покарал его рядом с холодильником.       Сэм, очнувшись от ступора, подскочил и накрыл злобный фен одеялом, которое буквально недавно прилетело брату в лицо. Фен мгновенно успокоился и стал вести себя как обычный фен, то есть — никак.       В комнате слышалось лишь два загнанных дыхания, словно братья только что сдавали марафон по бегу. Дин осоловело привалился к холодильнику, Сэм закрутил фен покрепче в одеяло и кинул это все под кровать. Винчестеры смотрели друг на друга, обдумывая случившееся, пока неожиданно Дин не начал хохотать. Сэм тоже не выдержал. — Господи, кому расскажи — не поверят, — Сэм, честно, пытался сдержаться, — тебя избил фен, ты, в принципе, убегал от фена по всей комнате! '.       От озвучивания проблемы вслух стало только веселее, и вот уже Винчестеры не успевают отдышаться от смеха, как начинается новая волна хохота. — Ладно, ладно, я понял, — примирительно воскликнул Дин в пустоту, — сегодня ночуем тут.       Сэм от этих слов откровенно заржал, не сдерживаясь. — Стоило избить тебя феном ради этих слов? — Ой, помолчи, а, — беззлобно ответил Дин, — чур я, на правах пострадавшего, первый в душ!       И старший Винчестер скрылся в ванной комнате, не давая брату времени на раздумья. Сэм улыбался. — Кто бы ты ни был, — прошептал он, глядя, почему-то, в потолок, — спасибо большое. Габриэль весело кивнул Сэму в ответ, кидая очередную конфетку в рот. Обращайся, Сэмсквош. Да и когда ещё у архангела была бы возможность проучить великого Дина Винчестера таким простым способом???