Тяжкий путь по льду

      После отлёта тренера, нам с Шарлиз выделили девушку, которая должна была за нами следить и, по возможности, тренировать. Красивая взрослая девушка, лет тридцати, с короткими черными волосами и голубыми глазами. Кажется, её зовут Вероника. Оливер говорил, что она хороший тренер и из-под её "крыла" вышли бронзовый и серебряный призёр прошлой олимпиады, но она не была в нас заинтересована. Как итог — мы просто приходили на каток, разогревались и отправлялись оттачивать всё, что могли.       Я вставал около восьми-девяти утра, завтракал, тусил немного с сиблингами и уезжал на каток. Каждый раз, когда я приходил, а это около десяти часов утра, Шарлиз уже была на льду. Каток открывается в половину восьмого. Барроу, как он понял по шепоткам охранников, приходила ровно к открытию и уходила через несколько часов, позже снова приходя и уходя уже только с закрытием.       В первый день после отлёта товарищей, Экхарт был в шоке — столько падений с прыжков даже у него не было. Шарлиз явно не щадила свои колени, раз за разом падая, она снова вставала и пыталась ещё один раз. На тот момент, когда он пришёл, девочка не могла справиться с Акселем. Обороты Рей не считал. Зря — это могло спасти его от длительного шока: через неделю Барроу прыгнула чистый тройной Аксель. На нём она не остановилась, взявшись за ритбергер.       "Тройной", — на автомате подметил про себя Рейнольд, глядя на пархающую на льду фигуру. — "Я так не смогу. Наверное."       Конечно, всё это время она прыгала не только Аксель, так же пытаясь сделать чистый выезд с четверного Сальхова. У Морены он уже получился и не только он, а ещё и четверные Флип с Тулупом. Для нового рекорда остались Лутц, Ритбергер и Аксель. В возможности последнего в четыре в споловиной оборота в женском одиночном Рейнольд сомневался. Но девочки — и Каллисто, как ни странно, — верили в это. Морена и Эрика были уверены в том, что Шарлиз прыгнет его в будущем. Самая старшая из тройки говорила, что сама не прыгнет, но вот в младшей сестре уверена на все сто. Форест, в свою очередь, не ставила крест на себя — Морена тоже этого не делала, но воспринимается именно так, — а заявила что будет пытаться, но ставку поставила на Шарлиз.       Экхарт смотрел на неё и начинал понимать, почему Каллисто ей восхищается. Прыгнуть докрученный тройной Аксель за неделю без тренера, прыгать двойной Ритбергер и вкручиваться в тройной, пусть не всегда чисто выходя из него, не обращать внимания на огромное количество синяков, вставать после падений. И — самое главное — не замечать взглядов на себе во время тренировки.       У самого Экхарта с этим большие проблемы. Каждый раз, когда он занимается вместе с Лисом, спиной чувствует его взгляд. У Регулуса зачастую он разный. От насмешливого до чертовски обеспокоенного. Зависит от ситуации.

***

      Всю неделю Рей и Шарлиз максимально возможное количество времени проводили на льду. На локтях и коленях Барроу было несчётное количество синяков. У Рейнольда не сильно лучше — он рисковал набить себе шишку, тренируя кантиливер. И, по правде говоря, набил бы, если бы вовремя подъехавшая Шарлиз не потянула его за руку вверх.       Диалога у них не случилось: Рей благодарно кивнул, девочка кивнула в ответ, разворачиваясь и вновь заходя на ритбергер. Вот и поговорили.       Вообще, проводить время на катке без тренера или хотя бы Каллисто было до жути не привычно. Да и присутствие Барроу не сильно помогало: Рейнольд только сильнее нервничал. Плюсом было неловко, что Шарлиз столько падает и прыгает, а он тихонько крутился во вращениях и опускался в кантиливер. Прыжковых элементов за всё время он сделал раза в три меньше... Подруги?..       Дома было лучше. С тренировок его забирала Ивонн, поскольку Эмили — не смотря на все ярые протесты и свой жутейший трудоголизм — была почти насильно отправлена сёстрами в отпуск. Отец не возражал, по крайней мере покорно и без возражений отпустил работницу на отдых. Так же, после возвращения главы семьи Деррик стал немного меньше занят и мы проводили время все вместе, смотря Наруто. Как я понял, Рик, как и я с аниме, забежал довольно сильно вперёд, читая мангу, так что сейчас уже знал какие-то события, ибо мы двигались со скоростью девочек. Они остановились на начале второго сезона, поэтому нам с братом оставалось только смириться и ещё раз созерцать те или иные события по типу арки в деревне песка со спасением Гаары, появление Сая и Ямато, встреча с Саске.       Хотя, не знаю насчёт брата, но лично я не сильно против: арка спасения Гаары от Акацуки мне ну очень понравилась и смотреть её повторно было только в кайф. А смешные комментарии от девчонок делали просмотр ещё более комфортным. Прямо-таки семейным.       Зачастую Лидия, которую теперь мы все довольно спокойно называли матерью, приносила нам какие-то сладости к просмотру. Попкорн, чипсы, шоколад, конфеты, все что видела на полках магазинов и все что подходило к просмотру. Конечно, она ещё учитывала наши предпочтения, за что отдельное спасибо.

***

      В день прилёта тренера и наших великомучеников в аэропорту снова собралась компания Барроу-и-трое-Экхартов. Поскольку самолёт прибывал в восемь утра, Пенелопа с Ивонн вовсю зевали. Последняя сходила за кофе для себя, попутно прихватив нам с Пени какао с маршмэллоу. На моё возмущение по поводу того, что я спокойно пью кофе, сестра ответила тем, что мы маленькие и рано нам такое пить, высунув язык. Вот вроде бы ей уже пятнадцать лет, а вроде бы такая мелкая бука.       Шарлиз, с которой Ивонн волшебным образом оказалась хорошо знакома — откуда, просто откуда, блять! — пила что-то из термоса, сидя на неудобном стуле зала ожидания. Они о чём болтали, изредка в их разговор влезала Пенелопа.       Мне показалось это странным и несправедливым по отношению к Пени, но младшая сестра не выказала никаких протестов, — а она может, уж я-то знаю, — поэтому раздувать на пустом месте конфликт Рейнольд не стал.       Минут десять если не больше мы сидели в зале ожидания, пока не прозвучало объявление о прибытии долгожданного рейса. Меня распирало от радости. Ещё бы — я наконец-то увижу своего лучшего друга!       Барроу, кажется, моего восторга не разделяла. Она хмудрилась, смотря на монитор с расписанием рейсов. Кажется, не хотела возвращения сестры..? Хотя, у них с Мореной, вроде бы, хорошие отношения. Или нет? Или да? Или что там вообще творится у них в семье...       Какое-то время наблюдений Экхарт разглядывал внешний вид аэропорта. Потом сестёр. Потом Шарлиз. А потом всё-таки вернулся взглядом к экрану со списком отбывающих и прибывающих рейсов.       Взгляд зацепился за двух ругающихся мальчишек в нескольких рядах от них. Карие глаза, блондинистые волосы и низкий рост. Самым удивительным в них была буквально одинаковая внешность и при этом такая разная: один из них был одет в преимущественно чёрный цвет, а второй носил очки и, наверное, предпочитал более яркие цвета, судя по одежде на нём.       Впрочем, налетевший на него с объятиях сам Регулус перенял всё внимание на себя. Рейнольд оторопел, такого счастливого друга он не ожидал, но обнял его в ответ. Одна только выгода от тактильного Каллисто. Рейнольд закрыл глаза, наслаждаясь прикосновением.       От голоса друга над ухом кровь прилила к щекам. —Я второй! Представляешь, Рэй, второй среди юниоров России! — восторг Регулуса, видимо, передавался воздушно-капельным путём, иначе объяснить свои эмоции Экхарт не мог.       Когда Каллисто отпустил его, до него медленно начал доходить смысл. Второй среди юниоров России... —Поздравляю, — всё ещё находясь в шоке от осознания, лепечет Рейнольд. — Я очень рад за тебя! Правда!       После этого Каллисто таки отпустил его, чтобы взять вещи и всем вместе двинуться в сторону выхода. По пути Эрика и Морена активно делились впечатлениями с чемпионата. Таким образом вся компания узнала, что Морена и Эрика прошли отборочные и будут представлять Россию на Олимпийских играх в феврале, а Форест ещё и на произвольной программе в командных соревнованиях.       Его внимание зацепил вопрос Шарлиз, напоминающий вопрос журналистов. Он не знал, учиться ли она на кого-то — да что уж там, он даже не был в курсе, учиться ли она! — но вопрос реально хороший. —Чего вы ждёте от олимпиады? — этот вопрос заставил Экхарта заинтересоваться в разговоре. — Медали? Слава? Для галочки?       Первой заговорила Эрика. Она звучала задумчиво, но решительно..? Так вообще можно? —Я не настолько уверена в своих шансах, но пытаться точно буду, — протянул Форест. — От командных соревнований точно хочу золото, тут добавить нечего, всё-таки нашу страну представляю. А вот личные... Ну, хотелось бы суметь забрать серебро или бронзу. На золото, учитывая участие Морены, надеяться всё-таки не буду.       Она толкнула последнюю плечом, улыбаясь. Намёк на чистые четверные прыжки старшей и почти чистые четверные Сальхов и Тулуп сестёр Барроу поняли все. —Да ладно тебе, ты тоже так можешь, если будешь тренироваться как Шарлиз, — ухмыльнулась Морена, наблюдая за тем, как младшая сестра закатывает глаза. — Я от олимпиады, по большей части, хочу эмоции. Медаль будет приятным дополнением, если получу. Не уверена насчёт золота, но серебро получить я в состоянии. Наверное.       Девочка пожала плечами. Весь её вид показывал, что ей в действительности плевать на результаты. Рейнольд не мог её понять: олимпийские игры — самый важный и масштабный старт практически любого фигуриста. Буквально самый ожидаемый старт, на который у всех больше всех надежд! И Морена так легко об этом говорит, словно и не об Олимпиаде вообще, а о каких-то простеньких соревнованиях вроде чемпионата Санкт-Петербурга! Немыслимо! Просто не-мыс-ли-мо!       Найдя глазами Каллисто, Экхарт не нашёл в его взгляде ничего, напоминающего осуждение или шок, Регулус словно был согласен. Это тоже стало ошеломляющим фактом для Рейнольда. Переведя взгляд на Шарлиз, идущую рядом по стечению обстоятельств, он встретил в её глазах осуждение с каким-то странным смирением. Ну хоть кто-то адекватный тут! Хотя при чём тут смирение..? Хотя, в принципе, понятно — они же сёстры, видно, уже смирилась с таким характером старшей.

***

      Честно, Каллисто не ожидал на чемпионате России — пусть и среди юниоров — занять второе место. Это было очень неожиданно и круто.       После чемпионата и практически полного тренировочного льда там, он честно думал, что будет непривычно снова заниматься вдвоём с Реем на льду. Без кого-либо ещё. Кроме тренера, конечно.       Однако, хитрый лис-Брум смог его удивить. Да и не только его, Рейнольд тоже был в небольшом шоке, когда к ним на тренировку с утра прибыла Шарлиз. Она не волновалась, не нервничала, не мялась и не стеснялась, разминаясь и выходя на лёд. —А что происходит? — недоуменно протянул Каллисто, обращаясь то ли к тренеру, то ли к Шарлиз, то ли вообще ни к кому.       Оливер пожал плечами, словно это само собой разумеющийся ответ: —Шарлиз теперь будет с вами по утрам заниматься. А теперь давайте оба тоже на лёд, посмотрим на ваши вращения!       Барроу словно и не замечала их всех, прокалывая дорожку шагов. Заметив в её ушах блескнувшие красным светом черные наушники Каллисто ухмыльнулся. Ну, раз она в наушниках, то всё понятно: разговоров сегодня не будет. Не утром, по крайней мере.

***

      Утренняя тренировка почти закончилась, когда тренер сделал замысловатый знак рукой и Шарлиз отъехала к бортику чтобы вынуть из ушей наушники. Сам Брум отошёл к музыкальной панели. —А теперь, мальчишки, — подал немного ехидный голос Оливер. — Отдохните и посмотрите шоу.       Шарлиз выехала на середину льда и встала на одно колено, выставив руки перед собой ладонями к себе.       Музыка началась, Барроу встала и поехала в лево, зашла на Сальхов и вкрутилась в четыре оборота с чистым выездом. Музыка начала ускоряться и Барроу ехала дальше. Секунд десять скольжения и очередной заход на прыжок — Тулуп, тоже четверной. Далее вращение, хват ноги и выравнивание корпуса тела вертикально, не отпуская ногу. Что интересно: хват был одной рукой — правой, — а вторая была у груди.       Что Каллисто очень понравилось в уже откатанной части программы, так это хореография. Она местами хромала, но это было незаметно невооружённым взглядом.       Много лёгких прыжков, не засчитывающихся за прыжки, батман, и снова много хорео. Заход на Лутц и вот он — тройной Лутц. Кантиливер и заход на Флип. Удачный каскад из тройного флипа, одиночного Тулупа и тройного Сальвха выполнен.       Снова красивые хорео, дорожка шагов, заход на очередной прыжок — тройной Лутц и тройной Тулуп. Хорео, заход на очередной прыжок — тройные Флип и Тулуп. Двойной Аксель, комбо вращений и "раскрытие" в финальную позу.       Каллисто заоплодировал. Рейнольд рядом поддержал его аплодисменты своими. Это было великолепно. —Это, дорогие мои, — улыбнулась Шарлиз, отдышавшись, — моя произвольная программа на следущий сезон. Я вытрясла её потом и кровью. Как вам?       У Регулуса слов не было, так что он посмотрел в сторону Оливера и Рейнольда, в поиске поддержки. Брум только улыбнулся. Конечно, будет он помогать своему бедному ученику.       Экхарт тоже молчал, но его восхищённый взгляд говорил больше любых слов.       Пришлось Каллисто брать всё в свои руки. Он вздохнул и обратился к ожидающей ответа Барроу. —Это была просто восхитительно. У меня просто нет слов, чтобы описать своё восхищение. Сама как себя чувствуешь?       Это довольно важный вопрос, потому что сам Каллисто уже ощущал эти просто фиерические ощущения при первом полном прокате первой программы. Неописуемые. —Восхитительно. Ещё раз семь бы откатала, — ухмыльнулась Шарлиз. — Особенно радость от чистого Сальхва и Тулупа. Это было мощно. И очень круто. Хочется поскорее следущий сезон.       Утренняя тренировка закончилась очень мирно и весело. На последние полчаса тренеру пришлось отлучится и мы веселились, пытаясь в синхрон прыгать тройной тулуп. Разумеется, никто из нас в парное не собирается, но нам чисто по приколу пытаться. У Регулуса не вышло с Шарлиз в синхрон, но зато с Рейнольдом они сделали не только тулуп, но и каскад тройной Аксель-тройной Флип.