Операция «Соблазнение сноба»

      Солнечный луч, упёршийся в лицо, разбудил Санджи с ощущением, будто он пережил одновременно и кошмар, и самое прекрасное сновидение в своей жизни. Он лежал в своей постели, но воспоминания о вчерашнем вечере были настолько яркими, что от них перехватывало дыхание.       Парковка. Ночь. Кофе «Гейша». И Ло, смотрящий на него таким взглядом, от которого у Санджи подкашивались ноги. Они не сказали больше ни слова. Просто допили тот кофе, разъехались, но напряжение между ними достигло такой точки, что, казалось, воздух вот-вот вспыхнет.       Он застонал, натянув подушку на голову. Что теперь? Придти в «Полярный Танго» как ни в чём не бывало? Сделать вид, что ничего не произошло? Но что именно произошло? Ничего. И всё.       Спускаясь на кухню «Барати», он приготовился к новому шквалу насмешек, но всё было подозрительно спокойно. Луффи что-то жадно уплетал в углу, Зоро полировал свои мечи, а Нами сверяла счета. Лишь когда Санджи включил плиту, Зоро бросил на него оценивающий взгляд. — Ну что, как твой «заклятый враг»? — спросил он, и в его голосе слышалась лишь лёгкая издевка, без прежней ехидцы.       Санджи почувствовал, как уши наливаются жаром. — Жив-здоров, насколько я знаю. — Отлично, — хмыкнул Зоро. — А то ты вернулся вчера с таким видом, будто тебя по голове сковородкой ударили. Хорошо, что хоть не с разбитым сердцем.       Санджи не нашёлся, что ответить. Он и правда чувствовал себя оглушённым.       Ровно в одиннадцать он, как заведённый, направился к двери. — Опять на своё свидание? — крикнул ему вслед Луффи с полным ртом. — Это не свидание! — рявкнул Санджи в ответ, но дверь уже захлопнулась за ним.       Стоя перед «Полярным Танго», он сделал несколько глубоких затяжек, оттягивая момент. Он вошёл.       Ло был за стойкой. Один. На нём снова была его чёрная униформа, и он смотрел на Санджи с тем же невыносимо спокойным выражением лица. Но в его глазах было что-то новое — тёплый, почти нежный огонёк. — Я начала думать, ты передумал, — произнёс Ло. Его голос был низким и ровным, но в нём слышалась лёгкая дрожь. — Я сказал, что приду, — повторил Санджи свою вчерашнюю фразу, подходя к стойке.       Они стояли друг напротив друга, и привычная кофейня внезапно показалась Санджи слишком маленькой. Воздух снова сгустился, но на этот раз он был сладким и тягучим, как карамель. — Ну? — наконец сдался Санджи. — Не будет сегодня очередного кофейного шедевра, ради которого стоит рискнуть жизнью?       Ло ухмыльнулся. Медленно, не торопясь, он принялся готовить. Но на этот раз его движения были лишены прежнего театрального перфекционизма. Они были... интимными. Он молча сварил двойной эспрессо, взбил молоко и налил в высокую керамическую чашку. — Капучино, — сказал он, ставя чашку перед Санджи. — Без сиропов. Без экзотики. Просто капучино.       Санджи посмотрел на пенку. Никаких завитков, сердечек или сложных узоров. Лишь идеально гладкая, бархатистая поверхность.       Он поднял глаза на Ло, ищущий объяснения. — Иногда лучшее, что можно предложить, — это простота, — тихо сказал Ло. Его пальцы лежали на стойке в нескольких сантиметрах от руки Санджи. — Без намёков. Без игр.       Санджи взял чашку. Он боялся, что руки его задрожат, но они были поразительно твёрдыми. Он сделал глоток. Напиток был идеальной температуры, с нежным балансом кофе и молока. Это был самый обычный капучино. И самый лучший из тех, что он когда-либо пробовал. — Мне нужно тебе кое-что сказать, — произнёс Ло, всё так же глядя на него.       Санджи медленно поставил чашку. «Вот оно», — подумал он. — Я слушаю.       Ло глубоко вдохнул, словно собираясь с мыслями. — Ты самый раздражающий, упрямый и вспыльчивый человек из всех, кого я встречал, — начал он. Санджи почувствовал, как в груди защемило. Но Ло не закончил. — И ты самый талантливый, страстный и... искренний. Эти утренние и вечерние часы с тобой стали для меня важнее, чем вся моя кофейня вместе взятая.       Он сделал паузу, давая словам проникнуть в сознание. — Я не хочу больше играть в гастрономическое соперничество, Санджи. Я хочу... попробовать что-то настоящее.       Санджи смотрел на него, и все его страхи, все сомнения вдруг разом испарились. Их место заняло тёплое, уверенное спокойствие. — Знаешь что? — сказал он, и его губы тронула улыбка. — Я тоже.       Он переступил последнюю черту, разделявшую их у стойки, и оказался так близко, что мог разглядеть каждую ресницу на глазах Ло. — Но если ты назовёшь меня «блондином» ещё раз, я переломаю тебе все кофейные аппараты.       Ло рассмеялся — тихо, счастливо — и его рука легла на талию Санджи, притягивая его ещё ближе. — Обещаю, — прошептал он, и его дыхание коснулось губ Санджи.       И когда их губы, наконец, встретились, Санджи понял, что вкус простого капучино и вкус Ло на его губах — это и есть тот самый идеальный баланс, который он искал всю свою жизнь.       Где-то на фоне послышался дикий визг Луффи («САНДЖИИИ! ТЫ ЦЕЛУЕШЬСЯ С КОФЕЙНЫМ СНОБОМ!») и возмущённое ворчание Зоро («Я же говорил»), но Санджи было уже всё равно. Операция «Соблазнение сноба» успешно продолжалась.