представляю

Серафим ворочается, вздрагивает и что-то бормочет, будто щенок, что во сне бегает за кошкой и скулит, сменяясь на растерянное рычание каких-то мало понятных слов Резко подрываясь, скидывая одеяло и тяжело дыша, с явной тревогой Серафим стал осматривать комнату, погружённую в темноту, перевёл глаза на часы на тумбочке 3:21 Сглотнул, вздыхая и сжимая белоснежную ткань одной из ладоней, пытается устаканить очередной увиденный кошмар, в котором Глеб разбился на самолёте, как Серафим не хотел отпускать его и предлагал «Сапсан», поезд, довезти до нужного города самостоятельно, что угодно, бесконечно просил не садиться туда Но Викторов не слушал, успокоил его и закрыл эту тему, ставя сумку на пол в аэропорту и обнял крепко, оставляя незаметный поцелуй в плечо, прощаясь, улыбнулся, заходя в зону пассажиров. Переваривая сон, Серафим пытался балансировать между безумнейшим страхом от увиденного и разумом, который чётко твердил о том, что это сон. Зарывался ладонью в свои волосы, сжимая их, оттягивая до боли и пытаясь выбраться из пелены моментов, которые сгенерировал его разум. любишь ты серафим поиздеваться сам над собой, параноик ебанный. Но осматривая комнату, смотря на заходящего в комнату Арсения, он заостряет внимание на коте, медленно прогоняя навязчивые мысли. Арсюша мяукает, прыгает на кровать и ластится в руки, голубоглазый чешет его за ушком и медленно восстанавливает дыхание, пока в голову не врезается странная тишина. Блять... А где Глеб? Переводя глаза на место рядом с собой, Серафим замирает, понимая, что находится в кровати один, в полчетвёртого утра. Хотя точно помнит, что привез убуханного Глеба с концерта в СПБ к себе домой, привез же? Да, на столе лежат его побрякушки, которые Сидорин снял с него перед тем, как дать ему завалиться в постель. Снимает кота со своих ног, убирая его в сторону, и поднимается, быстро выходя из комнаты и бегая по комнатам, настороженно и нервно играя щевалками, куда он, блять, провалился? Сука, сука, сука. Заходя в зал и нервно матерясь, осознавая, что это последняя комната в его квартире, тяжело и бесшумно дышит, сравнивая себя с тишиной, пытаясь уловить хоть какой то звук. понимает что видел все вещи Глеба дома, но его самого не находит, что нагоняет кучу разных сюжетов, поворотов и всякой прочей херни, которая снова поднимает его на нервы. Минута-две, и взгляд зацепляется за зашторенную штору, которая начала двигаться, щелчок замка двери на балконе. И оттуда выходит Глеб, слегка недоумевающий тому, что в середине комнаты стоит Серафим, который минут 20 назад еще спал. — Ты чего, Сим? шепчет кареглазый, с легкой хрипотцой после выкуренной сигареты, закрывая за собой дверь, подходит к Серафиму не дождавшись ответа. Который сокращает расстояние быстрее и, схватив его за плечо, тянет к себе, прижимая всем телом и обнимая двумя руками так сильно, что Глеб замер на пару секунд не понимал абсолютно ничего, но обнял в ответ, укладывая подбородок на Серафимовское плечо, поглаживая по спине татуированными пальцами, пока в их ногах плёлся Арсений, а Тимофей спал на диване. — Кошмар приснился? Спрашивает осторожно спустя минут пять, переводя глаза на лицо Сидорина, который скрывает его в Глебовском плече, и видно только пару татуировок на щеках, Глеб продолжает поглаживать пальцами спину, перемещая руку выше и забираясь пятернёй в длинные кудри, успокаивающе перебирая темные волосы, чувствуя своей грудью, как колотится сердце парня напротив. — Мгм... Мычит положительно голубоглазый, подтверждая теорию человека напротив, человека, который так тихо съебал с комнаты, что Серафим даже не дернулся. — Больше не уходи или буди и меня тоже, будем ходить курить вместе, иначе я так с ума сойду. тихо-тихо просит Сидорин дрожащим голосом, не так легко сразу успокоиться, когда недавно во сне видел его черно-белую фотографию обведённую ленточкой с подписью «несчастный случай» в графе причины смерти. Викторов отрывается от объятий, смотря в лазурные глаза и поцеловав его в губы, гладит по щеке, соглашаясь с предложением. — Пошли обратно спать, всё хорошо, я здесь. в следующий раз я тебя толкну. Глеб знал о его кошмарах, даже помнил несколько из них, о которых Серафим как то раз рассказывал, после того как Глеб успокоил его от панической атаки на фоне очередного. со временем Викторов научился понимать и замечать мелкие детали в его поведении, чтоб понять, что это произошло вновь. Они зашли в спальню, Глеб оставил дверь приоткрытой и скинув тапки лег следом за Серафимом, притесняясь ближе, пока парень обвивал его талию руками, Глеб укрывал их, ложась под руки, уткнулся в макушку Серафима, который спустился на уровень его шеи, и выдохнул, шепча нежное "я рядом, я люблю тебя, всё в порядке, засыпай" понимая, что ему это нужно как никогда, и Сидорин засыпает под ласковый голос, держась за Глеба так, будто он последнее, что держит его разум в ясности, а Глеб засыпает следом, удостоверившись, что в этот раз во сне его подсознание и навязчивые страхи не изводят его ужаснейшими сюжетами. я представляю, что ты сгорел в пожаре разбился на самолёте или попал в аварию чтобы вспомнить, как сильно боюсь тебя потерять. и я скажу тебе всё то, что не успел бы сказать.