Моя новая жизнь

Пентхаус Ван Ибо казался Сяо Чжаню филиалом ада, хоть и отделанным дорогим мрамором, стеклом и темным деревом. Здесь было слишком тихо, слишком стерильно и до ужаса одиноко. ​После того как Ибо озвучил свои условия, Чжаня бесцеремонно проводили в выделенную ему комнату. Она была огромной, с панорамным окном, выходящим на деловой центр Шанхая, собственной ванной и гардеробной. Вот только на двери не было замка изнутри, а на окнах стояли незаметные, но сверхпрочные фиксаторы. Настоящая золотая клетка. ​На кровати Чжань обнаружил несколько комплектов новой одежды — все его размера, из дорогих тканей, в основном темных и приглушенных тонов. При взгляде на них внутри Чжаня вскипела злость. Ван Ибо решил полностью стереть его прошлую жизнь, начав даже с одежды. ​Переодевшись в черные свободные брюки и мягкий темно-серый свитер, Чжань подошёл к массивному комоду у стены. Ему нужно было чем-то занять руки, чтобы окончательно не сойти с ума от тревоги за маму. Он принялся бездумно открывать ящики. Все они были пусты, кроме самого нижнего. ​На самом дне, присыпанная лёгкой пылью, лежала маленькая, грубо вырезанная из дерева фигурка кролика. Чжань нахмурился и аккуратно взял её в руки. Дерево было старым, потемневшим от времени, но невероятно гладким — словно его очень часто держали в ладонях. При взгляде на эту игрушку в груди Чжаня странно заныло. В голове промелькнул образ: маленький мальчик с серьёзным лицом протягивает ему точно такого же кролика со словами: «Не плачь, он будет защищать тебя, пока меня нет рядом». ​Чжань судорожно выдохнул и прижал фигурку к груди. ​— Что это?.. Откуда эти мысли? — прошептал он, чувствуя, как кружится голова. ​Но додумать ему не дали. Дверь в комнату без стука открылась, заставив Чжаня вздрогнуть и быстро спрятать деревянную фигурку обратно в ящик. На пороге стоял один из молчаливых охранников Ибо. ​— Господин Ван ждет вас в кабинете. Живо, — коротко бросил он и отступил, давая Чжаню пройти. ​Чжань глубоко вздохнул, мысленно натягивая на себя маску безразличия, и направился по длинному коридору. ​Кабинет Ибо тонул в полумраке. Единственным источником света была настольная лампа из темного стекла, освещающая заваленный документами дубовый стол. Сам хозяин дома сидел в кресле, расстегнув воротник рубашки и закатав рукава. На его предплечье Чжань заметил темную татуировку, уходящую под ткань, но разглядеть рисунок не успел — Ибо поднял голову, и его тяжелый взгляд пригвоздил Чжаня к месту. ​— Ты опоздал на три минуты, — ровным, лишенным эмоций голосом произнес Ибо, закрывая очередную папку. — Мой личный помощник должен появляться по первому требованию. Запомни это. ​— Я вам не слуга, господин Ван, — Чжань скрестил руки на груди, вздернув подбородок. В его глазах полыхнул упрямый огонек. — Вы удерживаете меня силой. ​Ибо медленно поднялся из-за стола. Каждое его движение было пропитано ленивой грацией опасного хищника. Он обошел стол и остановился в паре шагов от Чжаня. От него снова веяло этим сводящим с ума ароматом дорогого табака и холода. ​— Силой? — Ибо ухмыльнулся, опасно сощурив глаза. — Чжань-Чжань, если бы я удерживал тебя силой, ты бы сейчас лежал в подвале со связанными руками. А ты стоишь в моем кабинете, одетый в вещи, которые стоят больше, чем твоя годовая зарплата в том дешевом ресторанчике. Так что придержи свой характер для кого-нибудь другого. ​Чжань почувствовал, как к горлу подступает обида пополам со злостью. Он ненавидел то, как легко этот человек подавлял его своей энергетикой. ​— Зачем я здесь? Какое первое «поручение» великого босса мафии? — с явным сарказмом спросил Чжань. ​Ибо проигнорировал его тон. Он указал подбородком на столик в углу кабинета, где стоял дорогой чайный сервиз. ​— Завари мне чай. Китайский крупнолистовой. И принеси за стол. ​Чжань опешил. Чай? Он ждал чего угодно: разбора криминальных бумаг, угроз, допросов о маме, но... чай? ​— Я не умею, — соврал Чжань, хотя готовить и заваривать напитки было его страстью. Ему просто хотелось хоть в чем-то пойти наперекор. ​Ибо сделал шаг вперед, мгновенно сокращая дистанцию. Он наклонился к самому лицу Чжаня, так что тот почувствовал его теплое дыхание на своих губах. ​— Не зли меня, Чжань, — тихо, почти интимно предупредил Ибо. — Ты умеешь. Я читал твое досье. Ты обожаешь готовить. Так что иди и сделай то, что я сказал. Или мне придется заставить тебя другими методами? ​Его взгляд красноречиво опустился на губы Чжаня, а затем на его талию. Чжань вспыхнул до кончиков ушей, резко отступил назад и, круто развернувшись, направился к чайному столику. Напряжение в комнате можно было резать ножом. ​Дрожащими от злости руками Чжань прогрел чайник, насыпал заварку и залил её горячей водой. Он старался делать всё медленно, чтобы успокоить бешено колотящееся сердце. Когда напиток был готов, он налил его в фарфоровую чашку и понес к столу Ибо. ​Но Чжань так сильно нервничал под пристальным взглядом мафиози, что у самого стола его нога зацепилась за край тяжелого ковра. Он покачнулся, и горячий чай выплеснулся прямо на ладонь Чжаня. ​— Тсс... — Чжань тихо зашипел от боли, едва не выронив чашку. ​В ту же секунду Ибо оказался рядом. Он резко перехватил чашку из рук Чжаня, поставил её на стол, а самого парня грубо, но крепко ухватил за запястье, притягивая к себе. ​— Идиот, под ноги смотреть надо? — грубо рявкнул Ибо, но в его голосе сквозь злость проступила странная, пугающая паника. ​Он потащил Чжаня в примыкающую к кабинету ванную, включил холодную воду и засунул обожженную ладонь Чжаня под струю. Чжань попытался вырваться, но Ибо держал его мертвой хваткой, прижимая спиной к своей груди. ​— Пусти... мне не больно! — соврал Чжань, хотя ладонь неприятно пекло. ​— Заткнись, — выдохнул Ибо прямо ему в макушку. ​Они замерли. Холодная вода шумела, омывая пальцы Чжаня, а сам он был зажат в кольце горячих рук Ибо. Чжань чувствовал, как быстро бьется сердце мафиози у него за спиной. Это было так странно... Беспощадный убийца и главарь банды сейчас лично держал его руку под водой, заботясь о его ожоге. ​Выключив воду, Ибо аккуратно просушил руку Чжаня полотенцем. Его движения внезапно стали нежными, но как только Чжань удивленно посмотрел на него, Ибо мгновенно вернул на лицо холодную маску. ​Однако он не отпустил его. Ибо молча открыл один из навесных шкафчиков в ванной, достал оттуда тюбик с мазью от ожогов и потащил Чжаня обратно в кабинет. Усадив упрямого парня на кожаный диван, Ибо опустился на одно колено прямо перед ним. ​Чжань затаил дыхание. Влиятельный Ван Ибо, перед которым трепетал весь Шанхай, сейчас стоял перед ним на коленях, осторожно выдавливая прохладный крем на покрасневшую кожу его ладони. ​— Зачем вы это делаете? — тихо спросил Чжань, всматриваясь в сосредоточенное лицо мужчины. — То угрожаете мне и моей маме, то заботитесь об ожоге. Вы издеваетесь надо мной? Играете, как кошка с мышкой? ​Ибо замер на секунду. Его пальцы, нежно втирающие мазь, слегка дрогнули. Он поднял свои темные, непроницаемые глаза на Чжаня. ​— Ты думаешь, это игра, Чжань-Чжань? — его голос прозвучал пугающе тихо. — Мир мафии — это не детская площадка. Если бы я хотел поиграть с тобой, ты бы уже давно молил о пощаде. Я держу тебя здесь, потому что это единственное место, где... — Ибо осекся, вовремя прикусив язык. Он едва не выдал то, что Чжаню пока знать не следовало. ​— Единственное место, где что? — Чжань подался вперед, пытаясь поймать его взгляд, но Ибо уже вернул свою холодную маску. ​Он резко закрутил крышку тюбика, поднялся на ноги и засунул руки в карманы брюк, снова смотря на Чжаня сверху вниз. ​— Единственное место, где ты отработаешь долг своей матери и будешь под моим личным присмотром, — жестко отчеканил Ибо, заставляя Чжаня разочарованно сжать губы. — Хватит задавать лишние вопросы. ​Ибо развернулся и направился обратно к своему рабочему столу, давая понять, что разговор окончен. ​— Свободен. Иди к себе, — сухо бросил он. — И запомни первое правило этого дома: ты никогда не выходишь на улицу без моего ведома. Ослушаешься — и твоя мама узнает, насколько я могу быть жестоким. ​Чжань поднялся с дивана, прижимая обработанную руку к груди. Ожог больше не пекло, но в груди разгорался совсем другой, куда более опасный пожар. Он бросил на Ибо полный растерянности и злости взгляд, а затем быстрыми шагами покинул кабинет. ​Ибо смотрел ему вслед, пока дверь не закрылась. Только тогда он тяжело выдохнул, опустив голову на руки. На его груди, прямо под рубашкой, тихо звякнуло точно такое же кольцо, как у Чжаня. ​Ибо слишком хорошо помнил этого мальчика из своего детства. Того самого, с кем он когда-то делился своими детскими страхами и кому подарил деревянного кролика. И теперь, когда враги его отца начали копать под выжившую подругу его матери, Ибо запер Чжаня здесь — под самым строгим замком, чтобы никто не смог причинить ему вред. Даже если ради этого Чжаню придется его ненавидеть.