Переоценивание романтики

***

Они погружаются в приятную рутину. Почти каждую ночь они занимаются сексом, даже если Шерлок занят расследованием. После этого Джон выскальзывает из постели, быстро принимает душ и идёт к себе. Несколько раз он засыпал, но, поскольку всегда просыпался раньше, он вставал с постели до того, как Шерлок просыпался. Перерывы между расследованиями приятны. Джон соглашается на работу ассистента в больнице, а Шерлок достаёт Молли из-за частей тела для экспериментов. Нет стрельбы по стенам, хождения по мебели, громких жалоб на скучных преступников, которым не хватает духу совершить интересное преступление, нет сварливых приветствий, когда Джон возвращается с работы. Шерлок вспоминает про молоко. Иногда он даже готовит ужин, чтобы им не пришлось решать, что заказать. После ужина они могут посмотреть фильм, или Джон может почитать, пока Шерлок обновляет свой блог, добавляя в него то, что никто не будет читать − разглагольствования об анализе ДНК, масс-спектрометрии или влиянии возраста на биологические образцы. Иногда он читает что-нибудь Джону вслух. − Не хочешь ли чаю, дорогой? Джон отрывает взгляд от статьи, которую Шерлок заставил его прочитать. − Что-что ты сказал? − Я просто спросил, не хочешь ли ты чаю. − О, конечно. Спасибо. Шерлок помнит, какой чай он любит, но Джона озадачивает не это. Дорогой? Той ночью, когда они, насытившись, лежат под простынями Шерлока, Джон чувствует себя слишком уютно, чтобы принять душ и подняться в постель. Шерлок обнимает его одной рукой, притягивая к себе. Они лежат, как ложки, и их близость растёт по мере того, как они лучше узнают друг друга. Это кажется естественным. − Останься, − шепчет Шерлок. − Ты можешь спать здесь. Он с благодарностью засыпает. Утром у Шерлока уже готовы тосты и яйца. В маленькой вазочке посреди стола стоит одинокая роза. − Откуда она взялась? − спрашивает Джон. − Розы растут на розовых кустах, Джон. − Шерлок одаривает его дерзкой улыбкой. − Цветы прислала сестра миссис Хадсон. Она объяснила, по какому поводу это произошло, но мне стало скучно, прежде чем она перешла к делу. В любом случае, роз было тринадцать, и она сказала, что это к несчастью, поэтому подарила их мне. − Я не знал, что она суеверна. − Это не так. Он ждёт дальнейших объяснений, но их не последовало. − Ты ни с кем не встречаешься. Он вздрагивает от вопроса. Встречаться? Он забыл об этом. Это правда, он действительно имел право встречаться с женщинами. Он просто не искал. − Я был занят. − В основном занят Шерлоком. Дела. Ведения блог. Занятия сексом. − Я нашёл кое-кого. − Он улыбается, когда Джон вздрагивает. − Для тебя. Поскольку ты совершенно не разбираешься в женщинах, я присматривался к перспективам. − Ты нашёл кого-то, − повторяет он. − Женщину. − Это твои заявленные предпочтения. Ты ведь не передумал? − Нет, конечно, нет. Я просто был занят. Мы были заняты. − У тебя сегодня выходной, поэтому я взял на себя смелость назначить тебе свидание. Кофе в десять тридцать. − Сегодня? − Сегодня они оба свободны, и он думал... но у него нет никаких прав на Шерлока. Может быть, у него есть дела. Сам по себе. Без Джона. − О, хорошо. Это... хорошо. Спасибо. Свидание вслепую. У него уже много лет не было ни одного. Это просто кофе. Он полагает, что того, что он обычно надевает на работу, будет достаточно, но Шерлок осматривает его, качает головой при виде рубашки, которая на нём надета, и заставляет подняться наверх и переодеться. Он, нахмурившись, проводит пальцами по волосам Джона. − Тебе следует дать им отрасти несколько недель. Мне нравится, когда они слегка завиваются. − Его пальцы ласкают затылок Джона. Он никогда не думал, что Шерлок отдаёт предпочтение его волосам. − Ладно. Э-м-м... откуда ты знаешь эту женщину? − Два года назад я выручил её брата из беды. На прошлой неделе я встретил её в Бартсе. − Она врач? − Нет, она была там, чтобы повидаться с подругой. Она учительница. Как и Джанетт, думает он. Возможно, Шерлок считает, что ему нравятся учительницы. Но это не так. − Не учительница начальных классов, − добавляет Шерлок. − Она преподаёт в том самом колледже, где ты помешал мне принять таблетку с ядом. Улыбаясь, он качает головой. − Значит, ты признаёшь это. Возможно, ты ошибался в своих предположениях. − Я признаю это. Ты спас меня. Я боюсь, что это долг, который я никогда не смогу вернуть. Он не знает, что на это сказать. Признание Шерлоком того, что он совершил ошибку − это монументально. Так вот в чём дело? Он использовал секс, чтобы отплатить за спасение его жизни? Эта мысль тревожит. Шерлок, должно быть, прочёл нерешительность на его лице. − Тебе понравится Андреа. Она немного выше тебя. Она почти не пользуется косметикой. Классическая привлекательная внешность, под стать здравому смыслу. И чувство юмора. Джон кивает и направляется к лестнице, натягивая куртку. Шерлок следует за ним, поправляет ему воротник, смотрит в глаза. − И не трать всё время на разговоры о своём соседе по квартире. − Хорошо. − Он спускается по лестнице. Он не должен нервничать, но он нервничает. Не так, как он обычно чувствует себя на свидании. Не так, чтобы он хотел быть обаятельным и располагающим к себе. Он думает, что эта женщина на самом деле может быть идеальной. Шерлок знает, что нравится Джону, и не отправил бы его на свидание с кем-то, кто не соответствует его критериям. Шерлоку она тоже нравится. Они все поладят, и, возможно, иногда Шерлок даже будет сопровождать их на ужин, или, если Андреа зайдёт к ним домой, а Джона не будет дома, они с Шерлоком будут увлечены беседой, когда Джон наконец вернется домой. Именно об этом Джон и мечтал − о женщине, которую Шерлок не прогонит. От одной мысли об этом у него внутри всё переворачивается. Он появляется в кофейне как раз в тот момент, когда появляется она. Она такая, как описывал Шерлок, примерно пять футов восемь дюймов ростом, аккуратная, тёмные волосы до плеч, голубые глаза, под которыми появляются морщинки, когда она узнаёт его. Симпатичная, но непринуждённая. У неё приятная улыбка. − Джон? − Она делает шаг к нему. − Да. А ты Анджела. − Андреа. − Она улыбается и протягивает руку. − Андреа Роллинз. − Простите. Джон Ватсон. Я... э-э-э... не очень хорошо запоминаю имена. Они делают заказ и находят свободный столик. В кафе немноголюдно, достаточно людей, чтобы они не выделялись. У него внезапно возникает мысль, что Шерлок, возможно, шпионит за ними через дорогу. Нет, он бы не стал. Он не настолько ревнив. − Должно быть, интересно жить с Шерлоком. Он помнит предупреждение. − Да. Он интересный человек. Он сказал, что вы преподаватель. Какой у вас курс? − Наши студенты − это в основном люди, занимающиеся бизнесом или торговлей, а не поступающие в университет. Я преподаю письменную речь. И навыки самостоятельного обучения. − Это, должно быть, интересно. − Что за бессмысленные вещи он говорит. − Я имею в виду, что письмо − важный навык. − Вы писатель, − говорит она, и её глаза блестят. − Я читала ваш блог. − О, боже. − Он улыбается, чувствуя, что краснеет. − Боюсь, это не очень литературно. Просто... Ну, когда я начал расследовать дела с Шерлоком, я был настолько впечатлён его дедуктивными способностями, что мне пришлось описать их. Она продолжает задавать новые вопросы. Обсуждение блога занимает пятнадцать минут. И Шерлока. Это не то, о чём им следует говорить, но и не так уж неловко. − Расскажите мне больше о своей работе, − просит он. Она рассказывает. Очевидно, что она хороший учитель, любит своих учеников и знает, как им помочь. Он изо всех сил старается слушать. Он думает о Шерлоке, гадая, что тот делает этим утром. Он был полностью одет, когда Джон спустился вниз. Но потом он начал рассказывать Джону о том, как нашёл идеальную женщину, а Джон не спросил его, куда он направляется. Это расследование? Кофейня? Насколько Джону известно, у Шерлока нет никакого дела. И он не встречается с людьми, чтобы выпить кофе. У него нет друзей. Возможно, он встречается с клиентом... − Простите. − Он понимает, что погрузился в свои мысли. − Вы что-то говорили? Она улыбается. − Я спрашивала вас о вашей работе врача. − Сейчас я работаю только заместителем. Это более гибкий подход, позволяющий мне брать отпуск, чтобы заниматься расследованиями с Шерлоком. − И вот мы снова возвращаемся к обсуждению Шерлока... − Я был хирургом, но из-за травмы у меня дрожит рука, поэтому я занимаюсь общей практикой. Он поднимает руку, чтобы продемонстрировать, но по какой-то причине она тверда, как скала. Майкрофт Холмс мог бы кое-что сказать по этому поводу. Что-то о поле боя. − Вы были в Афганистане, − говорит она. − Шерлок считает вас очень храбрым. Возвращаемся к Шерлоку. − Расскажите мне о деле, которое он раскрыл для вашего брата, − просит он, пытаясь найти способ перевести разговор на себя. По прошествии полутора часов им больше не о чём было говорить. Она смотрит на него, ожидая чего-то. Они оба улыбаются, и Джон понимает, что пришло время пригласить её на свидание. Настоящее свидание, на котором можно посидеть, поесть и ещё поговорить. Может быть, выпить вина. Это могло бы помочь. − Вы не поужинаете со мной в пятницу? Она одаривает его очаровательной улыбкой. − С удовольствием. Шерлока нет дома. Джон достаёт телефон, чтобы отправить ему сообщение, сообщить, что он вернулся. Затем он напоминает себе, что не обязан отчитываться перед Шерлоком, когда куда-то уходит или возвращается. Даже если Шерлок всегда хочет, чтобы он был рядом в любой момент. Никаких сообщений. Нет «Приезжай немедленно!» Всёв порядке. У Шерлока своя жизнь, в которой нет необходимости постоянно упоминать Джона. Куда он направлялся? Этим утром он был одет, побрит и готов куда-то идти. Итак, доказательства. Роза всё ещё стоит на столе в стакане с водой. Она начала раскрываться. Посуда после завтрака вымыта и убрана. Необычный. Шерлок стал немного более привередлив в отношении кухни, чем раньше, с тех пор как Джон пожаловался на биологические образцы в раковине, но... мыть посуду? Его пальто исчезло. В воздухе витает запах дорогого лосьона после бритья. Он идёт по коридору и заглядывает в комнату Шерлока. Дверца шкафа открыта, а на вешалке, где висят его костюмы, пусто. У Шерлока свидание за ланчем? Нелепо. Он никогда не видел, чтобы Шерлок занимался чем-то настолько обыденным, как поход на свидание за ланчем. Он не склонен к романтике... Как оказалось, склонен. Шерлок не совсем открытая книга. А Джон не всегда был самым наблюдательным. В течение нескольких месяцев Джон был сосредоточен на том, чтобы найти себе девушку, ходить на свидания и проводить время с разочаровывающими женщинами. А чем всё это время занимался Шерлок? Они друзья с привилениями уже несколько недель. И Шерлок нашёл Джону девушку. Означает ли это, что он ищет другого друга, который будет приносить привилегия? Джон ничего не знает о прошлой личной жизни Шерлока, но очевидно, что ему нравится секс. Почему бы ему не заняться новыми делами, если он думает, что Джон покончил с их делами? У Джона внутри всё переворачивается. Чего он ожидал? Секс с Шерлоком с самого начала был временным решением. Плохая идея. У него выходной, и ему нечем заняться. Он может почитать книгу или закончить пост в блоге, который начал вчера. Он может составить план ужина на сегодня. Он не делает ничего из этого. Вместо этого он расхаживает по комнате. Он убирает в ванной. Он заходит в комнату Шерлока якобы для того, чтобы разложить одежду для стирки. Он обшаривает карманы Шерлока. Осознавая, насколько неразумно он поступает, он садится на кровать и спрашивает себя, в чём дело на самом деле. На полу возле шкафа лежит клочок бумаги. С колотящимся сердцем он поднимает его и смотрит. Номер телефона. Люди больше не записывают номера телефонов на бумаге. Они записывают номера в свои телефоны. Это местный номер. Написанный, возможно, почерком Шерлока. Или нет. Трудно сказать по нескольким цифрам. Почему он не записал его в свой телефон? В голове Джона вертятся теории на этот счёт. Этот номер Шерлок не собирался хранить, а использовал только один раз. Кто-то сунул его ему в карман. Он был где-то, возможно, в гей-баре, и к нему подошёл мужчина и отдал его. Джон обдумывает эту теорию в деталях, не анализируя её, а представляя. Шерлок с мужчиной, они вдвоём проскальзывают в мужской туалет. Никаких имён, только что тебе нравится? Как приятно заниматься сексом с незнакомцем. Тем временем Джон на свидании и надоедает какой-то женщине рассказами о своём сумасшедшем соседе по квартире. Он идиот. Он возвращает всё на свои места, оставляя одежду на полу. Надев куртку, он уходит, не зная, куда направиться. Ходьба не избавляет от мыслей, но утомляет его, так что к тому времени, когда он сворачивает на Бейкер-стрит, он совершенно вымотан. Шерлок дома, развалившись на диване в халате. Когда Джон входит, он садится. − А, ты вернулся. Как прошло твоё свидание? «Как прошло твоё?» Но он этого не говорит. Он не ревнует к номеру телефона. − Отлично. Она очень милая. Мы хорошо провели время. Он наклоняет голову, делая то, что Джон называет проверкой на детекторе лжи. Затем он кивает. − Хорошо. Когда ты увидишь её снова? − В пятницу вечером, за ужином. Он открывает свой телефон, прокручивает список. − В этот вечер меня тоже не будет дома. − Он улыбается. Джон не спрашивает. До пятницы осталось три дня. Джон благодарен за то, что работа позволяет отвлечься. Ему следует подумать о своём свидании с Андреа, придумать, о чём бы им поговорить. Ему на самом деле всё равно. Может быть, она читает. Конечно, читает. Скорее всего, не Роберта Ладлэма или Джона ле Карре. У неё, должно быть, есть любимые фильмы. Он мог бы слушать, как она рассказывает о фильмах, не испытывая при этом особой скуки. О чём люди разговаривают на свиданиях? В случае Джона, в основном, о Шерлоке. И смысл этого теперь предельно ясен. Он не может быть заинтересован в Андреа. Он будет стараться быть хорошим парнем, но это закончится так же, как и все остальные. Хуже, потому что теперь он понимает, почему другие бросили его. Он влюблён в своего соседа по квартире. Он без ума от Шерлока, мужчины. И он даже не гей. Что ж, возможно, так оно и есть. Откуда ему было знать? Гарри узнала об этом, когда ей исполнилось шестнадцать, и без колебаний объявила об этом, даже если это означало, что её выгонят из дома. Джон знал только, что был бы уже мёртв, если бы сказал своим родителям, что он гей. Он был тем, кто должен был добиться успеха, тем, кто заставил их гордиться им. Они вышвырнули Гарри из дома, и они бы убили его. Его родители мертвы. Возможно, пришло время спросить себя, чего на самом деле хочет Джон Ватсон. Он был так одинок. Когда он вернулся из Афганистана, он потерял всё. У него не было смысла жить, и Шерлок дал ему это. Но это нечто большее, чем благодарность, и он только сейчас замечает, что это такое на самом деле. Вечер вторника. Шерлок тихий, но не разносит квартиру вдребезги, не заявляет, как всё скучно. Он замкнут. Уже поздно, а ни один из них ничего не сказал о том, как устроиться на ночлег. С тех пор, как они организовали программу «Друзья с привилегиями», они пропустили всего пару ночей. Один раз, когда Джон подумал, что у него что-то случилось, и один раз, когда Шерлок заснул на диване, и Джон не хотел его будить. Шерлок открыл свой ноутбук и что-то читает. Джон поднимается с кресла и на мгновение застывает в неловкой позе. − Я подумываю о постели. Шерлок поднимает глаза и улыбается. − Спокойной ночи, Джон. Джон больше ни о чём не спрашивает. Вечер среды и вечер четверга проходят точно так же, как и всегда. Соседи по квартире, без каких-либо льгот. Общительные, вежливые. Это отвратительно. Когда наступает пятница, он чувствует себя плохо. Он заказал столик в ресторане, который предложил Шерлок. Он чуть не позвонил Андреа и не отменил встречу. Если Шерлок и замечает что-то неладное, он ничего не говорит. Он одет, как обычно, в свой лучший костюм, и даже галстук висит у него на шее, ожидая, когда его завяжут. Как только Джон одевается, он представляет себя для осмотра. Шерлок заставляет его повернуться, поправляет воротничок, стряхивает пылинки с пиджака и улыбается ему. − Очень красивый, − говорит он. Джон проглатывает кислоту, которая бурлит у него в животе. − Ты тоже. Очень красивый. Шерлок выглядывает в окно. − Твой кэб уже здесь. Мой уже в пути. Не жди меня. Джон всегда считал итальянский ресторан лучшим местом для того, чтобы пригласить женщину на первое свидание. Всем нравится итальянская кухня, и это может быть романтично или просто уютно. Он рад, что Шерлок не предложил «Анджело». Это особое воспоминание, которым Джон дорожит, даже если в тот вечер ему отказали. И Анджело, несомненно, спросил бы о Шерлоке, если бы увидел Джона на свидании. Вместо этого, здесь высококлассный ресторан с непринуждённой обстановкой, не душный, без громкой музыки, современная европейская кухня с разнообразным меню. Отличный выбор. Он не забудет поблагодарить Шерлока. На Андреа струящееся платье ниже колена и туфли на плоской подошве. Она, вероятно, беспокоится о том, что будет носить каблуки и стоять рядом с Джоном. Он не забывает сказать ей, как хорошо она выглядит. Он заказывает вино, она предпочитает шардоне. Они обсуждают меню. Официант принимает у них заказ. Они выбрали одно и то же блюдо, что вызывает ещё больше споров о великих умах и т.д., а также о других местах, где они любят поесть. К тому времени, как приносят еду, они неожиданно обнаруживают общий интерес к Джеймсу Бонду. Она любит Дэниела Крейга, но считает Шона Коннери образцом для подражания. Им обоим нравятся старые фильмы, и он смеётся, когда она замечает, что в лучших фильмах что-то взрывается в первые пять минут. Они обсуждают франшизу «Крепкий орешек». Они говорят о местах, которые хотели бы посетить. Она несколько раз была за границей, с друзьями и одна. Он рассказывает об Афганистане. Он даже рассказывает ей, каково это − вернуться домой, в место, где о нём забыли. Она восприимчива и сострадательна. Ему кажется, что он мог бы рассказать ей всё, что угодно. Всё идеально. Это было самое прекрасное свидание в жизни Джона. Они заказывают по кусочку торта и кофе. Джон думает о Шерлоке, гадая, где он и что делает. И как Джон справится с этим, если они больше никогда не будут спать в одной постели. Принесли торт, огромный кусок многослойного шоколада и малины. − Ты выглядишь грустным, − говорит она. Он моргает, возвращаясь к происходящему. − О, извини. Просто... у меня кое-что на уме. Торт так и остался нетронутым. Идеальное завершение для идеального свидания. − Знаешь, − говорит она, отставляя чашку с кофе. − Я была удивлена, когда Шерлок захотел нас познакомить. − Ой? Почему? − Когда я столкнулась с ним в тот день, он мог говорить только о тебе. Разговор был недолгим, но у меня сложилось чёткое впечатление, что... ну что ж. − Она улыбается и подцепляет на вилку маленький кусочек торта. − Это вкусно. − Он... говорил обо мне? Она кивает. − Он явно обожает тебя, Джон. Я знаю, что он гей. − Она качает головой. − Мне не следовало ничего говорить. − Шерлок не романтичен. − Он тут же вспоминает о розе. Маленькие прикосновения, когда он поправляет галстук Джона или стряхивает что-то с его пиджака. Жесты − вспоминает о молоке, замечает, когда он устал, не в духе или проголодался. То, как он взял Джона за руку, чтобы прижать его к себе. Рука, которой он обнял Джона в постели, притягивая его к себе, приказывая остаться. Она наклоняет голову, изучая Джона. − Возможно, так оно и есть, но он просто ещё не осознал этого. О, я знаю, что он детектив, самый наблюдательный человек в Лондоне. Но он, возможно, не наблюдает за собой и не понимает, что чувствует. Однако он наблюдает за тобой. Это очевидно. Он молчит, держа вилку в руке. − Ты замечательный человек, Джон. Ты мне действительно нравишься. Но я не думаю, что нам стоит назначать ещё одно свидание, не так ли? − Мне жаль. − Он закрывает глаза. Андреа сделала то, что собирался сделать он. Другого свидания не будет. Даже если Шерлоку нужны только привилегия, Джон завязал с свиданиями. − Спасибо, − говорит он. − Жаль, что я не встретил тебя... раньше. Когда подъезжает её кэб, она целует его в щеку. − Скажи ему, − шепчет она. Проходит двадцать минут, прежде чем появляется другой кэб. К тому времени он уже почти уверен, что никогда больше не будет счастлив. Было десять часов, ещё рано, когда он открыл входную дверь дома 221Б. «Не жди меня» может означать что угодно. У миссис Хадсон включён телевизор, и когда дверь за Джоном закрывается, она высовывает голову. − Привет, дорогой. Ты хорошо провёл время? Он кивает. − Да, это было прекрасно. − Ну, уже поздно. Я тебя не задержу. − Шерлок не сказал, когда вернется? − Нет, он не сказал. Хотя, полагаю, они опоздают. Он ничего не может с собой поделать. − Они? − Реджи забрал его после того, как ты ушёл. Реджи. Имя для телефонного номера? − Ну, может, он приведёт его сюда, чтобы я тоже мог с ним познакомиться. Она хмурится. − Я так не думаю. Спокойной ночи, Джон. Она закрывает дверь, прежде чем он успевает спросить. Он медленно поднимается по лестнице. Он не утруждает себя раздеванием, разве что снимает пиджак и галстук. Наполняя стакан виски из полупустой бутылки, к которой не притрагивался уже несколько недель, он сбрасывает ботинки и опускается в кресло Шерлока. Он думает о перспективе. Что бы сделал Шерлок? − Что ж, Джон, − обращается он к своему креслу. − Ты всё твердил и твердил, что тебе нужна женщина, которую Шерлок не смог бы отпугнуть. Ты спал с Шерлоком каждую ночь в течение нескольких недель, ты замечал все признаки и игнорировал их. Он представляет себя сидящим напротив, в своём собственном кресле. На нём был бы джемпер, который Шерлок терпеть не может, и он засыпал бы под «Казино Рояль». Тупо сосредоточенный на своей личной жизни. Сетуя на несправедливость происходящего. Он делает ещё один глоток виски. − Ты идиот. Ты совершенно ничего не замечал. Всё это время он был рядом, говорил тебе об этом без слов, а ты думал только о том, что он женат на своей работе. Утром он соберёт свои вещи. Возможно, он вернётся в Эдинбург. Или уедет из страны. Или станет монахом. − Я думал, что это я такой романтичный. Но это всё время был ты. Хлопает дверца машины. Джон резко выпрямляется и, прищурившись, смотрит на часы. Уже за полночь. Внизу, на улице, раздаются голоса. Шерлок вернулся. Джон сползает с кресла, его брюки помяты, рубашка не заправлена. Стакан с виски пуст, как и бутылка. Он проспал пару часов. Он не был пьян, просто находился в ужасном состоянии между опьянением и похмельем. Не настолько пьян, чтобы видеть веселье во всём, и не настолько трезв, чтобы относиться к чему-либо философски. Он подходит к окну, отодвигает штору достаточно далеко, чтобы видеть улицу внизу. Шерлок и ещё один мужчина стоят рядом с такси, обнимаясь. Другой мужчина − лет тридцати пяти, в шикарном костюме, с лысиной − обнимает Шерлока, проводя рукой по его волосам. В своём подвешенном состоянии отвращения к самому себе Джон улавливает растрёпанность, объятия, прижимания. Они целовались в кэбе, увидели, что в квартире горит свет, и теперь обсуждают, стоит ли им заняться сексом в комнате Шерлока или вернуться в кэб и поехать в отель. Шерлок очень тактичен в этом отношении. Он бы не хотел, чтобы Джон проснулся утром и обнаружил незнакомца в одном из халатов Шерлока, пьющего кофе у них на кухне. Мужчина что-то говорит, но Джон его не слышит. Открывать окно было слишком поздно, они бы услышали и посмотрели наверх. Затем мужчина протягивает руку, берёт лицо Шерлока в ладони и целует его. Джон, спотыкаясь, отходит от окна, спотыкается о собственные ноги и слышит, как внизу открывается и закрывается дверь. О, боже. Они поднимутся наверх и найдут Джона на полу, от него пахнет виски, и он плачет о потерянной любви. Он плачет? Да, он плачет. Нет времени подниматься в свою комнату. Он, спотыкаясь, добирается до кресла, хватает книгу, открывает её и пытается выглядеть как обычно. Дверь открывается, и входит Шерлок. Один. Джон поднимает голову, притворяясь удивлённым. Рубашка Шерлока не заправлена, волосы в полном беспорядке. − О, привет, − говорит Джон. − Ты вернулся. − Да. − Ты, − он подавляет икоту, − хорошо провёл время? Шерлок бросает галстук на спинку стула. Он берёт пустую бутылку, заглядывает в стакан, ерошит волосы и садится. − Похоже, мы провели время не так хорошо, как ты. Как всё прошло? Джон облизывает губы, не ожидая такого вопроса. Это было несколько часов назад, и он уже забыл об Андреа и о том, что они расстались на втором свидании. − Отлично. Просто замечательно. Чудесно провели время. Как поживает Реджи? Я подумал, что ты мог бы привести его сюда и представить... мне. Шерлок улыбается. Это улыбка после секса, Шерлок? − Реджи очень пьян, − говорит он. − Может быть, даже больше, чем ты. − Я? Я не в состоянии опьянения. − Тогда почему ты читаешь свою книгу вверх ногами? Он смотрит на страницу, которую якобы читает. На самом деле, она перевёрнута. − Просто, э-э-э, пытаюсь, э-э-э... Значит, все хорошо провели время. − Он мог бы просто пройти через комнату к двери, подняться в постель и притвориться, что ничего этого не произошло. Но кажется, что нужно что-то сказать. Он закрывает книгу и кладет её на стол. − Я хочу кое-что сообщить тебе, Шерлок. Шерлок наклоняется вперёд, всё ещё улыбаясь. − Что ты хочешь сказать, Джон? Собравшись с духом, насколько это возможно после такого количества виски, он начинает: − Я надеюсь... что ты очень счастлив. Ты заслуживаешь этого. Всего счастья на свете. − И тут он заливается слезами. Он закрывает лицо руками и плачет, а потом Шерлок опускается перед ним на колени, кладёт руки на бёдра Джона. Гладит его по волосам, притягивает к себе. − Иди сюда, Джон. Всё хорошо. − Это не нормально! Я идиот. − Ты мой идиот. − Я не идиот. − Анджела... − Мы с Андреа расстались, потому что я влюблён в тебя, а не в неё. Но теперь у тебя есть Реджи в качестве пособия. − Пособия? − Он твой друг. Твой новый приятель по перепихону. − А что, если бы Реджи исчез со сцены? Ты бы тогда был моим идиотом? Он всхлипывает. − Да. Я не хотел, и я знаю, что ты не любишь романтику, а теперь я взял и всё испортил... Он делает глубокий вдох и вытирает глаза рукавом Шерлока. − Я забыл, что хотел сказать. − Иди сюда. Джон обнаруживает, что сидит на коленях Шерлока, в кресле Шерлока. − Прости. − Послушай меня. Реджи не мой друг с привилегиями. − Я видел, как он поцеловал тебя. − Это потому, что он очень пьян. И ты тоже, так что слушай меня очень внимательно. − Хорошо. − Мама Реджи и моя мама − лучшие подруги. Мы выросли вместе. Он примерно одного возраста со мной и Майкрофтом, и ни у кого из нас не было с ним много общего, но наши матери всегда подталкивали нас друг к другу. Он только что развёлся, и наши мамы решили, что мы должны пригласить его куда-нибудь и подбодрить. Именно по этому поводу в начале недели Майкрофт уговорил меня поужинать с Реджи. Как настоящий трус, он улизнул сегодня пораньше, придумав какой-то предлог, что он нужен премьер-министру, а я остался с Реджи, который напился вдрызг. Он очень неряшливый пьяница и всё время говорил о том, каким отличным другом я был для него, как сильно он восхищался мной. Мы не виделись много лет, так что он просто нёс какую-то чушь. Ты видел, как он благодарил меня за то или иное дело. Кажется, он сказал, что спас ему жизнь. Понятия не имею, что он имел в виду. Мне следовало отвезти его в отель и уложить в постель, но на один вечер с меня было достаточно Реджи. Я отправил Майкрофту сообщение с адресом, дал его водителю и отправил его восвояси. − Но... Ты улыбнулся, когда сказал «не жди меня». Это была, э-э-э... соблазнительная улыбка. − Вероятно, это была ироническая улыбка, потому что я достаточно хорошо знаю Реджи, чтобы предсказать, каким долгим будет вечер. Единственный, кого я хочу соблазнить − это ты. Хотя ты тоже изрядно пьян. Тебе приготовить чай или кофе? Позже, когда Джон принял душ (и ему кое-кто помог с этим) и выпил чай, и почувствовал себя более трезвым, чем раньше, хотя и ненамного, Шерлок уложил его в постель и забрался рядом с ним. Он заключил его в объятия и вздохнул. −Знаешь, я действительно ожидал, что ты откажешься от льгот. − Пожалуйста, Шерлок, перестань искать для меня подружек. Я счастлив с... − Он пытается жестикулировать, но обнаруживает, что Шерлок держит его за руку. − Я забыл, что хотел сказать. − Всё в порядке, Джон. Я действительно имел в виду то, что сказал. Я не искал романтики. − Всё в порядке. − Джон тихонько всхлипывает, переходя в икоту. − Я знаю это о тебе. Если всё, что я могу получить − это льготы, этого достаточно. − Однако, как только мы начали встречаться, я начал испытывать к тебе романтические чувства. Я чувствовал себя собственником. Я хотел, чтобы люди знали, что ты мой. Я этого не ожидал. − Но ты отправлял меня на свидания с Анджелой. − Андреа. Потому что я думал, что ты этого хочешь. − Раньше я этого хотел.. Она была очень милой. Мы много говорили о тебе. Она сказала, что ты меня обожаешь. −Да, − он целует Джона в нос. − Она кажется очень уравновешенной. Я не думаю, что ты разбил ей сердце. − Ты почти разбил моё. − Он садится и смотрит на Шерлока сверху вниз. Он такой красивый, с растрёпанными волосами и сияющими в темноте глазами. − А что бы ты сделал, если бы я в неё влюбился? − Если бы ты этого хотел, я бы принял это. Я хочу, чтобы ты была счастлив, и если бы я не мог этого сделать, ты заслуживаешь того, кто смог бы. Но это было бы трудно. Я бы скучал по тебе. − Я бы тоже скучал по тебе. Никогда не бросай меня, ладно? − Я не брошу, Джон. − И это само собой разумеется, − говорит Джон, кладя голову Шерлоку на грудь. − Что значит? − Х-м-м? − Что само собой разумеется? Джон пытается вспомнить, но всё, о чём он может думать − это о том, как пахнет Шерлок: тонкой шерстью, дорогим лосьоном после бритья и изысканной кухней. И домом, этой кроватью и их телами, соединенными воедино. Это суть любви. Он вздыхает. − Я забыл, что говорил. Шерлок тихо смеётся. − Ты же знаешь, что я люблю тебя. − Я твой идиот. Я говорил, что люблю тебя? − Я уже знаю. − Он притягивает Джона ближе, так близко, что Джон слышит, как бьётся его сердце. − Это само собой разумеется.