Новое начало

      31 мая 2003 года, суббота       Пентхаус Малфоя, Чейн-Уок 90, Лондон       Драко сидел за столом, разбирая накопившуюся корреспонденцию. Солнце отбрасывало мягкие лучи на персидский ковёр, создавая причудливые узоры света и тени. Дойдя до письма с французской маркой и каллиграфическим почерком матери, он позволил себе улыбнуться. За последние три недели его губы редко трогала такая непринуждённая улыбка – разве что при виде писем, написанных другим почерком.       Аккуратно разрезав конверт серебряным ножом с гравировкой герба Малфоев, Драко извлёк письмо на тонкой бумаге с едва уловимым ароматом жасмина.       «Мой дорогой Драко,       Весенний Прованс просто очарователен. Розарий в поместье расцвёл так пышно, что даже мадам Дюбуа не перестаёт восхищаться. Она говорит, что никогда не видела такого насыщенного оттенка у „Рамблинг Ректор“. Ты помнишь эти белые розы у южной стены? Они словно светятся в сумерках.       Я планирую остаться здесь до конца августа, возможно, до сентября, если погода позволит. Виноградники в этом году обещают превосходный урожай.       Однако меня беспокоит твой день рождения, милый. Пятое июня уже совсем скоро, и я бы хотела знать, сможешь ли ты выкроить время и навестить меня? Я понимаю, как ты занят в Министерстве, но несколько дней французского воздуха пошли бы тебе на пользу. По твоим письмам я вижу, как ты истощён.       Если это невозможно, я могла бы прибыть в Лондон на несколько дней. Ты знаешь, я не намерена пропускать твой день рождения.       С любовью,       мама»       Драко откинулся в кресле, задумчиво постукивая кончиком пера по подбородку. День рождения. Он почти забыл о нём, погружённый в мысли о Гермионе Грейнджер. Точнее – о Гермионе Уизли, с горечью поправил он себя.       За последнюю неделю они обменялись несколькими письмами. Ничего откровенного: размышления о прочитанных книгах, комментарии о новых навыках Лили, редкие упоминания о работе Драко. Но в каждом её слове он искал подтекст, искал надежду, что она дала ему шанс. Хотя прямо они об этом не говорили.       Драко макнул перо в чернильницу и начал писать ответ.       «Дорогая мама,       Благодарю за приглашение. Прованс, несомненно, прекрасен в это время года…»       Внезапно воздух в кабинете задрожал и наполнился серебристым свечением. Перед Драко из света соткался патронус – изящная серебристая кобра, свернувшаяся кольцом над столом. Комнату наполнил голос Пэнси, звучавший словно из глубины колодца.       — Драко, Гермиона в больнице. Мы с Гарри уже в Святом Мунго.       Патронус растворился, оставив после себя лишь серебристую дымку. Драко замер. Чернильная капля упала с пера, расплываясь уродливым пятном на недописанном письме. В груди всё сжалось, холодная волна паники прокатилась от макушки до пят.       Драко вскочил так резко, что кресло с глухим стуком опрокинулось. Схватив палочку, он в несколько шагов оказался у камина и, бросив в очаг горсть Летучего пороха, выкрикнул:       — Святой Мунго!       Изумрудное пламя взметнулось, и Драко шагнул в него, чувствуя знакомое головокружение. Мгновение – и он уже стоял в приёмной больницы, отряхивая пепел с плеч.       В приёмной Святого Мунго царила обычная суета: дети с хвостами и клыками, колдомедики в лимонных мантиях, спешащие по делам, пациенты со странными недугами. Но Драко ничего этого не замечал. Его взгляд метнулся к информационной стойке, где молодая ведьма с бейджем «ПРИВЕТ ВЕДЬМА» просматривала пергаменты.       — Гермиона Грейнджер, — выпалил он, подлетая к стойке. — То есть Уизли. Гермиона Уизли. Куда её определили?       Девушка за стойкой не спеша подняла взгляд, изучая Драко с безразличием.       — Ваше имя и кем вы приходитесь пациентке?       Драко подавил желание выхватить палочку и выяснить всё самому. Каждая секунда промедления ощущалась как пытка.       — Драко Малфой. Я… — он запнулся. Кто он ей? Друг? Любовник? — Я друг семьи.       Ведьма скептически приподняла бровь, но всё же заглянула в свои записи.       — Уизли, Гермиона… Да, доставлена полчаса назад. Третий этаж, смотровая палата в конце коридора слева.       Не дожидаясь дальнейших указаний, Драко рванул к лестнице, перепрыгивая через две ступеньки. Его сердце бешено колотилось, кровь стучала в висках. Каждая мысль была о ней. Что случилось? Насколько всё серьёзно? Какой идиот допустил, чтобы с ней что-то произошло?       Едва добравшись до нужного коридора, он увидел Гарри и Пэнси. Она напряжённо сидела в кресле, а Поттер мерил шагами коридор, скрестив руки на груди.       — Поттер! — Драко рывком преодолел последние метры. — Что случилось? Как она?       Гарри остановился. В его зелёных глазах плескалась тревога, но голос прозвучал ровно.       — Она в порядке, Малфой.       От облегчения у Драко подогнулись колени, но напряжение не отпускало. Гарри снял очки и устало потёр переносицу.       — Она была в Норе. Субботний обед Уизли, — начал он, и Драко почувствовал, как его желудок сжимается от упоминания ЭТОЙ семьи. — Рон привёл новую девушку. Эбигейл или как там её. И… объявил о помолвке.       Драко стиснул зубы так, что челюсть заныла. Чёртов Уизли. Рыжий ублюдок.       — Он всё ещё женат на Гермионе, — прорычал Драко.       — Именно, — кивнул Гарри. — Гермиона знала, что у него кто-то есть, но чтоб так серьёзно… Это было жестоко.       — Что дальше? — его кулаки сжимались и разжимались сами собой.       — Она побледнела. Попыталась встать. И потеряла сознание, — Гарри говорил медленно, подбирая слова. — Молли подняла панику, и они решили доставить ее сюда. Джордж прислал мне патронус.       — Где сейчас этот придурок? — процедил Драко сквозь зубы. Он едва сдерживался, чтобы не сорваться на поиски Уизли.       Гарри покачал головой.       — Не здесь. И это хорошо, потому что я не уверен, что могу сдержаться.       — Я бы помог, — мрачно отозвался Драко, и Пэнси фыркнула.       — Встаньте в очередь, мальчики.       В этот момент из палаты вышел пожилой колдомедик в лимонной мантии, с седой бородой и добрыми глазами. Он оглядел собравшихся.       — Родственники миссис Уизли?       — Да, — Гарри шагнул вперёд. — Я её шурин. Как она?       Драко напрягся, впившись взглядом в лицо колдомедика в поисках малейших признаков беспокойства.       — Физически она в полном порядке, — улыбнулся тот, и Драко ощутил, как напряжение немного отпускает его. — Обмороки в таких ситуациях случаются нередко, особенно на ранних сроках беременности, когда организм перестраивается.       Время остановилось.       Беременность?       Мир сузился до одного слова. Драко застыл, не в силах пошевелиться или даже моргнуть. Слово, повторявшееся в голове, уничтожало всё остальное.       Беременность.       Голоса Гарри и Пэнси, вопросы к целителю, его ответы – всё это слилось в неразборчивый гул, будто доносилось из-под толщи воды.       Она беременна.       Ребёнок его? Или… нет, конечно, его. Гермиона не из тех, кто крутит романы с несколькими мужчинами одновременно. Но она всё ещё замужем. Мог ли ребёнок быть от Уизли?       Нет.       Гермиона носит его ребёнка. Отец. Он будет отцом.       Гарри, казалось, тоже был в ступоре, но Пэнси быстрее всех пришла в себя.       — Беременность? Вы уверены? Несколько лет назад ей поставили диагноз бесплодие.       Колдомедик удивлённо вскинул седую бровь.       — В её карте такого диагноза нет. Напротив, миссис Уизли абсолютно здорова и способна выносить ребёнка без каких-либо осложнений. Сейчас идёт шестая неделя беременности.       Шестая неделя. Кровь бросилась Драко в лицо. Апрель. Их встречи в отеле. Сходится.       — К ней можно? — еле выдавил он.       — Конечно, — кивнул колдомедик. — Но не все сразу. Ей нужен покой и минимум стресса.       Драко посмотрел на Поттера. Тот встретил его взгляд и молча кивнул.       — Иди. Мы подождём.       Он глубоко вдохнул, пытаясь унять колотившееся в горле сердце, и вошёл в палату, тихо прикрыв за собой дверь.       Гермиона полулежала на кушетке под тонким больничным одеялом. Её лицо было бледным, но словно светилось изнутри новым, незнакомым светом. Увидев его, она удивлённо расширила глаза.       — Драко? — её голос был тихим. — Что ты здесь делаешь?       Он медленно подошёл, боясь спугнуть момент. Его сердце разрывалось от нежности и страха.       — Пэнси прислала патронус, — ответил он, осторожно присаживаясь на край кушетки. — Как ты?       Гермиона слабо улыбнулась, и от неё по телу Драко разлилось тепло.       — Уверена, что лучше, чем выгляжу, — попыталась пошутить она, но в её глазах плескалась тревога. — Я просто… перенервничала.       Драко осторожно взял её руку. Кожа была прохладной. Сам того не замечая, он начал большим пальцем поглаживать её запястье.       — Я слышал, что случилось, — тихо признался он. — Этот рыжий кретин… прости.       Гермиона вздохнула, её плечи поникли.       — Я знала, что у него кто-то есть, — пробормотала она, глядя в окно. — Мы… мы давно не живём как супруги. Но объявить о помолвке, когда мы ещё женаты…       Её голос дрогнул. Драко сжал руку чуть крепче, давая понять, что он рядом.       — Колдомедик сказал тебе? — спросила она шёпотом.       Драко лишь кивнул, не в силах вымолвить ни слова.       — Я… я сама узнала только в среду.       Её голос дрогнул, в карих глазах заблестели слёзы. Драко приблизился, не отпуская её руки. Он осторожно убрал непослушную прядь ей за ухо.       — Грейнджер, — его голос звучал непривычно мягко, — я знаю, что между нами всё сложно. И я понимаю, что ты, возможно, ещё не готова говорить о нас. Но я должен знать... ребёнок... он...       — Да, — выдохнула она, не дав ему закончить.       Подтверждение рухнуло на него со всей своей оглушительной простотой. Его ребёнок. Его и Гермионы. Внезапно всё стало до ужаса реальным. Его глаза обожгло слезами, а в груди разлилось тепло, которого он не знал никогда прежде.       — У нас будет ребёнок, — произнёс он, пробуя слова на вкус. — Я буду отцом.       Гермиона молча кивнула и по её щекам потекли слёзы.       — Ребёнок, — повторил Драко, и на его лице медленно расплылась ошеломлённая улыбка. — Мерлин… я… я даже не знаю, что сказать.       — Ты… не злишься? — неуверенно спросила она.       Драко посмотрел на неё с искренним недоумением.       — Злюсь? Грейнджер, как я могу злиться? Это… это чудо.       Он осторожно положил ладонь ей на живот – ещё плоский, но там уже зародилась новая жизнь.       — Но всё так сложно, — Гермиона закусила губу. — Я всё ещё замужем за Роном, и…       — Мы разберёмся, — твёрдо ответил Драко. — С законами, с Уизли, со всем. Я не позволю, чтобы ты или наш ребёнок пострадали.       Замешательство мелькнуло в её глазах.       — Целитель утверждает, что в моей карте нет записей о бесплодии. Что я всегда была здорова. Но я точно помню, как несколько лет назад мне сообщили обратное. Это… это лишено всякого смысла.       Холодок тревоги пробежал по спине Драко. Что-то здесь было не так.       — Я обещаю, мы выясним, что произошло. Но сейчас... — он сделал паузу, собираясь с мыслями, — сейчас я хочу, чтобы ты знала: я рядом. Что бы ни случилось, что бы ты ни решила, я поддержу тебя. Ты не одна, Гермиона.       — Драко, — прошептала она, — я не знаю, что делать.       Он поднёс её руку к губам и нежно поцеловал костяшки пальцев.       — Мы справимся. Шаг за шагом. Сейчас главное – твоё здоровье и покой. Остальное решим. Я не оставлю тебя.       Последние слова он произнёс с такой убеждённостью, что она замолчала и слабо улыбнулась.       — Хорошо. Давай справимся с этим вместе.       Драко наконец смог выдохнуть. Это был его шанс. Шанс стать лучше своего отца. Создать настоящую семью, полную любви и поддержки.       — Хочешь остаться здесь или поехать домой?       — Домой, — кивнула она. — Но не к Рону. Я не могу туда вернуться.       Драко кивнул.       — Тогда ко мне, — без колебаний сказал он. — Свободная комната – твоя. Никто тебя не потревожит, обещаю.       Она посмотрела на него с благодарностью.       — Спасибо, Драко. Мне бы не хотелось сегодня оставаться одной.       Он помог ей подняться, и они вместе вышли из палаты. Гарри и Пэнси тут же подошли к ним.       — Всё в порядке? — переводя взгляд с Драко на Гермиону.       — Да, Поттер, — ответил Драко, мягко ведя Гермиону за локоть. — Я забираю её к себе. Ей нужен отдых.       Гарри хотел возразить, но Пэнси положила руку ему на плечо.       — Гарри, они взрослые люди. Поверь, им есть о чём поговорить.       Поттер несколько секунд вглядывался в лицо Драко, словно пытаясь прочесть его мысли, и тяжело вздохнул.       — Хорошо. Но, Малфой, если ты её обидишь …       — Я знаю, Поттер, — перебил его Драко. — Можешь не продолжать.       Гарри кивнул, принимая ответ, и повернулся к Гермионе.       — Если что-то понадобится – что угодно – просто отправь патронус. Ты всегда можешь переехать к нам. Мы с Пэнси тебя поддержим.       Гермиона обняла сначала его, а потом Пэнси.       — Спасибо. Я в порядке, правда. Просто нужно немного времени, чтобы осознать всё.       Когда они направились к каминам, Драко захлестнула буря эмоций: тревога, страх и пьянящая радость. Но над всем этим возвышалась холодная, как сталь, решимость. Он станет отцом. И, Мерлин свидетель, он будет лучшим отцом на свете. И лучшим мужчиной для Гермионы, если она даст ему шанс и в этом.       В длинном коридоре больницы Драко крепче сжал её ладонь, обещая не отпускать. А она, к его удивлению, ответила тем же, крепко переплетая свои пальцы с его.