Альбус Северус Поттер и тайна Люминетты

Альбус Северус Поттер и тайна Люминетты: Глава 13. Порог чудес 🍁🍁🍁 У подножия широких каменных ступеней ждал высокий человек в длинной изумрудной мантии. Лёгкий ветер шевелил полы одежды, фонарь в руке отбрасывал мягкий янтарный свет. Невилл Долгопупс — заместитель директора и хранитель теплиц Хогвартса — внимательно следил, как из тьмы выныривает вереница первокурсников во главе с Хагридом. — Ну здравствуй, Рубеус, — с улыбкой поприветствовал он гиганта. — Всё в порядке? Сегодня без приключений? Хагрид шумно втянул прохладный ночной воздух и хмыкнул: — Ну… почти. Пара синяков, несколько незначительных ушибов, одна рваная штанина… — взгляд его скользнул по строю детей и задержался на Клементисе Дикинсе. Клементис, мгновенно вспыхнув до корней волос, попытался спрятаться за спиной ближайшего ученика. Толпа разразилась сдержанным смешком. Даже совы в клетках недовольно ухнули, будто подхватывая веселье. — Ничего, — приподнял брови Невилл, глаза мягко улыбались. — Главное, что все добрались целыми. — Верно, — буркнул Хагрид, но уголки его рта дрогнули в довольной улыбке. Он повернулся к детям, заслоняя собой половину лестницы. — Ну что, ребята, дальше сами. Ведите себя достойно. Он медленно обвёл их взглядом и, задержавшись на Альбусе Поттере, добавил громче: — И помните: я за вами всеми буду присматривать. Альбус почувствовал, как в груди потеплело. Он неловко улыбнулся: в этом взгляде Хагрида было что-то родное и надёжное. Невилл шагнул вперёд, фонарь мягко качнулся. — Добро пожаловать в Хогвартс. Я профессор Невилл Долгопупс, заместитель директора и преподаватель травологии. Сейчас проведу вас в Большой зал на церемонию распределения. Он оглядел их внимательным, но доброжелательным взглядом. — Несколько правил. Во-первых, во время церемонии — полная тишина: Говорящая шляпа должна слышать каждого. Во-вторых, после распределения займёте места за столами своих факультетов и сможете от души поужинать. И наконец, замок стар и полон тайн. Не покидайте общежитий без разрешения и не бродите по коридорам ночью. Лестницы порой… капризны. Некоторые ребята прыснули, но тут же притихли. — И последнее, — Невилл сделал паузу, — относитесь друг к другу с уважением. Факультетские цвета разные, но вы все — ученики Хогвартса. Он слегка кивнул, в глазах блеснула тёплая искорка, словно вспоминал собственный первый вечер. — Ну что ж, — мягко, но уверенно произнёс он. — Следуйте за мной. Церемония начинается. Ученики потянулись за ним по широкой лестнице. Их шаги сливались в гулкий ритм, эхом расходясь под сводами. Коридор был залит колышущимся светом факелов. Каменные стены, отполированные веками, уходили ввысь, своды пересекались замысловатыми арками, отбрасывая на пол медные тени. В воздухе витал запах старых книг и сухих трав, будто замок дышал собственными воспоминаниями. Где-то в глубине глухо шумела вода. Альбус невольно поднял голову: потолок казался бесконечным. В промежутках между каменными рёбрами мерцали крохотные звёзды — то ли игра света, то ли древние чары, вплетённые в камень. По обе стороны коридора тянулись ниши со старинными доспехами. Серебристые латы поблёскивали в свете факелов, и казалось, что рыцари вот-вот шагнут вперёд. Джереми сдержал восторженный вздох, но вытянул шею, чтобы разглядеть особенно внушительный панцирь. — Говорят, они иногда маршируют по ночам, — шепнул он Адаму. Тот лишь пожал плечами, но держался подальше. На стенах висели картины в резных рамах. Персонажи едва заметно шевелились: кто-то наклонялся, чтобы разглядеть процессию первокурсников, кто-то вежливо кивал. Одна очень старая дама в широкополой шляпе откровенно прижимала ухо к раме, пытаясь услышать их разговоры. — Добро пожаловать, дорогие! — пропела она тонким голоском. — О, сколько свежих лиц! Выше, на другой картине, пышнощёкая красавица в жемчужной диадеме при виде ребят смутилась, вспыхнула лёгким румянцем и замахала кружевным веером. — Ой-ой, не смотрите на меня! — воскликнула она, отступая вглубь нарисованной гостиной. — Я совершенно не одета к такой встрече! На соседней картине высокий барон с тонкими усами в камзоле цвета ночного неба шагнул ближе к краю и склонил голову: — Как всегда, вы ослепительны, моя дорогая. Позвольте заглянуть к вам сегодня вечером. — Ах вы шутник, — вздохнула дама, всё же улыбнувшись из-за веера. Мэгги, как и многие другие, застыла, наблюдая за живыми портретами. Невилл не оборачивался: — Прошу не задерживаться, первокурсники. Картины дружелюбны, но нам нельзя опаздывать. Проход стал уже и прохладнее; пахло влажным камнем и мхом. За очередным поворотом коридор внезапно расширился, открывая высокий холл с мраморным полом, где отражались отблески факелов. Где-то под сводами тихо шумел ветер, и лёгкое эхо перекликалось с их шагами. Альбус почувствовал, как в груди поднимается смесь волнения и восторга. Казалось, каждый камень и каждая тень хранили свои истории, готовые открыться тем, кто захочет слушать. Невилл остановился у массивных двустворчатых дверей с замысловатой резьбой. За ними мерцал мягкий свет и доносился далёкий гул голосов. — Мы пришли, — тихо сказал он, и голос эхом отразился под сводами. — Готовьтесь: за этими дверями начнётся ваша жизнь в Хогвартсе. Он обвёл первокурсников спокойным взглядом, словно проверяя, все ли в порядке после пережитого. — Сейчас я на минуту оставлю вас одних, — добавил Невилл. — Нужно предупредить директора и преподавателей, что вы прибыли. Стойте тихо, не расходитесь. Профессор лёгким движением распахнул створку ровно настолько, чтобы проскользнуть внутрь, и исчез в полосе золотистого света, оставив учеников в полутёмном коридоре. Том Фэлтон нарушил молчание. Он скользнул взглядом по группе и остановился на Клементисе Дикинсе. — Ну и видок, — протянул насмешливо, шагнув ближе. — Колено в грязи, мантия мокрая… Наверно, родители не смогли позволить себе новую? Или у вас в роду с чистокровностью беда? Клементис вспыхнул, сжав клетку с жабой так, что та возмущённо квакнула. — Я… это просто… — начал он, но слова утонули в шёпоте толпы. Губы Тома изогнулись в холодной усмешке. — Может, тебя снова подвесить вверх ногами, чтобы вода стекла и ты быстрее высох? — с издёвкой бросил он, доставая палочку и направляя её на Клементиса, словно примеряясь к заклятию. — Отстань от него! — резко выкрикнул Скорпиус. Он шагнул вперёд, глаза сверкнули, и в руке уже блеснула палочка. Том лишь приподнял бровь и усмехнулся. Но прежде чем кто-то успел сделать ещё шаг, воздух прорезал резкий, сиплый голос: — Что здесь творится?! Том мгновенно скользнул палочкой в складки мантии, повернувшись на звук с безмятежным лицом. Из-за поворота, шаркая подошвами по каменному полу, появился мистер Филч. Фонарь в его руке потрескивал и пах прогорклым маслом, от чего тянуло густым, горьковатым запахом. В другой руке он сжимал увесистый ключ. Его седые волосы торчали во все стороны, а глаза сверкали от возмущения. — Ты! — Филч ткнул кривым пальцем в Скорпиуса. — Палочка в руке, а? Думаешь, можно нападать в коридоре до распределения?! За такое в мои времена — в подземелье! — Но я… — начал Скорпиус, побелев от неожиданности, но пальцы словно не слушались и продолжали судорожно сжимать рукоять. — Ни слова! — гаркнул Филч так, что даже портреты по обе стороны вздрогнули. — Попытка нападения — серьёзное нарушение! Директору всё доложу! Толпа первокурсников зашепталась, кто-то ахнул. Том ухмыльнулся ещё шире, скрестив руки на груди, будто наслаждаясь беспорядком. В этот момент боковая дверь распахнулась, и в коридор вышел Невилл. Его взгляд быстро скользнул по замеревшей группе — от побледневшего Скорпиуса до самодовольно улыбающегося Тома и сурового Филча. — Что здесь происходит? — голос звучал негромко, но в нём слышалась сталь. Филч подскочил, будто его застали за чем-то запретным. — Профессор Долгопупс! Этот мальчишка угрожал заклятием прямо в коридоре. Палочку достал, нападение готовил! — Я защищал Клема! — выдохнул Скорпиус, дрожащей рукой всё ещё держа палочку. — Опусти её, — мягко, но твёрдо сказал Невилл. — Сейчас же. Коридор будто сжал воздух. Лишь шаги портретных персонажей где-то вдали мягко перекликались эхом. Скорпиус моргнул, пальцы дрогнули, и он наконец опустил палочку. Профессор перевёл взгляд на Филча: — Аргус, спасибо, что присмотрели за порядком, но я уже здесь. Это мои ученики, и разбираться буду я. Филч прищурился, губы его дёрнулись, но под взглядом профессора он лишь буркнул: — Только потом не говорите, что я не предупреждал, — и, ворча себе под нос, отступил в тень коридора. Невилл повернулся к детям. — Первокурсники, — произнёс он спокойно, — в Хогвартсе мы не терпим оскорблений и не размахиваем палочками до распределения. Никто из вас не должен забывать, что вы уже часть нашей школы. Он задержал взгляд на Томе. — И особенно мы не терпим насмешек над чужим происхождением. Здесь это не имеет значения. Понято? Том открыл было рот, но встретил спокойный, жёсткий взгляд Невилла и только недовольно кивнул. — Хорошо, — продолжил профессор, чуть смягчив голос. — Давайте сделаем вид, что начали этот вечер заново. Сейчас вас ждёт Большой зал и распределение. Держимся вместе. Он слегка улыбнулся, ободряюще глядя на Клементиса и Скорпиуса, затем поднял руку к массивным дверям. — А теперь — вперёд. Ваш Хогвартс ждёт. Толпа медленно пришла в движение. Шёпот стих, шаги снова зазвучали в такт. Лишь Клементис всё ещё крепко держал клетку, будто опасался, что жаба вырвется на волю.