When Darkness Wakes

Когда Макс добрался до своего кабинета, Джордж уже был там. Складывалось впечатление, что он, словно робот, не отдыхал совсем. Рассел что-то внимательно изучал в планшете, делая быстрые пометки. — Что ты делаешь? — не выдержав, спросил Макс, кидая на напарника заинтересованный взгляд. Джордж раскрывался с неожиданной стороны, хотя Макс прекрасно понимал, что совсем не знает этого человека. То, что их связывало в прошлом – там и осталось. — Разбираю, что знаю о Бермане. И накидываю возможные версии, — ответил Джордж, поднимая взгляд. В неярком свете кабинета его глаза были почти чёрными. — Есть что-то интересное? — спросил Ферстаппен, подходя ближе и присаживаясь на край стола. Джордж повернул к нему планшет. На экране светилась фотография пропавшего: юное, миловидное лицо с широкой улыбкой, но какими-то печальными, уставшими глазами. — Оливер Берман, родился в 2005 году в Эссексе. Отец Дэвид Берман, владелец корпорации Aventum Group. Миллионер. Соответственно, исчезновение Олли может быть связано с деятельностью отца. — Сын миллионера в колледже, в богом забытом городе в Нидерландах? Серьёзно? — с сомнением протянул Макс. — Отличное место, если хочешь кого-то спрятать… или наказать, — отозвался Джордж, листая электронную страницу. — А вот и невеста Оливера, Алисия Стент-Торриани, — Джордж показал фотографию миловидной блондинки. — Невеста? — удивлённо переспросил Макс. — Ему же только семнадцать. Не рано? — А она – дочь миллиардера, — добавил Рассел, вырывая из Макса смешок. — Ну тогда вопросов нет, — голос Ферстаппена искрился весельем, и у британца на секунду сжалось сердце. Что-то в таком Максе было родное. — Но всё-таки, невеста в семнадцать лет – это не слишком? — Это стандартный брак по расчёту. И это перспектива на будущее. Никто же не собирается играть свадьбу сейчас. Это знаешь… как договорённость. Сделка, — Джордж пожал плечами. — Но мы не в Индии! — возразил Макс. — Это как-то… дико? — В кругах элиты это обычное дело. Деньги к деньгам, — Джордж задумался. — Но мы не знаем, как к этому относился Оливер. Возможно, он был того же мнения, что и ты. И тогда мог сбежать. Но, если честно, мне эта версия не кажется рабочей. Потому что, когда он вернётся, ему всё равно не избежать брака через несколько лет. И убегать сейчас… глупо? — Если только он не планирует исчезнуть с концами. Нужно осмотреть его комнату в общежитии колледжа, — сказал Макс. — Возможно, мы найдём там что-то интересное. И нам нужно узнать, какие отношения у него были с отцом. Телефон Джорджа, лежавший на столе, протяжно пиликнул, оповещая о сообщении. — Вот сейчас и спросим. Дэвид Берман здесь, — пробормотал он, подхватывая планшет и поднимаясь. — Пойдём узнаем, какого чёрта он засунул сына в это богом забытое место. В груди Макса неприятно кольнуло. Не только Бог забыл о тех, кто жил в этом городе. Джордж был не лучше.

━━━ • ✙ • ━━━

Первое, что удивило Макса это то, что Дэвид Берман притащил с собой адвоката. Невзрачного мужчину средних лет в сером, плохо сидящем костюме, по фамилии Филлипс. Будто пропал не его сын, а кто-то снова намухлевал со страховкой. В целом, это был ничем не примечательный человек, невысокого роста с тусклым, сероватым лицом. Только глаза выбивались из общей серости: живые, колкие, с явным присутствием интеллекта. — Господин Берман, спасибо, что приехали, — Джордж улыбнулся своей профессиональной улыбкой, указывая на стул. — Присаживайтесь. Это детектив Ферстаппен, и мы бы хотели задать вам несколько вопросов о вашем сыне. — Это я хотел бы задать вам вопросы, — резко перебил его Дэвид. — Почему мой сын не найден? Я хочу получить все данные, и узнать, какие шаги предприняла полиция, чтобы найти Оливера. Макс и Джордж потрясённо переглянусь. Они были готовы к тому, что разговор с папашей-миллионером будет непростым, но что настолько. — При всём уважении, господин Берман, — прокашлялся Джордж. — Вопросы здесь задаём мы. И все присутствующие заинтересованы в том, чтобы найти Оливера, так ведь? Дэвид неохотно кивнул, прожигая Рассела презрительным взглядом, словно он пыль под его ногами. — В таком случае прошу вас оказать содействие, — Джордж говорил спокойно, но Макс видел, как от ярости вздулась венка на лбу. Макс хмыкнул про себя: всегда сдержанный Джордж держался только на чистом самоконтроле. — Когда вы в последний раз разговаривали с Оливером? — спросил Джордж, не отрывая внимательного взгляда от беспристрастного лица напротив. — Неделю назад, — мистер Берман звучал равнодушно, словно и вовсе не волновался о сыне. Ни один мускул на его лице даже не дрогнул. — Неделю? — Джордж еле сдержал возмущённый возглас. Однако всего на секунду на его лице мелькнул шок, прежде чем он снова нацепил свою беспристрастную маску. — А чему вы удивляетесь, — Дэвид пожал плечами. — Олли считает себя взрослым. Знаете, они в таком возрасте не сильно-то и хотят общаться с родителями. Джордж задумался. Мальчишке исполнилось семнадцать лет. Это мог быть подростковый бунт, но было ощущение, что полиция что-то упускает. Что-то не сходилось. — Какие у вас были отношения с сыном, господин Берман? — нервно встряхнув копной волос, спросил Рассел. — Я бы посоветовал не отвечать на этот вопрос, — адвокат, до этого молчавший как рыба, поспешно зашипел, наклоняясь к своему клиенту. Брови Джорджа удивлённо взметнулись вверх. Ещё больше он удивился, когда отец Оливера действительно не ответил. — Господин Берман, нам важно узнать, что случилось с вашим сыном. Мы прорабатываем разные версии, поэтому, пожалуйста, ответьте на вопросы, — процедил Джордж, чувствуя, как по шее, прямо к скулам, поднимается волна жара. — У вас были конфликты с сыном? — Вы можете не отвечать на вопрос, — снова влез адвокат. Джордж бросил на него неприязненный взгляд, только сейчас замечая, что мужчина, со своими редкими волосами и выпирающими зубами очень похож на крысу. Как иронично. Джордж сжал стилус от планшета так сильно, что побелели пальцы. — Или, может быть, вы расскажете, почему засунули сына в колледж здесь? Почему не элитный колледж в Англии? — вмешался Макс. Он и сам держался на честном слове, чтобы не вмазать напыщенному идиоту, плевавшего на собственного сына. — Так сильно его ненавидели, что отправили его в закрытый колледж? — Да как вы смеете?! — вскочил Дэвид. Он взмахнул ладонью, приказывая своему адвокату заткнуться. — Я вложил в него столько ресурсов, потакал во всём! А этот неблагодарный мальчишка решил, что уже взрослый! Решил всё сделать по-своему! Сказал, что не собирается идти учиться, а хочет стать гонщиком! Гонщиком! Да где это видано! Его ждёт блестящее будущее! — Дэвид яростно кричал, разбрызгивая слюну. Его коже стала красной, как у варёного рака. — Я думал, хлебнёт жизни здесь, быстро станет сговорчивым! — Вы совсем не удивлены его пропажей, — аккуратно ввернул вопрос Джордж. — А чему мне удивляться, — пренебрежительно фыркнул мужчина. — Нагуляется и вернётся. Не в первый раз. Джордж и Макс переглянулись. Получалось, Оливер уже убегал, бунтуя против отцовской власти. — Вы знаете, где скрывался Оливер в прошлый раз? — спросил Джордж, быстро делая пометки. — Не знаю, — Дэвид, наконец, успокоился и буквально упал обратно на стул. — Он не говорил. Обычно он отсутствовал неделю. Потом возвращался, и всё становилось нормально. Он звонил и вёл себя привычно. Но ненадолго. — Сколько раз это случалось? — Джордж нахмурился. По всему выходило, что Олли – серийный беглец. Рассел прикусил кончик стилуса, погружаясь в раздумья. Ничего не сходилось. Кими не упоминал о проблемах друга с отцом и его привычку решать всё кардинально, подаваясь в бега. Более того, парень до истерического припадка уверял, что такое просто невозможно. Кто-то врал. Но вот кто?  — Несколько, — Дэвид Берман неопределённо пожал плечами. — То есть вы даже не знаете? И вам было совершенно неинтересно, где он пропадал неделями? — как-то отчаянно усмехнулся Джордж. Сердце защемило от такого равнодушного отношения. Похоже, Олли бежал именно от этого. От разрушающего, умерщвляющего арктического холода его отца. — Мне некогда играть в эти игры. От меня, знаете ли, зависит целая корпорация, и я не собираюсь играть в игры моего сына. Ваша задача просто найти его. Дальше я разберусь сам. — Дэвид встал и вместе с подскочившим, суетливым адвокатом, вальяжно прошествовал к двери. — Вы его хотя бы любите? — глухой голос Джорджа прорезал воздух, оседая фантомной горечью. Рука Дэвида Бермана замерла над дверной ручкой. Джорджу показалось, что плечи мужчины едва заметно дрогнули. Но не прошло и пары секунд, как он резким движением открыл дверь и вышел вон. — Ты…как? — спустя несколько минут невыносимой тишины спросил Макс. Он буквально чувствовал, как горел Джордж. Это читалось в идеально прямой спине и настолько сжатых скулах, что казалось, Рассел просто раскрошит себе все зубы. Макс мог бы поклясться, что слышал рычание, доносившееся из чужой груди. Было по-настоящему не по себе. — Всё в порядке, — Джордж перевёл на него холодный собранный взгляд. — Давай съездим в дом, а после я хочу ещё раз поговорить с Кими. — Джордж… уже смеркается. Мы не успеем осмотреть дом. Рассел не ответил. Он резко поднялся, подхватил планшет и быстрым шагом вышел из помещения, оставив Макса одного. Как всегда, до ужаса дезориентированного. Тишина обрушилась с какой-то вязкостью, будто воздух стал густым, как смола. Макс вдруг ощутил себя героем фильма Нолана — застрявшим между реальностями, из которых нет выхода. То, как Джордж, ещё минуту назад кипевший от чистой ярости, переключался в режим арктической пустыни просто, поражало. И, чего уж скрывать, такая двойственность напарника, Макса откровенно пугала. Что-то с Джорджем было не так.

━━━ • ✙ • ━━━

Вернувшись домой, Макс кинул вещи на старенький диван, а сам рухнул сверху, не в силах двигаться. Его охватила странная апатия. Не физическая, а эмоциональная. Он и так не отличался жизнелюбием, но конкретно сейчас хотелось просто перестать существовать. Тихо и навсегда. Макс, лёжа на жёстком диване, и потерянно пялился в белый, с разводами от вечного дождя, потолок. Он мрачно усмехнулся: прелести жизни на последнем этаже, да уж. Маленькая гостиная, едва вмещавшая диван, стеллаж и деревянный стол, казалась особенно пустой этой ночью. Стены были белые, но не свежие, их давно нужно было снова покрасить или поклеить обои, как предлагал Дэн. Друг периодически притаскивал какие-то милые вещи, чтобы сделать пространство уютнее. Поэтому то тут, то там валялись фигурки собачек, кошек, какие-то рамки и прочая чушь, которую Макс порывался выкинуть в каждую уборку, но не мог. Это были символы заботы и внимания, которые были необходимы, чтобы хоть немного заткнуть ту жуткую, чёрную дыру внутри него. На полу лежал забавный коврик с котом, показывающим средний палец, тоже подарок Дэна, который едва прикрывал скрипучие доски, а с потолка свисала старенькая люстра, бросая холодный свет на пустые поверхности. Пахло сыростью из-за плохо работающего отопления и отчаянием, но уже из-за хозяина квартиры.   Макс подошёл к окну. Улица с редкими фонарями казалась такой же пустой, как и его жизнь. И душа. Сердце сжималось при мысли о Джордже. Внезапное появление этого человека, когда-то значившего для него всё, ударило сильнее, чем можно было ожидать. Макс был уверен, что похоронил свою обиду и разочарование, прикрыл ненавистью, но… это оказалось далеко от истины. Ферстаппен не знал, как реагировать, как вести себя. Внутри пылала и рвала на части смесь злости, боли и неловкости — ему хотелось кричать, высказать всё, что он думает, выплеснуть весь яд, который копился в нём годами, но хватало его на несколько колких фраз. И это выглядело жалко. Макс чувствовал, что все его прошлые страхи и разочарования всплыли одновременно, обрушивая на него тяжесть, которую он не мог вынести. Маленькая, холодная и пустая квартира стала отражением его внутреннего состояния. Тесная, безжизненная, одинокая, как собственное сердце.   Макс болезненно зажмурился, прикрыв лицо руками, пытаясь спрятаться от воспоминаний, которые вновь ожили, и оттого, что не знал, сможет ли снова пережить исчезновение Джорджа из своей жизни. Ведь сомнений не было – Джордж снова покинет его. Макс сжал в руке телефон. Его пальцы предательски дрожали от напряжения, которое пронизывало тело. Он знал, что мог бы набрать Джорджа, сказать хоть что-то, но каждая клетка его тела сопротивлялась этому. Сердце билось так громко, что этот звук казался громким эхом, отлетающим от голых стен. Мысль о звонке одновременно манила и пугала. Что он скажет? «Я рад, что ты здесь»? «Я ненавижу тебя, и не мог бы ты снова убраться подальше»? Или что-то более личное, что выдавало бы всю его боль, всю неловкость и страх быть брошенным снова? Каждая попытка сформулировать слова рвалась в клочья, оставляя лишь глухое чувство бессилия. Макс поднял телефон к уху, потом опустил. Снова и снова повторял эти бесполезные действия. Он точно знал, что не сможет. Не решится. Хотелось кричать. На Джорджа, на себя, на этот холодный, несправедливый мир, который словно специально издевался над ним, давая надежду, но тут же её отнимая. Потому что Макс просто не мог допустить свою слабость. Поверить глупой мечте, уцепится за неё, попробовать снова узнать Рассела… это было слишком абсурдно. И Макс был уверен – принесло бы только ещё больше боли и разочарования. Внутри него всё разрывалось: тоска по утраченному времени, страх, что прошлое повторится, и горечь от того, что он больше не знает Джорджа. Что они незнакомцы друг для друга. Хотелось снова попытаться… но рациональная часть называла его идиотом и, очевидно, была права. С каждой секундой эта борьба становилась всё невыносимее: сердце давило на грудную клетку, руки дрожали, и даже воздух в маленькой, пустой квартире казался слишком густым и слишком тяжёлым.   Макс сел на край кровати, уткнувшись лицом в ладони. Телефон с грохотом упал на пол. Макс почувствовал себя бессильным перед собственным желанием. Он страдал не от встречи с Джорджем, а потому, что встретил частичку себя, которую когда-то отдал лучшему другу, а после отчаянно пытался похоронить. Но теперь Макс рвался к этому маленькому, потерянному «я», абсурдно веря, что пустота в его груди затянется, стоит этому пазлу снова стать его частью. Если бы Джордж только снова был в его жизни... прямо как раньше. Сон окутал его незаметно. Последнее, что он помнил через его плотную пелену – горячие, корёжащие нутро, слёзы.

━━━ • ✙ • ━━━

Макс открыл глаза, чувствуя, как первые лучи холодного ноябрьского солнца мазнули его щеку, хотя он почти не спал. Комната казалась ещё более холодной и чужой, чем вчера вечером. Всё вокруг было каким-то унылым: кровать с белой простынёй, маленький стол у окна с рассыпанными бумагами и телефон, сиротливо валяющийся на полу. Ферстаппен сел на край кровати, тяжело дыша, словно и во сне не мог спастись от своего личного кошмара. Голова болела, будто внутри неё пульсировала каждая не проговорённая мысль, каждая не выплеснутая эмоция. Внутри всё ещё оставалось чувство той бесконечной растерянности и боли, которое не отпускало с момента приезда Джорджа. Чувство, что он оказался слишком слаб, слишком запутан… слишком напуган. В отличие от Джорджа. Тот сразу перехватил лидерство, ведя себя профессионально и беспристрастно. Так, что Макс и правда думал, что у него просто не было души.   Весь завтрак, если можно было назвать так банку Ред булла, Макс тупо просидел за столом, пялясь в одну точку. Он даже не смог сварить кофе. Руки не слушались, а голова совершенно не соображала. Даже когда Макс подошёл к окну и посмотрел на ожившую улицу, чтобы немного прийти в себя, это не принесло облегчения. Люди спешили по своим делам, мир продолжал идти вперёд, не замечая того, что он остался где-то в стороне, на свалке жизни. Что он, в общем-то, и не живёт вовсе. Макс почувствовал себя маленькой, потерянной песчинкой, затерянной в этом провинциальном, безликом городишке. И честно говоря, они очень подходили друг другу.   Когда Макс приехал в участок, Джорджа ещё не было. Он тихо облегчённо выдохнул. У него была ещё пара минут спасительного одиночества, которое хоть и было безнадёжно тоскливым, хотя бы не так сильно ранило. — Доброе утро! — голос Джорджа заставил подпрыгнуть на кресле и метнуть в него недовольный, уничижающий взгляд. — Ни разу не доброе, — буркнул Макс, косясь на стакан с кофе, который Джордж поставил на край его стола. — Латте, — сверкая белозубой улыбкой, оповестил Рассел. Макс закатил глаза. — Ненавижу латте, — протянул он, выкидывая горячий напиток. — Хватит, а. Зачем ты таскаешь мне кофе? Мы с тобой не друзья. — Мы напарники, — Джордж пожал плечами, кажется, нисколько не расстроенный чужим поведением. — Я предпочёл бы, чтобы у нас были… нормальные отношения. Макс горько рассмеялся. — А я бы предпочёл, чтобы тебя здесь не было. Но, знаешь ли, не все наши мечты осуществимы. Джордж обречённо вздохнул. Макс кусался и шипел, словно дикое животное, и он не мог его винить. Но это не делало ситуацию лучше, и сердце болело не меньше. Оставалось только одно – засунуть подальше собственные чувства и сосредоточиться на самом важном. Нужно было во что бы то ни стало найти Олли. — Ты готов ехать? — резкий голос Макса, заставил вздрогнуть и перевести на него рассредоточенный взгляд. — Ты так рвался посмотреть дом. Джордж медленно кивнул. — Да, но сначала я бы хотел поговорить с Заком. Пойдёшь со мной? Макс отрицательно промычал, отвлёкшись на телефонный звонок. Джордж тяжело развернулся и отправился в кабинет начальника участка. Ему срочно нужна была информация о колледже.

━━━ • ✙ • ━━━

— Можно? — Джордж коротко постучал и просунул голову в большой и светлый кабинет Зака. — О, Джордж, — Браун оторвал взгляд от монитора и приветливо улыбнулся. — Входи, входи. Как дела? О, надеюсь, ты пришёл не жаловаться на Макса? Потому что я не смогу тебе помочь. Он не слушает никого, и меня в том числе! — Не удивлён, — Джордж засмеялся. Отчего-то тараторящий босс Макса представлял собой забавное зрелище. — У нас с ним всё в порядке. — Правда? — Зак недоверчиво прищурился, но промолчал. В конце концов, иногда игнорирование проблемы – это её лучшее решение. Он кивнул на свободное кресло. — Тогда чем обязан? — Хотел уточнить одну вещь: пропадали ли ещё студенты колледжа? Были зарегистрированные случаи? Зак задумался. Он почесал подбородок и прикусил подушечку большого пальца. — На моей памяти нет, — наконец сказал он. — Не припомню. — А сколько лет вы здесь? — Джордж кивнул на кабинет. — Шесть. Перевёлся из Гронингена, — взгляд Брауна проскользил по полке с фотографиями. —Мой предшественник погиб на охоте, и мне предложили занять освободившееся место. — Погиб на охоте? — брови Джорджа подпрыгнули вверх от удивления. — Да, — Зак покачал головой. — Он увлекался охотой, и, судя по отчётам, у него что-то случилось с ружьём. И он полез смотреть, что там не в порядке. — Оу, — Джордж слегка поморщился, поняв, что случилось дальше. — Это… печально. Но почему вы согласились? Это не кажется подходящим местом для продолжения карьеры. Зак хохотнул, согласно кивая. — Знаешь, люди вообще совершают слишком много глупых ошибок, когда становятся опытнее. Их эго уверено, что они профессионалы, отсюда и последствия. У них нет потребности оглянуться и проанализировать происходящее. Они слишком самоуверенны. А что касается твоего вопроса, — он несколько мгновений помолчал, обдумывая ответ. — Я никогда не стремился к какой-то суперкрутой карьере. Я не так чтобы сильно тщеславен. И маленький город для меня как глоток свежего воздуха. Свободы. Так почему нет? И в конце концов, — мужчина усмехнулся. — Кто-то же должен. Джордж понимающе кивнул. Он и сам жил в небольшом городе и совершенно не рвался в мегаполис. В маленьких городах было своё особое очарование. — А что касается зарегистрированных случаев исчезновения, я попрошу подготовить информацию, — продолжил Зак. — Спасибо, — Джордж кивнул, поднимаясь. — Мы сейчас собираемся на осмотр дома. — Да, Макс сказал, — Зак замялся на мгновение, очевидно, формулируя вопрос. — Ты думаешь, ноги растут из колледжа? Рассел пожал плечами. — Не знаю, — признался он. — Но проверить эту теорию точно нужно. Зак согласно промычал что-то неразборчивое. — Найдите парня, Джордж, — прилетело неожиданно, почти на выходе.   Рассел тяжело сглотнул, сжимая ладони в кулаки. Это единственное, чего он жаждал. Спасти Оливера. Он уверенно кивнул, а в глазах горел такой огонь, что Зак, против воли, улыбнулся. Попрощавшись, Джордж выскользнул в коридор. Таинственный, заброшенный дом уже их заждался.

━━━ • ✙ • ━━━

Когда они подъехали к дому Ван дер Берг, у Джорджа заныло в груди. Здание, ещё более обветшалое, чем он помнил, возвышалось над пологими холмами и простирающимися полями, будто стояло здесь с начала времён. Но кое-где обвалившаяся крыша и прорехи в стенах, наспех заколоченные, выдавали ход времени. Джордж как-то печально выдохнул. Ничто не вечно. Кроме воспоминаний. Он улыбнулся одними уголками губ, вспоминая, как они сами пролезли сюда, решив проверить легенду о призраке. Джорджу было страшно, но он очень хорошо запомнил фразу Макса: «Мы и так живём в детдоме, Джорджи. Разве мы можем бояться каких-то там призраков?». А прилетевшее следом: «Я никому тебя не отдам» заставило первого заскочить в дом. И несмотря на детство без родителей, задиристых мальчишек из соседних комнат – это время было самым счастливым. Ведь у него был Макс. — А помнишь…, — начал было Джордж, поворачиваясь к Максу. — Не надо. Пожалуйста, не надо. Не вспоминай… это, — глухо, на грани слома прошептал Ферстаппен, даже не обернувшись. Он смотрел на дом, не отрывая взгляда, но, казалось, будто на него навалилась вся бренность его существования. Макс стоял, чуть ссутулив плечи, словно под тяжестью лет, и от него веяло безысходностью, как от этого заброшенного дома. Ведь Макс тоже помнил. — Давай просто осмотрим дом, — продолжил он, торопливо шагая вперёд. Всё, чтобы Джордж не заметил, как он наспех утирал выступившие слёзы. Джордж заметил. В груди больно ухнуло и раскололось, а вдох замер где-то в горле. Он треснуто улыбнулся, кивая. Будто Макс мог его видеть. — Конечно, — сорвавшимся голосом прохрипел он, шагая следом. — Не знаю, что ты хочешь здесь найти, — сказал Макс, звуча по-деловому профессионально, приподнимая яркую полицейскую ленту и входя в дом. Будто и не было той разбивающей сердце тоски несколько мгновений назад. — Мы вместе с криминалистами все осмотрели. Джордж кивнул. Он не сомневался в навыках местной полиции, но гиперконтроль, так присущий ему, никогда не отпускал. — Знаю, я видел твой отчет, — сказал он, морща нос от забившийся в него пыли и запаха тлена. — Но, может, ты видел что-то необычное? — Если бы я видел, то сказал бы, — огрызнулся Макс, впрочем, не очень агрессивно. Скорее, он звучал настороженно. В памяти всплывали странные образы из комнаты наверху. — А твой напарник? Он же здесь получил травму? — допытывался Джордж. Макс фыркнул, поняв, к чему тот клонит. — Он полез проверить чердак, потому что мы услышали шум. На него налетели голуби, и он не удержал равновесия. Если ты думаешь, что мы хотели что-то скрыть, то это не так. Простая случайность. — Ты потом проверил чердак?— спросил Джордж, бегло оглядывая гостиную. Не получив ответа, он обернулся к Максу и напоролся на яростный, горящий взгляд. Его напарник был явно возмущён этим вопросом. — Ладно, ладно, не злись. Понимаю, что глупый вопрос, — Джордж поднял ладони вверх, в капитулирующем жесте. — Ты меня просто убиваешь, — пробормотал Макс, отворачиваясь. — Пошли, осмотришь комнату наверху. Там, где они вызывали призрака. Пока Джордж поднимался, он отстранённо думал, как вообще оказался в этой точке. Некогда самый близкий человек превратился в  самую дальнюю звезду в солнечной системе. И в этом был виноват только он. Ступени жалобно стенали под ногами, и казалось, что они вот-вот провалятся под их весом. Джордж нахмурился, какая-то мысль пыталась пробиться через ворох других, но он никак не мог её ухватить. Что-то банальное и простое, но постоянно ускользающее. В комнате также ничего примечательного не оказалось. Только зеркало. Но что-то в всё равно смущало. Дом был какой-то не такой. — Макс, а что говорят кинологи? — спросил Джордж, поняв, что какой вопрос его терзал с самого начала.   Почему сам Макс молчал, а в отчёте не было ни строчки? Неужели, собака не смогла взять след? — Кинологи? — непонятливо нахмурился Ферстаппен. — Ну да, — напрягся Джордж, чуя неладное. — Кинологи. Когда пропадают подростки или дети всегда привлекают кинологов, — но глядя на чужое замешательство, у Джорджа всё похолодело внутри. — Только не говори, что вы не обратились к ним. — Он не ребёнок — пробормотал Макс, пряча взгляд. — И по всем признакам он ушёл сам. — Это по каким признакам интересно?! — Джордж не кричал, но находился на той грани, когда ещё секунда и он был готов сорваться. — По мнению его отца-мудака?! Как вы могли не обратиться к кинологу?! — Не ори на меня! — рявкнул в ответ Макс. — Ты не хуже меня знаешь, как ведутся поиски таких проблемных подростков! Они всегда находятся сами! И каким бы ни был мудаком его отец , он подтвердил, что парнишка сбегал и раньше! И знаешь ли, у нас нет кинолога! Его нужно вызывать из Гронингена! Если ты не заметил, мы в богом забытой дыре, в отличие от того места, где живёшь ты свою лучшую жизнь! Макс правда не хотел обвинять или звучать как обиженный ребёнок, но… звучал именно так. Он ничего не мог с собой поделать. Потому что не Расселу, жившему совершенно в другой реальности, поучать и критиковать его! Как он мог за сраные двенадцать лет забыть всё и превратится в напыщенного, высокомерного ублюдка? — Невероятно, — процедил сквозь зубы Джордж, отворачиваясь. Такое равнодушие просто не укладывалось в его голове. Хотя он и признавал, что Макс был формально прав, отчего-то Олли казался ему совсем ребёнком, а не практически взрослым человеком. И желание его спасти, которое горело внутри, было чем-то личным. Джордж не знал почему, но ему казалось, что исчезновение Оливера больше, чем просто дело. Будто он вглядывался в бездну, чувствуя на себе ответный взгляд. — Подвал, — внезапно сказал он. Голос отразился от стен и повис в воздухе. — Вы осмотрели подвал? Макс молчал. Стало действительно не по себе, как только он понял, сколько всего они с Дэном упустили, поверив, что мальчишка просто сбежал. — Понятно, — вздохнул Рассел, замечая его растерянность. Он быстрым шагом направился вниз, буквально перепрыгивая через ступеньки и вываливаясь наружу. Солнце скрылось за облаками, снова погружая мир вокруг в дневные сумерки, расплёскивая серую краску по небу и пейзажу. — Зачем нам в подвал? — хватая воздух, пробормотал Макс, нагоняя Джорджа на заднем дворе дома. — А где бы ты прятал взрослого парня, если не в подвале? — ответил Рассел, осматривая неприметную дверь, спрятавшуюся у задней стены дома. — Даже если следовать твоей теории и он сбежал сам, то ему нужно было где-то спрятаться, пока его искали друзья. — Джордж, это кажется слишком неправдопо…, — начал было Ферстаппен, но был остановлен удивлённым возгласом. — Смотри, — Джордж указал на замок. — Новый. Кто будет ставить новый замок на дверь подвала в заброшенном доме? Макс, открывший было рот, чтобы с ним поспорить, захлопнул его обратно. Джордж был прав. Это было совершенно нелогично. Он увидел, как напарник натянул перчатки и принялся осматривать замок. — Ты хочешь сам туда пойти? Может, вызовем криминалистов? — спросил Макс, хотя и так знал ответ. Он взял свою пару перчаток. — Вызовем. Если что-то найдём, — ловким движением руки, Рассел извлёк из кармана пальто набор отмычек и принялся ковыряться в замке. — Эм, — брови Макса в удивлении взметнулись вверх. — Мне нужно о тебе что-то знать? Почему у тебя с собой набор для вскрытия замков? Джордж повернулся к нему, очаровательно улыбаясь. Он игриво подмигнул, возвращаясь к своему занятию. — Готово! — спустя минут десять известил он. Джордж открыл дверь нараспашку, заглядывая внутрь. Рассел посветил фонариком и увидел крутую лестницу, ведущую вниз. Бегло оглядев зону у входа, он заметил выключатель. Секунда, и помещение осветилось неровным светом одинокой лампы, висящей под самым потолком. Стоило спуститься, как они попали в маленькую комнатку, заставленную какими-то стеллажами и стульями, уместившимися в ряд у стены. Джордж нахмурился. Что-то на стуле, спрятавшемся в самом углу, привлекло его внимание. Стоило подойти поближе, и он понял, что именно. На сидении валялась мотоциклетная чёрная куртка с красными лампасами, которые он и заметил в дрожащем свете лампы. — Макс, — позвал он, поднимая находку. — Такая же была на Олли в день исчезновения, судя по описанию. Ферстаппен замер. Но как такое могло быть, чёрт возьми? Это он и не преминул спросить. — Даже если предположить, что Оливер прятался здесь, — Макс упорно придерживался этой версии. — Как он попал сюда? Получается, он пошёл не наверх, а вниз? — Не думаю, — возразил Джордж. — Из гостиной видна лестница и Кими и остальные видели бы, если бы он пошёл не наверх, а на улицу. — Тогда что? Он спустился потом? — Ты слышал, как скрипят ступени? — Джордж снова покачал головой. — Все бы услышали. — Тогда как ты думаешь, он бы попал сюда? Телепортировался? — Макс начал откровенно раздражаться. Он ненавидел вопросы, на которые не знал ответов. Джордж, упаковывавший куртку в докмешок, замер. Вот оно. То, что внутри дома, не давало ему покоя. Он положил пакет на стул и рванул обратно. — Да твою мать, куда ты всё время бежишь?! — закричал Макс, бросаясь следом. Он вбежал в злосчастную комнату на втором этаже и нашёл напарника ощупывающим стены. — Что ты делаешь? — недоумённо спросил Макс, замерев на пороге. — Если ты сошёл с ума, скажи сразу, я вызову тебе скорую. — Ты никогда не замечал, что дом кажется больше снаружи? Будто здесь не хватает пространства? — Джордж не ответил на колкость, постучав по стене. Макс удивлённо крякнул. Он понял, куда клонил Рассел. — Джордж, ну ты же несерьёзно? Ты пересмотрел шпионских фильмов. — Почему? — Джордж бросил взгляд из-за плеча. — Это дом девятнадцатого века, если не более старый. Тогда такое практиковалось. — Чушь несусветная, — пробормотал Макс, опираясь плечом на косяк. Но не успел он озвучить очередную колкость, как глухой звук заставил его буквально замереть, в ужасе распахнув глаза. Такой звук давало только одно – полая внутри стена. — Не может быть, — пробормотал он,  переводя взгляд со старых ободранных обоев, грязно-жёлтого цвета на Джорджа. — Вызывай криминалистов и кинологов, Макс. Кажется, мы нашли тайный ход. Ферстаппен дрогнул. Это всё казалось плохо написанной бульварной пьесой. Уже сидя на крыльце в ожидании коллег, он вдруг понятливо усмехнулся и сказал: — Неудивительно, что именно ты нашёл это место. — В смысле? — не понял Джордж. Он смотрел на горизонт, продумывая из следующие шаги. Следовало поговорить с Кими, ведь этот паршивец их обманул. — Ну ты точно знаешь, где и как искать, если человек хочет сбежать и спрятаться, — но, наткнувшись на всё такой же непонимающий взгляд Джорджа, закатил глаза и продолжил: — Ну ты же тоже сбегал, когда был подростком. Макс посмотрел на Джорджа и нахмурился. Тишина, напряжённая и искрящаяся током, замерла в воздухе. И ему это совсем не понравилось. — Макс, но я никогда не убегал,  — тихо прошептал Джордж. Для Ферстаппена это прозвучало было громче выстрела.