Быть человеком

Старк заранее просчитал десятки вариантов развития событий, но этот... этот даже не вошел в список вероятных. Человек-паук не просто отказался — он демонстративно улетел. Свистнул вниз с крыши на своей паутине, будто отмахиваясь от назойливой мухи. От Тони Старка! В голове Тони застряла эта картинка: белые, безразличные линзы маски, короткое "Не интересует", и — фьють! — пустота. Это было похоже на щелчок по носу. Кто, находясь в здравом уме, мог отказаться от предложения стать Мстителем? Хотя, анализируя их короткий, скомканный диалог, Тони начинал сомневаться, обитает ли этот Паук вообще в той же реальности, что и все остальные. В его глазах — вернее, в этих невыразительных белых линзах — читалось не столько пренебрежение, сколько... отстраненность. Но Старк не был бы собой, если бы сдался после первой неудачи. Его упрямство было легендарным, и теперь к нему добавился спортивный азарт — он не мог позволить выиграть Клинту с его дурацкими мультяшными глазами Прямо сейчас он патрулировал Квинс на средней высоте, его сенсоры сканировали каждый переулок в поисках красно-синего пятна. #Или сине-краное? # Он точно знал, что Паук где-то здесь — Пятница в режиме реального времени показывала ему потоковые видео и посты из соцсетей. Но стоило Тони приблизиться к месту событий, как цель исчезала. Казалось, Паук обладал шестым чувством, предупреждавшим его о приближении Железного человека. Это начинало раздражать. И тут его взгляд зацепился за густой, черный столб дыма, поднимавшийся из окна трехэтажного жилого дома в соседнем квартале. Внутри что-то яростно полыхало. Вспышки пламени выбивали стекла. Паук точно будет там. Не может не быть. Он рванул к месту пожара, репульсоры оглушительно ревя на предельной мощности. Приземлившись на асфальт перед горящим зданием, он мгновенно оценил обстановку: пожарные только-только подъезжали, толпу зевак оттесняли полицейские, из верхних этажей доносились крики. И да, его сканеры сразу же засекли красно-синее пятно, мелькнувшее на втором этаже. Но план «выловить и поговорить» пришлось отложить. Сначала — люди. Старк залетел в здание и начал осматривать комнаты. Первые две комнаты были пусты. В третьей, завалившейся мебелью, он нашел мужчину с маленькой девочкой на руках. Мужчина, с лицом, почерневшим от копоти, прижимал дочь к груди, пытаясь своим телом закрыть ее от огня, а другой рукой прижимал к ее лицу мокрую тряпку. Увидев Железного Человека, в его глазах вспыхнула надежда. Он, не говоря ни слова, с мольбой протянул плачущую малышку Тони. Сам он, видимо, уже смирился. — Нет уж, вместе поедем, — бросил Старк, не терпящим возражений тоном. Одной рукой он бережно подхватил девочку, другой, почти без усилия, взвалил обессилевшего мужчину себе на плечо и вылетел обратно через выбитое окно, к ждущим медикам. Отдав мужчину и ребёнка докторам он повернулся к зданию увидев как Человек-паук будит к выходу. Один. Видимо в здании больше никого не осталось. Вот он шанс поймать его и всё же получить шанс выиграть Клинта в споре. Мысленно Тони уже готовил новую, более убедительную речь, когда произошло непредвиденное. Сначала раздался оглушительный скрежет — несущая балка где-то на верхних этажах не выдержала. Потом все произошло слишком быстро: здание сложилось как карточный домик, с грохотом обрушившись внутрь себя. Облако пыли и искр взметнулось в небо. Человек-паук, исчез под многотонной грудой обломков. ,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,, Питера разбудил монотонный писк медицинских приборов. Знакомый, ненавистный звук, от которого во всем теле похолодело. Инстинкты сработали быстрее мысли: плен. Лаборатория. Гидра. Питера разбудил монотонный, навязчивый писк медицинских приборов. Знакомый, ненавистный звук, от которого кровь буквально застыла в жилах. Каждая клетка его тела пронзительно кричала: плен. Лаборатория. Гидра. Неужели его нашли? Черт, черт, черт! Паника, острая и животная, сжала горло. Адреналин ударил в виски, и он мгновенно вскочил с койки, движения отточенные до автоматизма, впитавшиеся в плоть и кровь за годы муштры. Человек в белом халате, стоявший рядом и проверявший показания на мониторе, даже не успел издать звук. В следующее мгновение он был опутан липкой, прочной паутиной с ног до головы, а Питер уже прилепился к потолку в дальнем углу, заняв тактическую позицию, откуда контролировал все входы и выходы. Его глаза, привыкшие за секунды оценивать угрозы, сканировали помещение с холодной ясностью. И...ничего не сходилось. Логика вступала в противоречие с инстинктом. Во-первых, его не заковали. Ни в сверхпрочные сплавы, поглощающие кинетическую энергию, как это делали в Гидре, ни даже в обычные, унизительные наручники. Простая больничная койка Во-вторых, комната. Слишком... стильная. Не стерильно-белая, пугающая и безликая, как в лабораториях, а светлая, с грязно-синими полосами у пола, создававшими странную иллюзию уюта. На прикроватном столике стояло даже живое растение в керамическом горшке. Гидра никогда не заботилась об эстетике. В-третьих, окно. Гидра жила в подвалах. У всех на виду, но в подвалах. В-четвертых, вид из этого окна. Он находился на головокружительной высоте над Манхэттеном. Что значило, что он находился в башне Старка. Это знание немного ослабило леденящую хватку паники. Ситуация улучшилась. Гидра не была бы так любезна. Но не намного. Мстители были непредсказуемой переменной. И они явно знали, кого подобрали. Связанный врач начал возмущенно хрипеть сквозь паутину, пытаясь высвободиться. Питер проигнорировал его, его мозг лихорадочно анализировал ситуацию, перебирая обрывки памяти. Последнее, что он помнил... Да. Пожар. Обрушение. Он почувствовал, как на него обрушиваются тонны бетона, и инстинктивно сгруппировался, прикрыв голову руками. А потом... пустота. И тут его осенило. Он потянулся рукой к лицу. Кожа. Голая, без привычного прикосновения ткани... ,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,, ...Маски не было. Холодный ужас, куда более острый и парализующий, чем при пробуждении в незнакомом месте, сжал его горло. Они видели. Они знали. Его лицо, его самую главную тайну, его хрупкий щит между Питером Паркером и всем миром — они видели. Паника, черная и липкая, попыталась затопить сознание, но годы дрессировки взяли верх. Дыхание ровное. Сердцебиение под контролем. Мозг работал с холодной, почти машинной эффективностью, выстраивая и анализируя варианты. Вариант 1: Немедленный побег. Устранить свидетеля (врача), разбить окно, уйти по стене. Риски: неизвестная высота, возможные системы безопасности Старка, снайперы, публичное разоблачение. Вероятность успеха: 34%. Слишком низко. Вариант 2: Силовое выяснение обстоятельств. Допрос врага. Угрозы. Получение информации. Риски: эскалация конфликта, превращение Мстителей из потенциальных... кого?... во врагов. Вероятность успеха: 51%. Неопределенность слишком высока. Вариант 3: Имитация беспамятства. Притвориться дезориентированным, ничего не помнящим. Выиграть время. Риски: они могут не поверить, начнутся медицинские тесты, которые выявят его аномалии. Вероятность успеха: 62%. Но это — позиция жертвы. Позиция слабости. Мысль о слабости заставила его внутренне содрогнуться. Слабых ломают. Слабых используют. Ему не позволительно быть слабым. Никогда.Его взгляд упал на связанного врача, который смотрел на него с животным страхом. И тут Питер осознал свою ошибку. Он действовал реактивно, как загнанный в угол зверь. Но у него было преимущество — он уже проснулся, он был в сознании, а они нет. Он должен диктовать условия, а не реагировать на них. Новый вариант. Вариант 4: Захват заложника и силовой выход. Захватить врача, использовать его как щит и разменную монету для безопасного выхода из башни. Вероятность успеха: 78%. Оптимально. Питер выстрелил из вебшутера в кокон из паутины и врача и подтянул его к себе, прикрепив к потолку рядом с собой. Он же всё же паук. Так то он не собирался причинять врачу серьезного вреда. Но они не должны были этого знать. Иллюзия угрозы иногда страшнее самой угрозы. Шаги за дверью приблизились. Они были уверенными, быстрыми. Не врача. Питер замер, превратившись в камень, его дыхание замедлилось до неощутимого. Дверь открылась. В проеме стоял Тони Старк. Без костюма. Питер мысленно отметил это — уязвимость. Его взгляд мгновенно оценил цель: рост, вес, предполагаемая мышечная масса. Угрозу представляли его интеллект и возможные скрытые технологии в одежде. — Доктор Харрис, — произнес Старк, его голос был ровным, почти скучающим. Он вошел, оставив дверь открытой. Тактическая ошибка. — Кажется, наш пациент предпочитает вертикальный отдых горизонтальному. Пятница, протокол «тихий час». Из специальных отверстий в стенах с тихим свистом начал выходить бесцветный газ. Усыпляющее. Довольно сильное, но быстро распадается в воздухе. Иначе бы Старк давно вышел из комнаты. Питер задержал дыхание. То, что уже попало в легкие, быстро сжег его метаболизм. - Прекратите, — его голос прозвучал резко, нарушая тишину. — Мне нужна намного большая доза. Но если вы её предоставите, то пострадает доктор. Старк замер, его глаза сузились. Он явно не ожидал, что Питер останется в сознании. — Пятница, отбой «тихого часа», — четко произнес он. Подача газа прекратилась. Вентиляция заработала с легким гулом, очищая воздух. — Ладно. Признаю. Ты победил. Но я не понимаю, чем ты недоволен? Мы тебя спасли. - Вы видели мое лицо, — сказал он. Это был не вопрос, а констатация факта. Обвинение. — Видел, — легко согласился Старк, скрестив руки на груди. — Милые веснушки. Но, если честно, меня больше волнуют твои показатели крови. У тебя метаболизм, от которого любой диетолог заплакал бы кровавыми слезами. Питер проигнорировал его слова. Его план был иным. — Вот что произойдет сейчас, — его голос был тихим, но каждое слово падало, как камень. — Вы отдадите мне мой костюм. Вы проведете меня к выходу. И вы забудете мое лицо, сотрете из всех баз. Взамен я забуду, что вы его видели. И мы больше никогда не пересечемся. Старк фыркнул, но в его глазах мелькнуло нечто похожее на уважение. — Смелый ультиматум. А если откажусь? — Тогда я перестану быть вежливым. Он видел, как мышцы на лице Старка напряглись. — Я предлагал тебе место в команде, — напомнил Старк, его тон стал жестче. — Шанс быть чем-то большим. — Вы предлагали мне стать вашим подопытным кроликом, — парировал Питер, и в его голосе впервые прорвалась горькая издевка. — «Стажер»? Смешно. Вы хотите знать, что я такое. Как я работаю. Где мои пределы. Я не позволю себя изучать. Ни вам, ни кому-либо еще. Тут лицо Старка изменилось. Надменность сменилась искренним, почти комичным недоумением. — Оу. Погоди-ка. — Он почесал затылок. — Я думаю, у нас произошло недопонимание. Ты правда думаешь, что мне нужен... подопытный кролик? — Он произнес эти слова с такой неподдельной брезгливостью, что Питер на мгновение заколебался. Неужели Питер ошибся? Нет, его чутье не обманывало. Старку что-то было нужно, но, возможно, не то, что предполагал Питер. - А чего же вы хотели? — выдохнул Питер, его уверенность дала трещину. Старк провел рукой по лицу, вздохнув так, будто на его плечи свалилась тяжесть. — Я хотел... черт, это звучит так глупо сейчас... я хотел выиграть дурацкое пари с Бартоном. — Он посмотрел на Питера, видя его полное непонимание. — Он сказал, что я не смогу «воспитывать» подростка. А Фьюри тем временем велел выяснить, кто ты и на чьей ты стороне. Я подумал — почему бы не убить двух зайцев? Присмотреть за тобой, убедиться, что ты не слетишь с катушек, и... и, может быть, дать тебе шанс не делать все ошибки, которые сделал я. Без всяких лабораторий и вскрытий, клянусь. - Старк поднял руки в и помахал головой в дополнительном отрицании. Он говорил с такой откровенной, неловкой искренностью, что это сбивало Питера с толку сильнее любой угрозы. Это не вписывалось ни в один из его сценариев. — Вы... врали про «стажеров», — неуверенно сказал Питер, все еще цепляясь за логику заговора. — Немного приукрасил, да, — признался Старк. — Но программа стажеров — реальная. Просто я... начал не с того конца. Мой коучинг явно хромает. Питер молчал. Его разум, настроенный на постоянный анализ угроз, не находил подвоха. В словах Старка была странная, неудобная правда. — Допустим, я вам поверю, — сказал он осторожно. — Что это меняет? Мое лицо... — Остается твоей тайной, — немедленно парировал Старк, и в его глазах вспыхнула решимость. — Пятница? Немедленное и полное удаление всех визуальных записей пациента из систем наблюдения башни, включая буферные кэши и автономные резервы. Установи протокол «Найди меня» на его личные данные. — Выполнено, сэр, — отозвался ИИ. — Все записи удалены. В медицинской карте остались только биометрические показатели без привязки к определённой личности. Старк перевел взгляд на Питера. — Что насчет моей памяти... Стереть я ее не могу. Но мое слово что-то да значит. Питер кивнул и отпустил паутину. Доктор Харрис мягко спустился на пол. - Паутина растворится сама через пару часов, — глухо сказал Питер, больше не как угроза, а как простая констатация.  Старк наблюдал за ним, его взгляд стал пристальным, аналитическим, но без прежнего вызова. — Ладно, Паучок. Теперь, раз уж мы выяснили, что я не собираюсь тебя препарировать... Может, все-таки поедим? А то твой внутренний двигатель уже начинает поскрипывать. Или это у меня в ушах звенит? — Хорошо, — тихо сказал Питер. — Но это не значит, что я вам доверяю. — Это разумно, — кивнул Старк. — Никогда никому не доверяй с первого раза. Особенно тому, кто носит усы. Теперь насчет сэндвича...