Ночные мысли

      Светлые пейзажи; ласкающий кожу ветер; спокойная улыбка кого-то знакомого и странное чувство где-то в груди. И вообще… Что это за неопределённое состояние? Что это за странное чувство? И этот вопрос всегда становится самой страшной ошибкой.

***

      Как часто вы ощущали, что окружающее вас пространство — ложь? А что ощущени лжи — лживо? Сомнения в собственных ощущениях или неверие своим глазам, даже если проиходящее перед вами видно во всех подробностях… Как часто это бывает у вас? Если так задуматься, то сложно вспомнить конкретные примеры. Но они есть. Вы не помните, но вы можете регулярно, раз в три-четыре месяца, проживать самые отвратительные и ужасающие порождения сознания. Именно, речь о снах. Вы можете возразить: «Такие ужасы сложно забыть!» Но так ли этот? Помните ли вы… нет, ты, все те подробности, что тебя пугали, щаставили проснуться и пообещать себе, что никошда больше не будешь спать? И что было дальше? Ты через какие-то мгновения снова ложился и спал, не вспонимная тот кошмар, только отдалённо надеясь, чтобы снова не увидеть «этот дурацкий кошмар». И всё, утром лишь самое яркое воспоминание из сна напоминает о том, что-то было. Ты можешь в красках рассказать свои впечатления родителя, друзьям, возлюбленному человеку, но… А точно ли они понимают тот ужас? А ты его понимаешь спустя утро? Сомневаюсь, что это так.

***

      Итэр, закончив очередное поручение гильдии уже за полночь, прибыл в номер во Флагмане. Паймон давно уже долетела до кровати на автопилоте и лишь бормотала во сне что-то отдалённо напоминабщее членораздельную речь. Вслушиваться не было сил, а так бы Итэр давно запомнил что-нибудь и этого сонного бреда, а потом подшучивал над подругой. Но сейчас в голове было только одно — спать.       Привычка позволила не упасть в грязной и пыльной одежде в постель, а хоть мало-мальски привести себя в надлежащий вид: снять уличную одежду, переодеться в ночную рубашку, умыться и освободить волосы из тугого плетения косы. Если бы были силы, то стоило бы и расчесать запутавшиеся волосы, но сейчас это даже не всплыло в голове Итэра. Он еле дополз до подушки и тяжело упал на не самую мягкую кровать, слегка простонав от лёгкой тупой боли.       Как только голова оказалась на подушке, а тело расслабилось в горизонтальном положение, весь мир завертелся, что к горлу стал подходить неприятный ком. Итэр зажмурил глаза, но кружение никуда не делось — ощущение, что тело стало врощаться на карусели.       Мир вращался и вращался, пока в один момент всё не замерло. Тишина и покой. Наконец-то долгожданный покой. Тьма поглощала уставшее сознание, утягивая в своё царство, где никто не сможет потревожить или отвлечь. Тёплое и вязкое — оно утягивало куда-то в глубь. Оно? Что за оно? Не суть важно…

***

      Светлые пейзажи; ласкающий кожу ветер; спокойная улыбка кого-то знакомого и странное чувство где-то в груди. Что-то около безмятежности и счастья. Рядом человек, к которому безоговорочное доверие. Нет необходимости всматриваться в лицо и точно знать, кто это. Он что-то говорит, но вслушиваться не нужно — это просто беседа для успокоения разума Итэра. Низкий голос; мягкие прикосновения и поглаживания по голове; абсолютное умиротворение и удовлетворение. Каждое новое прикосновение вызывало трепет в груди, а закрыте глаза подрагивали от легкого щекочущего ощущения от шевелящейся чёлки. Мысль «Вот бы так всё и застыло навсегда» мелькает всё чаще и нет ничего, что могло бы прервать такой счастливый момент.       Итэр открыл глаза и посмотрел вверх. Закат окрасил небо в розово-оранжевые оттенки, а рядом был он — Сяо. Он мягко глядел на Итэра и продолжал гладить золотистые локоны. Итэр мягко улыбнулся и уткнулся в живот адепта. От него пахло цветми Цин Синь. Даже спустя долгие годы путешествий этот запах навсегда отпечатается в памяти и будет асоциироваться только с ним, с домом и счастьем.       Итэр сильнее вжался в Сяо, будто зарываясь в его аромат и вдыхая поглубже. Давно он не чувствовал себя так удовлетворённо… Но что это за странное чувство?       Сяо продолжал гладить и что-то тихо говорить. Итэр сначала не вслушивался, а потом… он и правда не мог разобрать слов. Знакомые нотки голоса проскальзывали в этом тихом бунёже, но… Голос был таким бесформенным и пустым. Холодная дрожь прошла по спине. Итэр замер и продложал пытаться услышать голос Сяо, но всё было бестолку. Нет ни слов, ни харатерного облика звука, ни смысла. Будто Итэр не слышит голос, а просто придумывает его, не имея представления об реальном звучании. Итэр резко подымается и всматривается в парня напротив.       Лицо. Проде обычное. Ты понимаешь, что это Сяо, тот самый, которого помнишь, любишь и о котором мечтаешь. Но одновременно это не он. Размытые черты, неточные линии и только губы, сложенные в лёгкую и спокойную улыбку выглядят чётко. Но… Точно ли это его губы? Точно ли Сяо перед ним?       Итэр помотрел в глаза персонажу напротив и замер в испуге: это были лишь размытые золотые пятна, слегка красные по краям. Они создавали впечатления реальных глаз, но в общем сомнении они перестали быть чем-то обычным. Итэр не сдержал себя и отскочил в сторону. Мысли не могли сфокусироваться до того момента, как не пришло осознание: всё происходящее сон. Лишь странный сон о прошлом, что было давно.       Как только Итэр смог осознать место, где он находится, всё замерло. Шум ветра и шорох травы исчез; образ напротив застыл и смотрел своими невыразительными «глазами» в Итэра. Да, это было ощущения пронзения, да такого холодного и безжалостного, что дрожь моментально прошла по всему телу. Итэр отшатнулся и отступил. Замерший персонаж не шелохнулся, но ощущение его взгляда никуда не делось. Итэр сделал ещё один шаг. В ответ снова ничего не произошло. Тишина оглушала, а образ никуда не девался, лишь стоял и смотрел.       Итэр, сдерживая дрожь, развернулся и побежал. В мыслях он повторял: «Это сон! Я должен проснуться!» Но ничего не происходило. Он бежал, но вокруг ничего не менялось: непдвижный пейзаж был тот же самый. Стоял или шёл за ним тот пугающий образ знакомого? Честно, Итэру не хотелось знать. Но гороло сохло от страха и бега; усталось заставляло тело тяжелеть и замедлиться. Тягучее ощущение чего-то утягивающего, будто Итэр застрял в вязкой грязи болота, поглощало ноги. Сердце грохотало вырывалось из груди, грохотало в ушах и будто хотело выскочить через рот. Итэр не хотел оглядываться, но что-то заставило его обернуться.

      Образ стоял вплотную за ним.

***

      Итэр вскочил с кровати. Ночную рубашку пропитал пот, а сердце заходилось от страха. Горло ужасно пересохло, но Итэр оглядывался не в поисках кувшина с водой — сейчас важнее было обедиться, где он сейчас? Беглый осмотр показал, что он в комнате во Флагмане, обстановка всё та же, а рядом сопит Паймон, вцепившись в тонкое одеяло.       Слегка успокоившись, Итэр всё же встал за водой, выпил пару стаканов и сел на кровать. Ужас, что он почувствовал во сне… давно такого не было… Сейчас, обдумывая увиденное, Итэр понял, что действительно давно не видел старых знакомых. Возможно, пора выкроить неделю-другую для навещения старых друзей и знакомых. Сон был страшным, но… Грустным. Даже во сне теперь сложно увидеть родные очертания.       — Решено, — прошептал Итэр в ночи, — как только закончу дела в Нод-Крае, отправлюсь в Ли Юэ. Потом можно и в Мондштадт заглянуть, в Инадзуму и Сумеру… Да, нужно будет увидитеться со многими… Ха-ха, нескольких недель может и не хватить… Может на полгода?       Так Итэр стал думать о будущем путешествии к старым друзьям, постепенно успокаиваясь. Мысль за мыслью и Итэр не заметил, как уже лежин на подушке и засыпает.       Пожелаем ему спокойных снов и хороших путешествий.