Моргана

Мужчина ждал, пока город заснет, и ночью вернулся в морг. Как и обещал, работник оставил дверь не запертой, и Деймон с легкостью пробрался внутрь. Коридоры были пусты, охранник дремал в будке, в другом конце здания, и даже не подозревал, что скоро произойдет. Дойдя до трупохранилища, Деймон тяжело вздохнул. В помещении царили холод и тишина. Белые простыни скрывали дюжину тел на столах для аутопсии с характерным Y надрезом после вскрытия. Он шел вдоль столов, пока не увидел ее. — Прости, что заставил ждать, — тихо сказал он, бросив спортивную сумку на пол, в которой лежало то самое свадебное платье, черная фата и ее косметичка. Его руки задрожали, когда он стянул белую простыню. — У нас будет идеальное последнее свидание, крошка, — прошептал он, доставая из сумки вещи. Вскоре он осторожно начал одевать любимую. Волосы расчесал, на губы нанес ее любимую темную помаду. — Теперь ты готова, мышка. Красивее тебя на свете нет… — произнес и осторожно поднял ее тело на руки, будто боясь разбудить. Через черный ход он вынес ее к машине. В голове все крутилась навязчивая мысль: «Теперь все по-настоящему. Только мы вдвоем, и никто не отнимет тебя у меня». Автомобиль мягко качнулся, когда он уложил ее в салон и прикрыл пледом. Сам не спеша сел за руль. В голове звучала музыка — Nothing Else Matters группы Metallica — вперемешку с ее смехом. Покинув стояночную площадку, он повез любимую по ночным улицам. В салоне некоторое время царила тишина. В зеркале заднего вида отражалась его улыбка. Чужая, перекошенная, будто психа. В итоге Деймон заговорил, словно Кэтрин сидела рядом живая и слушала его. — Помнишь эту дорогу? Здесь мы гуляли после концерта. Ты смеялась тогда так громко, что прохожие оборачивались. Тут ты встретила своего отца, но не узнала его, помнишь? А тут… Мы спорили про имена. Ты хотела назвать девочку Лидия, а я Эмма. Вспоминая все это, мужчина вдруг улыбнулся, но в его глазах не было того счастья. — Мы едем домой, детка. Только не туда, куда они хотели. Я устрою тебе лучший вечер…