Моргана

На следующее утро Деймон проснулся с головной болью. Он не помнил, как пришел домой. Вчерашняя ночь казалась сном. Слишком ярким, слишком настоящим, чтобы быть правдой. Лежа в постели, он смотрел в потолок и убеждал себя, что это было всего лишь приключение одной ночи, что она — та еще ошибка в его жизни, которую нужно забыть. Собравшись и выгуляв собаку, он отправился в кафе. Моргана уже сидела у окна. На столе — ее рисунки и любимый кофе, на губах — наглая, почти вызывающая улыбка. — Доброе утро, котик, — сказала она, когда Деймон вдруг остановился напротив. — Моргана… — он нахмурился. — Ты… Рано. — Я люблю ранние утра. Особенно те, где можно выпить кофе с мужчиной, которого я вчера видела совсем другим, — она сказала это нарочно громко, и несколько студентов у соседнего стола обернулись. — Потише, — бросил он сквозь зубы. — А что? — она откинулась на спинку стула, скрестив руки на груди. — Я не стесняюсь того, что хочу тебя. И что ты уже был моим. — Тебе когда-нибудь кто-то говорил, что ты идеален? Что ты тот еще кареглазый жеребец? Он наклонился ближе и, почти касаясь ее лица, прошептал: — Ты должна уйти. — А ты хочешь, чтобы я ушла? Он промолчал, потому что правда была очевидна: он не хотел, чтобы она уходила. ******** Позже, вечером, он нашел ее на заднем дворе кафе. Моргана сидела на лестнице, курила, выпуская дым в серое небо. В руках у нее была тетрадь. — Откуда это у тебя? — спросил он, узнав знакомую обложку. Она усмехнулась, вертя в руках его тетрадь. — Я умею быть любопытной. — Отдай! — он попытался вырвать тетрадь из ее рук, но промахнулся. — Нет, — ответила она, поднимаясь и прижимая чужую вещь к груди. — Готическая свадьба? Ты серьезно?! Твои письма, твои песни… Все это… — она перевела взгляд с тетради на него. — Знаешь… Я хочу знать все о тебе. Схватив ее за руку, он вырвал тетрадь. — Это не твое. — Но ты же теперь мой… — сказала она спокойно. — Даже если думаешь иначе. Слова ударили сильнее пощечины. Он хотел закричать, хотел ударить или прогнать ее, но вместо этого лишь толкнул ее к стене. Ее спина ударилась о холодный кирпич, и она засмеялась ему в лицо. — Вот так… Настоящий ты. Грубый. Живой. И он снова сорвался. Начал целовать ее. Так, будто хотел стереть с ее губ все прежние слова. Она отвечала так же яростно, цепляясь за его плечи и волосы, будто желая утянуть его в пропасть. Вскоре подняв взгляд, он замер. Затем толкнул девушку прочь. На стене, напротив кафе, красовался огромный логотип его группы и портрет — его лицо. Жесткие линии, тени, глаза, полные боли. Подпись внизу: «Я все еще жив». Деймон долго стоял, не зная, что ответить. Он ненавидел ее наглость, ненавидел ее обжигающую страсть, но именно все это и сводило его с ума. — Ты думал, что это будет только одна ночь? — прошептала она, расстегивая и сбрасывая с себя блузку. — Запомни, Дей, я не уйду. Даже если ты будешь гнать меня. Даже если ты меня возненавидишь… Я твоя зависимость. Твоя болезнь…