Вечерние истории

Дом продали за бесценок. Агент, нервно прокручивая ключи, бормотал что-то о необходимости ремонта и прежних хозяевах, которые ушли так поспешно, что, возможно, кое-какие их вещи могли остаться. Артуру было все равно. Абсолютно. Все равно на протекающую крышу, на назойливый скрип половиц, на сладковатый запах пыли, въевшийся в стены. Новый дом был чистым листом, пустым и безразличным. И это было именно то, что нужно Артуру. В старом остались воспоминания: эхо смеха, запах любимых блинов, голос жены и тепло её руки на подушке. Первую ночь Артур не смог уснуть. Лежал на голом матрасе, не смыкая глаз. Боялся уснуть и увидеть её во сне. Боялся, что мозг сыграет злую шутку и покажет их – целых и невредимых. Просыпаться, когда снился рай – невыносимо. Когда прозвенел будильник, Артур не спешил вставать. Все равно некуда. На работу не надо, а идти куда-то ещё просто не хочется. Мужчина лежал и слушал тишину дома. Безразличие легло тяжёлым одеялом. Из окна били лучи утреннего солнца. Начинали просыпаться птицы. Но лежать весь день тоже нельзя. Когда мочевой пузырь дал о себе знать, Артур встал с подобия постели. Спускаясь по лестнице, он наступил на что-то мелкое и твёрдое. Под ногой раздался хруст. Артур выдохнул и посмотрел на носок. Конфета. Прилипшая к ткани жёлтая конфета. Пыльная.... Видимо, перед продажей дом не старались прибрать. Плевать. Артур соскреб сладкую массу о ступеньку и направился в ванную. Пальцы скользнули по выключателю. Щелчок – и ничего. Лампочка перегорела. Чудесно. В пыльном зеркале виднеется мужчина. Короткие каштановые волосы с сединой на висках. Серые уставшие глаза без искры. Под ними темные мешки, в которых скоро можно таскать картофель. Несколько морщин. Недельная небритость. Мятая от лежания одежда. Вот как выглядит Артур Харрисон. Старее, чем есть на самом деле. Он потянулся к крану, как заметил движение в зеркале. Словно что-то пролежало рядом с дверью. «Крысы, – подумал Артур. – Или галлюцинации от бессонной ночи.» Но проверить все-таки захотелось. Что-то тянуло это сделать. Словно это что-то важное. Входная дверь, которую Артур точно закрывал, была слегка приоткрыта. В щелке виднелся кусочек улицы. И в этом кусочке мальчишка убегал от крыльца. Волосы короткие, блондинистые. Одежда слегка потрёпанная. Артур замер, смотря в щель. Сердце, привыкшее к ленивому ритму за последние дни, сделало громкий удар где-то в горле. Но затем мужчина вдохнул, успокаиваясь. Когда он покупал этот дом, агент упоминал о единственных соседях неподалёку. Дом стоял вдали от жилого комплекса, и только одно здание виднелось сквозь деревья. Так что это просто соседский мальчик, который захотел посмотреть на нового жильца. Нужно будет познакомиться с его родителями, поговорить, чтобы он больше не открывал чужие двери, а то мало ли что. Эта мысль была такой теплой и земной, что на мгновение Артур даже забыл о причине своего переезда. Но лишь на мгновение. Ближе к вечеру Артур привёл себя в порядок, чтобы не показаться соседям странным и не вызвать у них лишних вопросов. Потом исследовал второй этаж, где была спальня. Даже где-то вытер пыль, чтобы заняться хоть чем-то. В шесть вечера Артур собрался зайти к соседям. Взяв печенье, дабы не приходить с пустыми руками, он вышел на улицу. Свежий воздух ударил в легкие. Он почти забыл, как пахнет улица. Дорога к дому заняла не больше десяти минут. Здание было ухоженным, сделанным из белого кирпича. Газон пострижен, за оградкой небольшой садик с цветами. Несколько лавочек. Выглядело вполне уютно. Слишком уютно. Так и должно быть у нормальных людей. В саду копошилась женщина лет пятидесяти с крашенными кудрями. Артур кашлянул, чтобы та обернулась. – Здравствуйте. Я ваш новый сосед, Артур Харрисон. Зашел познакомиться, если вы не заняты, – произнёс он. Голос хриплый от долгого молчания. Женщина вытерла руки об фартук, и на её лице расплылась приветливая улыбка. – Ох, добрый вечер, мистер Харрисон. Рада вас видеть! Меня зовут Марта. Мы слышали, что кто-то приезжал вчера. К сожалению, мой муженек уехал за продуктами, но он будет счастлив с вами познакомиться. Артур вежливо улыбнулся, поставил коробку с печеньем на скамейку. – А мальчик? Он заходил сегодня. А потом убежал, я даже ему ничего сказать не успел, – он осмотрелся вокруг, словно в поисках ребенка. – Мальчик? – улыбка померкла, – У нас с мужем нет детей. Здесь в принципе поблизости нет детей. Что? – То есть, как нет? Но я точно видел. Он... Убегал с крыльца.. Марта озабоченно приложила ладонь ко лбу Артура. – Может, показалось? Переезд, нервы, все бывает. Вы так побледнели, присядьте, присядьте, – её слова сливались в шум. – Нет, спасибо. Я лучше пойду.. У себя прилягу. Передайте привет вашему мужу от меня, – он вымученно улыбнулся, пятясь назад. *** Все оставшиеся время он просидел в спальне. Что это был за ребенок? Это не могли быть галлюцинации, ведь это было настолько реально... Неужели Артур совсем поехал крышей? Или все это разыгравшийся мозг, подпитанный его горем? Всхлип. Артур замер. Ноги стали ватными, и, если бы он стоял, то точно рухнул бы. Ему показалось. Показалось. Нужно просто лечь спать. Артур погрузился в сон почти сразу. Жена не навещала его здесь. Только что-то странное, абстрактное. И детские руки. *** Он проснулся ночью, услышав скрип половиц. Словно кто-то шагал. Веки были тяжёлые. Грудь сдавливало что-то тяжелое, не давая вдохнуть. Тело онемело. Артур не мог пошевелить и пальцем. Рядом с кроватью стояла фигура. Мальчик. Снова этот чертов ребенок. «Да что тебе нужно от меня?» – мысленно спросил мужчина. Ответа не было. Мальчик продолжал стоять. Казалось, что прошла целая вечность, прежде чем Артур почувствовал в теле что-то вроде щелчка, и силуэт просто.. Исчез. Словно кто-то переключил канал. Сонный паралич. Отлично. *** Он приходил каждую ночь. Каждую ночь. Снова ночь. Ребенок стоит у кровати. Артур уже привык к этому. Наверное, со временем можно привыкнуть к чему угодно. Но в этот раз мальчик отошёл от обычного поведения. Он отошёл на несколько шагов к выходу из комнаты и посмотрел на Артура. И замер. Словно ждал. В горле появился неприятный ком. А сердце словно замерло. Артур сжал кулаки. .... Сжал кулаки. Это не сонный паралич. Осознание ударило с такой силой, что перехватило дыхание. Он мог двигаться. Его тело подчинялось ему, оно было тяжёлым и ватным, но оно подчинялось. А мальчик все так же стоял в проёме. Это не было сном. Мальчик стоял и это реально. Ледяной пот выступил на спине Артура. Он осторожно приподнялся на локте. – Что? – его хриплый шепотом показался оглушительным в тихой комнате. – Что тебе нужно? – в интонациях сквозил не столько страх, сколько яростное, накипевшее отчаяние. Мальчик не ответил. Вместо этого он повернулся и сделал шаг в коридор. Затем остановился и снова посмотрел на Артура. Он куда-то зовёт. Сердце билось где-то в висках, отдавая головной болью. Каждая клетка тела кричала, чтобы он не вставал, зарылся в одеяло и уснул, а завтра просто сделал вид, что это было плохим сном. Но что-то глубокое иррациональное тянуло его пойти. Какое-то странное шестое чувство. – Черт... Он спустил ноги на ледяной пол. Тело била мелкая дрожь. Он встал и последовал за мальчиком. Ребенок вёл его на первый этаж. Он не оборачивался, словно точно знал, что Артур следует за ним. Они остановились у стены. Присмотревшись, можно было заметить ручку. Кто-то наклеил обои на дверь, чтобы та могла слиться со стеной. Артур порвал их. За дверью была старая пыльная кладовка со всяким хламом: поломанные шкафы, посуда, бумага. По углам висела паутина. Мальчик встал около лежащего на полу шкафа. И исчез. Испарился. Здесь. Артур сначала осмотрел шкаф. Старый, массивный, из тёмного дерева. Он был пуст. С трудом отодвинув его в сторону, под ним был люк. Небольшой, почти незаметный, вмонтированный прямо в пол. Погреб. Рука Артура дрожала, когда он ухватился за железное кольцо. Люк был тяжёлым, но поддался с глухим скрипом. Из темноты пахло сыростью. А еще доносились звуки. Он спустился вниз. Это был небольшой погреб, выкопанный прямо в земле под домом. И его использовали не для хранения солений. И в уголке фигура. Маленькая. Дрожашая. Живая. Артур прижался к стене и съехал по ней вниз. Ноги подкосились. Он сидел на полу и смотрел на дрожащую фигуру в углу. Это мальчик. Лет восьми. В пыльном рваном комбинезоне. Темные волосы грязные, растрепанные. Ноги, руки связаны, рот заклеен скотчем. Его большие глаза широко раскрыты, по щекам текут слезы. Он был жив. Дальше все было словно в тумане. Как Артур развязал ребенка, вытащил его из этого места. Потом покормил, дал воды. Вызвал полицию. Затем разборки. Допрос. Артура объявили невиновным, конечно же. Мальчик звали Михаэль. Он пропал пять дней назад. Полиция вернула его родителям. Артур вернулся в реальность уже лежа в постели. Своё видение он скинул на работу мозга. Неужели он настолько удивителен, что уловил что-то? Как? Может, он подсознательно заметил едва уловил звук, доносившийся из-под пола? Или почувствовал сквозняк из незаметной щели? Его мозг, отчаявшийся найти смысл в собственном горе, мог сфокусироваться на чужой беде, соткав из обрывков восприятия целую историю с призраком-проводником. Это было логичное объяснение. Практичное. Но что-то не сходилось. Что-то было не так. Артур сел на кровати и посмотрел в дверной проём. Мальчик. Снова. Стоял и смотрел. А затем растворился. И что-то щёлкнуло в голове Артура. Тяжёлое осознание окатило ледяной водой. В доме было два ребенка.