Олимпийский лёд: Буря

— Глеб! Парень с улыбкой отъехал от девочки, которая, судя по выражению лица, была не сильно-то и рада. Её вообще за Глебом видно не было: маленькая, очень низкая даже для фигуристки. Единственное, что виднелось из-за парня: высокий и объемный небрежный пучок. Глеб кокетливо подмигнул ей, проезжая рядом. — Нет, этим двоим один лёд давать нельзя… — недовольно пробубнил мужчина солидных лет, цокая и качая головой. — А ты как-то по-другому жену себе нашел? — усмехнулась женщина, стоящая за тем же соседним бортиком, что и мужчина. — Это карьере моей не мешало, — недовольно пробубнил Тимур Андреевич, возвращая своё внимание на Глеба. Четверной лутц. Подлиза. Знает, что Тимур Андреевич очень ценит именно четверной лутц. В своей карьере он исполнял его более тысячи раз на соревнованиях, а на тренировках… и сосчитать невозможно. Вообще, тренера Глеб очень сильно уважал, и коленки себе сбил в попытках попасть в штаб именно к нему. Нет, в Академии фигурного катания «Звёзды Страны» он был с малых лет, но всегда в группах менее именитых тренеров. Не удивительно, что к самому Тимуру Панкратову, четырехкратному Олимпийскому Чемпиону, двукратному серебряному призёру Олимпиады, десятикратному Чемпиону Мира, тринадцатикратному Чемпиону России… продолжать можно было бесконечно, отбор был жесточайший. Но, год назад Глеб всё-таки осуществил свою мечту. В прошлый сезон он собрал все медали юниорского сезона. В этом сезоне всё серьезнее. Он вышел из юниоров. И, такова судьба, что этот сезон Олимпийский. — Алексеева, не стой! Хватит засматриваться на Глеба! — прикрикнул Тимур, останавливаясь взглядом на низкорослой блондинке с огромными зелеными глазами. И огромными шансами оказаться на пьедестале Олимпиады. Конечно, за свою долгую карьеру Тимур вслух не вешал ни на кого медали. Но, внутри себя всегда об этом думал, не мог остановиться. Полине было всего шестнадцать, для неё это был также первый взрослый сезон. Они с Глебом, можно сказать, были хорошими друзьями. Все старты объездили вдвоем, на всех и взяли первые места. Что уж греха таить, их все давно подозревали в романе. Тимуру Андреевичу до этого не было дела ровно до того момента, пока это не мешало работе. Помимо дебютирующих юниоров на этом льду сегодня был и бывалый Чемпион — Алексей Марков. За его спиной было три победных Чемпионата Мира, два Чемпионата России и четвертое место на прошлой Олимпиаде. Почему же тогда Тимур Андреевич думает, что победит Глеб, а не Лёша? Чувствует. — Так… а почему… почему их шесть? Три девочки, три мальчика… это то, о чём я думаю?! — женщина, стоявшая рядом и смотревшая в лёд уже минут пятнадцать, наконец-то подпрыгнула и повернулась на Тимура. — Кать, ну наконец-то, — Тимур Андреевич самодовольно улыбнулся своей сестре, Екатерине Андреевне Лебедевой. Которая в юности блистала на льду под легендарной в фигурном катании фамилией Панкратова. Ну и еще было у неё пару интересных скандальчиков, о которых история умалчивала. — Да, с Федерацией по квотам утвердили именно эту шестерку. Насчет Вани, конечно, сомневались, но все помнят, какой разнос он устроил на мемориале Ушакова, поэтому… Они помолчали пару секунд, смотря друг на друга. Нет, они уже привыкли говорить вслух название этого турнира, просто когда задумываешься, становится ужасно не по себе, до костей аж пробирает. Но и это тоже слишком длинная история. О ней стоит сказать лишь то, что из группы Панкратовых туда всегда заявлялись полным составом, вот уже последние десять лет как. — Абалдеть, — прошептала Катя, возвращаясь взглядом ко льду. И наблюдая, как Полинка Алексеева врезается в бортик на приземлении с прыжка. Да уж. Олимпийская команда. Когда-то и они были на своей Олимпиаде. А кто-то на четырех… — Боже! — опять вскрикнула Катя, напугав проезжавшую мимо Киру Титову. Махнула ей рукой, чтобы проезжала и опять повернулась на Тимура, — Кира ведь из группы Влады… ты ей сказал?! Ты сказал, что её спортсменка прошла?! На лице Тимура Андреевича расплылась широкая улыбка. Влада, о которой Екатерина сейчас говорит, на самом деле Владислава Денисовна, тренер одной из старших групп в Академии Фигурного Катания «Звёзды Страны». И именно она считается тренером Киры Титовой, семнадцатилетней Чемпионки России прошлого сезона с двумя очаровательными рыжими косичками и о-о-очень кривым выездом с последнего тулупа. Но, это Тимур ей уже потом скажет, когда Катя убежит. А почему она убежит? Ах, точно. Потому что Владислава Денисовна — её дочь, которую ей не терпится порадовать. Незнающий человек, услышав, сколько здесь родственников, скажет: блат. А знающие уже выстраиваются в очереди к величайшим тренерам. Самого величайшего, правда, с ними уже нет. Но, Тимур Андреевич лично сделает всё, чтобы передать свои знания подрастающему поколению. — Волков! Волков! Глеб! — парень наконец-то поднял голову, — Я тебя сейчас со льда за шкирку вышвырну! Прекрати докапываться до Алексеевой, начни уже хоть что-то делать ногами! Пять прокатов произвольной подряд тебе! — Да хоть пятнадцать, — отмахнулся недовольный Глеб. — Двадцать. Начинаешь прямо сейчас! А он и не расстроился. Проехал на огромной скорости мимо тренерского стола и подмигнул Тимуру Андреевичу. Так по-озорному, что аж подзатыльник ему захотелось выдать.

***

— Это — моя Академия! И я в ней буду делать то, что посчитаю нужным! — крик стоял на весь коридор. Проходящие мимо спортсмены даже не задавались лишними вопросами. Они просто знали, что Тимура Андреевича лучше не беспокоить сейчас. — Ты — мудозвон, ты почему это никак принять не можешь?! И этот голос тоже был знаком ученикам Академии Фигурного катания «Звёзды Страны». Правда, они его слышали намного реже, чем голос главного тренера, поэтому в кабинет все же заглядывали. — Ты сам мудозвон, Дим, вон пошёл из моей Академии! Вот и всё. Собственно, каких еще разговоров можно было ожидать от двух Панкратовых, оказавшихся в одном помещении? С Катей Тимур научился работать, а вот с Димой… — Точно твоей? По наследству у меня одна пятая этого здания! — прошипел Дмитрий Панкратов сквозь зубы, — Что-то не заметил, чтобы она называлась Академией Тимура Панкратова. Это Академия «Звёзды страны», в которых ты тренировался полтора года своей жизни! Я положил на эту Академию двадцать лет. Вали в свой несуществующий штаб Ушакова и прекрати терроризировать спортсменов тут! Вопрос «что происходит?» возник у вас, наверняка, сразу. Поэтому, видимо, придётся рассказать. Академия Фигурного катания «Звёзды Страны», о которой идёт речь, ранее принадлежала Тамаре Львовне Панкратовой. Тут она тренировала своих спортсменов, в их числе и Дмитрий Панкратов, Олимпийский Чемпион в команде и призер в личном зачете. Тимур же, старший из её сыновей, почти всю жизнь протренировался в Тренерском Штабе Дениса Руслановича Ушакова. По наследству, после того, как Тамара Львовна завершила свою карьеру тренера, треть всей Академии отошла действующему главному тренеру сборной, Тимуру Андреевичу Панкратову. Вместе с этой Академией он также унаследовал и здание, а также все права, бывшего Тренерского Штаба Ушакова. Дмитрию и Екатерине досталось по одной части «Звёзд Страны». — Они к тебе никакого отношения не имеют, то, что я иногда прислушиваюсь к твоему мнению — исключение, а не правило! Дмитрий не связал свою жизнь с тренерством. Но, его шоу было настолько популярно по миру, что билеты скупались на год вперёд. Здесь у них и случился конфликт интересов с братом: Тимура не волновало, смогут ли спортсмены выйти на шоу в промежутках между тренировками, а Дмитрия наоборот, не волновало, выиграют ли они очередной челленджер. — У Алексеевой контракт! — А у Волкова нет, — отрезал Тимур, — Выкупаешь, Дим? Полина посещает твои репетиции, будет на шоу. Глеба это не интересует, у него Олимпийский сезон. И я буду делать упор на тренировки, а если он найдет силы, может покатать в твоем шоу. Дима от чего-то широко улыбнулся, словно чеширский кот. — Конечно, Глеб захочет. У меня контракт с Алексеевой, ты не выкупаешь? Тимур закатил глаза. Он и так знал, что Глеб при первой возможности рванет к Полине, даже если это будет ненужное шоу. К тому же, в шоу у Димы были самые крупные гонорары. В свою очередь, Тимур тоже не будет дураком. Ушатает Глеба так, что у него сил на шоу не останется. Придется видеться с Полиной во время тренировок и на перерывах. — Ты вот сам что, не выступал в шоу в Олимпийский сезон? Да ваши шоу Ушакова гремели на всю страну, ты со сломанными ногами там выступал. В чем проблема, если Глеб выступит в серии новогодних шоу? — У него Олимпийские игры на носу, ты хоть представляешь, как он задолбится на твоих этих шоу? К черту Алексееву эту, о какой тут любви идет речь, если Олимпиада уже вот-вот?! — Ева бы тебе рассказала, что важнее, Олимпиада или любовь. Тимур молчал ровно пол минуты, пока сдерживался от желания прибить младшего братишку. Такие желание у него появлялись на протяжении всей жизни, но сейчас — особенно. — Пошли вы нахер со своей Евой, — психованно ответил Панкратов-старший, скидывая бумажки Димы со стола, — Ева бы то, Ева бы сё, вы бы с Евой… Да вы её, блять, не помните даже! Ты какого хрена берешь на себя ответственность за то, что она бы сделала?! Как у тебя вообще язык поворачивается?! Я рад за тебя, за твою отличную долгую семейную жизнь, но не у всех так, нахера мне вот это напоминать?! Помню я, что она умерла, помню! Всё, Дима, пошёл ты нахуй. Тимур быстрым шагом вышел из своего же кабинета, хлопнув дверью. Мужчина двигался четко к выходу, на ходу доставая из кармана спортивной кофты пачку тонких вишневых сигарет. Печаль в его жизни от смерти любимой жены давно сменилась яростью при любом её упоминании. К чему Дима это вот сейчас сказал? Разжалобить и заставить принять нужное ему решение? Черта с два. С Тимуром Андреевичем такие фокусы вряд ли прокатят. А Глеб с Полиной… Капец им на тренировках.

***

Тройной аксель. — Алексеева, ты на челленджер едешь?! Полина остановилась и непонимающе повернулась на Тимура Андреевича. Непонимающе и откровенно растеряно помотала головой. — Тогда нормальный аксель сделай, а не это позорище. — Чет дед сегодня не в ресурсе, — Глеб проехал мимо Полины, озвучивая мысли всего льда. Как будто в армию фигурного катания готовились, а не на Чемпионат Европы с Олимпиадой. Сначала их загоняли на ОФП, теперь на льду отрывались по полной. Глебу тоже доставалось по самое не хочу, уже темные волосы на лоб налипли от пота, — Я вообще-то планировал после тренировки в клубешник заскочить. — Если выживем — я с тобой, — Белов Ваня, серебряный призёр Чемпионата России, тоже проезжал рядом. По его виду Глеб мог легко сказать: этот-то точно сдохнет. Еще не факт, что после тренировки. — Что за столпотворение?! Все быстро разъехались по углам. Сказать, что они были в шоке: ничего не сказать. Глеб так точно, к нему словно были прикованы все взгляды планеты. И Тимур Андреевич, и Дмитрий Андреевич, почему-то решивший посетить эту тренировку. Где-то там еще Екатерина Андреевна стояла… Полный фарш прошлого поколения Панкратовых, короче! Четверной риттбергер. После приземления Глеб тут же посмотрел на тренера. Тимур Андреевич наконец-то расплылся в улыбке и показал два больших пальца вверх. Хотя бы минутка без абьюза на этой тренировке! За Глебом в борт больно прилетела Кира Титова. Тимур не успел посмотреть, с чего именно она упала, зато точно знал, что правое плечо станет предметом обсуждения в медкабинете как минимум на пару дней. И лучше уж минимум, чем максимум во всю жизнь… Влада, так её Тимур привык называть, вместо непривычного всем Владислава Денисовна, сразу же оказалась рядом с бортом, о который шмякнулась спортсменка. — Порядок? — Оцениваю на три из десяти, — недовольно прокряхтела Кира. Глеб тут же подъехал ей помочь, придерживая за талию, — Спасибо. — Ццц, всё что угодно, лишь бы от тренировки отлынивать, — Тимур Андреевич, как обычно, был недоволен, но естественно уже шел к Кире, — Как плечо? В медкабинет идем? Титова тут же замотала головой, да так, что прическа растрепалась. Не удивительная реакция, за годы своего тренерства Тимур так ни разу и не встретил спортсмена, который в здравом уме согласился бы уйти с тренировки ко врачу. Он и сам таким был, именно поэтому теперь у него сводило левую ногу на мороз, спину ломило в грозу, а руки в жару отнимались окончательно. А он ведь ещё не так стар! — Подними правую руку. Кира замялась, но все же подняла, сжимая челюсть с такой силой, словно мечтала о том, чтобы она у неё вылетела. — Понятно. Надевай чехлы, пойдём к Елизавете Леонидовне. — Не-е-ет, только не Елизавета Леонидовна… — промямлила Кира, но к выходу со льда действительно поехала. Видимо, и вправду болело. Брови Тимура взлетели вверх от реакции на врача сборной. Да уж, запугала она молодежь прилично так. — Глеб, катаешь короткую. Лёша, за старшего. Екатерина Андреевна, пойдемте со мной. Дмитрий Андреевич, вас ждут в холле уже пятнадцать минут, соизвольте уделить время своей маме! Двери ледовой арены закрылись за Екатериной Андреевной в последнюю очередь, только после того, как Дмитрий покинул помещение. Глеб выдержал ровно три минуты, прежде чем громко отчитаться: — Я щас покурю и вернусь! Да, и такое в Глебе было. Что-то родное с тренером, но все равно порицаемое. Пару недель назад у него даже пачку сигарет ломали, чтобы не курил. Только не получилось, Глеб упертый, его так просто уж точно не сломить. Че, зря он, что ли, заобщался с продавцом из табачки и покупал сигареты со скидкой тридцать процентов? Кира не любила медиков. Запах спирта внушал в неё тревогу и страх, уколы она вообще не переносила, операций у неё никогда и не было. Поэтому, когда ей предложили сходить в медкабинет после обычного, казалось бы, удара плечом, в душе поднялся страх. По пути она поняла, что вроде уже ничего и не болит, можно дальше тренироваться, но Тимур Андреевич был непреклонен. Да, там надеяться даже было не на что, главный тренер трепетно относился к травмам воспитанников. — Стойте пока здесь, — сурово остановил их Тимур Андреевич перед входом в медицинский кабинет. Кира послушно встала, Катя лишь устало вздохнула. Она уже давно разгадала этот цирк и прекрасно знала, зачем Тимур заходит в кабинет первым. Елизавета Леонидовна была врачом сборной уже шесть лет. Сама бывшая, но не слишком успешная фигуристка. Тимур Андреевич нашёл её на одном из собственных приемов и смог переманить на сторону успеха, денег и прочего, чего в его Академии было навалом. Елизавета Леонидовна творила чудеса, ставила спортсменов на ноги за считанные дни, а ещё её очень любили дети. Но, очень не любила вся старшая группа, потому что и для нее они всё ещё оставались детьми. Маленькими и неразумными, которым всё нужно разжевывать. А ещё лучше, читать лекцию на полтора часа. Тимур Андреевич совершенно не понимал, за что её так не любят. — Привет, — улыбнулся он, входя после разрешения. Елизавета Леонидовна, оторвавшаяся от записей в тетради, была здорово удивлена его появлением. Обычно на работе они не виделись. — Привет, — девушка поправила прядь золотистых волос, заправляя её за ухо, — Что-то случилось? — Угу-м, — Панкратов сам подошёл ближе, наклоняясь и оставляя на её губах короткий поцелуй, — У Титовой с плечом что-то, сильно влетела в борт. Посмотришь?