Небесная тьма

— Пусти! Пусти меня! Пусти… он там… один! Один!.. Трудно было поверить в то, что Петра, всё время демонстрировавшая поведение безучастного трупа, ведёт себя настолько живо, вырываясь и пытаясь лягнуть Армина, чтобы броситься на помощь человеку, заботившемуся о ней последние годы. — Петра, он велел нам идти! — Армин сам чуть не плакал, упорно продолжая тянуть девушку в сторону Болот, на границу которых они уже вышли. Уже открыто плача, Петра посопротивлялась ещё немного, а затем всё-таки позволила уводить себя всё дальше и дальше, глубже в лабиринт камышей и тростников, по твёрдым тропкам, пролегающим между радиоактивными водами. Ей казалось, что в сознание невесть откуда проникают какие-то отголоски, что-то, связанное с Леви. Что-то страшное, что-то, чего не хотелось слышать и чувствовать, и что она трусливо отгоняла от себя. Услышав отдалённый вой с той стороны, откуда они пришли, Армин крепче стиснул руку Петры и ускорил шаг. Объёмный и неудобный контейнер болтался, а внутри него был заперт некий артефакт, который мечтал отыскать некий Эрвин, если Армин правильно запомнил имя. Кусты шуршали то там, то тут, всякий раз заставляя Армина пугаться. У него всё ещё не было личного оружия… «Армин… Армин…» — вдруг услышал он тихий знакомый голос у себя в голове и встал, как вкопанный. — Эр… Эрен?.. — потрясённо пробормотал он. «Армин, куда ты её ведёшь? Армин, она нужна мне. В ней тоже есть сила Чёрного Монолита. Она оживлена его силой. В ней спит то, что мне нужно…» Петра крепко сжала руку Армина, и, обернувшись к ней, парень увидел в глазах девушки-зомби понимание: как будто она тоже слышала эти… мысли. «Эрен, почему? Ты… ты жив? А Микаса?» — решил тоже мысленно обратиться к старому другу Армин. «Микасы больше нет, Армин», — отрезал Эрен холодно, и Армин не знал, от чего сильнее его пробрала дрожь — осознания того, что подруга детства мертва, или убийственно спокойного… «тона», с которым Эрен передал эту информацию. Армин снова повёл девушку, и когда позади них что-то выскочило из камышей, рыча — побежал, не оглядываясь. «Армин, она мне нужна. Она поможет мне изменить мир. И я готов пойти на любую жертву ради этого… ради счастья для всех… даром…» — Не бывает такого, Эрен, — дрожащим голосом пробормотал Армин, сворачивая, когда увидел впереди очередную страхолюдину, выискивавшую ребят. «Армин, я его построю. Обещаю тебе. Давай сделаем это вместе… как друзья». Армину не нравился этот холодный тон, не нравилось то, что Эрен, судя по всему, стоял за нападением мутантов, убивших стольких людей, не нравилась неясность его мотивов, но тревожное предчувствие, говорившие, что ничего хорошего от исполнения планов Эрена человечеству ждать не стоит. «Нет смысла от меня бегать». Прямо из воды с громким всплеском вынырнула какая-то чёрная дрянь, напоминавшая то ли землю, то ли гигантскую пиявку, и обвилась вокруг шеи Армина, вынудив упасть на колени и жадно пытаться вдохнуть. На островок суши, где они находились, с двух проходов выскочили три мутировавшие собаки, один кабан и ещё какое-то вытянутое человекоподобное чудовище с длинной шеей и мощными когтями. Петра попятилась, с невиданно живым испугом меча взгляд между перекрывшими пути отступления тварями. Человекообразная тварь сдвинулась в сторону, пропуская хорошо знакомого Армину человека, который, в то же время, выглядел едва на себя похожим. На Эрене была грязная и запачканная кровью одежда, грязные спутанные волосы, в его лбу находилось чёрное отверстие, от которого пролегла спёкшаяся струйка какой-то чёрной… крови?.. Вдобавок, его правый бок и правая часть лица были обожжены, из них торчали тёмные осколки. Он прихрамывал на ногу, которая казалась сломанной. Но все эти травмы будто бы вообще не заботили Эрена: выражение его лица было спокойным, холодным. — Они говорят внутри меня, Армин, — прохрипел он, глядя на старого друга сияющими огнём глазами. — Говорят, что я должен… идти до конца. Из уголка его глаза вытекло что-то тёмное, напоминавшее чёрную слезу. Он будто где-то внутри испытывал сожаление и даже страх, но так глубоко, что на его действиях это не сказывалось. — Иди сюда, — Эрен протянул руку и поманил Петру. — Я сделаю, что должен. Ты не будешь страдать. Петра отступила на шаг, к самой кромке воды, боязливо сложив руки на груди. — Э… ре… — хрипел Армин, всё ещё пытаясь избавиться от змеи-пиявки. — Ну же! — теряя терпение, зло потребовал Эрен, и подчинённые ему мутанты заволновались. — Н… нет, — слабым, но решительным голосом ответила Петра. — Он не захотел бы, чтобы я подчинялась тебе… а ты… ты ведь убил его, да?.. Голос Петры при этих словах задрожал. Эрен надменно вскинул подбородок. — Я не заставлял его сопротивляться. Он сам определил свою судьбу. Кулаки Петры злобно сжались. — Ты… ты… — она вдруг без предупреждения бросилась в сторону Эрена, её янтарные глаза светились гневом, и её будто не заботили последствия. Эрен слегка удивился, но даже не призывал на помощь мутантов — сам схватил девушку за горло одной рукой. Он был выше и крепче неё, так что кулачки девушки попросту не достигали его, а когда она била по руке Эрена, на него это не производило никакого впечатления. Куда больше его заинтересовала вибрация в телах их обоих. Эрен спокойно, равнодушно, смотрел на изувеченное тело черноволосого охотника, примятое тушей поверженного им псевдогиганта. — И стоило оно того? — безо всякого выражения спросил Эрен. Чёрная жидкость продолжала вытекать из дырки в его лбу, но становилась всё гуще и готовилась стянуться. Бледное от боли лицо Леви дёрнулось одним уголком губ. Даже в таких обстоятельствах сохраняя самоконтроль, он выбросил вперёд руку со сжатой в ней гранатой. Не успел Эрен среагировать, как «эфка» разорвалась, и его тело отбросило на несколько метров. А вот боли… боли уже считай и не было. Эрен поднялся ноги, одна из которых оказалась сломанной, и заковылял к трупу охотника, от которого мало что осталось. — Дурак, — бросил Эрен, прежде чем подозвать к себе уродливого клыкастого кабана и взгромоздиться на его спину. Контроль над ближайшими мутантами возвращался, и Эрен повёл всё оставшееся у него воинство в сторону Болот. По щекам Петры вовсю текли слёзы. Из-за того, что сила Чёрного Монолита и ноосферы резонировала в них обоих, они с Эреном обменивались мыслями, чувствами и памятью. Она всхлипнула, как могла, с крепко сжатым горлом. «Ты… ты… ты бедный ребёнок, Эрен», — вместо злости подумала она. «Неужели… именно это и было целью… к которой они меня вели?..» — в свою очередь, подумал Эрен. Его лицо даже успело показать удивление, причём сильное и в чём-то горькое, когда он понял, до какой степени дошло резонирование их тел, поражённых высококонцентрированной тёмной энергией ноосферы. В следующее мгновение оглушительный взрыв разорвал тела и Эрена, и Петры, разбросал во все стороны мутантов и сбил Армина прямо в радиоактивную воду. Захлёбываясь от неожиданности холодной и вонючей жижей, пуча глаза в последней агонии, Армин, хоть и не примирившись с этим, уже был готов к неизбежному концу… но взявшееся невесть откуда голубое сияние…

***

Армин выполз на берег, судорожно хватая ртом холодный воздух. Несмотря на то, что он был посреди поздней осени в мокрой одежде, ему почти не было холодно. Опустив взгляд на свою грудь, Армин увидел торчащий прямо из его груди краешек «Небесного Ока» — артефакта, порождённого светлой энергией ноосферы. Однако, по нему редкими разрядами проходили тёмные искры, взявшиеся от попавших в Армина при взрыве частичек Монолита, воплощающего в себе энергию тьмы. Голова гудела от множества то ли мыслей, то ли голосов, принадлежавших и Чёрным, и Белым богам, эфирным сущностям ноосферы, отвечавшим за её баланс. Мозг горел от потока информации, хлынувшего в голову. И вдруг всё начало упорядочиваться и становиться на свои места. Все события, все страдания и смерти — всё это было не случайно. Каждое решение и совпадение — служили для достижения одной-единственной конечной цели, управляли людьми, нелюдьми и событиями для того, что привести к одному-единственному итогу… Но в Армине не было злости и досады. Было лишь фатальное принятие того, что Боги привели к самому разумному решению из возможных, принеся ради этого в жертву то, что нужно было принести. У всего есть своя цена. Ничем не жертвуя, невозможно ничего изменить.

***

Армин стоял перед Чёрным Монолитом — оплотом тёмной энергии ноосферы, ответственной за ужасающие мутации и смертоносные аномальные образования на территории аномальной Зоны. Теперь он ясно понимал, что с этой Зоной было не так. Ей не хватало баланса. Армин прикоснулся искрящейся голубым светом ладонью к тёмной поверхности Монолита. Почувствовал вибрацию, почувствовал, как без видимых изменений внутренне содрогнулся Монолит. «Небесное Око» искрило и трещало, из него били небольшие разряды. В ответ начал трещать и искриться Монолит. Рука Армина погружалась всё глубже…

***

Зону сотряс невиданный выброс. В этот раз небеса горели не багровым, как обычно. В этот раз друг вокруг друга клубились багровые и свинцово-синие облака, смешиваясь и закручиваясь в циклон. Под саркофагом высился гигантский кристалл, который казался тёмным и зловещим, но при этом испускал вокруг себя тёплое голубое свечение.