Небесная тьма

Армин славился своим умом, а Микаса — силой. Но именно Эрен всегда был тем, кто заставлял их двигаться. Он притащил друзей в Зону, преследуя цель отыскать мифический Исполнитель Желаний, который мог бы положить конец насилию и войнам в мире. Друзья выросли в прифронтовой линии и хорошо знали, что такое — воздушная тревога, бомбёжки, гуманитарная катастрофа и карательные операции. После утраты родных они держались вместе, участвуя в восстановительных работах и периодически прячась по подвалам. Однажды, когда они в очередной раз скучковались в убежище с другими людьми, оказавшимися поблизости, Эрен загорелся рассказом бывшего «сталкера», мужика лет сорока с большими залысинами и больной ногой, который от нечего делать принялся пересказывать байки, которых наслушался за время блуждания по аномальным землям. От него Эрен и услышал историю «Исполнителя Желаний», мифического кристалла под саркофагом Четвёртого энергоблока, к которому тот сталкер со своими товарищами пытались пробиться, но потерпели неудачу, как и многие другие отчаянные авантюристы. «И что же, он может исполнить любое желание?» — спросил тогда Эрен. По его взгляду Армин и Микаса сразу поняли: теперь друг не успокоится. «То ли любое, то ли только самое сокровенное…» — ответил сталкер. Откуда ему самому было знать, если он этого «Монолита» в глаза не видел?.. Разумеется, на Эрена не работали никакие доводы. Он был намерен отправиться в Зону и дойти до Исполнителя Желаний — с друзьями или без. Конечно, они не могли его бросить. А может, и стоило бы… Обжившись первое время и поработав на приграничного торгаша, грузного усатого дядьку, ребята нанялись на добычу артефакта для него в заброшенном депо Свалки. Про депо ходили очень нехорошие слухи, и сталкеры старались обходить его стороной. Кто-то пробовал отговаривать ребят, но Эрен, по своему обыкновению, пёр напролом, не считаясь ни с какими предостережениями. И завёл друзей в ужасную западню. Депо оказалось обитаемо. Лёгкая головная боль и звон в ушах на подступах к нему были как-то терпимы. Уже тогда и Армин, и Микаса предлагали повернуть назад, предчувствуя нехорошее. «Я вас не держу» — раздражённо ответил тогда Эрен, и, разумеется, они последовали за ним. Уж к чему, но к детям-вампирам никто не был готов, а обитали там именно они. Некие Габи, Фалько, Зофия и Удо, за которыми присматривал молодой парень по имени Кольт Грайс. Они представились, Кольт даже изображал вежливость и постоянно извинялся, Габи же напротив, вела себя вызывающе и угрожала, а Фалько пытался её сдерживать. Без особого успеха. — Мы высосем вас без остатка! — глаза Габи задорно горели, когда она поигрывала отросшими грязными ногтями, под которыми, кажется, набилась запёкшаяся кровь. Армин, как самый пугливый и впечатлительный, содрогнулся. Эрен смотрел зло и с вызовом, Микаса — тоже, но более холодно. Её ярость всегда была обузданной, в отличие от Эрена. — Габи, ну хватит… — пробормотал Фалько, оттаскивая её и неловко косясь на пленников. — Да, простите её… м-м-м… несдержанность, — кивнул Кольт. — Знаете, в других обстоятельствах мы бы не стали этим заниматься… но у нас нет выбора… — Засунь себе свои оправдания знаешь, куда?! — рычал Эрен. — Я выберусь отсюда! И тогда, будьте уверены, перебью вас нахер! Всех до единого! Кольт осуждающе покачал головой, слегка морщась. — Кольт, разреши мне начать с этого неугомонного? — неугомонная Габи взглянула на лидера умоляющим взглядом. — Ладно, ладно… — согласился Кольт. — Только быстро. Без мучений. Габи ощерилась, и, взглянув на злобно скалящегося Эрена, двинулась к нему, занося когтистую руку. — Больно не будет, — издевательски пообещала она. Никто, кажется, не успел заметить, что случилось. Просто в один момент Габи резко замерла, а потом опустила взгляд вниз, на крепкое лезвие, воткнутое в её живот почти по гарду рукояти ножа. Микаса, которая только что выглядела связанной, уже имела свободные руки. Глаза Фалько лишь успели расшириться, а Микаса, вынув нож из брюха растерянной Габи, толкнула её назад, в других ребят-вампиров. Пока те пребывали в состоянии растерянности, Микаса полоснула ножом по верёвкам, сдерживающим руки Эрена, и кинулась вперёд, перерезая горло всё ещё растерянному Фалько. Её губы были сомкнуты в ровную линию, и на лице не просматривалось ни капли сострадания. Эрен, схватив собственный нож, перерезал верёвки Армина и тоже кинулся в бой. Отойдя от первичного шока, вампиры принялись отбиваться. На Микасу насели сразу Кольт и Зофия, а Эрен бросился на Удо. — Армин, беги! Спасайся! — отчвянно кричал Эрен, закрываясь руками от мощных ударов вампира, наносившего ему глубокие порезы когтями. Микасе ещё больше не повезло: на неё насели двое вампиров, один из которых был взрослым. К тому же, Кольт выглядел разъярённым потерей своих подопечных, и атаковал с особым остервенением. В итоге, какой бы сильной Микаса ни была, её всю истыкали и исполосовали когтями. Армин должен был броситься на помощь друзьям. Но он был слишком напуган. Им завладел животный ужас, а призыв Эрена побудил тело само, без участия сознания, вскочить и побежать, куда глаза глядят. Да даже не глядя…

***

Стремительный и кровопролитный бой был окончен. Бездыханные тела детей-вампиров и Микасы валялись на треснувшем бетоне. Эрен, насадив Кольта спиной на острый обломок ржавой железной балки, вёл допрос с пристрастием. Жгучая боль от потери Микасы выжгла в нём все сантименты, и он добивался одного — ответов на вопросы. Единственного, чего теперь мог добиться. Как оказалось, Кольт и его ребята вели происхождение от неких «первородных кровососов», которые издревле питались кровью чудовищ, от которых защищали человечество. Однако, когда кровососы попали в прицел некой могущественной научной организации, стоящей за сетью подземных лабораторий на территории Чернобыльской Зоны, их начали отлавливать и подвергать опытам, преследуя цель через них установить контакт с некой «ноосферой». Кольт и его дети были детьми подопытных, несущими в себе мутации, не свойственные первородным. Они пристрастились к человеческой крови из-за того, что над родителями ставили опыты, пытаясь скармливать им любую кровь и наблюдать за изменениями. Бунт в лаборатории привёл к тому, что Кольт и организованные им ребята смогли ускользнуть. Они обладали некоторыми телепатическими способностями, могли завладевать сознанием небольших мутантов и пожирать их, но больше стало тянуть на человечину. Так они и стали обитать в депо, время от времени охотясь на сталкеров в окрестностях или поджидая, пока какой-нибудь авантюрист сунется поживиться артефактами, невзирая на недобрую славу депо. — Мы… мы не хотели всего этого, — оправдывался Кольт. — Мы… мы… — Я понял, — прорычал Эрен и сам вгрызся в горло вампира, чувствуя клокочущую ярость, которую нужно было куда-то деть. Он выпил из Кольта всё, и в процессе чувствовал, как затягиваются раны, полученные в схватке. Тогда, высосав Кольта, он перешёл на других вампиров… и, в конце концов, на Микасу. Внутри Эрена шла борьба между человеком, которым он совсем недавно был, и пробуждающимся внутри существом, несущим в себе память первородных кровососов. В нём кипело всё больше ненависти ко всем тем людям, нелюдям и обстоятельствам, приведшим к тому, что случилось с Микасой. Цепочка событий, растянувшаяся на пару десятков лет… Стремление изменить мир наложилось на желание отомстить всем и всему. Откопав в чужой памяти слухи о том, что одна из подопытных, подвергавшаяся воздействию Чёрного Монолита, живёт сейчас в домике Болотного Доктора, Эрен обрёл решимость. — Прости… — с сожалением обратился он к давней подруге и присел над Микасой, запуская зубы в её шею. Ему нужно было восстановиться и набраться сил.