Поговорим о жензилле!

      Время уже приближалось к сумеркам, и Жемчик, и Три был взгляд победителя, бросающий оппонента вниз, и если Три выиграет, то она станцует чечетку, duuh.       Делая первое движение, Жемчик прыгает с крыши на крышу, обходя все выстрелы из бластера Три. Каждый хлопок бластера проносился громким эхом по некогда тихой улочке. Самоделка-бомба строго была брошена в какой-то домишко, когда гремлин в него прыгает. Домишко маленький, всего радиусом примерно как взрыв бластера. По городу идёт пожар, взрывы, летают осколки и грязь. Всё вновь стало тихо, словно в больнице. Почему Три вообще рушит здания?       В ушах звенит. Восемь, спотыкаясь, бесцельно бродит в пучине дыма, пока не находит Жемчик, которая крадется позади ничего не подозревающей Три.       - Сзади! – кричит Восемь.       Три оборачивается и наводит бластер на цель. Её лицо строгое, но внезапно капля стекает по её лбу.       - У неё боеприпасы кончились – осознает Восемь.       Она говорит громче, чтобы защитить свою напарницу – Ты не хочешь делать это! – осьмолинг вздрагивает от безумного взгляда гремлина, который её разбивает, - она тебе морду расквасит, - заикаясь, произносит она.       Сквозь низкое гремлинское рычание трудно что-то разобрать, но она говорит – Жемчик мяса хочет. Мазик и мясо! А Три выглядит так испуганно! Три испугана, да?       Три направляет бластер, меняя выражение лица на что-то стойкое и строгое, отступая, а майоблин (майонез + гоблин) приближается.       - Три без патронов, а, Три? – она хватает сопло и направляет себе в голову, - стреляй в Жемчик, Три, стреляй.       Три сглатывает, строгие глаза скользят по Восемь. Жемчик тихо хихикает, прежде чем она начинает безудержно смеяться и пританцовывать вокруг Три.       - Жемчик мяса хочет! Мяса! – она бросается на Тройку, но Восемь отбивается рядом найденной дощечкой. Она попадает в голову Жемчик со звуком китайского гонга, а она рычит, ненасытно рычит! Уже утекло время с первого появления Жемчик, ночь опускалась, укрывая неба темным одеялом. Чем сильнее темнело, тем сильнее падала видимость происходящего, давая преимущество Жемчик над агентами. Восемь и Три встают спина к спине, отражая нападки низкого и очень грозного гремлина.       Виделось, словно она была всюду, всюду нападая. Пинала, била, царапала, кусала, сделала что-то ещё и скрывалась в ночи, нападая вновь: и всё это быстро, без передышки. Агенты устают: нельзя же так.       Восемь закусывают губу – Прежде чем мы умрём, мне нужно тебе сказать кое-что.       Три строго смотрит на неё снизу вверх, периферийным зрением поглядывая назад.       - Я тебя л.. – коготь застает её врасплох и рассекает щёку, Восемь падает на землю. Тройка не успевает помочь Восемь, её резко пинает и отправляет на пол гремлин. Над ними возвышается очертания Жемчик, её дикие глаза еле видны из под занавесы тьмы. Шепчет, а потом переходит на визг.       - Жемчик мяса хочет!!       Инвалидная коляска летит с высокого холма и сносит гремлина. Четырка!       Восемь благоговейно кричит вдаль – Четыре! – Она смотрит вдаль и видит, как Четыре попала в огонь, и помощи от хлопковых бинтов уже не будет. Слышны приглушенные крики агонии.       - Нет! – Восемь, забыв о маленькой проблемке, бежит на помощь Четыре. Она вытащила её из огня, а затем начала катать её по земле в попытках потушить.       - Прости-прости-прости-прости-прости!! – кричит Восемь.       Когда огонь вроде стух, Четыре выглядела.. тоже весьма стухшей. К счастью, легких хрип и стон дали понять, что она окончательно не стухла. Восемь облегченно вздохнула.       ..       ..       До того момента, когда она вспомнила о Тройке и Жемчик.       Она резко разворачивается и бежит к Тройке, которая осматривается: на ней видны следы борьбы с Жемчик.       - Она ушла..       Три строго кивнула, разочаровавшись.       - Давай перегруппируемся и подумаем. Я думаю, что она сильнее, чем мы ожидали.       Все были согласны, ну, кроме Четверки, которая была занята, стараясь оставаться в живых, так что технически все были согласны.       Они пошли к полицейскому участку, заняв несколько сидений, образовав тем самым круг думающих.       Восемь кусала палец в раздумьях, Три обрисовывала несколько планов и карту на каком-то засохшем листке, а Четыре просто сидит и слушает. Они тревожно спокойно сидели, свет мигал, а они знали, что еще одна угроза мигает где-то снаружи. Они знали это.       Восемь испустила судорожный вздох, - Итак, мы не поведем её за собой. Выглядит так, будто это она охотится за нами, а не мы за ней. – сухо произносит она.       - Мы можем отступить и реорганизовать силы? Ловушки хоть сделаем в следующий раз.       - Не-а, если мы это сделаем, то она нас в угол загонит. Нам нужна стратегия для атаки. Четыре, есть предложения?       Перебинтованная мумия, смутно напоминающая инклинга, казалось, сделала гримасу типа «Серьезно чтоль?», что смутило Восемь.       - Окей, уже поздно, нам бы восстановить энергию, пока можем. Кто будет на страже в нашу первую ночь?       Три строго подняла руку. Решено. Они легли на матрасы, пытаясь обустроиться как дома. Четыре снизу, Восемь сверху. Три укладывает их спать, желает спокойной ночи и целует их в лоб: её любимая часть. Однако одну из них ей гораздо приятнее целовать, чем другую. (поняли да?)       После раскладывания нескольких ловушек, Три всё неймется, сердце не на месте: что-то должно произойти. Волнение её покалывает, как иглы и булавки. Напоминало её сильное стремление к миссиям, чтобы всё делать строго идеально.       Восемь потянулась, её щупальца представляли собой месиво, обвивающее её голову, она неуверенно поднималась и протирала глаза.       Это было не единственное, что её протерло. Как только она сделала шаг из кровати, как по команде хлопнула её по лицу. Хм, один из способов проснуться, но нет, теперь, когда глаза прояснились, она быстро оглядела камеру и поняла, что вся она была обставлена ловушками.       - Ц, Три.. – она аккуратно лавировала, когда случайно наткнулась на затылок Три, смотрящей на что-то.       - Эй?       Пораженно строго Три повернулась, и по её тёмным глазкам было нетрудно догадаться, что она всю ночь не спала.       - Ты вообще не менялась с Четверкой? – спросила Восемь, уже зная ответ.       Три отрицательно машет головой.       Э..Окей, придется отбиваться от Жемчик с невыспавшейся Три, полуживой Четыре и уже подуставшей Восемь. К счастью, Жемчик не появлялась.       И вот, они провели целый день, маршируя, разведывая сухую и беспощадную местность, ища врага, который так и не показался. И сейчас Восемь поняла, что Жемчик – ночное животное, которое появляется с луной, а они снова неподготовленные и больные. Это начинает угнетать.       - Чёрт, она придет уже к сумеркам. Нам всем нужно занять быстро позиции, у нас всего-то несколько часов.       Они все разбежались, их нить связи – рация. Четыре заперта в сейфе, Три в стоге сена и Восемь в туалете. Они начали ожидание.       Единственный звук из рации - это статичный шум, и.. блин, они забыли, что Четыре говорить не может, ну, значит, будет слушать и нажмет кнопку.. как-то.       Прислушиваясь, Восемь уловила что-то похожее на хлюпание. БАМ! Сейф пал, издав громкий металлический звук. Заглушенные крики, БАМ! БАМ! БАМБАМБАМБАБАМ!! Оно всё громче и сильнее, всё ближе. Крики паники Четыре превратились в радостные крики китов. Большой скрежет металла слышен, но становится сильнее рычание. Она слышит удары на другом конце рации, Четыре всё ещё умоляет сохранить свою жизнь, пытаясь сказать это своей сломанной детской челюстью, но ей дают пощечину. Удары становятся медлительными и их всё реже, пока не начинает слышаться тяжело дыхание Жемчик. Гротескное хлюпанье едва слышно.       - Не *достаточно* хорошего мяса для Жемчик.. Восемь слышит, слышит ли Восемь?       Восемь уже вся белая, холодный пот скатывался по шее, она прикусила руку, чтобы не издавать звуки. Ладно хоть она в туалете, а то так ведь и обосраться недолго.       И было тихо.. пока не стало хуже. Жемчик закричала в рацию. Восемь это слышит вблизи туалета, она попыталась быстро выключить рацию, но она услышала..       - Нашла тебя.       Восемь нужно свалить отсюда быстро, и есть два выхода: она бежит в тот, который противоположен крику. Пока она пытается что-то сделать, противоположная дверь распахивается. Она оказывается в самой большой кабинке, стараясь не обосраться в очередной раз.       Она слышит, как Жемчик принюхивается, видит, как волочатся её согнутые или скрюченные конечности по полу. Как пришла неожиданно, так быстро и ушла, закрыв дверь. Восемь испускает выдох облегчения.       Но вдруг что-то срывает дверь с петель!       - Нашла тебя, коричневые штанишки! – завывает Жемчик.       Восемь визжит и извивается, как хомяк перед библией.       Жемчик уже собиралась ударить всем телом, но..              

Продолжения не будет, автор эту трешню забросил :(