Перекрёсток судеб

Пак Чимин находился на крыше библиотеки. Это было типичное четырёхэтажное здание 1950-х годов, построенное в стиле послевоенного модернизма. Его особенностью была плоская крыша с высоким кирпичным парапетом высотой около метра. Именно за этим массивным барьером, напоминавшим миниатюрную крепостную стену, Пак Чимин и прятался вместе со своим помощником. Подняться сюда было несложно — по старенькой пожарной лестнице, которая, к их счастью, оказалась достаточно прочной, несмотря на свой почтенный возраст. Чимин, с его атлетической фигурой, и Джунхёк, более коренастый по телосложению, поднялись без труда. Сегодня у них не было с собой сложного оборудования — лишь пара профессиональных биноклей с ночным режимом. Чимин был одет в свою привычную «рабочую» форму: облегающую чёрную футболку, чёрные брюки-карго с множеством карманов (идеально для незаметного ношения мелких предметов) и чёрную бейсболку. Его платиновые волосы, зачёсанные назад, полностью скрывались под кепкой, оставляя на виду лишь выбритые виски. На электронных часах светились цифры: 21:03. Оставалось всего две минуты до запланированного «несчастного случая». Подготовка к этому моменту длилась целых два месяца. Два месяца напряжённых наблюдений, анализа расписаний, изучения привычек. Два месяца ожидания идеального момента, когда их цели — супруги Чоны и супруги Кимы — окажутся в одной точке огромного Сеула. Как ни странно, несмотря на их состоятельный статус и активную социальную жизнь, эти две семьи практически не пересекались между собой. Их маршруты были хорошо отработанными и предсказуемыми: работа, загородный клуб, встречи с друзьями, деловыми партнёрами. Но сегодня, благодаря тщательному анализу, Чимин знал: траектории их движения наконец-то пересекутся. Его отец, старший Пак, настоял на минимальном количестве участников операции. Кроме самого Чимина и Джунхёка, были задействованы лишь двое охранников их службы безопасности — Минчжун и Сумин. У них были все необходимые ресурсы: автомобили, ноутбуки со специальным программным обеспечением, доступ к камерам наблюдения. Джунхёк отвечал за наблюдение за Кимами, в то время как Чимин лично контролировал движение Чонов. Сегодняшний вечер был кульминацией всей их работы. Все данные указывали на то, что обе семьи одновременно окажутся на одном перекрёстке. Минчжун поддерживал Джунхёка, а Сумин был на связи с Чимином. Всё должно было произойти очень просто — машина, выезжающая с второстепенной дороги, должна была не заметить авто на главной и... 21:04. Чимин крепко сжал бинокль ладонями, чувствуя, как холодный металл холодит его пальцы. Улица внизу выглядела спокойной — обычный летний вечер в Сеуле. Вокруг кипела своеобразная вечерняя жизнь. Прогуливались парочки, держась за руки. Группа студентов со смехом выходила из кафе. Таксист курил возле своей машины. Город жил своим привычным ритмом, слепой к драме, которая уже начинала разворачиваться в его недрах. — Джунхёк, — голос Чимина звучал напряжённо, — ты своих ещё не видишь? Его помощник, не отрываясь от собственного бинокля, слегка приподнял большой палец: — Пока нет. Но по расписанию — в любую секунду. Джунхёк следил за второстепенной улицей, где должен был появиться автомобиль Кимов. На главной же, уже в нескольких десятках метров от перекрёстка, спокойно ехал тёмно-синий седан Чонов. Всё шло по плану. — Вот они! — вдруг прошептал Джунхёк, и Чимин почувствовал, как его тело невольно напряглось. — Выезжают. Всё по плану. Сердце Чимина зашлось так, что в висках зазвенело. Он даже перестал моргать, его карие глаза, обычно такие холодные, теперь горели напряжением. Каждый нерв в его теле был натянут, как струна. Это был тот самый момент, к которому они готовились два долгих месяца. Машина Кимов плавно подъезжала к Т-образному перекрёстку. На главной дороге, буквально в двадцати метрах, так же спокойно ехал автомобиль Чонов. Всё было идеально рассчитано. Вдруг у Чимина заложило уши. Как будто кто-то выключил звук в кинотеатре. Он видел, как машина Кимов внезапно резко рванула с места на полной скорости, словно бешеная, и врезалась точно в водительскую дверь авто Чонов. Глухой удар разнёсся по улице. Треснуло стекло. Скрипящий металл. Две машины отбросило на несколько метров друг от друга. Сигнализация взвыла, прорезая вечернюю тишину. Вокруг мгновенно собралась толпа. Около двадцати прохожих замерли в шоке. — Скорую! — закричала какая-то женщина, закрывая рот рукой. — Боже мой, что случилось?! — воскликнула другая. Кто-то уже звонил по телефону, кто-то просто стоял с открытым ртом. Чимин не отрывал глаз от бинокля. Его пальцы так сильно сжали прибор, что начали неметь. И именно тогда произошло то, что они не предвидели. У Джунхёка сработала рация. Голос Минчжуна прозвучал резко: — Отмена! Код «Красный», блядь! Отмена! — Что за хрень? — прошипел Чимин, чувствуя, как холодный пот выступает на спине. — Авария уже произошла, идиот! — Они были не одни, блядь! У них в машине был этот малец, Ким Техён! У Чимина похолодели кончики пальцев. Он почувствовал, как холод разливается по животу — будто глоток ледяной воды, что не прошёл в горло, а застрял где-то под рёбрами. — Ты что, чёртов идиот?! — прошипел он. — Как ты мог просрать это? Как?! — Я его не видел сначала! Только когда подъехал ближе на светофоре... — Что за хрень ты несёшь? — не унимался Чимин, чувствуя, как его тело начинает дрожать. — Ты же сам... Предложение Джунхёка оборвалось. Внезапный взрыв разорвал воздух. Чимин почувствовал, как его тело невольно вздрогнуло — не от звука, а от того шока, что прошёлся по костям. Он даже не успел закрыть глаза. Перед ним просто вспыхнул яркий свет, а потом — ничего. Тишина. Глухая, ватная, неестественная. Этого не должно было быть. Это вообще не входило ни в какие планы. Он резко бросился к лестнице, чувствуя, как сердце бьётся так, что аж болит. — Ты куда, блядь?! — крикнул ему вслед Джунхёк. Но Чимин уже слетал по пожарной лестнице. На ходу он достал из одного из карманов брюк маску, перевернул кепку козырьком вперёд, натянул её пониже на глаза. В голове крутилась лишь одна мысль: «Нет, нет, нет, этого не должно было случиться...» Он боялся моргать. Боялся, что произошло что-то невыразимо ужасное. Боялся, что когда он подбежит ближе, его глаза увидят что-то, что уже никогда не сможет забыть. За считанные секунды он оказался за спинами зевак. Две машины теперь были пылающими руинами. Некоторые из прохожих уже убегали, другие снимали на телефоны. Из толпы осталось около десяти человек. «Хотя бы это было плюсом — меньше свидетелей», — промелькнуло в голове, но эта мысль не принесла облегчения. Чимин всматривался в пламя, чувствуя, как его тело теперь охватывает жар вместо холода, который он ощутил в первые секунды. Он пытался разглядеть что-то в этих пылающих руинах, найти какую-то надежду, какой-то знак... Но всё, что он видел — это огонь, пожирающий всё на своём пути. Огонь, который, казалось, пожирал и его самого.