Перекрёсток судеб

В тот вечер, когда все дела были закончены и они готовились ко сну, Тэхён подошёл к Чонгуку. — Чонгук-и… – он заколебался, – я снова хочу тебя о чём-то попросить. Чонгук как раз расстилал постель. Он остановился, сел на край и протянул руки к Тэхёну, приглашая подойти поближе. Когда тот послушался, Чонгук усадил его себе на бедро, одну руку положив на талию, другой лаская его бёдра и колени. — Конечно, проси. Щёки Тэхёна порозовели. Он хихикнул, а Чонгук в ответ улыбнулся: — Мы с тобой уже зашли так далеко, что стесняться, кажется, уже нечего. — Согласен, – прошептал Тэхён, обнимая Чонгука за шею, вплетая пальцы в его волосы и пряча лицо в его плече. – Но... я хочу пойти ещё дальше. — Скажи громче. Тэхён снова смутился. — Тогда скажи мне на ушко. Чонгук почувствовал, как Тэхён кивнул. Тот наклонился к его уху и прошептал: — Я хочу пойти до конца. — До конца? – переспросил Чонгук. – То есть... совсем до конца? — Да. — Ты уверен? — Абсолютно. Я хочу узнать всё. До последнего предела. Я хочу исследовать все грани любви между мужчинами. Чонгук сначала не обратил внимания, но потом осознал: Тэхён сказал не «все грани секса», а именно «любви». Это было важно. Это означало не просто физический опыт, а нечто большее – все виды близости, все оттенки взаимоотношений. — Тэхён-а... – он осторожно сжал его в объятиях, – я тоже этого хочу. Я тоже хочу узнать, какой бывает такая близость. Как ощущается быть внутри. Тэхён снова засмеялся, но теперь его смех был тёплым, без тени стыда. — Ты меня понимаешь. Мы оба были с женщинами. Но это для меня тоже первый опыт. Первый раз с мужчиной. Первый раз так глубоко. – Продолжил Чонгук. Их взгляды встретились. Никаких сомнений, никакого страха, только желание идти дальше, вместе. — Ты волнуешься? – снова прошептал Тэхён ему в ухо, его пальцы беспрестанно перебирали волосы на затылке Чонгука, а губы касались мочки уха. — Если честно, немного да. Не хотелось бы сделать что-то не так, неаккуратно или больно. Тэхён засмеялся тёплым, успокаивающим смехом: — Чонгук-и, ты настолько внимательный и нежный, что, кажется, физически не способен причинить боль. Всё, что было до сих пор, – идеально. Буквально. — Правда идеально? – переспросил Чонгук, чувствуя, как его кожа покрывается мурашками от прикосновения губ Тэхёна. — Да. Разве ты не чувствуешь то же самое? Я просто летаю от того, что мы делаем. С тобой я открываю новые грани себя, такие, о которых даже не подозревал. — Возможно, это потому что ты просто открываешь свою чувственность. То, о чём даже не думал с девушками. — В этом есть правда, – согласился Тэхён, оставляя мягкие, влажные поцелуи вдоль щеки Чонгука, его виска, скулы. Чонгук закрыл глаза. Каждое прикосновение Тэхёна было словно электричеством – напряжённым, но приятным. Он и сам замечал, как в нём просыпается новая чувствительность. Раньше все ощущения сосредоточивались на одном – на члене и том, что происходило вокруг него. Был у него хороший секс в жизни. Но никогда настолько чувственный, настолько тонкий. Его рука скользнула вверх по бедру Тэхёна, остановилась на талии, сжала. — Тэхён, я готов пойти дальше. Просто скажи, когда ты хочешь это сделать. И мы это сделаем. Тэхён едва прошептал ему в ухо: — Я хочу сегодня. Чонгук снова закрыл глаза и почти застонал. Почувствовал, как член наполняется кровью, становится твёрдым. — А как ты хочешь это сделать? Ты знаешь, как именно ты хочешь? Ты будешь принимающим, так что я подстроюсь под тебя. Сам реши, как тебе будет удобнее, чтобы ты был абсолютно расслаблен. Тэхён мягко глубоко своим бархатным баритоном выдохнул Чонгуку прямо в ухо: — Я знаю, как я хочу. И мне кажется, я уже настолько возбуждён, что мне не нужна никакая дополнительная стимуляция или растяжка. Настолько я чувствую, как моё тело просит быть заполненным. Я фантомно ощущаю, где во мне находится та точка – простата. И очень хочется почувствовать... Как я наполнен. Переполнен. Членом. И хочется изнутри, из глубины почувствовать, как толстый большой член вбивается в это место. Как головка проезжается по нему. Тэхён шептал эти слова Чонгуку в ухо, и всё его тело покрылось мурашками. Его несколько раз передёрнуло, мелко затрясло, а глаза уже затянула пелена. Член стал абсолютно каменным. Он сжал талию Тэхёна, ещё плотнее притянул его к себе, обнимая за спину, зарывшись носом в его плечо. Глубоко вдыхая его запах. Дал себе секунду, чтобы немного прийти в себя. — Тэхён-и, мы сделаем это сейчас. Потому что я схожу с ума от твоих слов. Тэхён улыбнулся, но это уже не был легкомысленный смех. Это был смех с хрипотцой. Смех возбуждения. И предвкушения. Он поднялся, изменил позицию – полностью сел на бёдра Чонгука лицом к нему, коленями упираясь в кровать. Проехался бёдрами глубже, чтобы упираться пахом в пах. Чонгук же весь горел в огне – в огне возбуждения, в огне предвкушения. Они целовались мокро, распутно, присасываясь, не сдерживая стонов. Руки Чонгука гладили Тэхёна по спине, сжимали талию, мяли ягодицы сквозь ткань штанов. Тэхён немного надавил на плечи и Чонгук лёг спиной на кровать. Тэхён прижал его своим телом к кровати плотно-плотно. — Если мы сейчас не остановимся, я кончу, – сказал Чонгук прямо в поцелуй. Он почувствовал, как Тэхён улыбается: — Кончай. Давай не будем сдерживаться. Ты же знаешь, что снова возбудишься. Так почему бы не получить несколько оргазмов за один вечер? Плюс, я хочу, чтобы ты почувствовал весь процесс так же, как и я, а для этого ты должен трезво мыслить. На этих словах Тэхён легко постучал указательным пальцем по лбу Чонгука. Чонгук застонал от этой мысли, что ему можно кончить. Его живот, мышцы пресса, мышцы тазового дна сокращались, напрягались, сдерживая разрядку. Тэхён чувствовал своим пахом, своим животом, как под ним ходит ходуном тело Чонгука. Он отстранился от него, опёршись на вытянутые руки, на колени, начал сползать по его телу ниже. Он сполз так, чтобы теперь нависать над его пахом, а ягодицами сесть ему на колени. Чонгук смотрел пьяно из-под полуопущенных век. Тэхён приспустил его штаны – Чонгук был без белья, поэтому его член упруго выпрыгнул на свободу. Он был максимально возбуждён, густо наполнен кровью. Тэхён обхватил его рукой, сделал несколько движений вниз-вверх. Чонгук застонал. Тэхён почувствовал под пальцами, как член начинает пульсировать. Он соскользнул ещё ниже по его ногам и накрыл головку своими губами, обхватив её горячим ртом. Сделав вакуум, начал сосать, водя рукой вверх-вниз. Через несколько таких движений добавил язык – обводил головку, касался дырочки уретры, причмокивал. Буквально за несколько движений рукой, от этой картины – от того, как Тэхён высасывал из него оргазм – Чонгук кончил. Тэхён не отстранился. Наоборот усилил вакуум во рту, забирая всё, что могло выйти. И не отпускал его, пока не почувствовал, как волна оргазма Чонгука пошла на спад. Только тогда выпустил головку изо рта, аккуратно положив член на живот. Вернулся вверх, к лицу и сразу же поцеловал его. Чонгук не возражал. Ему нравилось так целоваться, чувствуя не только запах и вкус Тэхёна, но и собственный. Вкус секса. Немного восстановившись после оргазма, Чонгук посмотрел на Тэхёна ясным, осознанным взглядом. — Теперь мы можем начинать? — Теперь – да, — сказал Тэхён. Сам он был возбуждён, но лёгкое волнение не давало ему полностью отдаться волне возбуждения, не позволяло кончить сейчас так же легко, как Чонгук. Он сел на кровати. Чонгук тоже поднялся, опёршись на руки позади себя. — Я хочу сделать это классическим способом, — сказал Тэхён. — Классическим? — Я хочу обычную миссионерскую позицию. Он немного наклонил голову набок, опустил руку на свой пах, легонько надавил у основания, чтобы немного унять возбуждение. — Я хочу лежать на спине и чтобы ты был на мне, видеть твоё лицо, чувствовать вес твоего тела. Ноги развести широко, чтобы ты мог войти глубже. — Его слова звучали так, будто он уже тысячу раз представлял этот момент. Чонгук почувствовал, как его тело вспыхнуло жаром. — Хочу, чтобы всё от начала до конца было именно так. Хочу принять тебя именно так. От первого до последнего движения. Хочу чувствовать, как ты будешь двигаться на мне. Во мне. Хочу полностью отдаться. Полностью покориться. Поэтому и хочу именно эту позицию... Хочу быть перед тобой раскрытым. Полностью. – Продолжал он почти шёпотом. — Хочу дать тебе полный доступ. Хочу, чтобы ты был в активной позиции. Чтобы мог сам контролировать темп, глубину... Я тебе доверяю. Поэтому отдаюсь в твои руки. На последних словах Тэхён закрыл глаза, произнося это едва слышно. Щёки его горели, веки дрожали. Он мог бы сейчас сказать, что возбуждён не столько физически, сколько изнутри. Возбуждён всем своим естеством. Возбуждён самим фактом того, что сейчас произойдёт. Возбуждён тем, что сейчас впустит в себя мужчину. Сейчас будет открытым. Уязвимым. Сейчас этот другой мужчина будет отвечать за его наслаждение. — И ещё... — Тэхён облизнул губы, — я хочу, чтобы ты делал это медленно. Очень медленно... От всех этих мыслей и образов Тэхён почувствовал, как превращается в жидкий мёд. Его немного повело, захотелось томно подвигаться. Возможно, поднять руки. Возможно, поводить бёдрами. Или мягко, словно в танце, покачать телом, чтобы этот горячий, растопленный мёд разлился под кожей. Он томно выдохнул. Чонгук, слушая эти слова, чувствовал, как его член снова твердеет. И от слов, и от такого томного, возбуждённого, доверчивого вида Тэхёна. И от того, что именно сейчас произойдёт. И от того, что Тэхён настолько ему доверяет, что хочет именно его. И от того, что Чонгук сейчас также впервые будет на мужчине. В мужчине. И не в каком-то мужчине, а именно в Тэхёне. В его Тэхёне. Они оба несколько минут сидели с закрытыми глазами, каждый в своём космосе, в этих новых ощущениях и осознаниях. Тэхён поднял ладони, потянулся к Чонгуку. Чонгук скорее почувствовал, чем увидел, что он хочет – оторвал свои руки от кровати, также протянул их вперёд. Их пальцы переплелись. Тэхён подполз поближе и очень мягко, нежно поцеловал Чонгука в губы, не углубляя поцелуй. Чонгук распутал их пальцы, провёл руками по плечам Тэхёна, по спине, подхватил его футболку и осторожно снял её. Снова погладил его плечи, притянул к себе, одну руку положил на его затылок, прижимая его голову к себе, целуя его в губы, а другой рукой обнимая за талию. Потом перешёл ниже к шее. Тэхён мягко застонал. Вдруг Чонгук вспомнил: надо подумать о ещё одной вещи. — Тэхён, — он произнёс почти шёпотом, — я понял, что у нас есть много смазки. Но... презервативы у нас есть? Тэхён улыбнулся: — Да, у нас есть презервативы. Ты можешь найти их в своей ванной комнате или в моей, и в тумбочке... Но сейчас я хочу без презерватива. Чонгук отстранился, посмотрел ему в глаза: — Но насколько я знаю, то лучше с презервативом. Тэхён согласно кивнул: — Да-да. Микрофлора, среда... сперма может нарушить баланс, и так далее. Но сегодня в мой первый раз, в наш первый раз, — он перевёл дух, — я хочу без. И хочу, чтобы ты кончил в меня. На этих словах волна жара обдала Чонгука изнутри, его член дёрнулся. Тэхён опустил голову, уткнувшись лбом в лоб Чонгука: — Я сегодня хочу всё. Не просто факт, что ты будешь во мне. Я хочу тебя без презерватива. Хочу, чтобы ты кончил в меня. Хочу знать, каково это. Почувствовать, каково это... Но кроме любопытства я просто хочу, чтобы это был ты. Чтобы ты был во мне полностью. Хочу не только твой член в себе, но и твою сперму. У Чонгука перехватило дыхание. Волна возбуждения прострелила по низу живота, по солнечному сплетению — настолько это было интенсивно. — Вот насколько я тебя хочу, — прошептал Тэхён. — А с последствиями я разберусь. Не думаю, что будут проблемы. Чонгук глубоко, с удовольствием поцеловал его. — Если что, я уверен в себе. Точно знаю, я здоров, — сказал Чонгук. Тэхён кивнул: — Я тебе доверяю. Знаю, что так оно и есть, потому что я в курсе, каковы нормы в нашей среде. Я никогда раньше не занимался сексом без защиты. Он сделал паузу, добавив тише: — Но даже с учётом этого, я проверялся после каждой девушки. На всякий случай. Чонгук улыбнулся на этих словах: — Да, я тоже. Я тоже. Он снова коснулся губами губ Тэхёна, поцеловал его. Тэхён же убрал руки с Чонгука, опёрся на локти позади себя и начал отползать. Чонгук старался не разрывать поцелуй, двигаясь за ним. Тэхён переместился к изголовью кровати, поправил подушку и лёг на неё затылком, устроившись поудобнее. Чонгук сел между его разведенных коленей, дав себе возможность посмотреть на Тэхёна с этого ракурса. «Неземной». Губы влажные от поцелуев. Веки полуприкрытые. Выражение лица разнеженное, расслабленное, но в то же время возбуждённое. Так красиво лежали его руки на кровати. Так красиво выглядел он сам раскинувшись, с широко разведёнными ногами. Чонгук наклонился, оставил несколько поцелуев на его животе, каждый раз удивляясь, насколько упругая и нежно-бархатистая у Тэхёна кожа. Целуя живот, он ласкал его бёдра, чувствуя, как Тэхён расплавляется: полностью закрыл глаза, откинул голову на подушку. Одну руку закинул за голову, другой накрыл собственные глаза. Чонгук оторвался от поцелуев, поднялся, снял с себя футболку, стянул штаны. Затем, аккуратно приподнимая таз Тэхёна, снял и его пижамные штаны. Тэхён после душа был без белья, только в штанах, которые теперь лежали смятые возле кровати. Это было божественное зрелище: возбуждённый, расслабленный Тэхён с растрёпанными светлыми волосами, с припухшими от поцелуев губами. Он лежал раскинувшись на кровати Чонгука, в его спальне, в его доме, с широко разведёнными коленями, полностью открытый, отдавшийся. Открытая промежность. Открытый запретный вход. Чонгук сглотнул, на мгновение закрыл глаза, пытаясь немного унять своё возбуждение. Он был на грани просто от осознания этого факта, от поцелуев, от ожидания того, что сейчас произойдёт. Он снова провёл ладонью по уже обнажённой коже Тэхёна – по бёдрам, коленям, голеням, иногда возвращаясь к животу, но пока что не касаясь члена. А член Тэхёна уже был возбуждён, налит кровью, с влажным блеском на головке. Он лежал на животе, напряжённый и готовый. Чонгук потянулся к тумбочке, открыл верхний ящик, достал тюбик смазки, выдавил немного на пальцы и провёл рукой по его члену, распределяя. Тэхён застонал, еле двинул бёдрами, его тело напряглось. Чонгук размазал остатки лубриканта по собственному члену, несколькими движениями ладони убедившись, что он готов – твёрдый, напряжённый до предела. Затем потянулся за подушкой, приподнял таз Тэхёна и подсунул её под поясницу, чтобы промежность открылась ещё больше. Тэхён развёл ноги шире не стесняясь. Нет, на самом деле застенчивый румянец ещё пылал на его щеках, но доверие к Чонгуку, сумасшедшее желание и готовность побеждали, оставался лишь этот нежный румянец. Он расплавился: в расслаблении, в возбуждении, в желании лишь чувствовать, лишь принимать. Чонгук выдавил ещё смазки, распределил её пальцами по промежности Тэхёна. Двумя пальцами осторожно надавил на вход, Тэхён охнул, бёдра его дёрнулись, член подпрыгнул на животе. У Чонгука перехватило дыхание от этой картины. Он медленно делал круговые движения вокруг напряжённого мышечного колечка, гладил промежность, массировал мошонку. Тэхён стонал, двигая бёдрами. Когда пальцы снова подошли ко входу, они вошли легко. Сразу два. Тело не сопротивлялось. Не спазмируя, не закрываясь. Наоборот, будто растопленный мёд, мышцы поддавались, открывались. Чонгук начал осторожно двигать пальцами внутри, развернув их подушечками к себе, чтобы касаться передней стенки. Он вглядывался в лицо Тэхёна — тот, похоже, уже полностью отдался ощущениям. На его роскошном лице читалась полная отдача: блестящие от слюны губы, которые он постоянно облизывал, тихие стоны, нежные движения бёдрами. С каждым движением пальцы уходили глубже, пока не углубились до самых костяшек. Чонгук начал искать тот заветный бугорок и нашёл мгновенно. Тэхён вскрикнул, выгнувшись в пояснице, его член резко подскочил. Чонгук тоже почувствовал пульсацию в собственном члене, что заставило его сжать его основание, стараясь немного унять напряжение. Продолжая двигать пальцами в медленном ритме, он одновременно опустился ниже, взяв член Тэхёна в рот. Не стараясь взять полностью, он обхватил губами лишь головку, сосал, обводил языком, создавая горячий влажный вакуум. Тэхён застонал громче, его бёдра задвигались активнее. Чонгук наблюдал, слушал, вдыхал его запах и понимал, что его собственное возбуждение сейчас было совершенно иным, чем когда-либо раньше. Это было нечто большее, чем просто физическое желание — это было полное погружение в каждый момент, в каждое движение, в каждый звук, что вырывался из губ Тэхёна. Ощущение его тела под пальцами, его вкус, его реакции — всё это создавало невероятную гармонию, где не было места ничему, кроме них двоих и этого момента. Раньше ощущение возбуждения было проще — кровь отливала от головы, приливала к низу живота, наполняла член, и всё тело требовало разрядки. Но сейчас... сейчас всё было иначе. Его возбуждение разлилось по всему телу, не только в члене, но и в голове, во внутренностях, в коже, в мышцах. Будто каждая его клетка горела этим огнём желания. Он уже не мог сдерживать стонов, продолжая двигать пальцами внутри Тэхёна, гладя его живот, бёдра, член. Не знал, когда можно переходить к следующему шагу. И именно в этот момент услышал, как Тэхён, едва дыша, прошептал: — Чонгук-и... убери пальцы. Хочу тебя внутри. Хочу твой член. У Чонгука перехватило дыхание. Волна нежности прокатилась по низу живота. Он осторожно вынул пальцы, добавил ещё смазки на свой член, приставил головку к входу. Нависнув над Тэхёном, поставил ладони по обе стороны его груди. Тэхён, не открывая глаз, обвёл его предплечья своими ладонями, ещё шире раздвинув ноги. Открытый. Полностью. Чонгук тоже закрыл глаза. Несмотря на то, что это он был в активной позиции, он почувствовал себя также очень открытым сейчас перед Тэхёном. Он аккуратно надавил на вход и почувствовал, что мышцы легко расходятся, он может войти внутрь. Он подался немного назад, качнул бёдрами вперёд. Почувствовал, как кольцо мышц расходится, и его головка входит внутрь. Тэхён застонал, прогнувшись в пояснице. А Чонгук охнул от ощущений. Замер, немного подождал. Почувствовал как мышцы входа немного пульсируют, сжимаются и разжимаются, но не спазмируют, это было не больно. Он на несколько миллиметров подался назад, чтобы не выйти из него, и снова качнул бёдрами вперёд, войдя ещё на несколько сантиметров. Тэхён застонал, пальцами сжав сильнее предплечья рук Чонгука. Всё это время он был с закрытыми глазами, полностью отдаваясь всем своим ощущениям. Чонгук потерялся в удовольствии... Даже ещё не начав двигаться, а просто войдя в Тэхёна, пребывая в нём, он уже улетал. Снова буквально на несколько миллиметров подался назад, снова качнул бёдрами вперёд и снова вошёл глубже. Тэхён зашевелился под ним. От этих движений Чонгук почувствовал, как он проскальзывает ещё немного глубже. Войдя больше, чем наполовину, он теперь подал таз назад чуть больше, до самой головки. Оставляя её внутри, и теперь более размашистым движением качнулся вперёд, войдя почти до основания. Тэхён застонал, выгнулся, вцепившись в его руки. Но Чонгук видел и чувствовал, что это всё от удовольствия. Тэхёну не было больно. Он тонул в наслаждении. Чонгук сам сейчас испытывал невероятные ощущения. Внутри было влажно. Горячо. Узко. И он мог бы поклясться, что чувствует своим членом, какие бархатные стеночки внутри. Помня, что ему нужно не просто двигаться вперёд-назад, а ещё и найти правильный угол. Чонгук качнул бёдра чуть назад, попробовал под другим углом войти. Потом ещё немного под другим углом. Пока не попал головкой по простате, проехался по ней. Тэхён застонал утробным, глубоким баритоном. Чонгук понял, какой нужно держать угол, и доверился своему телу, что оно сделает это за него. Опустился на локти. Потом ещё немного ниже. Локти разъехались, пока он не коснулся грудью груди Тэхёна. Накрыл его рот своим ртом. Тэхён сейчас был в таком состоянии, что не смог бы ответить на поцелуй, настолько он был потерян в своих ощущениях. Настолько Тэхён сейчас сам был ощущением, сам был удовольствием. Чонгук и сам сейчас был очень сосредоточен на процессе, на ощущениях внутри, на том, чтобы двигать тазом. Понимал, что ему трудно удерживать внимание сразу на двух процессах. Поэтому он также закрыл глаза, отдавшись ощущениям. Просто держал свои губы над губами Тэхёна. Ловил своим ртом его выдохи, его стоны, каждый звук, который Тэхён издавал. Тэхён обвил Чонгука руками. Одну руку положил ему на спину, надавливая на неё, легко царапая её ногтями, сжимая мышцы. А другой рукой пальцами зарылся в волосы на затылке. Потом поднял ноги, обвил талию Чонгука, ещё немного подставляясь, открывая промежность, переплёл ноги вокруг его поясницы. Чонгук почувствовал себя в этих объятиях так сладко, так хорошо. Ему хотелось, чтобы Тэхён крепче его прижимал ногами за талию, руками за спину. Он продолжал делать поступательные движения, его тело поддерживало правильный угол. Каждый его толчок приходился головкой по простате и проходил глубже. Они забылись во времени. Стоны, выдохи. Влажные, потные, горячие тела, переплетённые руки и ноги. Глубокие толчки. Наслаждение. У одного от того, что владеет, что находится внутри, дарит удовольствие и сам тонет в наслаждении. У другого, что целиком отдался и получает наслаждение, о котором раньше даже не подозревал. Он чувствует наполненность. Чувствует принадлежность. Чувствует, насколько глубоко это слияние, этот контакт, о котором он раньше даже не знал. С этим мужчиной. Клетка к клетке, выдох к выдоху. Дрожь к дрожи. Глубоко и горячо. И так по-настоящему. Двигаясь в Тэхёне, Чонгук открывал для себя новые грани владения. Активную позицию. Новую грань того, что может чувствовать его член, его тело. В нём пробуждалось новое наслаждение, которого он раньше не испытывал. Он забылся во времени. Не знал, не мог бы сказать, сколько минут прошло. Сколько он был в Тэхёне, сколько двигался в нём. Сколько Тэхён принимал его, как плавился под ним, двигался под ним. Сколько его вздохов и выдохов Чонгук почувствовал, впитал в себя. Он просто... Будто забыл, кто он. Сейчас он просто был живым. Горячим. Пульсирующим. Владеющим. Просто... Живым существом. И под ним было другое живое существо. Прекрасное. Разгорячённое. Такое, что плавится от наслаждения. Божественно совершенное. Дьявольски возбуждающее. Не имела никакого значения их половая принадлежность. Не было важно, что они мужчины. Важно было только то, насколько хорошо им вдвоём. Что нового они сейчас открывают в себе и друг в друге. Хотя, конечно, Чонгук чувствовал силу Тэхёна — всё же это была мужская сила. Крепкие руки. Мощные ноги. Плоский, твёрдый пресс. Низкие грудные стоны. И член между животами. Чонгук при каждом толчке внутрь проходил своим животом по члену Тэхёна, стимулируя его таким образом. Он чувствовал, как в Тэхёне становится ещё горячее. Чувствовал животом, что его член стал будто ещё твёрже. А когда он почувствовал, как напрягся пресс Тэхёна, Чонгук понял, что у него сейчас будет оргазм. Поэтому он продолжил входить в Тэхёна в том же темпе, под тем же углом, позволяя ему, позволяя себе излиться. Получить оргазм. Тэхён кончил первым. Его выгнуло. Он раскачивал тазом, терся спиной о постель, глубоко впившись ногтями в спину Чонгука. Застонал длинной низкой нотой. Мышцы пульсировали. Член пульсировал. Чонгук чувствовал, как мышцы входа сокращаются, но не настолько плотно, чтобы делать ему больно. В очередной раз Чонгук осознал, насколько сильно был возбуждён Тэхён, насколько готов, насколько расслаблены были его мышцы. Он продолжал двигаться в нём, сквозь его оргазм. Тэхён продолжал выгибаться, стонать, шевелиться под Чонгуком. И ещё через несколько движений кончил Чонгук. Его так же выгнуло, мелко затрясло. Он осел всем своим весом на Тэхёна, ещё по инерции двигая тазом вперёд и назад. Каждый толчок вглубь вызывал сокращения, выбрасывая сперму внутрь. Полностью отпульсировав, Чонгук распластался на нём. Тэхён распутал ноги с его талии, просто широко развёл их в стороны, оставаясь раскрытым. Чонгук хотел начать двигаться, чтобы выйти, но Тэхён едва сжал его спину пальцами и Чонгук понял – Тэхён хотел, чтобы он остался внутри. Сфинктер немного сжался, но всё же не полностью, не спазмировал. Чонгуку не было больно, лишь ощущение этой узости, этого жара внутри. И некоторое время они так лежали. Растрёпанные. В экстазе от новых глубоких ощущений. Тэхён — обессиленный, разгорячённый, невозможно красивый. Чонгук — мощный, словно статуя прекрасный, глубоко в нём. Когда волна оргазма немного отступила, Чонгук приподнялся на локтях, поднял голову и поцеловал Тэхёна. Теперь Тэхён уже мог ответить. Он был вялым, расслабленным, разморенным, но с удовольствием ответил на поцелуй. Он провёл руками по телу Чонгука от спины вниз до талии, крепко обхватил его ягодицы. Прижал его таз глубже к себе, будто удерживая, не давая выйти. Он немного повозился, и оба чувствовали, как между ними размазывается сперма Тэхёна. Для них обоих это было дополнительным удовольствием. Через некоторое время Чонгук почувствовал, как тело Тэхёна всё же будто выталкивает его. Он осторожно вышел, его член, уже мягкий и вялый, освободился. И осознал, что чувствует пустоту. Он мог точно сказать, что ему понравилось это ощущение – узость, жар, обхват. Тэхён тоже почувствовал пустоту. Он чуть не заскулил, когда исчезло ощущение распирания, наполненности. Его сфинктер пульсировал, сокращаясь, и Тэхён застонал. — Это было... невероятно... потрясающе... Я до сих пор ничего не соображаю... Его руки до сих пор крепко держались за ягодицы Чонгука, притягивая его к себе. Но Чонгук почувствовал, как силы покидают его, поэтому в конце концов освободился из этой хватки и скатился с Тэхёна. Он лёг рядом на бок, тяжело выдохнул, положил руку ему на живот. Плавными, массажными движениями он начал размазывать его сперму по животу, по груди. Тэхён раскинул руки, ноги оставались широко разведёнными. Он лишь достал подушку из-под таза. — Я просто в шоке... Почему все этого не делают? У всех мужчин есть простата. И это... Это просто какой-то новый уровень удовольствия. Я в шоке от того, что может моё тело. Он повернул голову к Чонгуку, еле удерживая глаза открытыми. — Думаю, я был рождён для анального секса. Я даже не могу тебе описать, как это ощущается. Это будто оргазм не только членом, а всем телом. Ощущение внутри, ощущение полноты, наполненности... Когда ты давил на меня в глубине... Это неописуемо. Будто ток проходил по каждой клеточке. Тэхён медленно выдохнул, снова закрыв глаза. — У меня тоже были новые ощущения. И возбуждение было новым, и ощущение внутри... Ведь для меня это тоже первый раз. Вдруг Тэхён спросил: — Погоди, у тебя раньше не было анального секса? Чонгук немного поморщился. Ему не хотелось сейчас вспоминать прошлых партнёрш. — Был, — сказал он. — Но редко. Мне не очень нравилось. Было больно. Девушкам тоже не нравилось, они скорее терпели, или играли роль, или притворялись. Всё было быстро, механически. Просто чтобы кончить. Поэтому такие ощущения сегодня для меня тоже первые. И мне очень понравилось. Он провёл рукой по телу Тэхёна, остановившись чуть выше — на его шее, большим пальцем провёл по линии челюсти. — Я теперь даже не знаю, хотел бы ли, смог бы ли вернуться к сексу с женщинами. Потому что это совсем иначе. Тэхён улыбнулся и повернулся на бок, приблизившись к Чонгуку так, чтобы их лица оказались почти вплотную. — Тогда мы идём в правильном направлении, — сказал он. — Ты хотел бы попробовать? — Да, — честно ответил Чонгук. — Но не сейчас. Позже. Когда я буду готов, я тебе скажу. Ведь это же будешь ты. Тэхён улыбнулся, потянулся к его губам и поцеловал.