-
25 октября 2025 г., 22:59
я говорю, едва сдерживая смех. меня нереально «прикалывает» серьезность ситуации. вот, мы, взрослые мужики, на камеру, с совершенно серьезными минами, занимаемся… ну фигней. и причем эту фигню можно прикрыть чем угодно, вплоть до исследования языковых барьеров. а я думаю: разве коллеги в хороших отношениях не имеют права друг над другом пошутить?
ну вот, уже оправдания посыпались. а между тем, отступать уже поздно… и задуманному свершиться не мешает ни фоновый шум, ни яркое неоново-синее освещение здания напротив.
— хватит пить нашу кровь. хватит пить, — терпеливо говорю я по-русски.
— кватит пичь, — старательно повторяет честер. майк опускает голову и прячет улыбку в бороде.
— хватит пить, — я звучу голосом терпеливого учителя.
— кватит… окей! кватит питч…
— нашу кровь.
— нашу крёфь.
— грейт! — для англоязычного это действительно великолепно. я со своим английским для ребя, наверное, звучу не менее комично, чем честер, впервые в жизни говорящий на русском.
честер воодушевляется и берет напором, проникновенно глядя в камеру.
— кватит пищь нашу крёшь…
майк ржет-не-может, отворачивается и отходит в сторону. я и сам больше не могу сдерживаться.
— шуд мо корректли, — сквозь смех прошу я. певец и сам понимает, что налажал в произношении, опускает голову, но не разобрать его эмоций. думаю, что маленькая неудача его лишь раззадорит, служа этаким поглаживанием против шерсти.
— телл ми эгэйн! — требует он, от усердия мысленной деятельности даже зажмурившись. майк возвращается, не переставая улыбаться, как будто его снова вот-вот «вынесет». впрочем, закономерно.
— хватит пить нашу кровь, — я и сам улыбаюсь до ушей.
— кватит пищь…
— хватит пить.
— кхватит питч!
— хватит пить нашу кровь.
— кхватит питч нашу крёфь.
и все это время глаза у него прикрыты, а голова опущена. старается, ешкин кот, как ученик у доски.
майк опять уходит, не в силах выдерживать таковые измывательства над товарищем. он громко выказывает свой восторг. честер наконец улыбается и сам, жестикулируя, отвечает. по сравнению с четкостью и знакомостью русской речи, их разговор напоминает то ли журчание ручья, то ли мурлыканье. после короткой перемены урок продолжается.
