Капитан тоже умеет любить

Глава 10

Казармы ночью были другим миром. Царством теней и тишины, где даже воздух казался гуще и холоднее. Леви совершал свой обычный обход, его шаги бесшумно скользили по каменным плитам. Эти ночные дежурства были для него формой медитации — ритуалом контроля и порядка. Сегодня ему это было нужно как никогда. Повернув за угол в сторону жилого крыла, он замер. В конце коридора, у большого окна, выходящего на тренировочную площадку, стояла она. Закутанная в тонкий платок поверх ночной рубашки, Линн смотрела в ночь, освещённая лишь бледным светом луны. Она не услышала его приближения. — Ты что тут делаешь, Адлер? — его голос прозвучал в тишине громче, чем он ожидал, но сохранил ровный, холодный тон. — Ночью солдаты спят. Или у тебя опять свои геройские планы? Она вздрогнула и резко обернулась. В лунном свете её лицо казалось бледнее, глаза — сверкали как ледяные осколки. — Капитан. Я... просто не могла уснуть. — Она отвела взгляд обратно в окно. — Просто подумала, что луна сегодня очень красивая. Он подошёл ближе, остановившись в паре шагов. В этой тишине, без зрителей и без необходимости атаковать, она казалась... хрупкой. Но не слабой. Спокойной. И от этого ещё более невыносимой. — Луна, — повторил он с лёгкой, язвительной насмешкой, чтобы заглушить странное щемящее чувство в груди. — Это всё, о чём ты можешь думать? Пока другие готовятся к смерти, ты любуешься небом. Она не ответила сразу. Потом тихо сказала, всё так же глядя в окно: — А вы? О чём вы думаете, капитан, когда не можете уснуть? Вопрос застал его врасплох. Его обычный арсенал колкостей вдруг показался бесполезным против этой простой, тихой прямоты. Воздух между ними сгустился. — Я думаю о том, как исправлять ошибки, — отрезал он, но в его голосе не было прежней силы. Он видел, как её плечи слегка напряглись. — Я понимаю, — она наконец повернулась к нему, и её взгляд был серьёзным и проницательным. — Моя ошибка — быть здесь. Бесполезной. Я знаю, что вы думаете обо мне. — Но я не сдамся, капитан, — прошептала она. — Я буду становиться лучше. Сильнее. Пока вы не перестанете смотреть на меня, как на обузу. И еще, капитан Леви, я хотела сказать вам спасибо за то, что тратите столько времени, тренируя меня, я никогда не чувствовала себя настолько сильной. Моей мечтой после начавшегося кошмара всегда было только одно – стать похожей на вас, отважных и сильных солдат. После этих слов Линн шагнула к капитану и легко приобняла его, уткнувшись носом в грудь. Так она выражала свою благодарность. Капитан застыл. Нет, он не обнимал её в ответ, даже не смотрел на неё. В движении Линн не было и капли сексуального подтекста, однако Леви предательски чувствовал тепло, расплывавшееся по телу. – Она наивный ребенок, благодарный тебе за тренировки, а ты бессовестный слабовольный придурок, не умеющий держать себя в руках, - прошипел сам себе Капитан. Нет. Только не это. Не здесь. Леви просто продолжал стоять, чувствуя, как кровь приливает к лицу, а низ живота наливается свинцовой тяжестью. Он был благодарен полумраку, что скрывал его состояние. Его разум метнулся в поисках спасения — злости, оскорбления, чего угодно, чтобы отогнать это. — Глупая девчонка, — прошипел он, но в его голосе не было прежней убедительности, лишь хриплое напряжение. — Иди спать. Это приказ. Он не стал ждать её ответа. Резко развернувшись, он зашагал прочь, оставив её стоять одной в лунном свете. Его шаги теперь были тяжёлыми и отрывистыми. Он не пошёл продолжать обход. Он почти бежал в свою комнату, чувствуя, как стыд и ярость вновь душат его. Войдя, он захлопнул дверь и прислонился к ней спиной, закрыв глаза. Его тело предательски горело. Он снова был в этой ловушке. С проклятием он рванул с себя одежду. Его рука сжала его член, движения были резкими, почти болезненными. Он пытался думать о чём-то другом, о чём угодно — о титанах, об отчётах, о чистоте пола. Оргазм нахлынул, мучительный и не приносящий облегчения. Он рухнул на кровать, измождённый, чувствуя себя не просто побеждённым, а опустошённым.