Сад пауков 2. Дом мух #4.5 Фоллокост

      После того, как Лорен съехал, квартира казалась пустой. Не только потому, что исчезли его вещи — изменилась сама атмосфера, эта невидимая аура, которая словно обволакивает все вокруг. Я поднимался из своего офиса, заходил домой — ощущение было другим, хотя Николас старался быть хорошим сенгилом.       Все было как-то не так. И это чувство исчезало только когда мне приносили ужин, приготовленный заботливыми руками Лорена.       В первую неделю Лорен баловал меня всеми моими любимыми блюдами, вроде сочных чизбургеров с беконом и картошкой фри и легкого Цезаря с курицей. А перед своими первыми выходными он зашел ко мне и предложил заготовить что-нибудь заранее, чтобы Николас потом подогрел. Я вежливо отказался — кухня и без него справлялась, сенгилов хватало.       Потом я снова с головой ушел в работу, уже не придавая значения тому, что Силас притих. Братья, с которыми я общался, навещали короля, и каждый с облегчением отмечал, что Сангвин за ним присматривает. Силас и раньше запирался у себя в спальне на недели, а то и на месяцы, и все знали, что лучше, чтобы кто-то из нас был рядом.       Каков их план по финансам Короны, я не знал. И каждую субботу, затаив дыхание, ждал панического звонка о том, что все чеки отклонены и денег больше нет. Но этого не происходило.       Меня не устраивало, что меня отстранили в такой кризисной ситуации, но Силас так и не открыл мне доступ к финансовой программе, которую семья использовала для отслеживания расходов, и у меня были связаны руки. Единственный вариант — проникнуть в его квартиру и воспользоваться взломщиком паролей.       Я работал и жил в своем небоскребе с Николасом. Общался с братьями только если они сами звонили, все рабочие встречи проводил у себя в офисе. День за днем, по кругу: работа, дом, сон, утро, все сначала.       И все шло нормально, пока однажды после обеда мне не позвонил секретарь.       — Хозяин Илиш, звоню сообщить, принц Неро и принцесса Эллис только что припарковались у лестницы, — сказал Элан. — Вы хотите их принять?       Неро и Эллис? Их совместный приход не сулил ничего хорошего.       Видеться с ними мне не хотелось — настроения не было. Но если тиены у входа в Олимп попробуют их остановить, то получат кулаком в лицо. А если попытается Элан — это будет все равно что бигль, лающий на голодного льва и раздраженную львицу.       — Да, пусть проходят. Спасибо за предупреждение, — ответил я и повесил трубку       Никки в это время мыл окна под пристальным наблюдением своего кота. К слову, глаза коту полностью вылечили, и они оказались ярко-зелеными. Шерсть у него тоже понемногу отрастала. Кот уже месяц жил в Олимпе, но ни разу так и не прошел дальше коридора. Иногда его светящиеся в темноте глаза действовали на нервы, но со временем я привык, решив, что ему просто нравилось наблюдать за людьми, как и его хозяину.       — Неро и Эллис сейчас придут, — сказал я, поймав взгляд Ники, и кивнул ему в сторону кухни. — Налей им по пиву, в охлажденные кружки.       Выдался жаркий день, и я даже включил кондиционер, хотя обычно в квартире и так было прохладно. Из-за жары Никки попросил фонтанчик для кота — и получил его, а еще расставил миски с водой и едой в разные углы коридора, потому что прочитал в книге, что кошки предпочитают, чтобы они стояли отдельно. У меня было свое мнение по этому поводу, но я промолчал.       — Приготовить закуски?       — Да, будь добр.       Вскоре мои двустворчатые дубовые двери сотряслись — так стучал только Неро, я не сомневался, что со временем на них точно останется вмятина. Никки тут же выскочил из кухни, на ходу поправляя форму, и открыл дверь.       Неро и Эллис стояли в проеме бок о бок, в одинаковой позе со скрещенными руками.       Эллис увидела меня и с облегчением выдохнула.       — С тобой все нормально…       Я нахмурился, услышав беспокойство в ее голосе. Неро тем временем окинул меня взглядом — индиговые глаза скользнули по мне с головы до ног, будто два лазера, считывающие данные.       — А что вы ожидали увидеть? — спросил я, тоже изучая их внешний вид.       — Ничего хорошего — так всегда бывает, когда ты запираешься у себя в квартире. В этом вы с Силасом похожи. — Они скинули обувь и прошли в гостиную. — Тебя же почти не видно и не слышно.       — Почти? — переспросил Неро. — Илиш, когда ты в последний раз видел кого-то, кроме Никки и своего секретаря? Если это из-за того, что мы теперь бедные — так Сангвин сказал, что они с Гарретом и Силасом уже все решают. Сегодня вечером будет семейная встреча в парке Саншайн, Силас представит новый план, как нам не скатиться в нищету и не оказаться в приюте для бездомных. — Он повернулся к Эллис: — А у нас вообще есть приюты для бездомных?       — В Моросе есть, пока что.       Я нахмурился.       — Со мной все в порядке. Просто много работы. И Лорен недавно съехал, так что пришлось привыкать жить немного по-новому.       Никки вышел из кухни с двумя кружками пива, и Неро с Эллис тут же оживились.       — О, смотри-ка, а он уже прошаренный! — восторженно сказал Неро. — Эй, Никкиборг, значит, ты теперь главный, да? Лорен больше не стоит над душой. И как тебе — быть старшим сенгилом?       — Мне нравится, хозяин Неро, но я скучаю по Лорену, — ответил Никки. — Он давал мне хорошие указания.       — А где котик?! — оживился мой брат, уже шевеля пальцами в предвкушении погладить животное. — Ник, покажи мне кота.       — Неро. — Эллис толкнула его локтем. — Мы сюда пришли поговорить с Илишем. — Затем она улыбнулась Николасу, как обычно улыбалась Дрейку — снисходительно мягко. — Николас, можешь побыть в своей комнате? Нам нужно поговорить с Илишем наедине.       — Никки готовит закуски. Все в порядке, — сказал я. — Он не будет подслушивать. — По крайней мере, пока мы с Неро не начинаем раздеваться. — Николас, иди на кухню.       Никки поклонился и ушел. Неро проводил его взглядом.       — Ходит как заводная игрушка, — пробормотал он. — А как он в постели? Активный или лежит, как секс-кукла? Блядь, это было бы странно.       — Нормальный он в постели.       Я ни за что на свете не стал бы рассказывать Неро, что после того случайного тройничка с Силасом, у нас с Никки ничего не было.       Моя сексуальная активность за последние недели в целом упала до нуля. С братьями я не виделся, так что последний раз у меня был с Лореном перед его отъездом. Иногда возникало желание, но я так загружал себя работой, что оно быстро гасло, стоило отвлечься на что-то другое.       Впрочем, если Силас сегодня собирает всех, чтобы довести свой гениальный план по спасению семьи от банкротства, можно не сомневаться — закончится это оргией. Там и сброшу напряжение. А потом, глядишь, и вернется мое обычное либидо.       — Можно я как-нибудь заберу его к себе? — спросил Неро. — Только я один, без Сефа, чтобы не пугать его сразу двумя огроменными приборами. Я буду с ним нежен… если он сам не попросит жестче.       — Неро! — воскликнула Эллис, всплеснув руками. — Сосредоточься. Направь кровь в мозг, а не в член.       — Ой, сестренка, отъебись! Вечно ты меня обламываешь. Зануда!       Пока они, как обычно, препирались, Никки вернулся из кухни. Увидев, что он несет, я замер.       На тарелке лежали… соленые крекеры, ломтики чеддера, нарезанные разной толщиной, и маринованные корнишоны.       Неро и Эллис тоже слегка растерялись — мы все привыкли к тому, что Лорен готовил гостям более сложные закуски: сырные тарелки из нескольких сортов, домашний хлеб, вяленое мясо, свежие сезонные фрукты.       Но Неро, пребывая в хорошем настроении (а может, просто хотел расположить к себе Никки для будущего секса), расплылся в улыбке.       — Никки-зайчик, все выглядит очень аппетитно! Спасибо.       — Спасибо, Никки, — добавила Эллис, тоже с улыбкой.       Никки поклонился.       — Я пойду к себе. Хозяин Илиш, если понадоблюсь, позови.       И он ушел.       Неро взял крекер.       — Это потому что мы теперь бедные, да? — спросил он. — Можем позволить себе только крекеры и сыр?       — Может, Харрис случайно убил настоящего Николаса и подменил его другим ребенком? — задумчиво произнесла Эллис, рассматривая полупрозрачный кусочек чеддера. — Или он ударился головой, а Харрис побоялся нам сказать.       — Угу, — сказал я, уже теряя терпение. — Я с ним поговорю. На кухне, наверное, полно еды. — Я пока не настолько обнищал, чтобы экономить на продуктах.       — Ты можешь поверить, что мы просрали все деньги? — сказал Неро, набив щеки сыром. — И все из-за твоего небоскреба.       Мне захотелось выбить ему зубы, даже несмотря на его хитрую ухмылку.       — Если Силас видел, что мы уходим в минус, он должен был сказать об этом раньше, а не придумывать сложную схему со ставками. У меня был десяток идей, как вернуть деньги, но он не брал трубку. А когда сам позвонил, был пьян в стельку. — Я поморщился. — Налоги на выигрыши — сорок процентов. Запустить мини-игры с заключенными, чтобы поддерживать подписки на канал. Урезать финансирование экспериментов Периша со спайками. И это еще не весь список. Есть сотни способов сэкономить нам миллионы. Но Силас не отвечает. Он вообще закрыл мне доступ к финансовой системе еще когда я сказал ему, что игры принесут убытки. Это было несколько месяцев назад.       — Подожди… он до сих пор не открыл тебе доступ к финансам? — нахмурившись, спросила Эллис. — Это плохой знак. Неро, Сангвин точно сказал, что у них есть решение?       Неро кивнул, хрустя мини-огурчиком.       — Да, он говорил довольно уверенно, но детали не озвучил. Сказал прийти в парк Саншайн к шести и ждать. Обещал, что нас накормят ужином, так что тебе, братишка, там точно понравится. — Он подмигнул мне, потянувшись за еще одним куском сыра. — Учитывая, чем ты тут питаешься.       — Лорен теперь шеф-повар в Олимпе, — сказал я сухо. — Я питаюсь нормально.       — Пока Королек не уволил его ради экономии, — поддел Неро. — Да ладно, Сангвин в таких делах шарит, так что не парься. Скоро опять будем купаться в деньгах. Или, ты точно в порядке? Без шуток — мы за тебя переживали после всей этой истории с Хаксом.       Эллис тем временем начала оглядывать квартиру, и я не сразу понял зачем, пока она не спросила с такой наигранной небрежностью, что даже актеры мыльных опер постеснялись бы:       — А где… Хакс?       — Хакс? Там, куда вы его и отправили.       Меня корежило внутри от того, что они снова вытаскивали мои чувства наружу, словно падальщики, набросившиеся на распотрошенные внутренности карракэта. И бесило, что Хакс вообще занимает столько места в головах членов моей семьи. Для них это было просто новым развлечением — посмотреть, чем все закончится. Буду ли я встречаться с грязным пустынником или не выкину ли еще что-нибудь безумное.       — Как он вообще поживает? Я слышала только то, что рассказывают тиены, патрулирующие улицу возле его нового дома. Не верится, что ты позволяешь ему закатывать вечеринки.       Она меня провоцировала? Если так, то мои следующие слова сорвались с губ прежде, чем мозг успел затащить их обратно в глубины сознания, где им и положено было оставаться.       — Я не видел Хакса с финала игр.       У Неро и Эллис буквально отвисли челюсти.       — Что?! — выдохнула Эллис.       — Ты серьезно, блядь? — Неро взмахнул руками, как один из тех надувных человечков, которых ставят перед автосалонами. — Ты с ним даже ни разу не встретился?       Я сидел, тупо глядя перед собой, не в состоянии быстро придумать остроумную реплику, чтобы спасти свою гордость. Почему я постоянно наступаю на одни и те же грабли? Точнее, почему они не могут просто от меня отстать?       — Не встречался. — Это было лучшее, что я смог выдавить. — Был занят.       Эллис раздраженно взвыла.       — Илиш, я столько сил потратила, чтобы спасти его для тебя! — Она отодвинула свой бокал подальше от Неро, хотя тот пока не допил свой. — Как можно разорить Скайфолл и не встретиться с ним хотя бы раз?! Ты мой должник. Папа и так злится на меня за то, что я помогла тебе.       Я хмыкнул.       — Есть еще что-то, за что вы хотели меня сегодня попилить?       Разумеется, они оба глубоко задумались, замолчав.       — Позвони Джеку, узнай, как он, — попросил Неро. — Ему, наверное, хреново сейчас. Сангвин почти все время проводит с Силасом.       — Учту, — сказал я. — Увидимся вечером на семейной встрече.       Неро кивнул, взял тарелку и доел остатки крекеров с сыром.       — Ладно, братан, мы погнали дальше. Надо еще к нашим близнецам-модникам заскочить, сказать про собрание. Эти двое вчера с Аресом и Сирисом до ночи зависали и трубки не берут. Близнецы с близнецами, вот извращуги. Я им навешаю за то, что меня не позвали.       Эллис передернуло.       Они ушли, хотя радоваться было бессмысленно, учитывая, что я все равно увижу их и остальных братьев сегодня вечером. Никогда не любил эти спонтанные сборища, особенно когда было очевидно, что за моей спиной судачат о Хаксе.       От неловкости мне казалось, будто под кожей ползают насекомые. Вскоре я уже расхаживал по квартире, выкуривая одну сигарету за другой и пытаясь придумать, как заткнуть эти сплетни раз и навсегда. Если уж я и решу увидеться с Хаксом, то сделаю это скрытно, без свидетелей, а не с фанфарами и фейерверками, как, похоже, хотелось моей семейке.       И вообще, почему я первым должен идти на контакт? С какой стати мне опускаться так низко? В ту ночь в медблоке он едва обратил на меня внимание. Если я свяжусь с ним первым, буду выглядеть еще более жалким, чем чувствую себя сейчас, когда дымка одержимости наконец рассеялась.       В конце концов я перестал метаться и вышел на террасу с ноутбуком и полной пачкой сигарет. Попробовал снова зайти в финансовую систему, надеясь, что Силас, разработав свой грандиозный план, наконец вернул мне доступ.       Нихрена.       Снова красная надпись «Ошибка входа», как и весь последний месяц. Это ограничение бесило ту часть меня, которая привыкла все держать под контролем. Силас никогда не был силен в финансах, и пока мы не повзрослели настолько, чтобы взять на себя управление бюджетом Скайфолла, он всегда поручал это приближенным к семье людям.       Никки зашел, когда я уже собирался на встречу.       — Мне заказать ужин?       — На меня не надо. Там, кажется, будет что поесть, — ответил я, застегивая свежую рубашку. Я принял душ на всякий случай, предполагая, чем может закончиться этот вечер. — Но себе закажи. И я могу не вернуться сегодня, так что отдыхай и наслаждайся свободным временем.       — Спасибо, хозяин Илиш.       Никки склонил голову — светлые волнистые локоны упали на лоб. Лорен всегда следил за тем, чтобы он вовремя подстригался, но теперь, видимо, мне самому придется ему напоминать. И брови бы не мешало чуть подщипать. И бриться чаще. Казалось бы, Лорен должен был его этому научить, но, возможно, он слишком сильно комплексовал или ревновал, чтобы помогать Никки выглядеть привлекательнее.       Когда я спустился по мраморным ступеням Олимпа, меня уже ждала машина. Можно было бы дойти пешком, но я не из тех, кто любит пешие прогулки.       С парком Саншайн у меня были связаны приятные детские воспоминания. Мы качались на качелях и играли на детской площадке, которую установили специально для нас, первого поколения, и здесь же резвились все последующие поколения химер. Площадка была добротной, с деревянными городками, металлической горкой и турниками — никакого пластикового разноцветного дерьма, которое лепили для досуга детей до Фоллокоста. Силас считал, что дети должны познать боль ушибов и порезов. Но когда мы ранились, он всегда обнимал нас и давал выбрать цветной пластырь.       Машина заехала на парковку, и я увидел, что большинство братьев уже собрались. Все было хорошо организовано: столы, заставленные закусками, дымящийся гриль, у которого хлопотали Арес и Сирис, дорожный холодильник, в который Сеф уже запустил свою ручищу. Повсюду были расставлены садовые стулья и шезлонги. Из динамиков доносилась музыка, и в воздухе смешивались запахи жарящегося мяса, солодового пива и свежескошенной травы.       — Привет, хозяин Илиш! — помахал мне Дрейк, уже с чизбургером в руке. Скорее всего, не первым. — Илиш пришел!       Он говорил с набитым ртом — значит, Силас еще не приехал.       Быстрый осмотр окружения подтвердил это. Не хватало Сангвина, Периша, Гаррета, Рио, Кесслера и самого короля. Рио и Кесслера, скорее всего, и не будет. Рио держался в стороне от семьи, а Кесслер по уши погряз в делах Легиона после того, как перенял большую часть обязанностей Неро.       Братья встретили меня тепло — даже Джек, куривший в стороне сигарету через длинный старомодный мундштук, кивнул мне. Почему его до сих пор никто не прибил за такую унылую физиономию — загадка. Хотя, возможно, его просто пожалели.       Я взял себе выпить, набрал закусок из приличного ассортимента на столах и решил сесть рядом с этим страдальцем, брошенным всеми, который выглядел так, будто его последним выбрали в спортивную команду.       — Удачи! — крикнул Аполлон. Меня порадовало, что они с Артемисом снова начали нормально одеваться. Эта парочка обожала моду и постоянно задавала тренды своими выходами в свет. Стоит признать, когда они не пытались выпендриться, то одевались вполне со вкусом.       — Мы уже полчаса пытаемся его к нам затащить, — добавила Артемис. — Может, он хоть тебя послушает.       Я их проигнорировал и спокойно приступил к ужину, пока Джек рядом тянул дым из своего мундштука Круэллы де Виль.       Мы с ним молча наблюдали за братьями. Арес и Сирис все еще стояли у гриля и, к моему удивлению, справлялись неплохо, хотя я бы ни за что не доверил им металлические лопатки или щипцы. Неро и Сеф что-то оживленно рассказывали Артемису и Аполлону — судя по обрывкам, там фигурировали урсон и артиллерийская винтовка. Дрейк носился по траве за шмелем. Настоящим, пушистым шмелем, а не пчелой — такие теперь редкость, так что его восторг был понятен. На выведение жизнеспособных пчел ушли годы, лишь недавно нам удалось получить опылителей, способных выживать в суровых условиях Серой Пустоши.       Вот это действительно полезные исследования. Намного полезнее создания хлыстоволков и гигантских пауков.       — Сука!       Я обернулся — Неро резко отшатнулся, а Сирис уже уносился прочь с зажатыми в руке щипцами, завывая от смеха, словно сирена воздушной тревоги. Причина стала понятна, когда Неро вскочил на ноги и отнял руку от груди. Красные следы вокруг его соска подтвердили мои подозрения.       Вот почему близнецам-извергам нельзя было доверять щипцы.       Неро рванул за Сирисом. Увидев, что за ним погнались, Сирис взвизгнул и прибавил ходу — но Неро быстро его нагонял.       — Давай! Поднажми, малыш! — заорал Сеф. — Засунь эти щипцы ему в задницу!       Остальные, как стая собак, услышавших, что один из них учуял зайца, тут же вскочили — все, кроме Джека — и с азартом начали подбадривать обоих, пока те носились по парку.       Сирис запрыгнул на деревянный игровой комплекс и взобрался на самый верх, но Неро полез следом. Тогда Сирис перебежал по подвесному дощатому мостику и… съехал с горки. Но когда он был на полпути, Неро появился наверху — и вместо того чтобы тоже скатиться, просто побежал по горке вниз. Сирис заорал и скатился боком, повалившись на щебенку. Пока он пытался подняться, Неро спрыгнул рядом, схватил его за плечо и попытался вырвать щипцы.       — Арес! — выдохнул Сирис сквозь истерический смех. — Арес!!!       — Не-ет, братан. Я тебя предупреждал! — крикнул Арес.       — Предатель! — заорал Сирис, и Неро вырвал у него щипцы.       Дальше началось веселье: Неро щипал Сириса за все, до чего дотягивался, а тот визжал и заливался смехом, пока наконец не начал умолять о пощаде.       Когда Неро решил, что Сирис получил по заслугам, они оба поднялись, не переставая смеяться. Сирис был весь в красных пятнах — как будто кто-то переборщил с засосами.       Вскоре Аполлон с Артемисом обновили всем напитки и подошли к нам попытаться расшевелить Джека.       — Поживи у нас пару дней, — предложил Артемис. Но это вряд ли могло подбодрить нашего Грима. Он был интровертом: если кто-то, кроме меня или Силаса, звал его куда-то, ему нужно было минимум три дня, чтобы морально подготовиться — иначе у него внезапно появлялись «дела».       — Устроим братские посиделки, втроем, — добавил Аполлон, ткнув Джека в плечо пальцем. — А то ты разбиваешь нам сердца своим печальным личиком.       Джек улыбнулся, и улыбка, кстати, не выглядела фальшивой.       — Я же сказал вам, со мной все нормально, — попытался заверить он. — Сангвин пообещал, что мы выберемся вдвоем в небольшое путешествие. Наши отношения налаживаются.       — Тогда почему ты такой подавленный? — спросил Артемис, скрестив руки на груди. — Ты не выглядишь как Джеки, у которого все нормально.       Джек усмехнулся.       — Я не подавлен. Просто немного нервничаю перед поездкой. Давно ведь никуда так надолго не выбирался из своей квартиры.       — Вы что, сегодня уезжаете? — спросил Аполлон. — Потому что Сангвин, Гаррет и Силас придумали, где достать деньги?       Джек кивнул и посмотрел на часы.       — Да, Сангвин сказал, что… после встречи мы уедем.       Я тоже глянул на часы.       — Он ведь говорил в шесть? — Был уже восьмой час. — Дрейк, король не предупреждал, что задержится?       Дрейк пожал плечами.       — Я не видел хозяина Силаса, только говорил с ним по телефону. Сейчас я живу у Гаррета. Он дал мне пятьдесят баксов и отправил гулять на весь день, чтобы спокойно поговорить с хозяином Силасом.       Хм. Любопытно.       — И каким он был, когда ты с ним говорил?       Дрейк снова пожал плечами и уселся на траву.       — В последний раз, когда я с ним разговаривал, он сказал, что у него есть план. Я попросился домой, но он сказал — рано. Я разозлился, а он сказал, что мне еще не поздно дать ремня… хотя это не так, да? Я уже слишком взрослый для ремня, правда? — Он оглядел всех, ожидая поддержки.       — Не понимаю, зачем вообще нужна эта встреча, — сказал я. — Все же элементарно: поднимем налоги, заберем процент от выигрышей, запустим платный канал с играми. Еще сократим финансирование некоторых исследований, заставим Периша создавать что-то полезное — то, что можно продать.       — Например, запустим программу суррогатного материнства, — подхватил Аполлон. — Как ты сделал с детьми Сакарио. Мы можем брать за это огромные деньги. У нас тут полно геев, да и в крупных городах Серой Пустоши тоже.       Я кивнул — идея была здравая.       — Можно открыть прием заявок для пустынников. Или поднять налоги в кварталах. Или расширить торговые маршруты.       — Мы можем еще и собой торговать! — встрял Дрейк. — Какой-то старый богач предлагал мне пять тысяч баксов за секс с ним! Я бы согласился, но рассказал Силасу, а он отправил его на «Остров чудовищ».       — Серьезно? — удивился Сеф. Для меня это тоже было новостью. — Кто это был?       — А, тот, которого сожрал крейгер! — радостно сообщил Дрейк. Крейгеры сожрали нескольких, но я не стал уточнять, кого именно он имел в виду. — Тот богач был милым. Я бы согласился. И тогда спас бы нас от банкротства. — Тут он изобразил звук, который звучит на «Колесе фортуны», когда выпадает «банкрот».       Вдруг он широко распахнул глаза и выкрикнул:       — ШОУ! Мы можем пойти на телешоу, все подстроить и выиграть деньги!       Все любили Дрейка, поэтому никто не засмеялся.       — Не, Дрейки, это не сработает, потому что там разыгрываются наши деньги, — терпеливо объяснил Сеф. — Мы просто заберем свои же деньги.       Но Дрейк так просто не сдался.       — Тогда мы можем напечатать деньги! — воскликнул он с таким восторгом, будто изобрел лекарство от рака. — Точно! Просто напечатаем еще денег и все!       — Эй! — Арес обернулся от гриля; мясная котлета для бургера, с пятью ломтиками сыра сверху, шипела над углями. — Дрейк прав! Вы че вообще? Вроде, умники, а такие тупые. Напечатайте еще денег!       — Черт, Дрейки! Гений! Дайте ему Нобелевку! — поддержал Сирис, наклонился и отбил Дрейку пять с таким энтузиазмом, что тот потом встряхнул руку. — Красавчик!       Все смотрели на это в немом умилении. Аполлон покачал головой.       — Ладно, кто-нибудь объяснит этим троим, что такое экономика и инфляция?       — А вот тебе моя инфляция! — отозвался Арес, хлопнув себя по паху.       Примерно в этот момент я отключился от разговора и перестал слушать, как Артемис и Аполлон максимально доступным языком объясняли, почему печатать деньги — не самая лучшая идея в долгосрочной перспективе. Я остался рядом с Джеком, который продолжал изображать Одри Хепберн, и только покачал головой, когда Аполлон с Сирисом скрылись за ближайшими кустами. Их урок экономики каким-то образом свернул к обсуждению того, кто лучше делает минет. Не знаю, как их разговор до этого докатился, но нисколько не удивился.       Я снова посмотрел на часы — было уже восемь.       — Где он? — я начал раздражаться. — Кто-нибудь, позвоните ему.       — Уже звоним, — Неро, Сеф и Аполлон подняли свои телефоны. — Не берет. И Сангвин тоже.       — Может, их похитили? — мечтательно протянул Сеф. — Было бы круто. А то последние годы слишком тихо.       — Не сглазь! — сказал Аполлон, выходя из-за дерева, запыхавшийся, в то время как Сирис выглядел самодовольным. — Нам нравится, что все спокойно. И ты угомонись. Ты все еще смертный, между прочим.       Ох, Аполлон, ты такой наивный.       — Я скучаю по мятежникам! — застонал Сеф. — Куда вообще делись эти придурочные повстанцы? Последнее, что я слышал — Оникс жила в Блэкбее. Она нам еще пригодится?       Я покачал головой.       — Нет, я отстранил ее от дел. Она достаточно поработала на Корону. Группы, за которыми мы сейчас следим, слишком мелкие, чтобы о них переживать. Печатают свои «Подпольные свободные медиа», но это не более чем аналог желтой прессы Фоллокоста.       — Зато в Серой Пустоши стычек хватает, — сказал Неро. — Силас туда не лезет, но все больше людей переселяется на юг, и там уже воюют за города. Если тебе скучно, щеночек, можем притвориться пустынниками и пострелять там.       Сеф пожал плечами.       — Можно. Хотя мне не настолько скучно. Просто… иногда не хватает побегать за какими-нибудь орущими мятежниками… — Вдруг он встрепенулся. — Черная машина. Похоже, Королек наконец-то решил нас посетить.       Опоздав на два часа! От Алегрии до парка всего ничего — что могло его так задержать? Если секс с Сангвином, я буду негодовать.       — Хозяин Силас! — Дрейк начал подпрыгивать, словно взбесившийся кролик, увидев, как Силас выходит из машины, а Сангвин вылезает с другой стороны.       Силас явился в своем парадном сине-зеленом костюме, в котором обычно выступал перед всем Скайфоллом. Не припомню, чтобы он надевал его на семейные встречи.       Я поднялся. Остальные тоже.       Выражение лица Силаса было непоколебимо спокойным, но в нем чувствовалась враждебность, хищная сосредоточенность, словно у зверя, преследующего добычу и знающего, что ей не уйти.       И походка у него была такой же. Силас шел целенаправленно, но шаги его были медленными, скользящими. Хищник знал, что мы его видим и не посмеем сбежать.       — У меня плохое предчувствие, — прошептал Неро. — Мне кажется…       — …он собрал нас здесь не просто так, — договорил Артемис. — Он все еще винит нас. Всех нас.       — Да мы даже не знали ни о чем! — прошипел Аполлон. — Как он может нас винить?       — Он Король Мира, Полли, — тихо сказал Сирис. — Он может винить кого угодно.       Моей первой мыслью было, что Силас что-то сделал с нашими сенгилами и кикаро. Никого из них здесь не было…       Я полез в карман за телефоном — тревожность требовала убедиться, что с Никки все в порядке.       — Убери телефон, Илиас! — прогремел голос Силаса. Сангвин шел позади него с этой своей прищуренной улыбкой. — Все, телефоны на стол. Все до единого.       — Черт… — Я прикусил губу так, что почувствовал вкус крови. — Это подстава.       — Бежим? — быстро спросил Арес. — Он нас не догонит, у него ножки короткие.       — И куда? — прошипел Аполлон. — Арес, блядь, куда нам бежать?       — Ну…       Арес замялся, потом просто натянул улыбку. Правильное решение — Силас уже был совсем близко, услышал бы даже шепот.       Мы стояли неровной шеренгой, как приговоренные перед расстрелом. Будь у меня меньше выдержки, я бы свернул Силасу шею, забрал Николаса — и бежал в одну из лабораторий в Пустоши. Но я остался стоять, чувствуя, как трава под ногами будто проваливается, и убеждал себя, что Силас не собирается замуровать бессмертных в бетон, а смертных сбросить в пропасть.       — Силас. — Я поклонился. — У меня есть несколько идей, как решить финансовые проблемы. Если хочешь, возьми выпить, и я все изложу. Уверен, мы сможем все вернуть в норму в течение нескольких месяцев. Я уже…       Силас поднял руку. Я мгновенно заткнулся, на чистом рефлексе — и самому стало стыдно за такую готовность подчиняться.       — Я уже нашел решение, — сказал Силас.       Сангвин стоял на полшага позади него, держа руки за спиной. На нем был его любимый комплект: черный пиджак, белая рубашка с красным галстуком-бабочкой и черные брюки. У каждого из нас был свой вкус в официальной одежде, и Силас с Сангвином всегда одевались безупречно.       — Сангвин? — тихо позвал Джек. — Все… нормально?       Сангвин улыбнулся.       — Да, любимый, — сказал он. — Вставай, ты пойдешь со мной. — Он протянул руку, подзывая Джека. — Давай. Нам пора.       Джек посмотрел на нас с жалостью и пошел к нему. И в этот момент я понял — дело было не в тревоге перед поездкой. Он просто знал, что у каждого из нас на груди тикает бомба замедленного действия.       Я проводил их взглядом, прищурившись.       — Силас, что это значит? — спросил я, поворачиваясь к нему. — Что бы ты ни задумал, тебе не нужно этого делать. Я все просчитал. У меня есть решение.       Силас снова поднял руку. И только когда Сангвин с Джеком отошли метров на двадцать, он обернулся к нам.       — Хорошо поужинали?       Он подошел к столам с едой, на которых уже лежали наши телефоны, и неторопливо обошел их по кругу. Еды было более чем достаточно — с избытком. Но глаза короля злобно сверкали.       Все что-то промямлили в ответ; Дрейк с набитым ртом согласно промычал.       — Прекрасно. — Силас кивнул. — Бургеры с котлетами из мяса босенов и арийцев, с сыром, кетчупом, горчицей, луком и беконом. Картофельный салат с каперсами… как любят Арес и Сирис. Овощи из моих лабораторий, фрукты, десерты… и все это для моих голодных малышей.       Он остановился у столов. И когда посмотрел на нас, от холодного презрения в его взгляде у меня взмокли ладони.       Признаюсь, на мгновение я подумал, что сейчас он всех нас уничтожит. Смертных просто убьет, бессмертных зальет бетоном — и начнет все с нуля, как давно уже грозился. Мы подвели его в последний раз. И только привязанность Сангвина к Джеку спасла нашего маленького Грима.       Я любил Силаса. И доверял ему.       Но, зная истинную натуру этого монстра, я не мог не признать, что это вполне реальный исход. Как можно знать, что человек замурует тебя на вечность в бетонный саркофаг, не моргнув и глазом, и при этом любить его и доверять ему? Я… я не знаю. Правда, не знаю.       — Силас, любимый, — снова начал я. — У меня есть решение… его легко внедрить… — Я шагнул вперед. — Просто послушай. Пойдем, пройдемся. Пожалуйста.       Он даже не взглянул в мою сторону. Проигнорировал меня, как муху, севшую ему на ботинок.       — Силас…       Я сделал еще шаг. И еще. А затем увидел, словно в замедленной съемке, как зеленые глаза Силаса метнулись к моим. Он занес руку и ударил меня по лицу.       Я устоял. За долю секунды успел собраться и встретить удар.       Голова почти не дернулась.       Сердца моих братьев забились быстрее. Они ждали. Знали, что будет дальше.       Я не ответил. Просто стоял.       — Заткнись, блядь, Илиас, — услышал я рычание Силаса, глядя мимо него, в глубину парка, на толстые стволы деревьев на фоне тускнеющего неба. — Хочешь с кем-то поговорить — пойди найди того шлюхана, ради которого ты сорвал мой план, и болтай с ним.       Я медленно вдохнул. Ноздри раздулись. Мне хотелось сорваться. Схватить Силаса, швырнуть его через весь парк, потом поднять за ноги и разбить ему голову о деревянные балки игровой площадки.       Но я не шелохнулся. И больше ничего не сказал.       Силас сверлил меня взглядом еще несколько мгновений — достаточно, чтобы закрепить свое превосходство, — затем повернулся к моим братьям.       — Я давал вам все, о чем вы просили, — начал он. — Пока за пределами Скайфолла мир подыхает, пока люди жрут друг друга, роются в развалинах в поисках еды и спят среди мертвецов — мои химеры едят свежие овощи и фрукты, мясо животных, живут в комфорте и получают все, что только пожелают. У них есть неограниченный доступ к деньгам, они покупают машины, одежду, живут в небоскребах с прислугой. Пока за пределами этого острова все гибнет, мои химеры — принцы этого мира.       — Ну да, большинство из нас ты именно так и растил, — резко сказал Неро. — Но нельзя упрекать нас за то, что ты нам дал. И мы работаем, между прочим. — Он посмотрел на Сефа, но тот предпочел не привлекать внимание Силаса и просто уставился перед собой.       — Да, я избаловал вас, — кивнул Силас. — И, понимая это, я воспитывал Ареса, Сириса и Сангвина иначе. С Сангвином это сработало. А вот вы двое… — Он перевел взгляд на близнецов. — Вы со своей черной картой отлично проводите время.       Арес и Сирис одновременно пожали плечами. Затем Арес, нервно почесав затылок, сказал:       — Ну… ты же не тратился на наше воспитание в детстве, так что все как бы уравновешивается.       Губы Силаса растянулись в тонкой улыбке.       — Конечно, любимый, — процедил он. — Уверен, в твоем крошечном мозге все сходится. Особенно три тысячи долларов в месяц на кокаин.       — Но это не только для меня — еще для Сириса и для наших друзей, — с глупым упрямством ответил Арес.       — Арес, заткнись! — рявкнул Неро. — Ты делаешь только хуже.       — Да мы вообще не при делах! — Арес стоял на своем, хотя земля под ним превращалась в зыбучий песок. — Мы выросли в трущобах. Жрали помои, жили в дырявых домах. Мы свое отработали. Если хозяин Силас хочет, чтобы мы меньше тратили — пусть скажет. Не обязательно так давить.       Силас оставался спокойным. И это было плохо.       Когда он орал, швырялся вещами и закатывал истерику, тогда было безопаснее. Да, тебя могли ударить, выгнать, но ты выживешь. А вот когда Силас становился тихим, как змея перед броском, это означало, что ты уже укушен, просто еще не понял этого.       — Можете сколько угодно оправдываться, — сказал Силас, разжимая сложенные на груди руки и поднимая левую вверх. Кому он подает сигнал? Хотя мне было все равно.       Я шагнул вперед.       — У меня… у меня есть план. — Почему он меня не слушает? Иногда мы были близки, почти как супруги, а иногда я чувствовал себя так, будто разговариваю со стеной. — Силас, у меня есть решение.       Он посмотрел на меня. И на этот раз не ударил — ограничился ядовитым взглядом.       — Речь уже не о деньгах.       — Что? — тихо спросил я. — О чем ты?       Позади него на парковку заехал грузовик.       — Все сдаем черные карты. Сейчас же.       В его голосе не было ни намека на обсуждение.       Но это не значило, что возражать никто не станет.       — Даже я? — заныл Дрейк. — Но я завтра иду в кино с Найтом. Ты тоже можешь пойти.       — Сейчас же, Дракониус! — Голос Силаса хлестнул Дрейка так сильно, что мальчик съежился. — Все. Карты. На стол.       Я сжал зубы до боли в деснах и вытащил черную карту из кошелька. Бросил ее на стол рядом со своим телефоном, дожидаясь, когда этот цирк наконец закончится.       Что он задумал? Перевести нас на жалкое пособие? Запереть по квартирам? Я, в отличие от некоторых, не сидел дома, обжираясь сладостями и устраивая вечеринки — я работал. Зарабатывал те деньги, которые тратил. Управлял этим городом вместе с братьями-гениями, а остальные держали на себе Скайтех, Дек’ко, Легион или охраняли Силаса.       Какой-то абсурд.       После того, как все сдали свои черные карты, Силас убрал их в карман. И тут я заметил, что рабочий выгружает из грузовика… чемоданы?       — Силас, что ты задумал? — медленно спросил я.       — Преподаю вам урок, любимый, — ответил он, собирая наши телефоны. — За время, пока вы тут ели фрукты и овощи, ради которых мы с Перишем и Скаем объехали весь мир, собирая семена… пока жарили мясо животных, которых мы когда-то спасли в канализациях и заново вывели в лабораториях… пока набивали желудки этой дофоллокостной дрянью, которую сами же просили меня производить… — Он взял последний телефон — мой — и повернулся к нам. — Я сменил замки в Алегрии и уведомил всех сенгилов и кикаро, а также ваших друзей, тиенов и владельцев магазинов, о вашем новом статусе.       — Статусе? — Горячая волна поднималась от затылка и стремительно разливалась по голове. — О чем ты вообще говоришь?       Силас ответил… и смаковал каждое слово:       — С этой минуты вы лишены всего. — Он достал свой кошелек — внутри лежала пачка стодолларовых купюр. — Вы не вернетесь в свои квартиры. Не будете пользоваться моими деньгами. Каждый получит по двести долларов — столько же получают беженцы из Пустоши. — Силас протянул по паре банкнот Сирису и Аресу. — Ночевать будете на улице или в гостинице, если хватит средств. А завтра… пойдете искать работу.       — ЧТО?! — взорвался Неро, пока остальные ошарашенно смотрели на свои две сотни. — Силас, блядь, ты под чем вообще?       — Под тем, что помогло мне понять: вам всем, и этому городу, нужна встряска. — Силас протянул мне деньги. Я не взял их, а уставился на него, ожидая, когда он рассмеется и объявит, что все это — несмешная шутка. Но вместо этого Силас просто бросил купюры на землю. — Когда обеспечите себе жилье и стабильный доход — заберете своих сенгилов и кикаро. А когда я решу, что вы усвоили цену деньгам и поняли, как трудно жить в этом мире… вернетесь домой. И мы снова станем счастливой семьей.       Затем он кивнул в сторону Артемиса и Аполлона.       — Дрейк на вас. Он тоже должен усвоить этот урок. Но если с ним что-то случится — я с вас шкуру спущу.       Это было уже слишком. Я едва держал себя в руках — злость стучала в висках. У меня же был план. Четкий, рабочий план. И он предпочел… это? Унижение? Не только друг перед другом, но и…       — Ты рассказал об этом владельцам магазинов? — слова сами вырывались. Неужели я вынужден произносить подобное вслух? — Тиенам? Нашим друзьям? Зачем ты выставляешь нас на посмешище? Как детей? Ты в своем уме?       — Город узнает, когда я решу, — спокойно ответил Силас. — У меня уже есть варианты, как это подать. Да, Скайфолл будет знать, что вы теперь бездомные и без денег.       Безумие.       — Мы не выносим внутренние конфликты за пределы семьи. Ты сам нас этому учил!       — Я устал растить избалованных детей. Вам полезно будет пройти через унижение.       Мои кулаки сжались.       — Я не избалованный ребенок! — К моему негодованию, Силас просто отвернулся и направился к парковке. — Я, блядь, работаю! Помогаю тебе управлять этим городом! Неблагодарная ты мразь!       Силас резко развернулся и пошел на меня, но я не сдвинулся с места, ожидая удара в лицо или пронзительной боли в голове.       — Илиас, не забывай, у меня твой дефектный сенгил, — прошептал он. — И его кот.       Я оскалился.       — Угрожаешь убить моего сенгила? Того самого, которого сам же помог мне спасти?       — Если придется.       Я рванулся к нему, но братья схватили меня и оттащили назад.       И пока я отбивался от них, рыча на извергов, чтобы отпустили, Силас наклонился, поднял мои двести долларов и сунул их в карман.       — Все, кроме Илиша, за мной! — бросил он, шагая к парковке. — Разбирайте свои чемоданы. Неро, забирай себе чемодан Илиша. Забирайтесь в грузовик. Вас всех развезут по разным точкам, близнецов отправят вместе. — Он повернулся ко мне. — Илиш, можешь остаться в парке и истерить, сколько влезет, но если ты все еще будешь здесь, когда я вернусь… я отправлю тебя в бетон. И еще, — это касается всех бессмертных — если кто-то из вас умрет по собственной дурости, тоже отправится в бетон.       Меня трясло от ярости. Из всех идиотских решений, которые когда-либо принимал Силас… это было одно из худших. В нем все было неправильно — от того, как на это отреагируют жители, до того, что весь Скайфолл пострадает, потому что химеры, которые должны управлять городом, теперь, блядь, остались без крыши над головой. Какого хрена он вообще творит?       Братья отпустили меня и направились к грузовику.       — Хуйня какая-то! — зло бросил Неро.       Арес и Сирис одновременно пожали плечами.       — Ничего нового, — сказал Арес. — Мы и не через такое проходили. Может, даже весело будет.       — Будет весело! — радостно подхватил Дрейк. — Очень весело!       Неро оглянулся, увидел, что я все еще стою на месте — застывший, скованный злостью — и быстро вернулся ко мне. Сунул мне в руку одну из своих сотенных купюр.       — Габриэль-стрит, коричневый дом с черной отделкой. Он тебе не друг, так что это не считается, — прошептал он и чмокнул меня в щеку. — Удачи. Кто знает… может, и правда будет весело. Хотя можно было обойтись и без оскорблений.       И он убежал вслед за остальными — за стадом, послушно идущим за пастухом, у которого в руках не посох, а кнут.       Но о ком он говорил? «Не друг»? Коричневый дом с черной…       Хакс.       Я закрыл глаза и втянул в легкие горячий, жгучий воздух. Выдыхая, был уверен, что открою глаза и увижу пламя.       Но пламени не было — только закат и спины братьев, оставлявших меня одного.       Без дома.       Без карты.       Без власти.       Силас еще пожалеет об этом.

Конец первого тома