Пламя среди звезд

Расскажи мне о смерти,

мой маленький принц…

Fleur, "Никогда"

Интерлюдия королевы И снова ей снилась вечная ночь в тоннелях астероида, слишком далекого от солнца, чтобы знать, что такое "день". Местные звали астероид Гансой. Когда-то его пытались освоить ради добычи ценных металлов, да не выгорело, и Ганса давно была бы заброшена, если б ее не догадались превратить ее в один большой аттракцион. Астероид формально находился в подчинении Княжества Эйва, одной из немногих звездных держав, не вошедших в Содружество Танры и не поглощенных Арсаи. Законы княжества не отличались строгостью и предоставляли "провинциям" широкую автономию, поэтому Ганса распахнула двери для всех любителей опасных развлечений. Наркокартели открывали тут едва ли не публичные представительства, контрабандисты прилетали сбыть разнообразный товар. Гансу полюбили мутанты и мастера ставить эксперименты над собственным телом - здесь они чувствовали себя свободнее, чем где бы то ни было. Сменив вывеску, перестроив порты, превратив цехи в бары и разбросав повсюду неоновые огни, Ганса стала большим карнавалом, праздником без конца, куда слеталась, чтобы развеяться скучающая публика из богатых и строгих держав. Однако не рынок запрещенных товаров, не доступные наркотики и секс-услуги на любой вкус сделали Гансе имя. Здесь родился и стал процветать особый вид искусства (или, может, логичнее было бы назвать это движением) – "данза", или "флейм-дэнс", как звали это в Содружестве. Данза, как ясно из названия, была танцем - быстрым, парным, бравурным, исполняемым только под живую музыку (без настоящих музыкантов с не электронными инструментами все считалось суррогатом, подделкой). Но третьим участником танца здесь была смерть. Обязательным условием данзы была угроза для танцора, от которой нельзя уйти, пока танец не закончится. Данзу танцевали на краю обрыва с завязанными глазами; на пороховой бочке - в прямом смысле, с обязательно романтично и по-старинному подожженным фитилем; с "поясами смертников", одетыми на обоих партнеров. Это придавало остроты. Остановить таймер, снять повязку или потушить фитиль считалось приличным только когда прозвучит последняя нота мелодии. Местные мастера соревновались друг с другом в рискованности трюка и в изяществе, с которым будут плясать в шаге от смерти. Нередко кто-то срывался, или слишком увлекался и не успевал уследить за огнем. Кому-то везло отделаться увечьем, кто-то отправлялся к звездам сразу. Публика это любила. Джульетта сама не помнила, каким ветром ее занесло на Гансу тогда. Кажется, друзья отправили, едва ли не силой вручив билет и оплаченный туристический ваучер. "Тебе надо развеяться, срастешься скоро со своими колбами! А Ганса – лучшее место для того, чтоб выкинуть все из головы!". Она бы может еще отказалась, но начальство неожиданно поддержало идею отпуска. И доктор Сата полетела на Гансу, чтобы унести оттуда память о пряном воздухе ночи, и кое-что еще. В порту астероида им давали подписать договор - что-то вроде того, что каждый, ступающий на камень Гансы, подвергает свою жизнь и здоровье опасности, отдает себе в этом отчет и добровольно соглашается на риск. Еще один рекламный ход - юридической силы эта бумажка не имела, зато туристам как бы давали понять, в какое злачное и дикое место они направляются. Джульетта, со свойственной ей основательностью собравшая перед отпуском всю информацию о месте назначения, знала, что на деле все совсем не так страшно. Ганса искусно создавала себе имидж царства беззакония, приманивая этим скучающую золотую молодежь Танры и закостеневшую в своих обрядах и обычаях знать Арсаи. На деле же местные заправилы были себе не враги, и прекрасно понимали, что слишком много ограбленных, обиженных и убитых туристов - это плохая реклама. Потому лихому люду на Гансе разрешали озоровать очень редко, а за украденную драгоценность или разбитую морду богатенького инопланетчика, не говоря уже о трупе, следовали жесткие карательные меры. По сути, ни один мегаполис Содружества или Обитель Дома имперцев не могли похвастаться такой безопасностью, чем этот зловещий бандитский притон. Пробыв на Гансе около недели, Джульетта так и не поняла, нравится ей это место или не нравится. Здесь было много познавательного материала для наблюдения за людьми. Сюда прилетали, чтобы позволить себе такое, чего раньше никогда не позволяли. Большое скопление шагнувших за внутренние барьеры людей всегда вызывает… особые чувства. Не смотря на это, Джульетта была немного разочарована. Она хотела бы увидеть что-то настоящее. Яркое. Дикое. Не его умелую имитацию и не глупые попытки детей цивилизации сбросить ее налет. Примерно на седьмой день пребывания в городе она зашла в один из баров, где - время считалось вечерним - готовились к большой вечеринке. Воздух внутри был горячим и пах пряностями. Посреди большого помещения с задекорированными невообразимыми потеками пластмассы (магму хотели изобразить?..) стенами в большой круглой яме горел огонь. Напротив входа пустовал помост для музыкантов - их время еще не настало, пока играла обычная электронная музыка. За длинной барной стойкой толпились люди, но основная масса собралась по другую сторону от ямы - они курили, пили, слонялись туда-сюда, сидели на полу группками - и танцевали, танцевали. - Сегодня взорвут кого-нибудь? - жизнерадостно спросила миловидная блондинка, остановившись рядом с ней. - Не знаю. А что, уже взрывали? - Нет! Я хожу смотреть на все лучшие данза-ночи уже вторую неделю, и до сих пор ни одной самой завалящейся оторванной руки или ноги! - девушка, кажется, была искренне огорчена. - Это потому, что ты смотришь, красавица, а нужно - вливаться! - рядом с ними, как призрак, возник явный местный - рубашка нараспашку, на лице черной краской нарисовано (а может - вытатуировано?) подобие маски и еще какие-то узоры, в светлых волосах мелькают две косички - ярко-зеленая и ярко-красная. Он наклонился к ушку блондинки, приобнял за талию, а второй рукой провел по ее обнаженному плечу, вниз и до самого запястья. - Может быть, это будет твоя прелестная ножка или ручка?.. - Фу! - блондинка вывернулась. - Я сюда не за этим приехала!!! Раскрашенный откинул голову назад и рассмеялся. Разозленная туристка отскочила от него, показала неприличный жест и гордо удалилась. - Зачем? - спросила Джульетта. - Вы потеряли клиента, это же вредно для бизнеса. - Пф, - раскрашенный переключил внимание на нее. - Никуда она не уйдет. Еще и станцует сегодня со мной. - Это вряд ли, - решила заметить Джульетта. - Посмотрим! - он тряхнул головой и, видимо, потеряв к ней интерес, исчез в сумраке зала. Она не была особо заинтересована ни дальнейшей судьбой обиженной туристки, ни исходом этого почти пари, заключенного с разукрашенным местным; но все же решила остаться. Зал потихоньку заполнялся людьми, место на помосте заняли деловитые музыканты, прямо так, среди шума и гама, настраивавшие инструменты. Сотни лет совершенствования техники, акустики помещений, звука - и все для того, чтобы высшим шиком стало считаться вот такое вот выступление умельцев на доисторических приспособлениях в продолбленном в толще астероида зале. "Живая музыка", о да. Подлинные инструменты, дерево, кожа, жилы и металл (или скорее имитация, вся Ганса - одна большая имитация…). Джульетта, неоднократно бывавшая на концертах в Большой Опере Танры, усмехнулась. …Представление началось как-то вдруг и само собой. Стихла музыка, вслед за ней потихоньку улегся шум. К краю ямы, в которой горел огонь, вышел мужчина - невысокий, плотный, в неброской одежде; с резкими чертами лица, большим носом с горбинкой, глубоко посаженными глазами. За ним выстроились рядком два молодых человека и две девушки; все одетые в черное, с разрисованными лицами и телами; в сложенных лодочкой ладонях они держали пламя. Занятный фокус - никакого источника огня видно не было, языки его просто плясали в руках людей, не причиняя тем никакого видимого вреда. - Вы пришли! - голос мужчины оказался неожиданно проникновенным - высоким, слегка охрипшим и очень хорошо поставленным. - Вы пришли, потому что вам было скучно; или, может, потому, что вся ваша прошлая жизнь не дала вам ответа на вопрос, зачем вы здесь, в этом мире. Но здесь мы танцуем данзу - она не ответ на ваш вопрос и не лекарство от вашей скуки, - он широко раскинул руки, как будто пытаясь обнять огонь, горящий в яме перед ним. - Мы танцуем данзу для жизни и смерти; мы танцуем данзу, чтобы понять, где начинается одно и кончается другое, чтобы отличать одно от другого и никогда не перепутать. Танцуйте с нами! Танцуйте, и вы будете знать, что такое жизнь! …То ли оратор сам верил тому, что говорил, то ли просто хорошо умел заводить толпу - но зал ответил на его призыв громким общим вздохом. Люди уже стояли плотными рядами вкруг ямы - но внезапно появившиеся откуда-то охранники бара начали теснить их назад, освобождая место. Джульетта увидела, как четверка, стоящая рядом с черноволосым оратором, быстро переглянулась. Затем самый левый из ряда - им оказался ее недавний собеседник, она узнала его по светлым волосам - резко сложил ладони, погасив горевшее в них пламя, и шагнул к оцеплению. Зал опять вздохнул, что заставило ее думать, что раскрашенного здесь знают. …Он шел вдоль кольца, заглядывая в лица людей. Она неожиданно поняла, что, как и все, с замиранием думает - что если он посмотрит на меня… что если он выберет меня… - и это показалось ей странным. Но светловолосый остановился, не дойдя до места, где стояла Джульетта, и решительно протянул руку вперед. Замер он напротив той самой ожидательницы оторванных рук и ног, с которой общался недавно. Девушка, кажется, была уже немного пьяна, и окружена еще менее трезвыми подругами, подзуживавшими: "Давай! Давай!". Несколько мгновений она сомневалась, не зная, принимать приглашение или нет, но алкоголь и голос толпы сделали свое дело - туристка решительно вложила свою руку в ладонь танцора и вышла с ним в круг. Зал разразился приветственными криками. Раскрашенный провел ее вдоль всего кольца зрителей, крепко держа за руку - глаза его горели, как у коршуна, схватившего вожделенную добычу (Джульетта понятия не имела, как горят глаза у коршунов и водятся ли они еще где-то, но сравнение показалось ей уместным). Пара остановилась, и подбежавшие помощники сноровисто закрепили на обоих пояса с зарядами. С тихим пыхом активировалось силовое поле, отсекающее пару от толпы. А затем на поясах заплясали красные таймеры. Джульетта успела еще отследить быстрый взгляд, которым обменялись распорядитель и танцор - и тут в игру вступили музыканты. Они начали мелодию с простого, четкого барабанного ритма. И вдруг даже доктор Сата поняла, прочувствовала, почему здесь использовали старинные самодельные инструменты. В месте, где танцевали данзу, могли звучать только они. Совершенная современная музыка неминуемо разрушила бы дикое, хриплое как голос распорядителя очарование. Новые инструменты вступили в мелодию. Весь зал следил за движущейся парой. Раскрашенный танцор вел девушку уверенно, с лету задав очень быстрый темп. Его партнерша явно знала движения, но поначалу ей не хватало раскрепощенности. Когда пара, обогнув яму с огнем, оказалась поблизости от места, где стояла Джульетта, стало видно что светловолосый не отрывает взгляда от глаз девушки. Держит контакт. Темп мелодии нарастал, и возбуждение толпы вместе с ним. С каждой секундой, с каждой новой нотой, с каждой цифрой, отсчитанной таймерами, пару все больше затягивал водоворот танца, а девушку – взгляд ее партнера. Из ее движений пропала скованность, раскрасневшееся лицо больше не казалось кукольным. В нем появилась жизнь. Эта метаморфоза так поразила Джульетту, что она почти забыла о смысле происходящего. И только чей-то выдох "Сейчас рванет же!" заставил ее вспомнить. Таймеры на зарядах стремительно шли к нулю. Но светловолосый танцор не останавливал движения и все так же "держал" партнершу глазами, не позволяя ей даже понять, как близко они находятся к краю. Толпа гудела, заглушая музыку, но ритм жил, рождая движение. Жаркий воздух, пряный запах, отсветы пламени - все превращалось в спираль, вихрь, созданный мелодией. Два человека были в его центре. Светлые волосы и золотые. Простой черный наряд танцора и пестрый - туристки. Все это как будто стремилось слиться, стать одним, стать огнем. А потом – вдруг – мелодия прекратилась. Не оборвалась, а пришла к логическому завершению. Ровно за мгновения до этого раскрашенный, не прерывая движения, плавно подался вперед и выдернул контактный корд из заряда, висевшего на поясе девушки. И только после этого разобрался с тем, что был на нем. Таймеры погасли - на отметке 0:02 у девушки и 0:01 - у светловолосого. Пара завершила танец совсем рядом с местом, где начала, достаточно близко, чтобы Джульетте было видно как тяжело оба дышат и как горят у обоих глаза. В наступившем мгновении тишины был ясно слышен треск пламени, а потом толпа разразилась приветственными криками. Живое ограждение распалось, подружки бросились обнимать смелую туристку, мешая помощникам распорядителя снять с нее пояс со взрывчаткой. Светловолосый танцор наконец выпустил руку партнерши, и затряс головой, то ли приходя в себя, то ли просто чтоб отбросить с лица прилипшие прядки волос. В зале все перемешалось, людей как магнитом тянуло к закончившей танец паре. - Да все это ерунда, - пробурчал тот же голос, что недавно утверждал что скоро "рванет". - И взрывчатка наверняка ненастоящая! В зале было шумно, однако светловолосый, как ни странно, услышал. - Ненастоящая?.. Он вдруг язвительно усмехнулся, потом отцепил от пояса один из зарядов и, размахнувшись, зашвырнул его в яму с огнем. Люди, видевшие его движение, шарахнулись в стороны. Миг, другой, третий… сначала не было ничего, а потом в яме громко ухнуло, волна искр ударила в силовое поле, низкий звук пронесся по клубу, несколько стаканов с барной стойки упало - защита не смогла полностью погасить взрывную волну. Светловолосый даже не дрогнул. Послав еще один едкий взгляд тому, кто назвал взрывчатку ненастоящей, он повернулся и растворился в толпе. Джульетте, впрочем, не сложно было его найти - первым делом парень конечно же направился к стойке, где робобармен, странно смотревшийся в этом архаичном интерьере, налил ему чего-то прохладительного. Джульетта заказала вина и неслышно приблизилась к танцору. - И что будет теперь? Он удивленно вскинул на нее взгляд. - Ах, это вы, мисс скептик! - усмешка. - Что будет что? - он перевел взгляд на свою недавнюю партнершу, все еще обнимавшуюся с восторженными подружками. - Она мне даст. - А потом? - Улетит к себе домой. Бросит старого бойфренда. Скажет назойливой тетушке, что та - коза, а от ее любимой экзособачки постоянно воняет. Бросит престижную работу и отправится добровольцем в гуманитарную миссию на планеты Третьего Пояса. Или создаст будущую Корпорацию Зла. В общем, изменится. Или не изменится. Отпуск на Гансе не на всех действует одинаково благотворно. - Так в этом - миссия? - не обращая внимания на легкомысленный тон своего собеседника, спросила Джульетта. - В чем? - В спасении душ. Вы ради этого рискуете жизнью? Раскрашенный рассмеялся. - Леди, мне за это платят. - Настолько много, чтобы каждый день подвергать себя опасности? Кажется, она его все-таки зацепила. Танцор оторвался от своего напитка и внимательно посмотрел на нее. - Вообще-то - нет. Зарплаты здесь дерьмо, и выпивка так себе, - он замолчал на секунду. - Но и опасности не так много. Время на остановку есть почти всегда. Как вы думаете, кто тут больше всего рвется - новички? Нет. Новички осторожны, им страшно, они не теряют контроль. Рвутся опытные - те кто уже забыл про страх, те кто хочет как можно сильнее блеснуть перед друг другом, - он чуть прищурился. - Мне это давно уже надоело. Игра в "кто-самый-крутой-танцор-данзы-на-чертовом-астероиде". Я не играю больше, а для того, чтобы впечатлить прилетных девчонок, по-настоящему рисковать не надо. Он почти ее убедил, и все же… - И все же - риск есть. Все равно можно ошибиться. А еще может попасться некачественная экипировка, или заряд, или фитиль. Любая случайность. Что тогда - все? - Это ваше "все" все равно происходит с любым. Сдохнуть можно по разным причинам, леди. - Но почему именно эта? - Хм, - раскрашенный повернулся в сторону своей туристки, которая закончила болтать с подружками и явно искала его взглядом. - Потому что на Гансе все хорошенькие девчонки и парни со сладкими задницами от меня без ума. Я видел, как люди умирали за идею, за деньги, за славу, за власть и просто потому что идиоты. Если я сдохну за хороший трах... пусть будет так. Он повернулся, чтобы уйти. - Удачи, леди. Надеюсь, вы унесете для себя с Гансы что-то важное. Минуту спустя танцор и туристка в обнимку вывалились за двери клуба. Глаза девушки горели так, как будто в ее жизни действительно что-то изменилось. Ганса. Танцы с огнем. Джульетта задумчиво проводила пару глазами. За полночь того же дня она сидела в своем номере на кровате, подобрав ноги, бездумно переключая каналы виз-проектора. Реклама, музыка, реклама, ночное шоу, новости. Кинозвезда такая-то бросила обоих любовников и заявила о намерении сменить пол. Третья планета за год объявила о полном запрете на направленные мутации в человеческом геноме. Новый патент позволяет применить технологию аэробайков к обуви, неужели "сандалии Гермеса" - не за горами? Содружество Танры наконец-то договорилось о постройке мегастанции близь Седьмой Радуги... Пульт управления проектором выпал из руки Джульетты. Для миллионов зрителей последняя новость скорее всего не значила много, ну максимум подумают - новая мегастанция, много рабочих мест! Для Джульетты же все сообщение могло бы уложиться в одно слово. Война. Пять главных транспортных узлов являлись главным сокровищем галактики. Кто контролирует их - правит миром. Содружество только что заявило права на узел, доселе лежавший в нейтральном космосе. Никакие силы не заставят Империю Арсаи стерпеть такой выпад. ...Джульетта хорошо помнила прогнозы по вооруженному конфликту двух сверхдержав. Астероид Ганса в них неизменно входил в список зон первого удара. Он очень хорошо подходил под базу на первоначальной линии фронта, а значит - либо будет сразу захвачен, либо взорван, чтоб не попасть к противнику. И плевать на нейтральный статус княжества Эйва. Когда дерутся львы, муравьям несдобровать. Джульетта открыла расписание рейсов вылета, выбрала ближайший утренний, расплатилась и пошла методично собирать вещи. Прежде, чем покинуть Гансу, она прошлась по притихшим из-за рани тоннелям, стараясь запомнить это место таким, как оно было. Диким, нелепым, полным надежды. У клуба, где она вчера наблюдала за танцами, Джульетта наткнулась на паренька, умывавшегося прямо на улице над большой бочкой с водой. Она узнала его по светлым волосам и темной одежде, которую он не сменил с вечера. Только лицо... теперь, когда он смыл узоры, стало понятно, насколько же парнишка молод. Она подошла и облокотилась о бочку с другой стороны. - Если Ганса тебе надоела, самое время уехать. Парень поднял на нее взгляд. Судя по темным бровям, волосы он осветлял. Глаза - темно-карие, со следами недосыпа и удивления. - Что это с вами, мисс? - Да так, - отозвалась Джульетта. - Спасаю жизни. Идем, я возьму тебе билет. 1. Секреты Улья - Вы довольны? Вопрос застал Джульетту врасплох. Ее визит в Улей чуть затянулся - боссы неожиданно потребовали отчета по трем направлениям сразу. Но благодаря этому появилась возможность снова встретится с доктором Ависом. Как же все происходит быстро - и одновременно мучительно медленно. Если не сдвинуть процесс с места - может статься, что кровавая война, выигранная Танрой такой ценой, не будет стоить ничего. Настоящая угроза таилась где-то в будущем. Где-то в сердце "Целестии"... - Чем довольна, Джереми? - Моим прогрессом, - молодой человек сохранял спокойствие, но посматривал на нее очень уж цепко. - Джульетта, мне было бы проще, если б я понимал, чего вы от меня хотите. Удивленная последней фразой, она подняла глаза. - Что вы имеете в виду? Разве задачи… - Да. Но, Джульетта, давайте на чистоту, - доктор Авис стоял, небрежно привалившись к стенке ее кабинета и скрестив руки на груди. – Под вашим началом работает множество первоклассных специалистов психиатрии. И даже если б не хватило своих – Совет Содружества предоставил бы вам лучших. Вам незачем было привлекать стороннего человека, посвящать его в тайну всегалактической важности. Я не настолько ослеплен выпавшей мне честью, - он усмехнулся, - чтобы забыть, что я далеко не уникальный специалист. Так может вы все-таки объясните – какую роль мне отвели в этом спектакле? Джульетта вздохнула про себя. Джереми, конечно, был догадлив – но куда менее, чем она опасалась. Доктор Сата медленно взвешивала все за и против ответа на его вопрос. Пожалуй, половину правды ему можно открыть – но только половину. Она позволила себе улыбку – та вышла неожиданно легкой и лукавой. - Джереми, вы знали, что ваш подопечный - экстрасенсорный эмпат? - Что?! – он, кажется, потерял дар речи. – Но… разве экстраэмпатия – это не вымысел? - Это официально зафиксированное наукой явление. К сожалению, случаи проявления экстраэмпатических способностей у человека крайне редки, а в силу того что определенного рода опыты и исследования в Содружестве Танры запрещены, - она с трудом сдержала готовый пролиться сквозь слова яд, - сколь-нибудь значимыми познаниями в этой области обладали только арсайские ученые. Если еще точнее – научная группа Императорского Дома. По нашим сведениям, все представители Династии начиная с Аликса Седого обладали выраженными экстраэмпатическими способностями, и ваш подопечный – не исключение. Попробуйте понаблюдать за его реакцией, за тем, как он узнает о приближении человека и даже определяет, кто это, задолго до того как тот появится в поле видимости. - Невероятно, - Джереми переваривал услышанное. Приятно было видеть его ошарашенным. - Теперь вы понимаете, зачем нам нужен был человек со стороны? Да, у меня найдется множество прекрасных спецев. Но все они – наши люди. Его высочество не пойдет на контакт ни с кем из них, он будет знать, кто они и что от него хотят. Толи дело вы, - "хороший парень в не меньшей степени, чем хороший доктор", - подумала она про себя, - " четыре года работы с молодыми ветеранами войны за плечами". – Человек, который действительно хочет помочь. И не хочет вытащить из него все тайны. - Понимаю. Если то, что вы говорите, правда… простите, доктор, я не имел в виду что не верю вам – просто рассуждаю вслух. Так вот, если все это так – у вас, выходит, не было другого выхода? - Именно. - Да… мне есть над чем подумать. - Думайте, доктор. И продолжайте работу. Любопытно, додумаешься ли ты до простого вывода: эмпатия это палка о двух концах. Чем больше доверия и симпатии к подопечному ты будешь отдавать – тем сложнее нашему принцу будет держать дистанцию. Тем ближе он будет к тому, чтобы раскрыться. Грустно, не правда ли?..