«Снежная Королева || Кащей»

Как только часы в гостиной пробили ровно шесть утра, на втором этаже послышалось едва заметное шевеление. Неспешными шагами к комнате младшей дочери подошла Жанна, держа в руках пачку денег, стащенную в тихую из сейфа мужа. Стук костяшками пальцев по дереву прозвучал слишком оглушительно в этой тишине. В комнате можно было разобрать едва слышный скрип пружин матраса, а затем и приглушенные шаги, будто на цыпочках. — Алечка, это я, — тихо проговорила мать. — Ты должна сейчас скрыться из виду. Отец очень зол. Готов убить тебя, а я не могу этого допустить. Щелчок замка. И вот перед женщиной сонное, печальное и искаженное страхом личико. Её Алиночка. Любимая дочурка, которая всегда была для неё на первом месте, пустила фальшивую слезу. Только внутри зияла ледяная и бездонная пустота. — Мам... — голосок дрогнул. — Я, правда, не виновата... Она сама схватила эти ножницы... — Жанна шагнула внутрь и прижала её к своему розовому махровому халату. Лицо девушки, с торжествующей улыбкой, скрылось в мягкой ткани. — А потом начала оскорблять меня, говоря какая я – «сука» и «мразь». А я всего лишь хотела с Костей быть. Мам... Поговори с ней и пригрози! Как в детстве. — Я постараюсь, милая, — гладила её по спине. — И с папой. А ты сейчас беги вещи собирай. Как только всё образуется, я позвоню в мою старую квартиру. Он не пойдёт туда. Не высовывайся! Поняла? — Да, — всхлипнула, отстраняясь. Схватила пачку денег. Развернулась и, впопыхах, начала скидывать в сумку одежду с обувью, безделушки, косметику и купюры, перевязанные резинкой. Пятнадцать минут показались старшей Морозовой вечностью. Перед ней стояла собравшаяся дочь. Она нежно поцеловала её в лоб. Спустились вниз, где их уже ждал Роман. Жанна метнулась за пальто. Одела Алину. Девочка обулась и выскользнула в тёмное утро. Довольная хозяйка дома посильнее укуталась в свой халат и побрела наверх. Только план не совсем был идеален... Как только входная дверь скрипнула, курящей на балконе парень присел за перила и затушил красный огонёк сигареты. Видел как Алина прыгнула в автомобиль телохранителя. — Бежать решила, мразь? — покачал головой, оскаливаясь. — Ну ничего. Я достану тебя где бы ты не была, сука. Как только машина скрылась за углом, бандит медленно поднялся. Молча зашёл внутрь, его взгляд упал на спящую невесту. Её бледное лицо было безмятежным, лишь легкая гримаса боли иногда искажала черты. Тихо прошел мимо, вышел из комнаты и спустился вниз, на кухню, где налил в стакан прохладной воды. И так же бесшумно поднялся обратно. Поставил воду на прикроватную тумбочку и опустился на край кровати. Пружины тихо скрипнули под его весом. Костя наклонился. Его губы нежно коснулись её лба. — Снеж... — прошептал. — Просыпайся. Надо таблетку выпить. Он провёл пальцем по её щеке, ощущая лёгкое тепло. Под его прикосновением веки дрогнули, затем медленно поднялись. Глаза мутные, но, увидев его, они прояснились. В них вспыхнула слабая, но тёплая искорка. Вершинин нежно улыбнулся ей. Взял с тумбочки антибиотик и стакан. Аккуратно положил маленькую белую таблетку ей на язык. Затем, придерживая затылок своей сильной, но в данный момент удивительно бережной рукой, поднёс стакан к её губам. — Пей, солнце, — прошептал он. Она сделала несколько маленьких глотков, смывая горечь лекарства. Кащей положил её голову обратно на подушку. — Спасибо... — голос был хриплым и слабым. — Сколько времени я спала?.. Ты постоянно был со мной?.. — Да, — поставил стакан и взял её руку, ощущая прохладу пальцев. — С самого вечера. Ты потеряла сознание от боли, когда мама... штопала тебя. Сейчас полседьмого утра. — Ого... — слабо покачала головой. — Я даже не сказала ей спасибо... Неудобно вышло... — Потом скажешь, не волнуйся, — он сжал её руку. — А теперь расскажи мне. Всё. Как и почему эта сука решила тебя ножницами пырнуть? — Почему? — Морозова вздохнула, прикрывая глаза, будто пытаясь стереть ужасные кадры из памяти. — Потому что ты выбрал меня, а не её. Я привела сестру в комнату, пыталась образумить. Она вырвалась, подошла к своему столу. Взяла оттуда ножницы и спрятала за спину. Подошла... и с такой... безумной улыбкой воткнула их в меня. Я же говорила, что Алина не остановится. Костя покачал головой. Ярость подступила к горлу, но он заставил себя дышать ровно. Ему нельзя было сейчас терять контроль. — Кость, — внезапно открыла глаза. — У неё... у неё зрачки были расширены. Очень сильно. И неестественно блестели. Ещё этот истеричный смех и улыбка... Он застыл, медленно отпустил её ладонь, поднялся и прошёлся по комнате. Любимая следила за ним, видя, как напряглись его плечи, как на лице выступили желваки. Развернулся к ней. В глазах горел огонь. — Черняшка? — выдохнул. — Откуда?.. Кто мог распространить эту дрянь среди её круга? — Она общается с Пашкой, но он нормальный, — задумчиво сказала девушка. — Ну и... с девочками. — С Пауком я сегодня по-любому поговорю. А что за девочки? — прищурился. — Даша Соколова. Венера Свиридова и... Карина Суворова. — Суворова? — Вершинин вскинул брови. — Сестричка Адика? Вика молча кивнула. По её лицу было видно, что она пришла к тому же выводу. — Вова... — провёл рукой по лицу. — Из Афганистана, что ли, дурь эту привёз? Если да... отошью нахуй. В этот момент дверь в комнату бесшумно приоткрылась. На пороге стоял сонный Влад, с растрёпанными волосами и в мятой футболке. — Ой, — прошептал он. — Вы не спите уже... — О! — Кащей повернулся к нему. Во взгляде вспыхнула решимость. — Ты как раз и нужен. Взял супера за плечо и затянул в комнату. — А? Зачем? — непонимающе смотрел то на старшого, то на сестру. — Я просто заглянул узнать: как Вика? — Жива... вроде... — слабо улыбнулась. Бандит навис над парнем, голос понизился до шепота: — Так, Снег, вопрос на миллион: чё вчера Алина делала? Вы ж вместе пришли. — Ну... да, — моргал Морозов, пытаясь собраться с мыслями. — Сначала она с Пауком была в качалке. Потом они куда-то ушли. Пашка вернулся один, злой какой-то. Я пробыл в подвале ещё часа полтора. Алина должна была уже дома быть, а я её встретил у калитки, когда возвращался. — Значит, в эти полтора часа всё и произошло, — тихо заключила Снежка. — А что такое?.. — Влад смотрел на них, всё ещё не врубаясь. — Ну, смотри... — мужчина с раздражением отпустил его. — Вела она себя неадекватно, зрачки расширены и блестят. Мальчик на мгновение замер. — Не. Всё равно не понимаю, — почесал затылок. — Дурак ты! — Кащей закатил глаза. — Под наркотой она! Далее: Адидас был вчера в качалке? — Нифига себе... Его вообще не было, — покачал головой. На лице появилась тревога. — Погодите, так это... это отцу надо сказать! — Скажем, — кивнул Костя. — Только минус один есть. Алинка сбежала с утречка сегодня. Вика и Влад хором выдохнули: — ЧЕГО?! — Да. Я курил на балконе и видел, как она с телохранителем и вещами уехала. — Пипец... — прошептал Снег. — Надо точно спасать Пашу, — тихо сказала Вика, глядя в окно. — Пока она не втянула его во что-то плохое. — Спасём, — твёрдо пообещал жених. Он похлопал супера по плечу. — Спасибо. Увидишь её – маякнёшт. Чеши. Тот кивнул, ещё раз озадаченно посмотрев на сестру, и вышел, прикрыв за собой дверь. Комната снова погрузилась в тишину. Девушка молча откинула край одеяла рядом с собой. — Иди сюда, — просто сказала она. Он подошел, скинул тапочки и лёг рядом, осторожно, чтобы не задеть рану. Уткнулся лицом в её шею, вдыхая знакомый запах кожи, духов и лекарств. — Я ни за что не дам тебя в обиду, — прошептал, будто давая клятву. — Никогда. Никто тебя больше не тронет. — Ты самый лучший... — прикрыла глаза. На губах расплылась слабая, но безгранично доверчивая улыбка. Её рука лежала в его, их пальцы были переплетены. За окном просыпался город, но в этой комнате, был свой собственный мир, построенный на боли, ярости, но прежде всего на любви. Они пролежали так около часа. Костя, чувствуя, как под его щекой бьётся спокойный пульс на её шее, наконец нарушил молчание. — Тебе поесть надо, — прошептал он, обжигая дыханием нежную кожу. — Я не хочу, — так же тихо ответила она. Пальцы бессознательно сжали прядь его волос. — Надо, Снеж, — приподнялся, чтобы посмотреть ей в глаза. — Ты выпила антибиотик. Желудок не должен быть пустым. Я схожу вниз, принесу что-нибудь. Буду кормить тебя. — Ты серьёзно? — удивленно подняла брови. — Конечно. Вика надула губы и жалобно захныкала, как ребёнок: — Ну, я же не хочу... Парень с притворным раздражением закатил глаза, но во взгляде плескалась нежность. Встал с кровати, поправил одеяло и вышел из комнаты. Спустился вниз. В столовой за столом сидели Влад, Жанна и Мороз. Воздух был наполнен ароматом свежего кофе. Кащей, спустившись, нарушил их тихую, напряжённую беседу. — Доброе утро. — Доброе, — поднял на него взгляд хозяин дома и встал. Они обменялись крепкими рукопожатиями. Вершинин подошёл к Жанне, взял её руку и с лёгким поклоном поцеловал её. — Здравствуйте. — Здравствуй, Костя, — ответила ему слабой, но благодарной улыбкой. — Как Вика? — сразу перешёл к делу Владимир. — С ней всё нормально? — Да, — Костя повернулся к нему. — Она проснулась, выпила таблетку. Сейчас ей нужно поесть. — Я соберу на поднос завтрак, — тут же встала мать. — Ну, хорошо, — кивнул молоденький воришка. Кащей подошел к авторитету, наклонился так, чтобы слышали только они двое, и прошептал: — Нам нужно потом переговорить насчёт Алины. Владимир почти незаметно кивнул. В глазах мелькнул холодный огонек. Жанна тем временем быстро поставила на поднос две порции овсяной каши, пару румяных пирожков с повидлом и два стакана с горячим чаем. — Спасибо, — Вершинин подошёл и взял поднос. С завтраком он снова поднялся наверх. Войдя в комнату, застал Вику смотрящей в окно. Она обернулась на звук. На лице появилось капризное выражение. — Ну, Кость... Жених молча прошёл к кровати, поставил поднос на тумбочку, взял ложку и тарелку с кашей. Устроившись на краю, посмотрел на неё с немым вопросом. — Хотя бы чуть-чуть, — сказал мягко, но настойчиво. — После антибиотика надо поесть. — Ладно, — сдалась, закатив глаза, но в уголках её губ дрогнула улыбка. — Я сама... — начала она, но он уже поставил тарелку обратно и встал. — Сиди спокойно, — взяв аккуратно под подмышки, помог ей приподняться и устроиться поудобнее среди подушек. Девушка на мгновение зажмурилась. По лицу пробежала тень боли. Убедившись, что ей комфортно, вручил тарелку и ложку. Они принялись завтракать. — Все внизу, да? — тихо спросила Снежка, откладывая ложку. — Да, — кивнул Вершинин. — Сейчас ты позавтракаешь, и я пойду с твоим отцом поговорю. Когда они закончили и допили чай, бандит собрал посуду на поднос, наклонился, поцеловал невесту в лоб и снова направился вниз. — Давай, я отнесу на кухню, — Жанна, увидев его, тут же повернулась. — Вова ждёт тебя. — Спасибо, — передал ей поднос, развернулся и быстрыми шагами направился к кабинету. Постучал, услышал властное: «Входи» и переступил порог. Мороз сидел за своим массивным столом, его лицо было мрачным. Кащей закрыл дверь, прошёл и опустился в кожаное кресло напротив. — Владимир Иванович, я насчёт Алины, — начал он без предисловий. — Вика сказала, что та действовала целенаправленно. В момент нападения у неё был неестественный блеск в глазах, расширенные зрачки и... безумная улыбка. Мы думаем... — Сука мелкая! — с силой ударив кулаком по столу, перебил его Мороз. Всё для неё делалось! Всё! Но нет, блять! Надо ж зайти ещё дальше! Ну ничего... сейчас проснётся и первым же рейсом отправится в психушку на лечение! Костя мягко, но твёрдо перебил его: — Не отправится. — Почему? — посмотрел на него, нахмурившись, авторитет. — Сегодня в шесть утра, — продолжил Вершинин, глядя ему в глаза, — Алина с сумкой сбежала. Телохранитель её повез... Мороз резко вскочил, и его рёв потряс стены кабинета: — БЛЯТЬ! РОМА! БЫСТРО КО МНЕ! Спустя несколько секунд дверь распахнулась. На пороге появился запыхавшийся и бледный Роман. — Сюда подошёл! — прошипел Мороз. Он, сглотнув, закрыл за собой дверь. Хозяин дома быстрыми шагами направился к нему. Они встретились в центре кабинета. Руки Владимира с силой вцепились в воротник рубашки телохранителя. — Куда ты отвёз эту мелкую мразь? — его голос был низким и опасным. — И кто организовал её побег? — Мне... мне постучали утром, — залепетал он. — И просунули под дверь листик. С этой просьбой. Там было напечатано на машинке. Я её довёз до остановки, и всё. Потом уехал сюда. Авторитет с силой оттолкнул его, замахнулся и нанёс два быстрых, жёстких удара: в скулу и под дых. Парень согнулся, сдавленно застонав. — Пошёл отсюда! Тот, не говоря ни слова, кивнул и, прижимая руку к животу, поплёлся к выходу. Мороз подошёл к столу, снял трубку и, набрав номер, рявкнул: — Здравствуй. Ты же помнишь младшую мою? Ищи в городе. Как появится информация, сразу звони. Он бросил трубку и тяжело опустился в кресло. — Кто мог напечатать записку? — спросил Костя. — Либо она сама, либо... — Владимир откинул голову на спинку кресла и громко выдохнул. — ...Жанна. Алина же блять для неё – свет в окне, — провёл рукой по лицу. — Ну, с ней я переговорю и вправлю мозги. Не переживай. А ты иди и накажи своим пацанам, чтобы тоже искали её. И насчёт наркоты подумай. Вечером приедешь и доложишь. Вершинин кивнул, встал, протянул руку. Мужчины обменялись рукопожатиями. Кащей развернулся и вышел из кабинета. Прошел и поднялся наверх. Снова зашёл к любимой. Та посмотрела на него. — Слышала, что сказал папе про Алинку, — тихо произнесла она. — Да. Сказал, — закрыл дверь, подошёл и сел на край кровати. — Он уже послал кого-то её искать, а Романа Вашего чуть не прибил. Ему кто-то записку на машинке напечатанную подложил утром. — Мама. Сто процентов, — горько усмехнулась. — Я уверена, что она придёт в течение дня ко мне. Будет просить, чтобы я не злилась на Алину и сказала об этом отцу. А если она ей успела на уши присесть, то и насчёт тебя разговор зайдёт. — Не могу я этого осознать... — покачал головой, не понимая. — Как так можно? Приёмная дочь превыше родной. Да ещё и после всего этого... защищать. Это же просто... какой дурой надо быть. Извини меня, конечно. — Вот так я и жила всё время, пока папа был в тюрьме, — тихо ответила Снежка. В голосе прозвучала усталость от этой истины. Они посидели ещё немного в тишине. Затем жених наклонился и долго, нежно, пытаясь передать всю свою защиту и любовь в одном прикосновении, поцеловал. — Вечером приеду. Не волнуйся. Люблю тебя, — прошептал еле слышно, отстраняясь. — И я тебя люблю, — улыбнулась ему. В глазах снова вспыхнул тот самый огонёк, который сводил его с ума. Он развернулся и вышел. В прихожей Сергей молча протянул ему его плащ. Парень обулся, накинул его на плечи и вышел из дома. Сел в свою машину, завёл мотор, дал ему прогреться, глядя на мрачные стены особняка, где осталась его любовь. Затем тронулся с места и направился в свою пустующую квартиру. Костя ехал, смотря в даль. Но видел лишь лицо той, за кого он должен отомстить. Мимо проносились редкие автомобили. Солнце уже поднялось и окрасило небо в светлые розоватые тона. Мерседес плавно остановился у знакомой серой пятиэтажки. Заглушил мотор и вышел из машины. Не спеша прошел в здание и поднялся на второй этаж. Открыл квартиру с тихим скрипом и зашёл внутрь. В нос ударил запах Викиных духов с нотками клубники. В душе кольнуло. Он разулся, снял плащ и направился в душ. Медленными, но отточенными движениями скинул с себя одежду и залез в ванную. Включил воду. Горячие струи обожгли тело, но парень даже не шелохнулся. Кожа розовела под кипятком. Вершинин зажмурился и поднял лицо. Струи смывали с него тяжесть бессонной ночи и волнение. Спустя несколько минут выключил воду. Взял полотенце и наскоро вытерся. Стоя перед зеркалом, побрился и пшикнулся одеколоном. Прошёл в спальню и достал из шкафа свежие чёрные брюки и такого же цвета рубашку. Надел и быстро прошёл в прихожую. Обул свои начищенные ботинки и накинул плащ. Захлопнув дверь, спустился вниз и снова сел за руль мерседеса. Завел и, чуть пробуксовав на льду, поехал к дому телохранителей. Проехав пять улиц, машина остановилось. Старшой заглушил двигатель и поднялся на нужный этаж. Громкий звонок разрезал тишину квартиры. Спустя несколько минут послышалось шарканье тапочек по полу, и дверь распахнулась. На пороге появился зевающий Лом. — О, Кащей... Ты чего с утра пораньше? — хлопая глазами, протянул ладонь другу. — Паук дома? — пожал крепко руку, сразу переходя к делу. — Да. Спит ещё. Проходи. Что-то случилось? — отошел в сторону. Костя шагнул внутрь. И, снимая плащ и разуваясь кивнул, проговаривая: «Да. Случилось». Невский закрыл дверь в то время, как Вершинин прошёл на кухню и налил в стакан ледяной воды. Теперь его путь лежал в комнату своего младшего телохранителя. Саша неспешно следовал за ним, не понимая: что могло произойти? Бандит распахнул дверь и в несколько шагов оказался у кровати Паши. Он мирно посапывал, лёжа под теплым покрывалом, но сон рукой сняло, как только старшой опрокинул граненый стакан, выливая на его голову воду. Парень вскочил, откидывая мокрую ткань и вскрикивая. — Саня, ты чё творишь? — растерянно посмотрел на брата, а затем перевел взгляд на авторитета. — Кащей? Чё вообще происходит? Костя всучил стакан Лому и, взяв стул, опустился, закидывая ногу на ногу и перекрещивая руки на груди. — Ну давайте по порядку: почему ты вчера в качалку пришёл недовольный после того как с Алиной разошелся по домам? — наклонил голову на бок. — Да я ей говорю, что провожу до дома, подвезу. А она мне: «Нет, я и сама могу!» Вот и поругались чуть-чуть, — стер с лица капли воды. Бандит кивнул. — Дальше. В чём, собственно, дело? Твоя ненаглядная припёрлась домой вместе с Владом. Где она это время была ты, естественно, не в курсе. Пришла, значит, и устроила показательное выступление, — начал загибать пальцы, перечисляя её грехи. — Унизила моих родителей, обосрала Вику, ну и показала себя с далеко не лучшей стороны. Ну ладно. Замнем эти факты, хотя не нужно так делать. Главное то, что потом Снежка пошла с ней наверх и... Сделал театральную паузу, давая словам улечься. На лбу появилась морщинка, желваки напряглись. Понизив голос, продолжил: — ...вернулась с рваной раной от острых 7-ми сантиметровых ножниц на животе. Благо моя мама – заведующая хирургией, рядом была. Зашила её. Телохранители, хором, не скрывая удивления, выдохнули: — Ахуеть... — Это она что ли её пырнула? — дошло до Лома. — Ну не Вика ж блять сама себя пырнула, — закатил Вершинин глаза, процедив это сквозь зубы. Паук хотел что-то сказать, но он его остановил. — У твоей Алиночки были расширенные и блестящие зрачки, улыбка и поведение неадекватного человека. Она под черняшкой. И сегодня утром куда-то съебалась. Младший Невский, качая головой, шептал, пытаясь убедить их в правдивости своей версии: — Она не могла это сделать... Лисичка не такая. И, когда мы вдвоём время проводили, нормальной была... — А я тебе говорил блять! — взорвался резко Саша. Знал ведь: чем может кончиться данная затея. Предупреждал его, но ему было всё равно. — Отношения с этой курицей не доведут до добра! Отошьют со свистом! Старшой удовлетворительно кивнул и усмехнулся: — Прислушился бы к брату. Теперь ты знаешь какая она. Теперь уже вспыхнул Паша, начав повышать голос: — Она не такая! Алина нормальная! Это твоя Вика берет её и провоцирует! Снежка специально могла себя пырнуть, чтобы взять её и подставить! Кащей вскочил со стула, от чего он с грохотом упал на пол. Терпение лопнуло. Как этот человек мог обвинить во всех грехах его невинную девочку? Глаза вспыхнули маниакальным огнем. Ловким движением замахнулся. Пальцы сжались в кулак и встретились со скулой телохранителя. Первый, второй, третий удары... Лом кинулся, чтобы оттащить его от брата, но он закричал, не отрываясь от процесса: — НЕ ЛЕЗЬ БЛЯТЬ! Саша засиял. Мужчина остановился, тяжело дыша. На лице появилась хищная улыбка. Костя повалил Пашу на кровать и нанес два точных удара по корпусу – под рёбра и в бок, чуть ниже печени. Схватил его за плечи и, тряхнув, заорал: — СНИМИ ТЫ БЛЯТЬ СВОИ РОЗОВЫЕ ОЧКИ, ЕБЛАН?! ОНА НЕАДЕКВАТНАЯ! ТЫ ХОТЬ ПОНИМАЕШЬ, ЧЁ МОРОЗИШЬ? ПОДУМАЙ МОЗГОМ, ЕСЛИ ОН ОСТАЛСЯ У ТЕБЯ! ВИКА САМА СЕБЯ ПРОДЫРЯВИЛА НОЖНИЦАМИ? АЛИНА НЕ МОЖЕТ СМИРИТЬСЯ, ЧТО Я ВЫБРАЛ НЕ ЕЁ! ВОТ И ВСЕМИ ВОЗМОЖНЫМИ И НЕВОЗМОЖНЫМИ СПОСОБАМИ ПЫТАЕТСЯ УСТРАНИТЬ СНЕЖКУ! Отпустил с силой, заставляя упасть Паука на подушку. Разогнулся. Грудь бандита вздымалась. Дыхание сбилось. — Если я узнаю, что ты этой мразе помогаешь, своими руками шею сверну, — выдохнул, оскаливаясь. — И поедешь в далёкое путешествие туда, где тебя никто не найдёт. Если она с тобой свяжется, ты назначаешь встречу, говоришь нам координаты, и мы приезжаем туда. Берём её и отправляем к Морозу. А он её определяет куда надо. Сейчас ты поднимаешься и приводишь себя в порядок. Поедем в качалку. Вершинин развернулся и вышел из комнаты, направляясь к выходу. За ним, хвостиком, поплелся Лом. — Собирайся, — не оборачиваясь рявкнул Кащей. — А не за мной блять ходи. Авторитет обулся и, хватая плащ, вышел из квартиры, даже не став его надевать. Саша поглубже вдохнул и развернувшись, дернулся от неожиданности. За ним стоял бледный брат с садиной на щеке, держась за правый бок. — Ты в своем уме? — зло прошипел старший, отвешивая ему добавкой знатный подзатыльник. — Если ты на мои слова хуй кладёшь, услышь хотя бы Кащея. У тебя сейчас есть авторитет, кажешься всем адекватным и нормальным, но если продолжишь общаться и помогать этой суке, то тебя отошьют, как последнего чушпана. Пойми блять, что тебе не будет житья в Казани и там, где распространяется влияние Мороза. А то весь Союз. Она не та, с кем надо встречаться, — развернулся и пошёл к себе в комнату, оставив его наедине со своими мыслями и непробиваемой стеной веры, что любимая Лисичка чиста и невинна. ***** Через несколько минут к Косте в машину сели телохранители. Мотор заурчал, и мерседес понесся по заснеженным улицам. В салоне висела напряженная тишина. Каждый думал о своем. Остановившись в нескольких метрах от старой пятиэтажки, вышли и, хлопнув дверьми, пошли в подвал. Изнутри доносились голоса и лязг металла. Пахло дешёвым табаком и потом. Как только они показались на пороге, разговоры стихли. Все устремили взгляды на лидеров. Но оцепенение было недолгим. Через несколько секунд помещение взорвалось возгласами и приветствиями. — Всем салам! — крикнул Вершинин. — Турбо, Зима, подойдите! С потрепанного диванчика, словно два кузнечика, подпрыгнули супера. В несколько шагов преодолев расстояние, протянули ладони. Все трое пожали им руки. — Соберите всех на коробке через полчаса. Переговорить надо, — посмотрел на Валеру Кащей. — Так... Снега нет, — ответил Туркин, почёсывая затылок. — С ним уже проведена беседа. Знает, — обошёл парня и направился к себе в каморку. За ним не спеша поплелись Лом и Паук. Костя ловко скинул плащ на стоящее у входа деревянное кресло с протертой обивкой и плюхнулся на диван. Взял со стола пачку «Мальборо» и, выудив одну, чиркнул спичкой по коробке. Прикурил и затянулся. Это же сделали и телохранители. Лом опустился рядом с другом и начал оповещать про дела на районе. Паук же сел напротив, молча наблюдая за разговором. — Вы же чаще бываете тут. Посмотрите за поведением Адидаса. Предположительно у него она и брала наркоту, — выдыхая струйку дыма, внезапно произнес старшой. — Почему у него? — нахмурился Саша, складывая руки на груди. — Потому что Алина тесно общается с Кариной Суворовой. Скорее всего Вова привёз что-то из Афгана, — пояснил, затягиваясь. Телохранители кивнули. Достали сигареты и закурили. Разговор про соседние группировки, точки бизнеса и конфликты продолжался. Костя хоть и слушал, кивая, но мысли его были далеко не здесь. Перед глазами стояло лицо любимой. «Как её самочувствие? Не разошлись ли швы?» Ловил себя на мысли, что до этого он ни о ком, кроме своих родителей, так волновался. Но теперь в его жизни появилась Вика. Девушка, которую полюбил за каких-то несколько дней. И да. Именно полюбил. Знал и чувствовал, что это взаимно и навсегда. Ровно через полчаса на коробке собрались пацаны. Турбо спустился в подвал и оповестил об этом верхушку Универсама. Кащей с телохранителями поднялись с диванчиков и кресла и, натягивая по дороге верхнюю одежду, поднялись по бетонным ступеням наверх. Морозный воздух обжег щеки. Кожа начала покалывать. Ветер забирался под распахнутые куртки. А под ногами хрустел снег. Они вчетвером перемахнули через бортик. В сторонке стоял и покуривал Суворов. Выкинул бычок в сугроб и подошел. Пожал руки. Пацаны поприветствовали старшого. — Итак. Вчера в доме Морозовых или же Снега и Снежки, произошла ситуация, которая требует нашей помощи, — сделал паузу. — На старшую сестру Влада – мою невесту, напали и пырнули острыми ножницами. Теперь она лежит дома с рваной раной. Ребята разом загудели. Из толпы слышались предположения и тихие вопросы. Кащей продолжил: — Это сделала Лиса. Или же её сестра – Алина, — все затихли в оцепенении. Лишь карканье вороны нарушало гнетущее молчание. Адидас потупил взгляд. Лицо не выдавало эмоций. — В чём проблема? Она съебалась с утра пораньше в непонятном направлении. Но! Скорее всего она в городе. Вы поможете мне её отыскать. Как только найдете, не геройствуете! Сообщаете либо мне, либо Лому. Поняли? Из толпы послышались громкие подтверждения. Костя махнул им рукой, давая понять, что больше не держит. Подростки начали расходиться. За ними последовал и молчаливый Вова, но был остановлен телохранителями у выхода с коробки. — Вы чего? — ровно сказал он и посмотрел на них, слегка прищуриваясь. Сердце забилось где-то в горле. — Братец, — подал сзади голос Вершинин. — Чё ты вчера делал? В качалке не был. Думал, что ты тут за порядком следишь, пока я личные дела решаю. Адидас развернулся и вопросительно посмотрел на друга, делая вид что не понимает о чём идёт речь. — Так отравился чем-то вчера. Лежал дома. Каринка и Маратик обхаживали меня, — хмыкнул и пожал плечами. — А ты мне предъяву кидаешь что ли? — Нет, что ты, — усмехнулся, глядя ему в глаза. «Не блестят, не расширены. Ведёт себя нормально. Но чё-то не договаривает». — Интерес и волнение. Не более. Мы же друзья как-никак. Ладно. Иди. Если чё, жду звонка. Они пожали друг другу руки. Паук с Ломом кивнули ему и выпустили с коробки. Подошли к бандиту. — Хуета. Брешит, — констатировал Костя полушепотом. — Хоть и ведёт себя нормально, но вот чувствую, что где-то нас наёбывает. Только доказать не могу пока. Присмотрите за ним. — Пойдемте в качалку? Холодно... — наконец подал голос Паук. Мужчины поддержали его и направились обратно в подвал. ***** В особняке Морозовых царила напряженная атмосфера. Алину нигде никто не мог найти. Лишь одна Жанна знала где она и была недовольна по другому поводу. Она закончила с картиной в мастерской и, отложив кисть, не торопясь, прошла наверх к дочери. Легко постучала и открыла дверь. Вошла. Вика перевела взгляд на мать. В душе появилась крохотная надежда на то, что она пришла поинтересоваться её здоровьем. — Привет, — прикрыла дверь и прошла к дочери. Села на кровать. Пружины мягко прогнулись под её весом. — Здравствуй, мамуль, — тепло улыбнулась. — Ты просто так или по делу? — По делу. Вик, я пришла поговорить насчёт Алиночки, — начала она. Хрупкая надежда Снежки разбилась в пух и прах. «И опять младшая сестра важнее. Даже сейчас...». — Ты же понимаешь, что каждый может оступиться, тем более ты сама взяла эти ножницы и вонзила в себя. Зачем оклеветала её? Давай ты скажешь отцу, что не злишься на неё? Сможет вернуться обратно домой... — Мам! Ало! — перебила её младшая Морозова. Терпение начинало подбираться к конечной отметке. — Ты хоть понимаешь, что говоришь? Оступилась? Оклеветала? Я себя пырнула? Что? Алина меня целенаправленно ножницами порезала! А из-за чего? Потому что Костя меня выбрал, а не её. Как мне не злиться на неё? Помимо того, что она его родителей унизила, так и на мне отыгралась. Раскрой глаза. Твоя младшая дочурка не такая простая и невинная какой ты себе её нарисовала. Она снова переманивает тебя на свою сторону! — Хватит, Вика! Ты перегибаешь палку! — повысила голос Жанна. — Во-первых, Алина – твоя младшая сестра. Во-вторых, ты обязана делать всё, чтобы она была счастлива. В-третьих, за свои грехи надо держать ответ, а в четвертых – я сейчас позову Вову, и ты скажешь, что Алина ни в чем не виновата и... — встала, смотря на неё сверху вниз. — ...свадьбы с Костей не будет, ведь его никогда не любила. — Я не буду это говорить! — возмутилась старшая дочь. Это были последние капли. Всё! — Я всё детство терпела и делала всё для неё! Ты её ставила превыше меня, а когда пыталась возразить – наказывала. Даже когда меня чуть не изнасиловали что ты сказала? Сама виновата? Алина бы так не поступила! Так прежде чем говорить какая она... «Ангел», узнай чем дочурка занималась в Ленинграде, — резко дёрнулась. Волна боли заставила её зажмуриться и схватиться за рану. — Сейчас мне почти 24. Я не собираюсь плясать под твою дудку. Хочу простого счастья! Можешь говорить папе всё, что угодно, но он послушает меня потому, что видит кто в этой ситуации жертва! — Ну посмотрим, Викуш. Не хочешь по-хорошему, так будет по плохому, — недовольно закатила глаза и двинулась к выходу из комнаты. Каблуки отстукивали победный марш по дубовому паркету. Но привкус выигрыша тут же пропал, когда она распахнула дверь. Напротив, облокотившись на стену и засунув руки в карманы брюк, стоял муж. — Вова... — остолбенела, понимая, что он всё слышал. — Ты опять? — перевел на неё взгляд, полный холодной ненависти, Мороз. Любил жену мужчина, но порой сказанные ею слова, буквально, убивали его. Отстранился и пошёл на неё, от чего Жанна начала пятиться назад. Снежка смотрела на это и ликовала. Голос отца приобрёл опасную нотку. — Вика – твоя родная дочь, которая пострадала от приемной суки, не ценящей никого хорошего отношения. Ты блять обвиняешь её? Сама ножнички в себя всадила? Кащея не любит и свадьбы не будет? Что за бред ты несёшь? Хозяйка дома уперлась спиной в холодную дверь балкона. Глаза были прикованы к напряженному лицу того, кого любила. Её план провалился. — Вовочка, подожди. Давай спокойно поговорим? — взмолилась она. — Нам не о чем с тобой разговаривать! — заревел он, заставляя женскую половину дома вздрогнуть. — МОЗГИ ВКЛЮЧИ, ДУРА! АЛИНА ПОД НАРКОТИКАМИ ЧУТЬ НЕ УБИЛА НАШУ РОДНУЮ ДОЧЬ! ТЫ ОРГАНИЗОВАЛА ЕЁ ПОБЕГ, БЛЯТЬ, ПООЩРЯЯ НЕПОДОБАЮЩЕЕ ПОВЕДЕНИЕ! — ударил с силой ладонью по подоконнику и резко развернулся к Вике. — В кабинет мой пошла! Старшая Морозова сорвалась с места и выбежала из комнаты. Владимир закрыл глаза и провел ладонью по лицу, переключаясь. Посмотрел на дочурку и глубоко вдохнул. На губах появилась тень виноватой улыбки. Подошел к ней и сел на кровать. Взял в свою большую и сильную ладонь, маленькую и хрупкую дочурки. Поднес к губам и поцеловал с бесконечной отцовской нежностью. Снежка была для него целым миром. — Как ты себя чувствуешь, солнышко? — прошептал Мороз. — Я напугал тебя? — Нет. Спасибо, папуль, что заступился, — одарила искренней улыбкой. — всё хорошо. Только устала валяться тут. Все мышцы затекли. А шевелиться побаиваюсь. Больно. — Я не мог иначе, — слегка сжал её руку. — Ты – моя единственная дочь. Обязан защищать тебя. — А Алина? — смутилась она. — Когда пройдёт лечение в психбольнице, я посмотрю на её состояние и определюсь: принимать в семью или нет, — вынес вердикт. — Если хочешь, я могу тебя отнести куда-нибудь. В столовой посидишь. Или в гостиной. — В столовой, — хихикнула девушка, откидывая одеяло и беря с тумбочки книгу. Авторитет поднялся. Улыбаясь, нагнулся и аккуратно, словно драгоценность, подхватил кровиночку на руки, держа под коленями и за спину. Вика зажмурилась и уткнулась в его плечо, пытаясь подавить боль, пронзившую тело. — Прости... — выдохнул и мазнул губами по её макушке. Спустился с ценным грузом вниз и так же медленно и нежно опустил её на кресло. Взял с соседнего плед и накрыл ей босые ноги. Снова нагнулся и поцеловал её в лоб. Развернулся и пошёл к себе в кабинет читать морали и вправлять мозги поехавшей жене. Около восьми вечера дверь в дом Морозовых резко распахнулась. Внутрь ворвался поток холодного воздуха, заставивший сидящую в столовой девушку в одной длинной рубашке, поёжиться. Отец был явно занят, в принципе как и мать. Отложив книгу и пересилив себя, убрала плед, понимая, что приехал Костя. Опираясь на руки, поднялась. Живот резануло, но она стиснула зубы. Положила ладонь на повязку и медленными шагами пошла к выходу. Оказавшись в дверном проеме, подняла взгляд. Глаза расширились при виде старшего телохранителя. На его лице, в глазах, читалась паника. — Саша? — нахмурилась Морозова. — Ты чего тут? Костя где? — Снеж... отца позови. Мне приказано не говорить тебе... — пролепетал этот грозный мужчина. — Чего не говорить? — сделала к нему ещё пару шагов. Голос, несмотря на ноющую боль, приобрел твердость. — Я – его невеста. Обязана знать: что случилось с мои женихом? Говори! — остановилась перед ним. — Вик... — Говори блять! — повысила голос. В глазах загорелся огонь. — Кащея менты повязали... Не забываем писать комментарии. Переходим в мой Тг: Записки Тиликотика (там спойлеры, новости и просто общение. Там можете задать мне вопросики. Во втором закрепленном анонка). Ещё есть Тикток: tilya_22 Тг наших авторов: авторский цех (с мемами, спойлерами, общением и годными работами).