Пушистый купидон

По приходе домой Данил сразу бросился к ноутбуку, дабы создать объявление. Он просто взял какой-то шаблон с интернета, добавил фотографию Муси, коротко описал ее и добавил свой номер телефона. Хоть эта работа и не заняла много времени, на часах в любом случае было поздно, поэтому первокурснику оставалось только лечь спать, и надеяться, что кошка вскоре вернется. 6:00. До боли знакомый, но ненавистный звук будильника заполнил комнату. Данилу не пришлось долго думать–он сразу же отключил его, вновь проваливаясь в сон. Каким бы прилежным студентом он не был, учеба на данный момент была явно не на первом месте. 10:44. Впервые за несколько месяцев Крышковец по настоящему выспался. Не было той привычной усталости, тошноты и бесконечных потемнений в глазах. Он наконец был живым. Почти. Рядом не было того тепла, что согревает по утрам, нет мурлыкания. Пусто. Голода он не чувствовал, любая мысль о еде казалась кощунственной. Встав с кровати он ощутил некую тяжесть в теле, словно после болезни. Дабы не свалиться с ног он оперся на подоконник, глядя в окно. Привычный двор казался чужим: пустые дороги, на которых изредка пробегали дворняги и проходили люди. Поняв, что он просто теряет время, он быстро оделся. Его движения были почти неосознанными, ведь в голове была каша. Пулей вылетев из подъезда, предварительно взяв скотч и ножницы, он зашагал к типографии, что была на другой стороне района. Данил не видел людей вокруг, его мир сжался до размера шерстянного клубочка. Наконец он дошел, войдя в помещение увидел уже знакомые лица тех самых вечно недовольных пожилых женщин, которые по ощущениям приходят только чтобы поболтать с подругами. Он сказал число не думая, даже не запомнил, но там точно было несколько десятков. Как на зло его заказ печатали слишком долго, но он скоротал время с помощью переписки с друзьями. Хотя перепиской назвать это было сложно, ведь и Боря и Илья сейчас на уроке, соответственно они не отвечают, так что Даня как-будто разговаривал со стеной. Но в любом случае, лучше рассказать о случившемся, ведь Крышковец ненавидит хранить все в себе. бля не рассказал— муся вчера убежала– ща пойду объявления вешать– Ответа, как и ожидалось, не последовало. Из мыслей Данила вырвал крик работницы, которая сказала, что его тридцать объявлений можно оплачивать. Ну, он зато знает сколько у него вообще есть. Быстро оплатив он даже не попрощался с работниками, пулей вылетев из здания. Пару объявлений он наклеил недалеко от той типографии, остальное расклеил ближе к части района, где жил он. Все это заняло у него полдня, ведь он обдумывал каждое место, куда он бы приклеил объявление. Оно должно быть заметным и многолюдным; в основном это были доски около подъездов, столбы рядом с колледжом, школой и детским садом, автобусные остановки. С каждым часом листов в руках становилось все меньше и меньше, а ближе к пяти вечера их уже не осталось. Дома он и не пытался узнать домашнее задание, хоть и собирался пойти на пары завтра. Вместо этого он вновь потянулся к своему скетчбуку–альтернативному миру, где Данила все устраивает. В этот раз линии были рваными и резкими, но это не портило общую картину: он сидел на диване, а рядом вверх животом лежала Муся, взгляд которой был направлен куда-то вдаль. Он гладил кошку, смотря на нее и улыбаясь. Закончив набросок Даня отдалился от листа бумаги, взглянув на него полностью, и искренне улыбнулся впервые за день. На этой странице было то, чего в этой жизни ему не хватало. Хотелось, чтоб этот мир, что он создает на каждой странице этого скетчбука в миг стал реальным. Поток мыслей первокурсника прервал телефон, с которого без остановки доносился звук уведомлений. Все это время ему написывали Боря с Ильей, спрашивая как он себя чувствует. Даже Макс написал, правда спросил то же самое. Несколько сообщений от старосты, которая пытается узнать, почему его сегодня не было.. В целом, не критично. Поставив телефон на беззвучный Данил принялся раскрашивать набросок. Спустя где-то сорок минут все было готово. Даня не любил слишком яркие рисунки, так что он никогда не давил на карандаши, из-за чего все цвета были светлыми. Ему очень нравилась эта работа, хотелось попасть в него и оказаться рядом с ним и Мусей. На часах уже за девять вечера. На это он потратил четыре часа.. Хотя это того стоило. Данил наконец решил ответить друзьям, ведь зная их, они могли и родителям позвонить. борис невер мисс –серьёзно?? каким образом илюша шлюша –ахуеть –крепись, че [в ответ борис невер мисс] да вчера опять дверь не закрыл– ㅤ и она выбежала борис невер мисс –опять? ты походу реально слепой и глухой да отъебись ты, сам никогда– ㅤ будильник услышать не мог Понятно, в этой группе ничего нового. Стоит ответить Максиму, а то обидется еще. макс –у тебя реально кошка убежала?? –бля жаль, удачи тебе спасибо– Вау, очень интересный диалог. В любом случае Данила уже кланило в сон, хотя он сегодня особо ничего не делал. 6:00. Вновь ненавистный звук будильника. Сегодня стоит сходить на пары, ведь если Даня не придет, то сделает себе только хуже. Он встал, двигаясь с какой-то ленивой, тягучей медлительностью. Тело казалось чужим, неподвластным. Он оделся без всякого энтузиазма, выбирая первую попавшуюся одежду, не заботясь о своем внешнем виде. Зеркало отразило бледное лицо с темными кругами под глазами, взъерошенные волосы. Он не стал завтракать. Еда вновь казалась бессмыслицей. Путь в колледж прошёл в тумане. Он смотрел лишь себе под ноги, не замечая ничего вокруг. Единственное, что заставляло его хоть немного прийти в себя, это то, что у входа в учебное учереждение все еще висело объявление с Мусей. Значит, что никто его не сорвал, надежда все еще жива и не планирует умирать. Данил сидит на своем месте, и, как ни странно, он достает ручку и открывает тетрадь. Он механически записывает то, что говорит преподаватель. Слова вливаются в его уши, но не проникают глубже. Его почерк становится все более неровным, когда мысли ускользают. Он может на несколько секунд отключиться, взгляд его блуждает по аудитории, но он вновь возвращается к записям, которые больше похожи на обрывки мыслей. На переменах место общения с однокурсниками, Даня ищет уединения. Он либо сидит один на пустой скамейке во дворе колледжа, черкая что-то в скетчбуке, либо бродит по пустым коридорам. Иногда он может непроизвольно остановить взгляд на студентах второго курса, пытаясь разглядеть его, но эти поиски не имеют конкретной цели, это скорее навязчивая мысль. На второй паре он снова записывает. Его рука движется по бумаге, фиксируя слова лектора, но мозг перегружен. Иногда он может перепутать слова, написать что-то невпопад, или же просто остановиться, уставившись в одну точку, и лист его тетради остается пустым на несколько минут. Он чувствует себя измотанным, как будто прошел марафон, хотя провел весь день в аудитории. Его день в колледже – это день механического существования. Он выполняет необходимые действия, записывает слова преподавателя, но его ум полностью поглощен тревогой и поисками. Он здесь, но его нет. Он существует, но не живет. Он ждет. Ждет звонка, ждет вестей, ждет чуда. Следующий день был точно таким же, разве что пар было на одну больше, чем вчера. Но это не очень важно, Данил все равно собирался уйти с последней, ведь не считал ее важной. Но на перемене перед второй парой ему пришло сообщение.