Не с таким отношением

Гарри думал, что глупо использовать мантию-невидимку только ради того, чтобы ходить за Пьюси. Но семестр шёл уже три недели, а тот всё ещё не приглашал его полетать на квиддичном поле. Гарри был почти уверен: Пьюси вряд ли волновала ни угроза Сириуса Блэка, ни предостережения профессоров о том, что Гарри следует оставаться в замке. Значит, дело было в чём-то другом. Они почти подошли ко входу в гостиную Слизерина, когда Пьюси вдруг резко обернулся, подняв палочку. — Не знаю, кто вы, но я вас прекрасно слышу, — рявкнул он, окидывая взглядом коридор мимо Гарри. — Так что покажитесь! Гарри сдёрнул капюшон. Пьюси уставился на него с открытым ртом, затем закатил глаза и опустил палочку. — Поттер. Что ты делаешь? — Хотел узнать, почему ты не хочешь тренироваться в этом году. Лицо Пьюси напряглось, словно от боли. Гарри ждал. Он не считал свой вопрос навязчивым — наоборот, ему казалось странным, что Пьюси, тренировавшийся два года подряд, вдруг просто сдался. — Я не попал в команду Слизерина. — Что? — изумился Гарри. — Тебе уши почистить, Поттер? Я сказал: не попал в команду. — Но ты же лучший из охотников! Я внимательно следил за твоими играми в прошлом году — ты лучший! Пьюси чуть улыбнулся, но тут же помрачнел. — Скажи это Флинту. По его словам, команде нужны игроки из «видных» семей. — Его голос перешёл в хриплое рычание, от которого Гарри не удержался и рассмеялся: подражание голосу Флинта было поразительно точным. Пьюси покачал головой. — Моя семья чистокровная, но у нас мало денег и «правильных» политических взглядов. — Политика? — переспросил Гарри. — Мы прятались во время войны, Поттер. Не сражались за Тёмного лорда. — Ну, по-моему, это было разумно. Те, кто потом притворялся, будто их прокляли Империусом, ведь должны были платить Министерству кучу галеонов. А если у вас мало денег, вы бы просто не смогли. — У тебя уникальный взгляд на вещи. Пьюси, по крайней мере, больше не выглядел расстроенным, и Гарри это обрадовало. — Значит, мы можем продолжать тренироваться, да? — улыбнулся он. — Чтобы в следующем году ты снова попал в команду и напомнил им, почему им не стоило от тебя отказываться. — Ты прозрачен, Поттер. — И правильно! — весело ответил Гарри. Пьюси всё ещё колебался, но спустя пару секунд кивнул. — Ладно. Мы по-прежнему встречаемся по понедельникам? — Ага. — Хорошо, — Пьюси огляделся. — А теперь тебе пора убираться. Тут полно слизеринцев, которые с радостью проклянут Мальчика-Который-Выжил только за то, что он рядом с нашей гостиной. — Можешь передать им, что я уже был внутри, — усмехнулся Гарри и вновь натянул мантию, пока Пьюси хмуро на него смотрел. Гарри возвращался в Гриффиндорскую башню с улыбкой. Он чувствовал, будто помог другу. Может, они и не были настоящими друзьями — ведь, кроме квиддича и ежегодных визитов в больничное крыло, им было не о чем говорить, — но Гарри всё равно был доволен. *** — Ты ведь не собираешься преследовать Сириуса Блэка? — спросил Пьюси. Гарри только что увернулся от бладжера и поймал снитч, который Пьюси пытался от него увести. На секунду он замешкался от вопроса и едва не получил бладжером по голове. — Пьюси! — Извини. В настоящей игре было бы и хуже, ты же знаешь. — Знаю, — буркнул Гарри. — Но и вопрос у тебя тот ещё. Нет, я не собираюсь преследовать Сириуса Блэка. — Ты ведь знаешь, что он твой крёстный отец? — Теперь ты говоришь как Малфой. Пьюси выглядел оскорблённым. Гарри усмехнулся, развернул Молнию и обошёл очередной бладжер, запущенный Пьюси. Молния летала как во сне. — Я просто хотел убедиться, что у тебя нет какого-нибудь глупого гриффиндорского плана мести, из-за которого ты вляпаешься в неприятности. — Это больше похоже на план слизеринца, чем гриффиндорца. — Это не так! — возмутился Пьюси. Они обменялись парой острых замечаний, и Гарри с облегчением сменил тему. Но, когда тренировка закончилась, Пьюси вдруг сказал: — Я серьёзен, Поттер. В этом году — никаких безумных подвигов. — Да и не собираюсь. Разве ты не слышал байку Малфоя, как я в поезде упал в обморок, когда на меня напали дементоры? Не слишком-то героично, правда? — Малфой — идиот! И ты тоже, если вообще его упоминаешь! Пьюси резко развернулся и ушёл, оставив Гарри с приподнятой бровью. Наверное, он просто обиделся, что напомнили про Малфоя — ведь теперь тот был в команде, а сам Пьюси нет. Нет, Гарри не собирался охотиться за Сириусом Блэком. У него были дела поважнее — например, помочь Пьюси вернуть место в команде. *** — Ты тренировался со слизеринцем?! — раздался голос Оливера. Гарри тихо выругался. Возвращаясь с поля, он был неосторожен: просто хотел принять душ и пойти спать. И тут его перехватил Оливер, едва тот вышел из ванной. — Да. С Эдрианом Пьюси. Оливер, уже открывший рот, чтобы взорваться, неожиданно осёкся. — Он ведь не в команде. — Нет. Хочет честно победить того, кто занял его место, когда у них будут новые отборочные. Не думаю, что тренировки с ним — риск. Оливер моргнул, словно удивился, что Гарри способен принимать решения самостоятельно. — Хм… — протянул он, но подозрения взяли верх. — Ты же не показываешь ему никаких секретных приёмов Гриффиндора, правда? Гарри едва не рассмеялся. Любой, кто хотел посмотреть на тренировки гриффиндорцев, мог просто выйти на поле — никто их особенно не скрывал. — Нет, Оливер. Обещаю. — Хорошо. Мы с Кэти и Алисией разрабатываем новую стратегию, и было бы катастрофой, если бы слизеринцы узнали о ней раньше, чем мы её применим! Гарри слушал вполуха, лишь изредка кивая. На самом деле он думал о другом — каково будет снова играть против Слизерина, но уже без Пьюси. Осенью он этого почти не заметил, но теперь… теперь заметит. *** Когда они выиграли Кубок по квиддичу, Гарри невольно посмотрел на сектор Слизерина. Среди мрачных зелёных мантии он увидел одного человека, который хлопал и кричал, будто сам был гриффиндорцем. С такого расстояния Пьюси не мог заметить его улыбку — но Гарри всё равно улыбнулся. *** — Мне, знаешь ли, надоело видеть тебя в больничном крыле. Гарри очнулся, ошеломлённый. Он, видимо, спал очень крепко — путешествия во времени, как оказалось, выматывают. Гермиона что-то об этом говорила, торопливо объясняя, как работает Маховик времени, прежде чем сама упала в обморок. Пьюси сидел у его кровати, нахмурившись. Гарри моргнул. Он видел его всего несколько дней назад — на их обычной тренировке. Почему же тот казался таким высоким? — Что случилось на этот раз? — спросил Пьюси. Гарри задумался, стоит ли рассказывать слизеринцу, с которым он был едва знаком, про Маховик времени и невиновность Сириуса. Но ведь министру уже сообщили, что Сириус невиновен, а Петтигрю жив; профессор МакГонагалл знала про Маховик. Он заговорил шёпотом. В палате царила ночная тишина: Гермиона спала на соседней кровати, мадам Помфри, наверное, тоже. Пьюси слушал молча, лишь иногда качая головой. Когда Гарри закончил, тот вдруг резко развернулся, ударил кулаком стену и выругался: — Чёрт! — Пьюси! — прошипел Гарри, глянув на Гермиону. Та спала, но дёрнулась, словно вот-вот проснётся. — Тише! — Нет. — — Что — «нет»? — растерялся Гарри. — Гермиона проснётся, если… — Нет, конечно. Я имею в виду, что ты не можешь больше называть меня Пьюси. Гарри закрыл глаза. Казалось, будто в него снова врезался бладжер. — Ладно, — прошептал он. — О, ради Мерлина, — вздохнул Пьюси таким будничным тоном, что Гарри открыл глаза. Тот наклонился ближе, хмурясь. — Я просто хотел сказать, что можешь звать меня Адрианом. А я — тебя Гарри. Гарри невольно рассмеялся — впервые с тех пор, как Сириус вытащил Рона из-под Визжащей хижины. — Правда? — Да. Именно так. Гарри улыбнулся Адриану, чувствуя странное сжатие в животе. Это было немного похоже на то, что он испытал, когда впервые подружился с Роном, но всё-таки иначе. Адриан отвернулся и прочистил горло. — В следующем году я буду в команде, — сказал он наконец. — Ага? — Я дал Флинту понять, что Слизерин проиграл вам именно потому, что меня не было среди охотников. — Но Флинт ведь сдаёт экзамены, да? Адриан фыркнул, облокачиваясь на стену. Он выглядел расслабленным — Гарри никогда его таким не видел. — Посмотрим. Но это неважно. Следующего капитана я точно смогу убедить. — Правда? — Если я смог убедить тебя, Гарри, — то смогу кого угодно. Гарри улыбнулся, и Адриан шагнул вперёд, положив руку ему на плечо. — Не умирай. — Есть, Ваше Величество, — усмехнулся Гарри. Адриан легонько ткнул его в плечо и, уже не таким мрачным, выскользнул из больничного крыла. Гарри откинулся на подушку, заложил руки за голову и, глядя в потолок, всё ещё улыбался. Когда он заснул, улыбка не сходила с его лица.