Глава 1
27 октября 2025 г., 00:36
Больше всего на свете Драко Малфой не любил три вещи: высокомерный тон, презрение к тем, кто ниже тебя по статусу и ничем не мотивированное завышенное чувство собственного достоинства. Можно сказать, что Драко Малфой отчасти ненавидел и самого себя, но человеческая натура изменчива: жизнь зачастую вынуждает нас перекраивать себя до основания, чтобы приспособиться к новой реальности и попросту выжить.
Одним холодным октябрьским вечером Драко понял, что ему пора что-то менять. Неизвестно, когда именно это началось: с постоянного скандального мистера Томпсона, заказывающего каждое чертово утро два шота эспрессо, или с миссис Ватсон, которая часами выбирала себе напиток, пока ее истеричные чихуахуа вопили на все заведение и царапали обивку любимых кресел Малфоя. Или же с перебоев в поставках продуктов, повышении стоимости аренды и счетов за электричество и воду, или же… Что толку размышлять о бренности бытия, если другого выбора на данный момент у него все равно нет.
Молодой мужчина закатил глаза, тихо вздохнул и перевел взгляд на помещение. Из панорамного окна выглянул лучик солнца, пробежался по идеально чистым столикам, зеленым вельветовым креслам с подранными ножками и наконец остановился на лице Драко. Такие тихие моменты умиротворения бывали здесь нечасто, потому что каждый уважаемый себя англичанин считал своим долгом хотя бы раз в день удовлетворять свою кофеиновую зависимость. По крайней мере, другого объяснения тому, что его место работы – это настоящий проходной двор, у бывшего слизеринца не было. Но тем не менее невозможно было не признать очевидный факт: каким бы дерьмом иногда не бывали его трудовые будни, иметь что-то свое Драко невероятно нравилось. Всю жизнь он прожил за счёт родителей, о чем много раз напоминал ему отец, и теперь чувство свободы для него пересиливает все недостатки. Кто-то скажет, что невозможно жить в замке и чувствовать себя птицей, запертой в клетке, однако таковой и была по сути вся школьная жизнь Драко. Он мог одновременно позволить себе все и не иметь при этом ничего, как бы парадоксально это не звучало. Лучшие мантии, дорогие костюмы, самые быстрые метлы — все это в сущности никогда не привлекало Малфоя младшего, зато было показателем статуса и огромного состояния Малфоя старшего. Единственным, что когда-либо маленький мальчик попросил у своих родителей, была книга по кулинарии. Естественно, отец его высмеял и наказал за недостойный аристократа плебейский интерес, а мать согласно кивала и долго причитала о том, что её драгоценный ребенок пачкает руки в грязи, словно он какой-то домовой эльф, а не наследник рода Малфоев. Забавно, не так ли? Даже самому Драко казалось невероятно странным то, что только механическая работа руками была способна хоть как-то заглушить все его навязчивые тревожные мысли. Именно поэтому с ранних лет в его комнате всегда царил идеальный порядок (за что Добби постоянно бил себя палкой по рукам), а с кухни иногда исчезали продукты, над которыми юный Драко ставил безжалостные эксперименты, рискованно определяя успех или провал исключительно на вкус.
Дверь в кофейню открылась с тихим скрипом и звуком колокольчика, оповестив задумчивого хозяина о новом посетителе. В холл вошла симпатичная молодая кудрявая девушка, укутанная в огромный шарф, которая держала в руках стопку тяжеленных на вид книг. Она нервно поправила сползшие на нос очки, перехватила поудобнее свою неподъемную ношу и быстрым шагом подошла к прилавку.
«Ну прямо этакая заучка мисс Грейнджер в мире маглов» — чуть слышно усмехнулся Драко, едва заметно поглядывая на неё. За годы работы с людьми слизеринец научился довольно точно определять, какую роль он играет перед каждым конкретным посетителем, чтобы заставить его почувствовать себя комфортно и захотеть вернуться в вотчину Малфоя вновь. С кем-то нужно было поддержать беседу о погоде, кому-то предложить небольшое угощение, с третьим — просто помолчать в уютной тишине под аккомпанемент ненавязчивой классической музыки, всегда звучавшей на фоне. Юная посетительница явно была из последней категории, поскольку даже простая необходимость сделать заказ, казалось, вызывала в ней нервную дрожь.
— Добро пожаловать, готовы сделать заказ? Могу порекомендовать Вам наши новые фирменные напитки, которые непременно скрасят этот холодный осенний вечер, — произнес Драко, наблюдая за реакцией своей собеседницы. Девушка неловко кашлянула, присмотрелась к меню за спиной у мужчины и задумчиво хмыкнула, немного наклонившись вперед. В этот момент верхняя книга из стопки в её руках медленно соскользнула вниз и упала прямо ей на ноги, от чего она болезненно вскрикнула и нечаянно выронила из рук все остальные. От стыда ей хотелось провалиться сквозь землю, щеки порозовели от смущения, девушка мигом опустилась колени.
— Извините, это я случайно, сейчас все соберу, — чуть слышно пролепетала копна кудрявых волос где-то снизу.
Драко на это лишь едва слышно вздохнул и покачал головой. Ну конечно, этого стоило ожидать. Теперь ему придется проявить чудеса эмпатии и все свои знания в области психологии, чтобы стереть из воспоминаний этой неряшливой девчонки мысли о сегодняшнем позоре, иначе она никогда в жизни больше не переступит порог его кофейни.
— Позвольте тогда пока приготовить Вам кофе на свой вкус в качестве извинений, за счёт заведения. У вас есть аллергия на лактозу?
Девушка резко подскочила с пола, чуть снова не уронив свои многострадальные учебники. Она недоуменно посмотрела на него и смущенно спросила:
— Вы меня угощаете? За то, что я раскидала на Вашем полу свои книги?
Драко усмехнулся и посмотрел в глаза покрасневшей девушке. В них смешались неверие, стыд и совсем капелька благодарности. Что ж, это уже что-то, с чем можно было работать. Колокольчик на двери зазвенел снова, напомнив Малфою о том, что день плавно близится к закату, а значит времени на расшаркивания с каждым встречным у него все меньше.
— Всё верно, мисс. Считайте это моральной компенсацией свыше за трудный учебный день. Так что там насчет лактозы?
Девушка лишь покачала головой и пробормотала что-то про миндаль, но и этой зацепки было ему достаточно. Мужчина приступил к работе, методично выполняя отточенные до автоматизма действия. Вскоре всеми любимый беспроигрышный вариант был готов — Драко поставил в зону выдачи стаканчик капучино на миндальном. Кучеряшка поправила шарф, перехватила книги одной рукой и полезла в сумку за кошельком.
— Вы и впрямь угощаете, спасибо большое. Однако мой характер не позволит мне оставить Вас ни с чем, – чуть слышно сказала девушка и быстро положила десятифунтовую купюру в банку для чаевых, — Считайте это моей моральной компенсацией за причиненные Вам неудобства.
Услышав свою же фразу из её уст Драко лишь вскинул бровь и тепло ей улыбнулся, ничего не ответив. Девушка просияла, схватила стаканчик с кофе и быстрым шагом двинулась в сторону выхода. За ней уже собралась очередь, состоявшая из попеременно сменяющих друг друга латте, капучино и флэт-уайта. После того, как все получили свои заказы и довольные отправились по своим делам, Драко смог хоть немного передохнуть.
Пожалуй, была ещё одна вещь, которую Драко Малфой искренне ненавидел — вечерний час-пик в Лондонском метро. Поэтому практически каждый день он оставался в кофейне даже после закрытия, наводя порядок в и так вылизанном им помещении. К семи часам вечера после школы и всех дополнительных секций обычно заглядывал Скорпиус, если только не был занят своими невероятно важными подростковыми делами, такими как прогулки с девочками, тусовки с мальчиками и занятиями спортом. За последнее Драко его даже уважал: сам слизеринец редко уделял внимание физической подготовке, из-за чего в последние годы его спина стала ощутимо побаливать от ежедневной работы в стоячем положении. Сын же старался привести себя в форму, чтобы в будущем стать служителем правопорядка, и честно говоря такое намерение юноши пугало Драко до глубины души. У него не было человека ближе и дороже, чем Скорпиус, и Драко был просто не готов смириться с риском потерять ещё и его. Вся надежда была только на то, что до поступления в университет у него ещё есть время, и он сможет его переубедить.
Закончив с уборкой рабочих поверхностей, Малфой приступил к вечерней инвентаризации. От этого невеселого занятия его отвлек телефон, вибрирующий в заднем кармане джинс.
— Привет, мелочь. — тепло поприветствовал сына Драко, — Тебя сегодня ждать или встретимся уже дома?
На том конце провода прозвучало недовольное фырканье, сменившееся задорным смехом.
— Пап, ну я же просил не называть меня мелочью, мне уже шестнадцать лет через пару недель, между прочим. — поучительным тоном сказал Скорпиус, — Но в одном ты прав: сегодня я не успею забежать в кофейню, Рейчел попросила помочь с проектом на понедельник, поэтому скорее всего я задержусь у неё до полуночи.
Драко цокнул и закатил глаза, в красках представляя себе их совместную подготовку к проекту с этой Рейчел.
— Давайте только без экспериментов, я ещё не готов стать дедушкой. — язвительно отметил Драко, никогда не упускавший возможность смутить сына, сдавленно пискнувшего в ответ на это заявление. — И чтобы не позже двенадцати, у тебя завтра утром тренировка, тренер Пирсон будет очень недоволен, если ты проспишь.
На заднем фоне послышался тихий девичий смех, на что Драко лишь покачал головой.
— Разумеется, пап, не волнуйся, всё будет в лучшем виде. Я пошел, до вечера! — протараторил Скорпиус, явно нетерпеливо оживающий конца разговора, чтобы пойти к своей ненаглядной.
— До вечера, мелочь. — сказал Драко и положил трубку. Мужчина обвел взглядом привычное помещение и задумался: кажется без сына его жизнь была бы куда более невыносимой. Малфой собирался уже было одеваться и уходить, как вдруг дверь кофейни резко открылась, и внутрь запыхавшись влетел какой-то мужчина. Колокольчик на входе лишь недовольно прозвенел, но возможности остановить нарушителя вечернего спокойствия у него все равно не было. Даже не повернувшись, Драко лишь ровно отметил:
— К сожалению, на сегодня мы уже закрыты. Позади Малфоя послышался лишь сдавленный вздох, привлекший его внимание. Драко обернулся и потерял дар речи. Из всех людей, проживающих в маггловском Лондоне, меньше всего он ожидал встретить его. Героя магического мира, Спасителя несчастных и обездоленных, Мальчика-Который-Не-Сдох-и-Победил — Гарри Джеймса Поттера. Стоит отметить, что тот в свою очередь казался не менее удивленным, однако никаких признаков агрессии не высказывал.
— Эээ, кхм, прошу прощения, не обратил внимания на график работы, просто увидел в окне, что внутри ещё есть сотрудник и решил заскочить. — неуверенно пробормотал Поттер, оглядывая Малфоя цепким взглядом.
Малфой перехватил поудобнее пальто и закинул шарф на шею, после чего присел на кресло и внимательно осмотрел своего нежданного гостя в ответ. Тот лишь неловко переступил с ноги на ногу, явно не представляя, как продолжить этот странный разговор двух бывших врагов. Герой магического мира был одет в простое черное шерстяное пальто, под которым виделся теплый бежевый свитер. Его шея была укутана коричневым кашемировым шарфом. В черных волосах, к удивлению Малфоя, довольно аккуратно постриженных и даже уложенных, пусть и в нарочито беспорядочном стиле, виднелись проблески седины, свидетельствующие о том, что жизнь Золотого мальчика не такая уж не радостная. Драко жестом указал на место напротив себя, и решил первым делом отметить самое очевидное изменение в образе бывшего гриффиндорца.
— Честно говоря, без этих безвкусных круглых очков я тебя даже сразу и не признал, Поттер. — Гарри лишь вскинул брови и улыбнулся, присаживаясь в кресло напротив. — Однако, как человек с хорошим вкусом не могу не отметить, что так тебе куда лучше.
Поттер неверяще взглянул на него и усмехнувшись, ответил:
— Знаешь, Малфой, кажется я все еще сплю, потому что этого просто не может быть, чтобы спустя столько лет первым, что я услышал от тебя в свой адрес было не оскорбление, а комплимент. — мужчина вновь окинул его взглядом с ног до головы и чему-то удовлетворенно кивнул.
— Иногда люди взрослеют, Поттер, такое случается, — Драко закатил глаза и раздраженно повел плечами, — В любом случае, чем обязан? Я не верю в совпадения и сомневаюсь, что сам Гарри Поттер явился по мою душу без какого-то умысла.
Гарри лишь покачал головой и поднял руки в примирительном жесте.
— Можешь не верить, но я и вправду рассчитывал заскочить за чашечкой кофе, поскольку сегодня у меня ночное дежурство. Не хотел доставить неудобства, честно.
Драко недоуменно вскинул бровь и прохладно заметил:
— Ночное дежурство? Оказывается будни победителя Темного Лорда расписаны по минутам. Впрочем твое геройское расписание — это явно не моё дело. Мне пора домой, Поттер, я собирался закрыть кофейню, когда ты зашел.
Гарри как ужаленный подскочил с кресла и быстрым шагом двинулся в сторону выхода, на ходу застегивая пальто.
— Разумеется, Малфой, извини, что задержал. Впрочем, не буду врать, рад был повидаться, надеюсь, ещё увидимся.
Драко задумчиво проводил его взглядом. В нём боролись два его главных порока: любопытство и пренебрежение. С одной стороны, какое ему дело до Поттера и его жизни, а с другой стороны шрамоголовый (мужчина лишь мысленно усмехнулся привычному школьному обращению к гриффиндорцу) оказался единственным представителем магического мира, которого он встретил впервые за столько лет своей вынужденной изоляции в маггловской части Лондона. Быстренько прикинув, что в том, чтобы выпить по чашечке кофе с бывшим сокурсником, нет ничего предосудительного, Малфой принял решение не упускать такой шанс и не прогонять Поттера.
«Тем более пока что он даже не кажется таким уж раздражающим, как раньше» – подумал Драко и закатил глаза на свои же странные мысли.
Гарри положил руку на ручку двери и уже было собирался открыть её и выйти, как его остановил уставший голос бывшего слизеринца.
— Поттер, стой. — Гарри обернулся, недоуменно уставившись на Малфоя. — Раз уж я все равно здесь, а ты так удачно зашел, как насчет чашечки кофе?
Зеленые глаза расширились до такой степени, что казалась вот-вот выпадут, рот гриффиндорца шокированно приоткрылся от такого неожиданного заявления. Гарри опустил руку и неловко засунул её в карман, лишь бы куда-то деть. Он развернулся лицом к Малфою, пробежался взглядом по нему, по помещению, казалось, что-то прикинул в уме и наконец согласно кивнул. Малфой скинул пальто и шарф на кресло и плавно подошел к стойке. Руки механически выполняли привычные за столько лет движения: перемолоть, засыпать в портафильтр, утрамбовать, взбить молоко. Кстати о молоке…
— Поттер, не стой столбом, ради Бога, присаживайся. — насмешливый голос Драко отвлек Гарри от процесса наблюдения за Малфоем в таком невероятно странном для него амплуа. Драко Люциус Малфой работает бариста в маггловской кофейне. Мать твою, в голове не укладывается. Что он вообще здесь забыл, почему не гуляет на балах и приемах со своей maman во Франции? Почему он так естественно выглядит в окружении всех этих баночек-скляночек, словно и впрямь всю жизнь только и мечтал варить кофе?
— Что, во имя Мерлина, здесь происходит, объясни мне Малфой, будь добр. — Гарри все же решил перестать изображать из себя статую и вернулся к насиженному месту.
— Прежде чем мы продолжим нашу беседу, что ты будешь? Меню у меня за спиной.
Поттер внимательно вгляделся в аккуратные буквы за спиной у слизеринца и спустя несколько секунд лишь покачал головой.
— Совершенно не представляю, что стоит выбрать из такого многообразия, поэтому остановлюсь на проверенном варианте — два шота эспрессо, пожалуйста.
Малфой усмехнулся и язвительно отметил:
— Как я мог забыть, у кого-то ведь сегодня ночное дежурство.
На этот выпад Гарри лишь тихо вздохнул и улыбнувшись закатил глаза.
— Малфой, если тебе так любопытно, я расскажу, не нужно этих реверансов: я уже много лет служу в Аврорате, и увы, довольно часто приходится работать по ночам. Бодроперцовое зелье на меня практически не действует, поэтому чтобы не уснуть приходится прибегать к таким традиционным не магическим способам.
Не отрываясь от процесса приготовления своего любимого напитка, Драко поднял взгляд на аврора и неопределенно хмыкнул.
— Впрочем, я искренне удивлен тому, что ты не в курсе. Ежедневный Пророк до сих пор день через день использует мое имя и мой статус для привлечения внимания.
— Ну разумеется, наш светоч и оплот справедливости всегда на страже спокойствия мирных граждан, я даже не удивлен, Поттер. — Малфой влил второй шот эспрессо в чашку и аккуратно поставил её на блюдце. — Более чем уверен, что комплекс героя неизлечим, и ты живой тому пример. Кстати, твой кофе готов.
Гарри расстегнул пуговицы пальто, аккуратно снял его и повесил на подлокотник уютного кресла. Затем развязал шарф и положил его на журнальный столик справа от себя. Молодой мужчина поправил свитер, разгладил небольшую складку на брюках и наконец двинулся в сторону стойки, за которой творил свою кофейную магию его бывший недруг. Драко окинул его оценивающим взглядом и кажется был приятно удивлен образом господина аврора. Видимо жена Поттера смогла привить ему вкус и чувство стиля. Стоп, причем тут вообще жена? Мысленно коря себя на все лады за воспылавший интерес к личной жизни Мальчика-Который-Вновь-Выжил, Драко оборвал эти мысли на корню и вслух лишь тихо кашлянул.
— Спасибо, Малфой. Пахнет очень приятно. — не смог не отметить с одной стороны очевидный, а с другой стороны удивительный факт Гарри. В конце концов ведь сам Драко Малфой приготовил ему этот кофе, звучит действительно невероятно. — Сколько с меня?
Малфой пожал плечами и отвернулся к кофемашине, чтобы приготовить напиток для себя.
— В нерабочее время всё за счёт заведения. — машинально ответил Драко.
Гарри удивленно поднял бровь и отрицательно покачал головой.
— И все же я настаиваю. Приятно, конечно, но тем не менее я не барышня, чтобы меня угощать. В конце концов я тебе должен, так что…
Гарри достал из кармана брюк кошелек и отсчитал несколько купюр.
— Что я и говорил. — перебил его Драко и тихо засмеялся. — Комплекс героя не поддается лечению. Даже когда речь заходит о таких мелочах. Это моя кофейня, Поттер, и только я здесь решаю, кого угощать, а кого нет. Казалось бы, у всего есть свой порог, но удивлению Гарри за сегодняшний вечер не было предела. Мало того, что Драко мать его Люциус Малфой занимается таким обычным магловским ремеслом, так он ещё и сам на это пошел. Это его кофейня. С ума сойти. Видимо мысли аврора слишком явно отразились у него на лице, что Малфой не выдержал и рассмеялся в полный голос.
«Я раньше никогда не слышал, чтобы он просто смеялся. Без издевки и ядовитой насмешки, а вот так вот, просто и искренне. Пусть даже над моей озабоченной физиономией.» — Гарри и вправду потерял дар речи, но решил не настаивать и поспешно убрал кошелек на место. Тем временем Малфой продолжил:
— У тебя есть пару минут перед работой? Мне было бы любопытно обсудить, что там нового в этой вашей магической Англии. — язвительно закончил Драко, стараясь не выдать своей неуверенности. Все связи с магическим миром он был вынужден оборвать давным давно и не по своей воле. Но это не значит, что ему чисто по-человечески не было интересно узнать, что изменилось с тех пор, как он перестал быть частью сообщества волшебников.
— Малфой, сегодняшний вечер все страннее и страннее, неужели ты не выписываешь газет или не заглядываешь на Косой? — Гарри был откровенно в шоке от прозвучавшего вопроса. Могло ли это значить, что бывший слизеринец, Серебряный принц, представитель самого влиятельного рода Магической Британии был добровольным отшельником, прозябающем в пусть и уютном, но все еще маггловском кафе. В этот момент пазл в голове Гарри стал потихоньку складываться: со времен следствия и судов по делам Пожирателей он и впрямь ничего не слышал о Драко. Суды над неоднозначными личностями, к числу которых относилась и семья Малфоев, были закрытыми, поэтому никто так и не узнал, к чему именно был приговорен Драко. По рассказам коллег-авроров Поттер знал, что Малфой-старший доживает свой блистательный век на нижних ярусах Азкабана, но на этом всё. Нарцисса Малфой после окончания судебного процесса переехала во Францию и не раз давала интервью в местные газеты, в связи с чем довольно скоро всем стало известно, что теперь она больше не является гражданкой Магической Британии. А вот что до Хорька… О судьбе слизеринца Поттеру было известно ровным счетом ничего.
— Нет, Поттер, все прогрессивные люди теперь пользуются телефоном для связи и поиска новостей, а Косая Аллея меня совершенно не привлекает, чтобы по ней ошиваться. — голос Драко дрогнул, невольно выдавая всю палитру эмоций, которую он испытал, услышав нетактичный вопрос Поттера.
— Извини, Драко, я идиот. — сокрушался Гарри, даже не заметив, как назвал бывшего слизеринца по имени. Это казалось таким естественным и правильным, что Драко даже не решил съязвить на этот счёт.
— Потрясающий вывод, Поттер, я удивлен, что ты сам это понял.
Наконец-то Малфой закончил с приготовлением напитка для себя: кружка с ароматным тыквенно-пряным латте и казалась ему отличным завершением вечера. Отточенными движениями Драко привел рабочую поверхность в идеальный порядок, взял кофе и медленным шагом двинулся в сторону своих любимых кресел.
— Так и будешь там стоять, как истукан, или все же присядем? — насмешливо спросил Малфой. И все таки что-то с годами не меняется, например не поддающееся контролю желание поддеть зависшего в своих мыслях гриффиндорца.
Гарри отошел от стойки, забрав свой эспрессо и проследовал за Драко. Ему было очень неловко за то, как прямолинейно и грубо прозвучал его вопрос. Гермиона была права на все сто: он всегда сначала говорил, а потом уже думал, и эта привычка много раз выставляла его идиотом перед другими людьми. Сегодняшний день явно не собирался становиться исключением. Они присели и некоторое время неловкую тишину прерывал лишь звук глотков и стук чашек о блюдце.
— Темпус, — тихо сказал Гарри, даже не достав палочку из рукава свитера. Теперь настала очередь Малфоя совершенно неаристократично приоткрыть рот в удивлении. Он мог по пальцам одной руки пересчитать, сколько всего волшебников из числа тех, кого он знал, владели беспалочковой магией на уровне небрежной демонстрации Поттера.
Гарри не обратил никакого внимания на его озадаченный вид, одним решительным глотком допил свой эспрессо и вновь с сожалением взглянул на часы. Его движения внезапно обрели ту собранность, что отличала аврора при исполнении от простого гражданского.
— Мне правда пора, — виновато сказал он, поднимаясь. — Дежурство через полчаса, а мне ещё добираться через пол-Лондона.
Драко едва заметно кивнул, не сдвинувшись с места. Он и не рассчитывал на большее, да и задавался вопросом, нужно ли оно ему вообще. Хоть Малфой и был инициатором их беседы, однако в глубине души не был уверен, что ему стоит вновь погружаться в жизнь магического мира. Справедливости ради, ничего хорошего от него ждать не приходится, с учетом того, как болезненно ему пришлось перестать быть его частью.
— Разумеется, — произнес Драко ровным голосом. — Героям некогда просиживать штаны в кофейнях бывших врагов.
— Я еще зайду, — неожиданно сказал Поттер, натягивая пальто. — Расскажу, что там у нас нового. Если, конечно, не возражаешь.
В его тоне прозвучала та самая мальчишеская неуверенность, что так раздражала Драко в Хогвартсе. Однако Малфой сделал вид, что не заметил этого.
— Мои двери всегда открыты для платежеспособных клиентов, Поттер. В рабочее время, — он не удержался от легкого укола, хотя в его глазах мелькнуло нечто, отдаленно напоминающее интерес.
Гарри в ответ лишь ухмыльнулся, поправил шарф и, бросив последний взгляд на слизеринца, вышел за дверь. Колокольчик прощально прозвенел, возвещая об окончании этого сюрреалистического перемирия.
Драко еще какое-то время сидел, глядя в темное окно, где отражался уютный интерьер его маленького единоличного королевства. Затем он медленно поднялся, чтобы вновь совершить ежедневный «ритуал» закрытия смены, столь подло прерванный внезапно свалившимся на его голову Поттером. Он быстро вымыл чашки и аккуратно протер столик. Простые механические действия, за годы доверенные до автоматизма, приносили ему странное умиротворение.
***
Квартира Малфоя находилась в двадцати минутах ходьбы и располагалась ничем не примечательном двухэтажном кирпичном доме. По утрам здесь пахло свежим хлебом из пекарни за углом, а по вечерам — вкуснейшими ужинами миссис Фостер, милой бабушки-соседки из квартиры сверху, которая была всегда и всем рада (особенно соседкам-сплетницам, мечтающим женить Драко на своих дочерях и внучках). Эта обыденность когда-то казалась ему наказанием, но теперь превратилась в надежный щит, всё это стало его домом. Жилище Драко представляло собой пространство, которое было полной противоположностью холодному великолепию Малфой-мэнора. Это была довольно просторная двухкомнатная квартира с большой кухней-гостиной, выдержанная в теплых тонах. Стены в ней окрашены в бежевый цвет, а на полу расположился мягкий ковер шоколадного оттенка. Центром гостиной служил массивный диван темно-оливкового цвета, на котором так приятно было растянуться с книгой после долгого дня. Но главными обитателями этой комнаты были растения. Драко, к собственному изумлению, открыл в себе это хобби, уже живя среди магглов. Забота о них требовала терпения и внимания, однако именно «копание в земле», как иронично называл это Скорпиус, стало для него своеобразной медитацией. На полке у окна под лампой дневного света грелась монстера по имени Вега, чьи резные перфорированные листья напоминали карту далеких созвездий. Рядом расположился щучий хвост по имени Альдебаран, с красивыми стрелами тонких и копьевидных листьев. На журнальном столике в керамическом кашпо поселилась традесканция с серебристо-фиолетовыми листьями по имени Лира. На кухонном подоконнике рядом с кофемашиной стоял маленький суккулент Марс — и это было единственное растение в доме, заботу о котором взял на себя Скорпиус, и то лишь потому, что поливать его требовалось раз в две недели. Драко приглушил свет и прошел на кухню. Именно в этой части квартиры он чувствовал себя полноправным хозяином и творцом. Мужчина всегда готовил ужин для себя и для Скорпиуса, даже если тот возвращался поздно. Сам парень был полной противоположностью отца и никакой симпатии к готовке не испытывал, а выживать, питаясь одними сэндвичами, он ещё успеет за годы учебы университете. Да и чего греха таить, Малфою искренне нравилось заботиться о сыне, пусть даже в таких мелочах. Возможно, всему виной то, что сам слизеринец в детстве был лишен родительского внимания, и он точно знал, что Скорпиус его жест доброй воли точно оценит. За годы совместной жизни Драко в этом только убедился. После ужина последовало мытье посуды и протирание уже чистой плиты, и он поймал себя на мысли, что эти бытовые занятия в самом деле приносили ему чуть ли не физическое удовольствие. Иногда ему казалось, что, отказываясь от магии в быту, он стирал по крупице то старое и напыщенное «я», постепенно становясь тем, кем должен был быть всегда. Когда на кухне вновь воцарилась стерильная чистота, Драко опустился на диван. Он достал телефон и начал лениво листать ленту новостей, где мелькали заголовки о политике, курсах валют и светской хронике. Его палец привычно скользил по экрану, пока взгляд не зацепился за тревожный заголовок: «Зверское убийство в пригороде Лондона: вся семья Баркли найдена мертвой в своем доме в Апминстере». Драко сразу же открыл статью и озадаченно нахмурился. Текст пестрел жуткими деталями об этом деле: все жертвы обнаружены с явными признаками насильственной смерти и обезображенными лицами, при этом мотив преступления установлен не был. В конце статьи жителей графства призывали сохранять бдительность, поскольку убийца, предположительно, все еще находился на свободе. Малфой отложил телефон и быстрым взглядом окинул обстановку на улице. Драко предположил, что, возможно, это было обычное преступление, быть может кто-то просто решил свести старые счеты, однако инстинкт самосохранения, отточенный в годы войны, шептал ему, что массовые убийства, пусть даже в самом что ни на есть маггловском мире, редко случаются просто так. Мужчина на собственной шкуре знал, что покой является вещью крайне хрупкой.
