Где-то ночь

Прислушиваясь к каждому звуку, Лео, никогда не считавший себя трусом, смотрел перед собой с опаской и тревогой. Пока он стоит, ему ничего не угрожает, но стоит сделать лишь шаг, и тогда случится что угодно. Он на полсекунды закрыл глаза — собирался сделать глубокий успокаивающий вдох, но решил не лишать себя зрения, — а потом всё-таки отступил от ворот, у которых простоял несколько минут. Небеса не разверзлись на него никто не выскочил, и это придало немного уверенности. Академия Дюмон славилась своими преподавателями и выпускниками, но больше расположением и занимаемой территорией: удалённая от основного города, она была огромной, величественной, и Лео было абсолютно на всё это плевать. То, какая она крутая, он вычитал в брошюре, которой его как будто пытались успокоить, когда приглашали на работу с то ли смешной, то ли печальной припиской «мы бесконечно ценим ваш опыт и рассчитываем на вас (признаться, вы наша последняя надежда)». Тогда Лео не до конца осознавал, что его ждёт, хоть ему и пообещали (или пригрозили), что работу в Дюмоне он запомнит навсегда. А вдруг его студенты далеко не так воспитаны, как ему обещали? Вдруг на дворе полнолуние (Лео быстро глянул наверх и проклял тучи, а потом себя за поздний поезд, из-за которого он приехал в общежитие под ночь), вдруг кто-нибудь только обратился в какую-нибудь кракозябру и ещё не умеет себя контролировать? Лео резко развернулся, надеясь, что ворота с такой же готовностью откроются для него, как и пять минут назад, но на этот раз никто не спешил его выпускать. Лео сделал вдох и повернул обратно. Он вполне храбрый, и сможет доказать это хотя бы себе. Лишь бы никто, гаденько хихикая, не наблюдал за ним. Дети, пусть и уже подросшие до состояния юношей и девушек, не прощают трусость, а магические наверняка придумают особенно изощрённый способ над ним поиздеваться. Можно было бы пробежать тропинку, окружённую деревьями, максимум секунд за десять, но это будет совсем жалко. Не так уж сильно Лео пугает появившийся непонятно откуда туман, стелящийся по земле как в фильмах ужасов. Из такого обычно кто-нибудь вылезает, и героям от таких встреч бывает очень худо. Но Лео ведь ничего не угрожает. Отсутствие фонарей в таком дьявольском месте не издевательство, а экономия электричества, а шуршащие кусты — всего лишь живность, типа белок и крыс. Или студентов? Лео тяжело сглотнул и зашагал быстрее. Шорохи как будто стали тише. Его наверняка боятся так же сильно. Следующий вдох получился уже не таким паническим, и Лео даже слабо посмеялся. Он просто немного боится этих людей, потому что… Потому что они не люди, и он никогда с таким не сталкивался. Слышал, что они существуют, но не видел их. Увидит в понедельник, когда придёт на свою первую пару, и убедится, что зря так паниковал; даже посмеётся, что короткая дорога от ворот до общежития заняла у него столько времени и мыслей. Слева вдруг мелькнул красноватый огонёк, и Лео тревожно замер. И зачем только он согласился? Точно: ему нужны деньги, а в Дюмон платят слишком хорошо. Ещё и за то, что он любит. Лео сжал свободную от сумки с одеждой руку в кулак. «Соберись, тряпка. Они ничего с тобой не сделают. Максимум — напугают, но с этим я уже отлично справляюсь и сам». Красный огонёк мелькнул снова, но теперь с другой стороны, и Лео понял, что огонька на самом деле два. И это, скорее всего, глаза. Но чьи? Закусив губу, он попытался вспомнить всё, что читал о подопечных Дюмона, но самый очевидный вариант не вспоминался, и это разгоняло панику сильнее и сильнее. Рядом хрустнула ветка, а в воздухе запахло… мужским парфюмом? — Вероятно, Лионель Уилсон? — раздалось слева. — Аааа!!! Святая инквизиция! — завопил Лео, звуча до стыдного истерично. — Здесь ей определённо будут не рады, — пошутил неизвестный, и Лео наконец увидел его. Обыкновенный темноволосый парень с озорным взглядом. — Как и вам в такой час, — взяв себя в руки, заметил Лео, с трудом отбросив пару нелестных эпитетов сдержанному «вам». — Это немного обидно. Но справедливо, — согласился незнакомец, а потом протянул руку. — Дерек Джеймс. Но все зовут меня Рик. Лео сощурился, но руку пожал. — Студент? — Так точно, сэр, — улыбнулся Рик, и Лео не смог не признать, что в сочетании с красноватыми глазами, которые теперь светились не так ярко, его бледная кожа и белоснежная улыбка смотрелись соблазнительно. Или Рик просто пытался быть соблазнительным. Но это не очаровывало. Захотелось немедленно пригрозить, что Лео запомнит этого шутника и сделает всё, чтобы с его предметом тот помучался. Правда, ему это вряд ли удастся: Лео должен был вести «Правила взаимодействия с человеческим миром» и большая часть курса была очевидна. Игнорируя внезапного попутчика, Лео продолжил идти. Рик подал голос снова. — Простите, что напугал. Я не хотел, хоть и получилось забавно. Но справедливости ради всё-таки замечу, что просто был на охоте. Лео покосился на парня, а потом посмотрел перед собой не моргая. «И ужин его, видимо, я?» — И как охота? — обеспокоенно поинтересовался Лео, заметив, что путь до общежития как будто стал длиннее. Рик поморщился. — Так себе. Я поздно вышел, и тут уже никого не осталось — разобрались другие. Молодняк очень плохо себя контролирует и убивает больше, чем им нужно, чтобы насытиться. — Вампир! — не сдержав озарение, воскликнул Лео, а потом стушёвано добавил: — Прости, никак не мог понять, кто передо мной. Рик улыбнулся опять, и только теперь Лео увидел клыки. — Я прячу их, чтобы не портить знакомство. Видимо, стоило дать подсказку. Лео промолчал, сделал ещё шаг, и общежитие вдруг оказалось совсем рядом. — Как… — Простите. Хотелось ещё немного с вами побеседовать, а вы пока — конечно, лишь пока — не можете сопротивляться вампирскому очарованию. Но вам, вероятно, уже хочется отдохнуть. Впервые за время этого вечера Лео почувствовал себя удивительно уверенным в себе. То есть он в принципе не был тюфяком, просто выдался такой вечер, но сейчас его привычное спокойствие вернулось. — Молодой человек… — начал он. Рик его серьёзно перебил. — Я могу быть старше вас. Не смотрите, что я выгляжу на двадцать — мне может быть пара сотен. — И мне это глубоко безразлично, потому что сейчас речь о субординации, которую ты нарушаешь. Если хочется кого-то впечатлить, делай это с… — он хотел сказать «с ровесниками», но осёкся. — Не делай это с преподавателями. Даже если у вас здесь принято фамильярничать — это ещё не значит, что ты имеешь право применять против меня свои силы. Несколько напряжённых секунд они смотрели друг на друга, но Лео уловил, что Рик с трудом сдерживается, чтобы не улыбнуться. Может, не победно, как мог бы, останься Лео таким же рохлей, но удовлетворённо точно. — Конечно, мистер Уилсон, — Рик слегка склонил голову в знак уважения и через секунду исчез, а вместе с ним Лео покинуло и чувство страха. «Вот оно что — ты ещё и пугать меня решил? Ох, держись, Дерек Джеймс. Нас ждёт непростой учебный год».