Darkest season

Когда Беллами вызвали в кабинет шефа, он не знал в чём дело. Он только знал, что безумно волнуется за эту занозу в заднице, Кларк Гриффин. Они работали вместе уже два года, и в начале она его жутко раздражала. Красивая девушка из хорошей семьи с приличным доходом, только закончившая престижный колледж и жутко уверенная в себе. Со своими длинными блондинистыми волосами, голубыми глазами, родинкой над пухлыми губами и всеми нужными изгибами она до невозможности напоминала ему принцессу из тех сказок, что он когда-то читал сестре. Именно это прозвище он ей дал. Время шло, их всё чаще ставили в пару на разные задания, и вскоре Беллами понял, что принцесса – не какая-то избалованная девчонка, как он думал изначально. Кларк оказалась совсем другой. Она была умной, сострадательной, доброй и надёжной как на на работе, так и в личных отношениях. Они стали друзьями. Лучшими друзьями. Беллами уже не мог представить, что когда-то Кларк Гриффин не было в его жизни. Казалось, она всегда была частью не только его рутины, но и души, а некогда насмешливое прозвище превратилось в нежное. Разумеется, Беллами влюбился. Сам он считал, что у него просто не было шанса на другой исход. Возможно, это было не взаимно. Возможно, он не до конца верно интерпретировал сигналы Кларк. Но если не попробуешь – никогда не узнаешь. Если он окажется прав, то всё будет просто отлично. И если всё сложится, то в перспективе они могли бы пожениться, купить общий дом с белым забором, завести двух или трёх детей и собаку. А если нет... Что ж, они оба – взрослые люди, ещё и лучшие друзья. Они могли бы это пережить. Да, сначала это было бы неловко, потребовалось бы время, но для Беллами было лучше иметь её в своей жизни в таком качестве, чем не иметь вообще. Он собирался рассказать ей, как только она вернётся с задания по делу Лайтборнов, на которое её отправили в этот раз. Одну. Без него. То есть, конечно, с ней была небольшая группа, но все они, как бы тщеславно это ни звучало, не являлись им. И теперь Роан вызывал его к себе. — Беллами, присаживайся, — пригласил мужчина, откладывая папку, которую просматривал. — У меня есть новости по Лайтборнам. — Какие? — у Беллами появилось неприятное ощущение, что следующие слова начальника, который также был его старым другом, ему не понравятся. — Мы взяли Рассела Лайтборна и почти всю его банду. Предстоит поймать ещё его дочь, Джози. Она, вероятно, заляжет на дно на какое-то время, но у её группы нет таких сил и влияния, как у отца, — новости были хорошими, но Роан почему-то не улыбался. Вместо этого он вздохнул, отводя взгляд. — Есть ещё кое-что. — И что это? — Беллами буквально чувствовал, как учащается его пульс. — Мы потеряли агента Гриффин, — наконец сказал он. Вот оно. Беллами замер, всё внутри похолодело, и он услышал звон битого стекла. Возможно, кто-то в офисе разбил стакан, но, что более вероятно, это было его собственное сердце. — Мне так жаль, Беллами. Я знаю, что вы с ней... — Мы – нет, — с трудом выдавил он. – Я... Я хотел ей рассказать, Роан, — он почувствовал, как трясутся его руки на подлокотниках кресла, как глаза начинает предательски жечь. — И я, чёрт возьми, не успел. — Я понимаю, дружище, — мужчина встал и, обойдя стол, положил ему руку на плечо. — Оставайся здесь столько, сколько нужно, а я пока расскажу остальным. Мне правда жаль, — добавил он, выходя за дверь, и Беллами дал волю слезам. После похорон Роан предлагал ему отпуск на месяц, но Беллами взял всего неделю. Её он посвятил попыткам утопить своё горе в неисчислимых порциях виски. В последний день он даже познакомился в очередном баре с какой-то девушкой. Блондинкой, разумеется. Она была выше, и оттенок волос не тот, но этого оказалось достаточно, чтобы бессмысленно трахнуть её в туалете. Возможно, она даже попыталась бы оставить ему свой номер, если бы он не простонал имя Кларк, кончая. С другой стороны, он бы всё равно не позвонил. Следующие три года он отдал работе. Беллами практически возглавил поиски Джози Лайтборн, движимый желанием, если не отомстить, то хотя бы воздать этой психопатке по заслугам. Она была причиной того, что его жизнь навсегда разделилась на до и после. Именно Джози устроила в доках пожар, в котором погибла Кларк. Пламя было таким сильным, что от тела остались одни угли. Он даже не смог попрощаться, не смог подержать её, пусть и холодную, руку в последний раз. Время шло, но легче не становилось. Боль была с ним каждый день, просто не так остро. В начале третьего года им на помощь прислали несколько человек из отделения в другом городе, так он познакомился с Эхо, красивой длинноногой брюнеткой, у которой не было ничего общего с Кларк. Он собирался переспать с ней один раз и никогда больше, но каким-то образом это повторялось снова и снова. Вероятно, Эхо хотела отношений, но Беллами сразу предупредил её: это дружба с привилегиями – только секс, никаких чувств. Она согласилась. Это ничего не делало лучше, но позволяло забыться хотя бы ненадолго, пока он буквально рыл носом землю всё остальное время. Через три года и двадцать восемь дней они взяли Джози Лайтборн. Она улыбалась, прикованная наручниками к столу в комнате для допросов. Улыбалась, чёрт возьми. Беллами она напомнила средневековую ведьму, и он очень хотел бы увидеть, как она сгорит на костре. К сожалению, этот вид казни не предусматривался в современном мире. После передачи дела в суд, Роан закрыл целый небольшой бар на вечер, чтобы отпраздновать вместе со всей командой. Он объявил, что идёт на повышение в Вашингтон, и предложил свою должность Беллами. Тот согласился. Команда Эхо должна была вернуться домой. Она спросила, стоит ли ей остаться, и Беллами ответил "нет". Он практически не пил, и ближе к полуночи Роан дал ему адрес, практически приказав ехать туда сейчас. "Это важно, поверь мне," — сказал он. Всего через двадцать минут Беллами оказался перед домом в хорошем районе. Белая обшивка, тёмно-синие окна и дверь, ухоженый газон, несколько горшков с цветами и табличка "продано" на заборе из белого штакетника. Мечту именно о таком доме он похоронил чуть больше трёх лет назад. У Роана должна была быть причина отправить его сюда, поэтому Беллами поднялся на крыльцо и постучал в дверь. Та открылась через несколько секунд, и ему пришлось схватиться за дверной косяк, чтобы не упасть. Он не надеялся увидеть это лицо вновь. Лицо, которое он видел во сне почти каждую ночь. Лицо, улыбавшееся ему с крошечного потёртого фото в его бумажнике. — Кларк, — с трудом прошептал он. — Привет, — казалось, она тоже вот-вот заплачет. — Пожалуйста, заходи. Он вошёл в гостиную, полную коробок с вещами, и сел на диван, развернувшись к ней. Он боялся, что если отведёт глаза хоть на минуту, то Кларк исчезнет, растворится в воздухе, как мираж в пустыне. Диван был большим, но она села почти вплотную к нему, зеркально отражая его позу. Она рассказала ему всё. Они с Роаном узнали, что Джози планирует поджог и убийство Кларк, и решили имитировать её смерть до ареста Лайтборнов. Но той удалось сбежать, Роан использовал программу защиты свидетелей, и Кларк три года прожила под чужим именем в крошечном городке на другом конце страны. — И теперь ты дома, — Беллами протянул руку, нежно касаясь её лица, и она прижалась щекой к его ладони. — Я просто не могу поверить, что это реальность, — прошептал он, наклоняясь и прижимаясь своим лбом к её. — Какое доказательство ты хочешь? — Всего одно, — выдохнул он, прижимаясь губами к её губам. Сначала это было медленно и сладко, но потом Кларк сама углубила поцелуй, застонала ему в губы и принялась дёргать за его рубашку. — Нетерпеливая принцесса, — усмехнулся он ей в шею. — Спальня? — Наверху. Вторая дверь слева, — выдавила она, задыхаясь. Он поднял её на руки и буквально взлетел по лестнице, не переставая целовать. Беллами хотел бы сделать всё медленно, но сдерживаться было невозможно. Боже, она была жива и хотела его. Сначала он довёл её пальцами и языком, наслаждаясь вкусом и заставляя кричать его имя самым восхитительным образом. Он был готов кочить сам, едва оказавшись внутри неё. Она ощущалась идеальной, словно созданной именно для него. Видимо, Кларк была о нём того же мнения. Ей не потребовалось много времени, чтобы снова оказаться на краю, увлекая его за собой. Впервые за долгое время он засыпал счастливым, прижимая Кларк к своей груди. Она вернулась домой. И он — тоже.