Драбблы по фанфику "Геркулес и визит Аида"

      Сегодня мой балбес должен был получить очередную безделушку за победу. Церемония на Олимпе, что и не удивительно. Зевс теперь пытается быть образцовым отцом: бдить за отпрыском и хоть как-то получить его внимание.               Я, естественно, припас амфору крепчайшего, чтобы пережить это лицемерное зрелище. И знаете что? Не пригодилось. Потому что зрелища не было.       Только Зевс раскрыл рот, чтобы начать свою пафосную речь, как с неба упал столб черного дыма. А когда дым рассеялся… пропал главный герой вечера. На месте, где только что стоял сияющий идиот, валялась только его новая медалька.       Наступила тишина, а потом начался ад.       Зевс сначала покраснел, потом посерел.       — Что это только что было?       Афина, с умным видом, тут же выдала свою версию.              — Думаю, очевидно, что это был Аид.       — АИД! — рев, наконец, прорвался у Громовержца. — ВОТ ЗАСРАНЕЦ! ГЕРМЕС! НЕМЕДЛЕННО НАЙТИ ЕГО!       Летающий «Джон Леннон» вздохнул.       — Босс, — сказал он с убийственной вежливостью. — Я уже отсканировал все материальные и пятьдесят три духовных плана. Ничего. Даже Цербер на месте сидит, скучает. Нужно подождать. Рано или поздно магический отголосок появиться в эфире.       Я не стал ничего говорить. Зачем? Пусть ищут. Я просто подобрал медальку и отнес к себе. Когда мой дурень вернется, я ему её вручу. И скажу, что если он снова позволит своему бойфренду устраивать такие спектакли, то тренироваться он будет не до, а после того, как заштопает все мои труханы.       А сейчас я пойду допью ту амфору. Чертовы влюбленные. Украли единственное стоящее развлечение с сиськами Афродиты.

***

      Костер потрескивает, отбрасывая танцующие тени на скалы. Запах хвои, моря и жареных каштанов. Геркулес сидит и смотрит на огонь широко раскрытыми глазами.       — Ты… ты меня похитил. С церемонии. У всех на глазах.       Аид, сидящий напротив, помешивает угли палкой. Он выглядел… неловко.       — Это не похищение, — бурчит он. — Ты и сам там не очень хотел находиться.              — Так зачем я здесь? — в голосе Герка оттенял весельем.       Аид замирает. Отводит взгляд. Словно ищет ответ в языках пламени.       — Потому что я устал, — говорит он наконец, без привычной едкости. — Устал от того, что мы разговариваем украдкой, между твоим геройством и моей каторгой. Устал от того, что Зюзя смотрит на тебя, как на свою игрушку, а на меня — как на ошибку природы. Единственное, чего я хочу… это поговорить с тобой. Без всей этой… — он машет рукой, обозначая весь Олимп. — …всего этого. Просто поговорить.       Геркулес молчит секунду, две. Потом его лицо озаряется улыбкой. Он пересаживается ближе.              — Ну так давай поговорим, — Геркулес, прижавшись плечом к Аиду, смотрел на звезды, отражавшиеся в воде. — Знаешь, — начал он задумчиво, — на Олимпе все так сложно.       Аид хмыкнул, не отрывая взгляда от огня.       — Хотя казалось бы, да? Олимпийцы любят опутывать все красивой картинкой и цивильностью. Все с друг другом перетрахались и переженились.              — А у тебя в Царстве нет? — спросил Геркулес, поворачивая к нему голову.       Аид замолчал на долгую минуту.       — Я тебя умоляю. Моё цартсво — это пара божков, которые только и могут думать о работе, — наконец сказал он тихо. — А вот когда души переправляются через Стикс… некоторые пары просят не забыть друг друга. Дать шанс встретиться на Елисейских полях. Мои судьи… Минос, Эак и Радамант скрепляют такие просьбы в свитках. Это не клятвы перед лицом богов. Это клятва самим себе. Это… честнее.       Геркулес слушал, затаив дыхание.       — А если бы… если бы не мертвые захотели бы такой… Чтобы все знали — эти двое выбрали друг друга. Несмотря ни на что.       Воздух сгустился. Аид повернулся и посмотрел на Геркулеса. В золотых глазах плескались отблески костра и что-то неуловимое, глубокое и пугающе уязвимое.       — Ты говоришь о браке?       — Я говорю о том, что можно просто попросить твоих судей, — ответил Геркулес. — Никакого пира и лишних лиц. Только мы, свиток и пару свидетелей. Чтобы было записано. В твоих архивах. Навеки. Что мы… что я выбрал тебя. А ты… если захочешь… выбрал меня.       Он запнулся и покраснел до корней волос.       Аид смотрел на него, не моргая. Ухмылка, которая уже наползала на его губы, растаяла, не успев оформиться. Вместо нее появилось изумление, смешанное с теплотой, которая разливалась по груди, вопреки всем его внутренним запретам.       — Ты… предлагаешь мне оформить союз по законам моего царства? — прошептал он. — Минуя твоего отца?       Геркулес кивнул, не в силах вымолвить слово.       — Это будет самый скандальный случай за всю историю, — голос Аида дрогнул от ели сдерживаемого смеха, смешанного со слезами, которых он никогда не покажет. — Зевс взбесится. Гера сойдет с ума.       — Мама погорюет и успокоится, да и папа тоже, — выдохнул Геркулес. — Это наше дело. Твое. И мое.       Аид закрыл глаза. Это было безумие. Но это было прекрасно. Он открыл глаза.       — Фила придется похитить и притащить вниз силой, — сказал он с нарочитой серьезностью. — И он будет орать все церемонию.       Лицо Геркулеса расплылось в такой сияющей улыбке, что на секунду в бухте стало светлее.       — Значит… это будет да? — прошептал он.       Аид не ответил да. Он просто взял его руку и прижал ее ладонью к своему собственному сердцу.       — Это будет «я подумаю», — в его глазах вспыхнула редкая улыбка.       Костер потрескивал, звезды молчали, а где-то далеко на Олимпе Зевс все еще метал громы и молнии, не подозревая, что самые важные переговоры в его мире только что закончились тихим соглашением у воды.