Былины Осени

Сухой летний воздух чернел меж кронами деревьев. Лес для людей всегда был местом, в которое никто в здравом уме не пошёл бы ночью, — дикие звери, способные легко растерзать зазевавшихся путников, не жаловавший гостей леший, запутанные тропы, кикиморы и волколаки… Никому не хотелось сгинуть в лесу и после ходить нежитью, выпивая кровь и съедая плоть собственных односельчан. Но на то это и были простые люди — для волхвов правила работали иначе. — Огнеяр, — тихо и низко окликнул Волк. — Надо возвращаться. Мы плутаем. Густые брови волхва слегка нахмурились в ответ. Он отвернулся от нечаянного спутника и вытянул вперёд руку, осветив растущие по краям тропы кусты горящим на ладони огнём. Нет, показалось. Ветки не двигались, а листья не ворошил даже ветер. — Огнеяр. В лесу людей всегда окружали какие-то звуки — тихо скрипели деревья, ухали вдали филины, шуршали листья и ломались тонкие ветки под ногами. Но людская речь всё равно сильно выбивалась из этой пугающей мелодии — голос Волка, каким бы спокойным и глубоким он ни был, всё равно казался слишком громким. Всё ещё стараясь не обращать внимания на кузнеца, Огнеяр пошёл дальше по тропе, пригасив огонь. Нельзя было вспугнуть то, за чем они шли, светом. — Отвечай мне, Огнеяр. Остановившись, волхв резко развернулся. Пламя вспыхнуло между ними, сломав тени на лицах, — свет ярко очертил широкие скулы Огнеяра, выбелил и без того светлую кожу, слился цветом с короткой бородой и мягкими золотисто-рыжими волосами, охваченными белым очельем. — Это существо близко, — блики играли в голубых глазах, не давая отразиться в них мрачным силуэтам деревьев. — Я не желаю, чтобы оно вернулось завтра, сотворив что-то иное. — Или можно поймать его, как раз когда он будет возвращаться, — Волк тихо вздохнул и отодвинул чужую руку, нисколько не боясь горящего огня. Свет дёрнулся, наполовину уйдя со смуглой кожи, широкого выреза свободной рубахи и серых, жёстких и неровных прядей волос. — Упрямец. Старик Лесьяр сказал, что огромный лохматый зверь с жёлтыми глазами задрал пару его куриц с козой и, чуть не цапнув его самого, скрылся в лесу, — но у страха глаза велики. Это мог быть просто волк. Повод тревожиться был. Огнеяр, пусть сам он жил среди своих людей, неплохо знал лес, окружавший родную деревню с юга, — там были капища богов, там был уединённый дом Всемира — его бывшего соученика, и там же когда-то жил их наставник. Но лес, подобравшийся к деревне с запада, больше походил на ворота в Навь, — даром, что на западе должен был находиться Ирий. Однако волхву не было до этого никакого дела. — Уже почти у всех убили хоть одну козу, овцу или корову, курицы несут лишь пустые яйца, упыри слишком часто встают из могил, — Огнеяр мрачно взглянул в светло-зелёные глаза, внимательные и всегда чуть прищуренные, как у зверя в минуты сытого покоя. — Я уверен, что всё это связано. — Я лучше твоего знаю, сколькими путями можно умереть в ночном лесу, — покачал головой Волк, скрестив сильные руки на груди. — Утро вечера мудренее. Правда… Украдкой закатив глаза, Огнеяр вновь развернулся и пошёл дальше в тёмный лес. Волк поджал губы — на левой щеке выступила длинная ямочка — и всё-таки побежал следом. — Я умру, если продолжу вытаскивать тебя из лесов, — проворчал он себе под нос. Волхв промолчал, внимательно вглядываясь в темноту леса и стараясь тише ступать по сухим листьям на тонкой тропе. Идти было легко, но лишь пока не придётся свернуть к кустарникам и высокой траве, — а свернуть хотелось каждый раз, когда что-то шуршало в листве. Тонкие низкие ветки деревьев были сломаны, трава слегка примята, а если присмотреться к некоторым листьям — можно было заметить редкие капли крови, чуть блестящие в отблесках жёлтого огня. Присев на корточки, Волк поднял ветку и, недолго думая, слизнул кровь с порванного листа. — Куриная, — он отбросил ветку, поднявшись и быстро нагнав Огнеяра. — И свежая. Он был здесь совсем недавно. Должно быть, капало с клыков. Казалось, зверь, за которым они шли, совсем рядом, — а может не он, а его хозяин, ведь кто-то должен был натравить его на нужные дома. Но всякий раз, когда Огнеяр раздвигал ветки своим посохом или ярче зажигал огонь, оказывалось, что это лишь ветер. Или птица. Или вовсе Волк, невовремя решивший осмотреть те же кусты сам. Огнеяр прикрыл глаза, глубоко вдохнув, — как же кузнец злил. Зачем он вообще пошёл за ним? Волк достаточно надоедал Огнеяру в деревне, а не общаться волхв и кузнец никак не могли, — то амулет выковать, то огонь для перековки меча разжечь так, чтобы не погас… На плечо вдруг легла чужая рука. Огнеяр резко обернулся — но это опять был всего лишь Волк. — Стой, — совсем тихо окликнул он. — Пахнет кровью. Волхв не чувствовал. Тут были лишь мелкие капли, и на них кузнец не жаловался — может, сейчас снова решил попробовать заставить его вернуться?! Вдруг, слева раздался глухой звук ломающихся веток и испуганное хлопанье крыльев. Что бы ни спугнуло ночную птицу, оно явно было больше обычной лисицы. Стряхнув руку с плеча, Огнеяр крепче сжал посох и резко свернул с тропы. Сухие пальцы деревьев зацепились за расшитый оберегами Сварога длинный плащ. Звук быстро удалялся, и было очень сложно понять в эхе ночи, в какую сторону он направлялся и не доносился ли какой другой шум прямо из-за спины. Но всего через несколько шагов нога вдруг подскользнулась на чём-то мягком. Огнеяр устоял, оперевшись на посох. Слегка прищурившись, он наклонился и увидел в приглушённом свете огня перья, мягкими комьями перемешанные с кровью. — …Ни куска не оставил, — Волк тихо отодвинул рукой низкие ветви, всё никак не отставая от волхва. Ясно. Капало не с клыков — зверь всё это время тащил мёртвую курицу в зубах. — Хотя нет, — он присел на корточки, вглядываясь в тускло освещённые потроха. — Немного есть. Но он ведь голоден… Что могло его… Внезапно среди шелеста листьев снова раздался хруст и короткий рык. Огнеяр порывисто выпрямился, бросившись на звук. — Стой! — Волк, всё ещё не рискуя кричать слишком громко, метнулся к нему, но светло-серый плащ быстро исчез между деревьями. А нити алых узоров кузнец всё равно не мог различить. — Огнеяр, он не просто так ушёл не доев! Подожди!.. Звук был совсем близко — зверь двигался не так быстро, как показалось сперва. Надо было убить его сейчас — а если не убить, то хотя бы выяснить, чем оно являлось на самом деле. Это существо вело себя странно — чего стоило сожрать живущего на окраине старика вместе с его козой и курицами, но почему-то оно убежало в лес, ведя их за собой. Мог ли это быть волколак или обратившийся в зверя колдун? Мог ли этим волколаком… быть кто-то из их деревни?.. Кусты цеплялись ветками, листья норовили запутаться в волосах. Было слишком темно, но Огнеяр всё упрямо не зажигал огонь, пытаясь подобраться к зверю менее заметно. Что-то скрипело над головой, что-то шелестело вокруг, что-то невидимое двигалось не то далеко впереди, не то прямо за спиной, с хрипом дыша и перебирая лапами по земле… Но всё это — в оглушительной тишине. Волхв крепче сжал в руках посох, с прищуром глядя во мрак деревьев. Тень на краю зрения покачнулась. Огнеяр быстро обернулся, — но всё застыло вновь. Он медленно, стараясь ступать тише, направился к ней… — Огнеяр! Волхв едва не вздрогнул, слишком внезапно услышав голос, о котором успел забыть. — Тише! — он мрачно взглянул на всё никак не оставлявшего его в покое Волка… Но тень среди неровных стволов уже вскочила, и миг спустя растворилась в ночной пустоте, оставив после себя лишь хриплый рык. Тень была намного, намного больше, чем думал Огнеяр. — …Оно не волк, — коротко произнёс он. Кузнец негромко хмыкнул, всё так же стоя за спиной волхва. — Да, и впрямь. Пойдём! — Волк вдруг сорвался с места. Он побежал так быстро, что свет огня, вновь загоревшегося на ладони Огнеяра, не успел достать до его лица. — Оно бежало туда, не отставай! Слегка нахмурившись, Огнеяр всё-таки последовал за ним. Сперва так настаивал на том, чтобы покинуть лес, а теперь сам бежит за зверем? Что же… Волк всегда видел в темноте лучше, чем Огнеяр. Да и, чего таить, на свету. Волк то удалялся, то ждал, отчего-то слегка хромая, а после вновь бежал ещё быстрее, чем прежде. Ему было легче идти — плащ Огнеяра то и дело норовил зацепиться за нечаянный куст. Далеко, так далеко, что им, возможно, всего лишь показалось, послышался волчий вой — в погоне за зверем, они заходили всё глубже в чащу. Однако и зверь был ближе — в тишине внезапно ломались ветки, громко хлопали крыльями редкие испуганные птицы. Один раз вой раздался словно над самым ухом — Огнеяр резко развернулся, разжигая пламя на одной ладони, и выставил вперёд посох — но древко ударилось о самое обычное дерево. Дерево… Они шли прямо, и последние несколько шагов рядом были лишь кусты. Откуда оно здесь? Словно выросло прямо за спиной… — Волк, — окликнул Огнеяр. — Что? — раздалось из-за спины. Повернувшись, волхв еле разглядел силуэт спутника, зашедшего в тень деревьев. — Мы сбились с пути. — Нет, — покачал головой кузнец. Жёсткие серые волосы расстрепавшейся копной колыхнулись следом. — Ещё нет. Пойдём. — Откуда тебе знать? — нахмурился Огнеяр. — Ты здесь не… Вдруг, очень близко раздался жуткий вой. Зрачки Огнеяра тотчас сузились. Зверь был близко. Так безумно близко — уже не важно, заплутали они или нет, убить его они могли лишь сейчас! Волк тоже насторожился, подняв голову и не то прислушиваясь, не то принюхиваясь через запах сухой коры. — Оно здесь! — он внезапно метнулся в заросли. Огнеяр бросился следом — ветки шумно раздвинулись, когда кузнец побежал прямо через кусты. Волхв отвёл их посохом, пламя на руке вспыхнуло, осветив лес… Но вдруг стало очень тихо. Зверь словно исчез. А на крошечной поляне, возникшей за кустами, раздавались лишь хриплые крики ночных птиц. Огнеяр резко обернулся. Огонь наконец-то осветил лицо стоящего чуть позади Волка. — Куда он исчез?.. Волк улыбнулся. — Всё. Вот теперь — сбились. В этот миг Огнеяр почувствовал, как по спине пробегает холод. Огнеяр не слишком-то рассматривал других людей, но некоторые черты было невозможно не запомнить. Так, например, у молодого волхва Всемира были глубокие и круглые ямочки на обеих щеках — ещё в детстве, в их ученичестве, они появлялись, стоило ему слегка улыбнуться, прикусить губу или даже просто напрячь щёки, они были перед глазами каждый день, и Огнеяр в самом деле не мог совсем не обращать на них внимания. У Волка же была всего одна ямочка, на левой щеке, — не такая глубокая, длиннее ямочек Всемира и чаще появлявшаяся, когда он поджимал губы, чем при улыбке. Но Огнеяр хорошо знал лицо Волка. С той улыбкой, какой он улыбнулся сейчас, эта ямочка должна была стать хоть каплю заметной. Чувствуя, как труднее становится ровно дышать, Огнеяр взглянул на поляну. Темно, луны всё так же не видно, но рядом точно не было зверя, за которым они гнались. Зверь, зверь… Всё то время, что Огнеяр говорил «оно», Волк продолжал называть это существо «он». Но что кузнец сказал всего несколько мгновений назад?.. Волхв повернулся обратно. Но рядом уже никого не было. Вокруг было тихо. Так тихо, что… слишком отчётливо слышался шорох листьев, медленно приближавшийся к этой поляне. Огнеяр медленно отступил к ближайшему дереву, уперевшись спиной, — так не смогут напасть сзади. Что же, Волк правда не сбился с пути… Заплутал лишь Огнеяр, доверившись этому существу. Заскучавший леший? Лишь видение, морок? Тот, кто и натравил зверя на их деревню? Кто бы ни завёл его в чащу, он всё ещё был безумно близко к Огнеяру. И хотел посмотреть, сколько времени понадобится наловчившемуся на скоте хищнику, чтобы разорвать человека. Листья шуршали всё ближе. Вскоре с этим звуком смешалось тихое, едва касавшееся ушей хриплое дыхание. Во мраке качнулись два тусклых жёлтых огня. Пламя в руках Огнеяра вспыхнуло за миг до того, как темнота ожила, выпустив из своего нутра большого грязно-серого волка, яростным прыжком нацелившегося прямо на волхва. На мгновение это помогло — влетев прямо в огонь, зверь взвыл и отскочил от человека, но почти тотчас набросился на него вновь. Должно быть, он был голоден. Огнеяру пришлось быстро отскочить от дерева, увернувшись от волка, — он ударил посохом по земле, заставляя загореться полосу листьев. Волки почти всегда охотились в стае, и Огнеяр невольно начал слышать рычание и шорохи со всех сторон — но после прошлых игр собственного разума, он уже не понимал, от скольких волков ему защищаться на самом деле. Прижав уши к голове, зверь пригнулся к земле и медленно пошёл вдоль жаркой полосы огня. Огнеяр так же медленно отступил, не сводя с хищника глаз. Вдруг, спина резко натолкнулась на что-то широкое и жёсткое — волхв на миг отвернулся от зверя… Но посох уже второй раз встретил обычное дерево. А вот плечи под светлым плащом встретили длинные когти. Огнеяр чудом успел отшвырнуть волка до того, как клацнувшие всего в ладони от его лица клыки вцепились в плоть. Но зверь не стал лежать на земле долго — вскочив менее чем в шаге от волхва, он снова бросился вперёд. Огнеяр упал на спину, выставив перед собой посох, — теперь он был единственным, что разделяло человека и волка, но оскаленная морда с капающей по клыкам слюной по прежнему была слишком близко, а плечи болели после длинных когтей… Как вдруг слева пронеслась ещё одна тень. Что-то врезалось в волка, оторвав того от Огнеяра. Волхва невольно бросило на живот следом за ними, он, не давая себе времени отдышаться, резко перевернулся, собираясь атаковать уже двух хищников… Но внезапно что-то круглое и шерстистое прижалось к его горлу. Огнеяр поднял руку, собираясь прижечь зверя… Но, стоило затеплиться свету на ладони, он вдруг понял, что это была не шерсть. Это были жёсткие серые волосы. С губ Волка сорвался низкий рык, слишком сильно похожий на звериный. Закрыв горло Огнеяра своей головой, он, не отрываясь, смотрел на зверя, поднявшегося на лапы в шаге от них двоих. Но нападать тот почему-то уже не спешил — лишь зарычал в ответ, прижав уши к голове. Кузнец медленно отстранился от волхва, не убирая, впрочем, протянутой перед ним руки — казалось, он даже не моргал, глядя в жёлтые глаза. Так же по-звериному фыркнув, он медленно, не поднимаясь с земли, придвинулся ближе. Заметив, как приподнялась волчья губа, оголяя клыки, Огнеяр сжал руку на посохе. — Положи! — тихо, но резко бросил Волк. Огнеяр сам не знал, почему после этого машинально разжал пальцы. Несколько мучительно долгих минут два волка — зверь и человек — медленно приближались друг к другу, обнюхивая и безмолвно разговаривая на непонятном людям языке. Наконец, зверь отступил на шаг, покачивая хвостом, а кузнец обернулся к смотрящему на них Огнеяру. — Пойдём, — Волк протянул ему руку. — Он проводит нас до границы леса. — Этот зверь… — Это не тот зверь, — Волк обернулся к хищнику, внимательно следящего за ними жёлтыми глазами. — Того… Мы давно упустили. Это просто волк. Огнеяр медленно встал, не протянув руку в ответ, и прищурил голубые глаза. — Перестань, — вздохнул кузнец. — Я хочу отвести тебя обратно, а не убить. Дойдём до границы, и ты иди — я останусь ненадолго, пообещал серому загнать вместе кабана или хоть пару зайцев… Постараюсь вернуться побыстрее, тогда и поговорим про того, первого… — …Кто ты? — сорвалось с губ. Волк лишь улыбнулся — на левой щеке блеснула лукавая ямочка. — Какая плохая память у волхва. Я ведь говорил при нашей первой встрече: я — Волк. Лжет. По крайней мере, не договаривает. Огнеяр бы уже заметил, если бы кузнец был волколаком или ведал колдовство, — он был человеком. Но как тогда… — Пошли, Огнеяр, — повторил кузнец. — Ты ранен. Пошли, если не хочешь, чтобы стянул рубаху прямо здесь и начал сам отсасывать кровь! Лицо Огнеяра слегка передернулось. Но, впрочем, порезы от волчьих когтей действительно болели. А человек перед ним действительно был давно знакомым кузнецом. Вздохнув, Огнеяр поднял посох с земли и пошёл за двумя волками. Ему ещё надо думать, как обезопасить деревню от всё ещё разгуливающего на воле зверя. А Волк… Он узнает. Рано или поздно. Знать бы ещё… Почему эта чужая тайна его совсем не разозлила.