Глава 3: Перекус и Драма
27 октября 2025 г., 18:35
Кафе «Макдемонс» было их вторым домом. Здесь пахло жареным, сахаром и легкой серой. Стены были украшены неоновыми надписями и портретами известных демонических рок-звезд. Именно здесь обычно и решались самые затяжные конфликты, за едой и под громкую музыку.
Их компания устроилась в угловой стойки. Минсатиан сразу же заказала три «Адских сожжения», картошку-фри с сырным соусом «Гейзер» и большой коктейль «Гремучая кровь». Метроспектр ограничился бургером попроще и темным элем, а Макурома — фруктовым салатом «Райское наслаждение», что вызывало у Минсатиан снисходительную усмешку.
— Ты прямо светишься, розовая, — сказала Минсатиан, с наслаждением откусывая от первого бургера. — Изумительно! Прямо чувствую, как язвы в желудке затягиваются!
Мейс тихо сидел, потягивая свой напиток и наблюдая за жизнью кафе. Его меланхоличное настроение, казалось, немного рассеялось.
Дверь в кафе открылась, и внутрь влетела Гёрлфрус. Ее темно-розовое лицо было искажено беспокойством.
— Вы его не видели? — обратилась она ко всем, но смотрела на Метроспектра.
— Кого? Миззи? — уточнил тот. — В последний раз он полз в сторону общежития.
— Нет! Бойфруса! — Гёрлфрус обвела кафе взглядом. — Он сказал, что идет «на разведку» после вашей драки и... пропал.
В этот момент дверь снова распахнулась. На пороге стоял сам Бойфрус. Его ярко-голубая голова была закинута назад, а на его безносом лице читалась смесь растерянности и странного удовлетворения. Его куртка была помята.
— Бойфрус! — Гёрлфрус бросилась к нему. — Где ты был?!
— А? Э... Нигде, — он потупился, избегая ее взгляда. — Просто... гулял.
Метроспектр и Мейс переглянулись. Они оба поняли одно и то же. «Гулял» — на языке Бойфруса часто означало «пробрался к кому-то в окно».
Гёрлфрус схватила его за руку, ее глаза сузились. Ее скромность испарилась, сменившись холодной яростью.
— Ты пахнешь... розовой пудрой. И крыльями моли.
Тишина, наступившая за их столиком, была красноречивее любых слов. Макурома смущенно отвела взгляд, ее розовые крылья нервно вздрогнули. Метроспектр почувствовал, как по спине снова пробежала знакомая волна жара, но на этот раз слабее. Он посмотрел на Бойфруса, потом на свою Макурому. Она была здесь, с ним. Прошлой ночью... она была с ним. А Бойфрус... Бойфрус навещал ее ночью, когда ее стеснительность сменялась чем-то другим. И это... это было частью их демонической природы. Его ярость уступила место странному, терпкому пониманию. Он не владел ею полностью. Никто не мог владеть демоном Похоти.
— Ладно, — резко сказала Гёрлфрус, ее голос дрожал. — Пойдем, Бойфрус. Нам нужно поговорить.
Она потащила его за собой, и по ее спине было видно, что «разговор» будет громким и, возможно, тоже разрешится песенной дуэлью.
Минсатиан фыркнула, доедая второй бургер.
— Ну и денек. С утра драка, сейчас драма. Как в мыльной опере, только с демонами и ангелами.
Мейс вздохнул.
— Ничего не меняется.
Метроспектр молча обнял Макурому за плечи. Она прижалась к нему.
— Прости... — тихо прошептала она, и в ее голосе слышалась искренняя вина ее дневного «я».
— Не за что, — ответил он, и это была правда. Ее ночная сущность была частью нее, так же, как его ярость была частью его. Они были демонами. Грехи были их сутью, их силой и их проклятием.
Он посмотрел в окно, где начинало темнеть. Скоро ночь. Скоро его стеснительная Макурома станет ненасытной Мраку. И он знал, что сегодня ее похоть будет направлена в первую очередь на него.
