IPU: Адский университет и его будни

Тишина, наступившая после закрытия портала, была оглушительной. Она давила на уши, контрастируя с гулом голосов и машин, который стоял здесь последние дни. Метроспектр провёл лапой по лицу, смахивая невидимую пыль. Лаборатория казалась неестественно пустой. — Ну... — сказал Мози, нарушая молчание. — ...угроза... миновала... — Он медленно пополз к выходу, его системы издавали усталое гудение. — ...можно... поспать... Один за другим все начали расходиться. Миззи, бросив последний взгляд на опустевший алхимический уголок, поплёлся в свою комнату, не говоря ни слова. Хайнесс, с высоко поднятой головой, в сопровождении Терруса удалилась, но её поза выдавала необычную для неё задумчивость. Метроспектр и Макурома вышли на поверхность. Утренний свет резал глаза. Университетский двор был пуст, если не считать пару студентов, сонно бредущих на первую пару. Всё было как прежде. Но не совсем. — Пойдём в «Макдемонс»? — тихо предложила Макурома. — Выпить кофе? Метроспектр лишь кивнул. Ему нужно было время, чтобы всё осознать. В кафе царила привычная суета. Владелец, демон с рогами-рулём, с облегчением обслуживал клиентов. Но когда он увидел Метроспектра, его лицо озарилось улыбкой. — Герой! — крикнул он. — За счёт заведения! В честь... ну, в честь того, что всё закончилось! Метроспектр мрачно кивнул и устроился в своём привычном углу. Макурома принесла два кофе. Они сидели молча, слушая привычный гул голосов. Дверь открылась, и внутрь вошла Минсатиан. Она оглядела зал, её взгляд скользнул по их столику, и на её лице на мгновение мелькнуло что-то похожее на грусть. Затем она отряхнулась, подошла к стойке и заказала три порции бургеров. Жизнь брала своё. Через некоторое время появился Мейс. Он сел за соседний столик, его красный платок был на своём месте. Он не смотрел на них, просто сидел, смотря в окно. Но его присутствие было утешительным. — Знаешь, — сказал Метроспектр, отпивая кофе. — Этот белый засранец... он был неплох. Для зануды. Макурома улыбнулась. — А Сакурома... она научила меня многому. — Да уж, — фыркнул Метроспектр. — Только не учись у неё всему. Они снова замолчали. Привычная жизнь возвращалась, но она уже не казалась прежней. Они изменились. Все изменились. Внезапно дверь в «Макдемонс» с силой распахнулась. На пороге стоял Миззи. Его перья были взъерошены, а в глазах горел знакомый огонёк дерзости. — Так-так! — прокричал он на весь зал. — Я слышал, тут кто-то думает, что он король волейбола только потому, что его двойник умел считать до двух! Готов к реваншу, чешуйчатый? Метроспектр медленно повернул голову. Его глаз-крест загорелся привычным зелёным светом. Уголок его рта дрогнул в подобии улыбки. — Ты, блядь, совсем ку-ку, птица? Только вернулся — и сразу лезешь на рожон? — Искусство не ждёт! — парировал Миззи. — И моя новая серенада о великой победе над межпространственным злом готова! Хочешь послушать? — Лучше спой её тому стулу, — проворчал Метроспектр, но без прежней злобы. — Он тебе хоть аплодировать будет. Макурома рассмеялась. Мейс на соседнем столике слабо улыбнулся. Всё возвращалось на круги своя. Ссоры, дуэли, ночёвки, обжорство Минсатиан. Но теперь во всём этом был новый оттенок. Оттенок понимания, что их мир, их ад, — это не просто скопище грехов. Это дом. И они защищали его вместе. Даже если для этого им пришлось объединиться со своими собственными отражениями. Метроспектр посмотрел на Макурому, потом на залихватски позирующего Миззи, на доедающую свой третий бургер Минсатиан и на молчаливого Мейса. — Ладно, — вздохнул он, поднимаясь. — Пойдём, розовая. Надо проверить, не разнёс ли тот железный уёбок нашу комнату, пока нас не было. Жизнь продолжалась. Их жизнь. Их грешный, шумный, непредсказуемый и бесконечно дорогой ад.