Пробуждение Древнего

Леонард охранял границы темного царства — божественной обители Богини в Астральном мире. Это место было наполнено сонными цветами и ночными травами. Здесь воля и сила Богини проявлялись в полной мере. Преклонив колени среди цветов, Леонард застыл в молитвенной позе. Он не смотрел ни на хаотичное, абстрактное солнце в зените, ни на невидимый барьер мира, ни на бездонную абсолютную тьму — на всё то, что могло бы свести смертного с ума при одном взгляде. Он опустил голову, сосредоточив всё внимание на своей ладони. Там замерла бабочка с крыльями, расправленными, словно страницы книги. Внутри неё стремительно сплетался и обретал форму целый мир. Капли воды сливались в длинную реку, текущую через город на восток. Пышная зелень на берегах рисовала живописную весеннюю картину. Вдали колыхались тени деревьев, а над всем этим сияло чистое голубое небо и яркое солнце. Клейн стоял в самом центре этого сотворенного пространства, наблюдая, как мир становится плотным и осязаемым. Затем он щелкнул пальцами. Тонкие языки пламени подожгли траву у его ног, вычерчивая зловещие символы. Огонь мгновенно погас, оставив на газоне обугленные следы. Клейн протянул руку и извлек из пустоты три марионетки-полубога. Духовная энергия зажгла свечи на алтаре, и марионетки заняли свои места. — Великие Врата Десяти Тысяч Врат... — Проводник по бескрайнему космосу... — Ключ ко всем таинственным мирам. Холодный ветер закручивался вихрем в такт пению. Пламя свечи, символизирующее мистера Дверь, взметнулось вверх, становясь глубоким и ярким, как звездное небо. — Я молюсь, чтобы Ты пришел в этот мир. Три марионетки разлетелись вдребезги. Их плоть и кровь сплелись невидимой рукой в цепочку символов, образовав пульсирующие Врата из живой ткани. Из темноты за дверью вытянулась исполинская прозрачная рука, сотканная из звездного света и дверных проемов. Она вцепилась в землю снаружи, сминая мягкую почву и траву. Клейн стоял неподвижно, глядя, как нечто медленно выбирается наружу. Наконец, колоссальная фигура из чистого света полностью пересекла порог. Она была облачена в плащ, напоминающий вязкую кровь, а её руки и ноги опутывали цепи из корявых коричнево-зеленых ветвей. Фигуру окружал зловонный желто-зеленый туман. В момент Его появления ослепительный свет пронзил облака — это было не солнце, а чистая божественная мощь, расплавляющая всё на пути. Багровый плащ фигуры взметнулся, сталкиваясь с этим сиянием. Одновременно из Врат хлынула кроваво-красная волна, блокируя испепеляющий свет. Алая луна смешивалась со зловонным туманом. Трава мгновенно прорастала и тут же увядала, деревья корчились, а река, окрашенная в желчный цвет, выходила из берегов. Коричневые стволы, растущие по ту сторону Врат, пускали корни в землю этого мира, устремляясь ввысь. Секунду спустя обрушились каскады молний. Пролетая сквозь багровый туман, некоторые разряды обретали разум и конечности, но большинство били в землю, превращая всё в радиусе десятков километров в уголь. Небо над головой разделилось: прямо над Клейном оно оставалось ярко-голубым под палящим солнцем, но края горизонта стремительно чернели, затапливаемые ночью, которая пыталась сдержать багровый лунный свет. Клейн не обращал внимания на хаос. Он достал из кармана куклу в мантии, расшитой драгоценностями; её кожа была пропитана кровью. Он направил Звездный Посох на фигуру из световых шаров. Сферы внутри её тела начали сжиматься, возвращая существу человеческую форму. — Мистер Дверь, — голос Клейна был спокойным, словно он приветствовал старого друга. — Добро пожаловать домой. Способности «Ошибки» и «Прививки» активировались одновременно. Марионетка, созданная из характеристик Мироходца и крови семьи Абрахам, вспыхнула алым. Клейн призвал Его дважды, накладывая проекции друг на друга. Фигура замерла. Огромное существо, казалось, взглянуло в сторону Клейна, прежде чем с трудом закрыть глаза и перестать сопротивляться. Свет куклы резко усилился , но на этот раз он уже был не чисто алым, а смешивался с ярким звездным сиянием. Человекоподобная фигура начала распадаться и невидимый рёв сотряс воздух вместе с багровой волной. Клейн убрал куклу в карман и сжал кулак, развеивая проекции марионеток. Врата из плоти и крови рассеялись в одно мгновение. Мир, разрываемый силами множества божеств, содрогнулся в последний раз. Богиня Ночи первой отступила с поля боя. Солнце и Буря, следуя плану, обрушили всю мощь на рушащееся пространство, выжигая порчу Внешних Богов. С оглушительным грохотом небо и земля начали разрушаться. Клейн стоял в эпицентре, подняв руку, чтобы поймать ослепительный, похожий на самоцвет глаз, выпавший из распадающейся фигуры. Он поднял взгляд на Того, кто за барьером держал в руках нити этого «мира». Клейн исчез в тот самый миг, когда последняя пядь земли растворилась в бесконечной пустоте.

***

Леонард выпустил из рук разбитую «бабочку». По его руке расползались гноящиеся раны, а в трещинах плоти открывались безумные глаза. Но рука в черной шелковой перчатке нежно коснулась его кожи, и темнота мгновенно исцелила повреждения. — Став Древним, он неизбежно столкнется с пробуждением воли Изначального, — Богиня Ночи стояла рядом со своим верующим. — В этой битве никто не сможет ему помочь. Нам остается только ждать.

***

Леонард Митчелл и Одри Холл стояли в тени дерева на Кингст-стрит. Был вечер, прохожие спешили домой, не замечая двух прекрасных незнакомцев. В окне дома №26 горел теплый свет. Бенсон, только что вернувшийся с работы, пошел на кухню помогать младшей сестре подать горячую еду на стол. Они сели ужинать, болтая о пустяках. — Пошли, — Леонард коснулся плеча Одри и отвернулся. Одри была удивлена: — Я думала, ты хочешь вернуть им воспоминания о брате? — Подождем еще немного, — тихо ответил Леонард. — Пока Клейн не проснется. Если Повелитель Тайн не сохранит в себе Клейна, возвращение памяти лишь принесет им новую боль. Леонард не хотел снова становиться вестником горя для этой семьи. Как только они покинули улицу, мир наполнил странный жужжащий звук. Сознание Леонарда на мгновение помутилось: лица прохожих стали призрачными, а небо — хаотично серым. В ушах пронеслись тысячи шепотов. Но мгновение спустя всё вернулось в норму. Люди вокруг ничего не заметили. Леонард и Одри обменялись взглядами, полными надежды. И действительно, перед глазами Леонарда заклубился знакомый серый туман. В конце длинного стола на стуле с высокой спинкой сидела неясная, но до боли знакомая фигура. — Собрание Клуба Таро состоится по расписанию на следующей неделе, — прозвучал голос. Туман рассеялся так же быстро, как и появился. Сердце Леонарда, забившееся от радости, вдруг сжалось от странного предчувствия. Одри заметила перемену в его лице и уверенно добавила: — Ты можешь помолиться мистеру Шуту. Попробуй. Он обязательно ответит. Леонард кивнул, попрощался с ней и исчез.

***

Он распахнул дверь дома №7 на Пинстер-стрит. Теперь, когда Клейн стал Повелителем Тайн, основное тело Старика было восстановлено, и в Леонарде спал лишь клон для подстраховки. Леонард жил один, но сегодня в доме горел свет. Он замер, услышав шипение масла на кухне. Леонард тихо прошел по коридору и заглянул в дверь. Клейн стоял у плиты и разбивал яйцо на сковородку. Стук скорлупы о металл казался самым уютным звуком в мире. Клейн выбросил скорлупу и обернулся: — Вернулся? Он не стал комментировать странное выражение лица Леонарда, а снова переключил внимание на кастрюлю. — Я знал, что в холодильнике шаром покати, так что на ужин будет лапша с яйцом. Леонард подошел сзади и крепко обнял его за талию, уткнувшись лицом в плечо. Клейн инстинктивно погладил его по голове свободной рукой. — Я хочу увидеть тебя, — глухо и решительно произнес Леонард. Рука Клейна замерла. Он посмотрел на кипящую воду и вздохнул: — Что ж, хорошо. Он отставил миску с лапшой в сторону. В следующее мгновение Леонард уже стоял перед величественным стулом с высокой спинкой в Замке Сефиры. Серый туман клубился у его ног, а скользкие щупальца почтительно расступались. Фигура на стуле подняла голову — лицо Клейна скрывала холодная, зловещая серебристо-серая маска. Клейн снова вздохнул: — Неужели ты не мог хотя бы раз притвориться, что я тебя обманул? Леонард промолчал. Он склонился над креслом, опираясь на подлокотники и почти заключая нового Повелителя Тайн в объятия. — Я сейчас не в лучшем состоянии, — признал Клейн, касаясь маски кончиками пальцев. — Я поглотил характеристики, но воля Небожителя всё еще сильна. Дай мне время. — Это не имеет значения. Леонард опустил голову и запечатлел нежный, теплый поцелуй на уголке губ маски и на кончиках пальцев Клейна. — КОНЕЦ —